“Я женщина-трансгендер, задавайте свои настырные вопросы”

Автор фото, Gwen

Подпись к фото,

Гвен до и после трансформации

Женщина-трансгендер, которая предложила в популярном интернет-сообществе Reddit ответить на любые личные вопросы, вызвала шквал интереса пользователей сети.

24-летняя Гвен из Пенсильвании провела сессию вопросов и ответов в режиме “спрашивайте о чем угодно” .

За время сессии она получила около двух тысяч вопросов и комментариев, в основном, как говорит она, уважительных.

“Я думаю, что мало кто из вас в своей жизни знаком с трансгендерными людьми, и, может быть, вы опасаетесь задавать интересующие вас вопросы, чтобы никого не обидеть. Так что я решила дать вам эту возможность – спросить человека, который ответит на любые вопросы”, – написала она.

Как написал один комментатор: “Я думаю, что вы сразу покорили половину пользователей Reddit”.

Другой пишет: “Вы очень красивы. Я рад, что вам удалось обрести счастье, которое вы искали. Спасибо, что вы поделились с нами своей историей”.

Вот некоторые из заданных вопросов:

Когда вы впервые поняли, что хотите быть женщиной?

Гвен, которая поменяла пол при помощи гормонозаместительной терапии, стало сниться, что она хочет быть женщиной, когда ей было около пяти лет.

“Я просыпалась и чувствовала себя очень счастливой. Это было странно, потому что на вид я была мальчиком и все называли меня мальчиком”, – говорит она.

Автор фото, Gwen

Подпись к фото,

“Я стала понимать, что со мной что-то не так, когда мне было пять или шесть лет”, – говорит Гвен

“Когда мне было 10, кто-то из одноклассников спросил, как выглядят люди в раю, и наш учитель ответил: там ты выглядишь, как тебе хочется. Я так обрадовалась. Я не могла дождаться смерти, потому что тогда я могла бы выглядеть, как девочка.

Я не собиралась покончить жизнь самоубийством, но у меня было твердое ощущение, что мне открыли тайну”.

Когда ей исполнилось 22 года, она начала процесс перемены пола.

Сейчас, два года спустя, большинство людей даже не догадываются, что при рождении она была другого пола.

Изменилось ли отношение людей к вам?

Автор фото, Gwen

Подпись к фото,

После двух лет гормонозаместительной терапии, большинство людей и не подозревают, что Гвен раньше была мужчиной

“Когда я была мужчиной, мне было очень одиноко, потому что, хотя люди и относились ко мне хорошо, они не хотели иметь со мной дела. Если я возвращалась домой поздно вечером, то было видно, что часто идущим по улице женщинам было некомфортно от моего присутствия.

Теперь мне часто свистят вслед, когда я иду по тротуару, и я понимаю тех женщин. На женщин обращают гораздо больше внимания, и думаешь, что любой человек может представлять собой угрозу”.

Гвен также обращает внимание на сексистские ремарки.

“Это сложно понять, пока этого не случится с вами, – говорит она. – Мне часто говорят: ты этого не можешь знать, ты же девочка. Я выросла парнем, так что я знаю, о чем идет речь”.

Но она добавляет, что хорошо то, что к ней теперь по-другому относятся женщины.

“Им теперь гораздо спокойнее рядом со мной, и они делают мне комплименты о моей прическе, макияже и о том, как я одеваюсь.

Проявления галантности со стороны мужчин также радуют ее: “Мужчины открывают мне двери и часто спрашивают, не нужно ли мне чем-нибудь помочь”.

Как гормонотерапия влияет на организм?

Автор фото, Empics

Подпись к фото,

Среди прочего, Гвен потеряла бороду

Гвен говорит, что у нее только не только сократился рост волос, но также изменилось распределение жировых прослоек, в основном в сторону бедер и груди, и поменялась структура мускулов.

“Мне пришлось покупать обувь на два размера меньше, потому что мускулы ног изменились. Кроме того, я стала ниже ростом, так как изменился изгиб позвоночника.

Я стала гораздо слабее. Раньше, если я занималась армрестлингом со своей сестрой или подружкой, то я всегда побеждала. Теперь, наверно, победят они”.

Период перемены пола был не самым комфортным для Гвен: она чувствовала, что людям было неловко на нее смотреть.

“Ты не похожа на мужчину, но и на женщину тоже не похожа, и люди не знают, как с вами разговаривать. В то время мне было очень тяжело, потому что я чувствовала, что я как бы обманываю людей, ведь я не была похожа на остальных женщин. Мне пришлось убеждать себя, что все женщины выглядят по-разному”.

Когда вы почувствовали, что стали настоящей женщиной?

Гвен говорит, что прошла “испытание на женственность”, когда в поезде к ней стал клеиться мужчина.

“У меня просто замерло сердце. На секунду я почувствовала себя счастливой, что полный незнакомец считает меня женщиной. Но тут же мне стало очень противно, гадко, и я почувствовала свою вину за то, что он обратил на меня внимание”.

Как отреагировала семья на ваше решение?

Хотя один ее дядя до сих пор отказывается с ней разговаривать, Гвен считает, что почти все родственники приняли ее решение.

“Моей маме пришлось узнать много нового обо мне, и ей понадобилось время, чтобы привыкнуть к некоторым вещам – например, что мы с ней больше не сможем танцевать. Но мы сейчас гораздо ближе друг другу”.

Собираетесь ли вы делать операцию?

Автор фото, Gwen

Подпись к фото,

Гвен хочет завести детей, прежде чем пройти операцию

Гвен также рассказала о своей личной жизни, хотя большинство трансгендеров предпочитают этого не делать.

“С моей девушкой я никогда не комплексовала по поводу своего тела, а сейчас мне приятнее заниматься сексом, так как я увствую себя самой собой.

Это гораздо приятнее, я чувствую все нервы своего тела.

“Я все еще могу использовать свой пенис, но предпочитаю этого не делать”, – говорит Гвен.

Операция по изменению пола откладывается на будущее: “Если моя девушка и я останемся вместе и захотим детей, то до этого момента все должно оставаться как есть. После того, как мы заведем детей, я хотела бы пройти операцию”.

“Это единственное, что меня удерживает, потому что я просто ненавижу, что у меня есть “это”.

Что, по-вашему, люди должны понять о вас?

“Я такой же человек, как и все. Быть “трансом” для меня – лишь медицинский вопрос, – говорит Гвен. – Люди думают, что им надо ходить на цыпочках вокруг “трансов”, и поэтому они не могут ничего про нас узнать”.

“Но дружба с трансгендером мало чем отличается от дружбы с кем бы то ни было. А кроме того, иногда полезно узнать, что на жизнь можно смотреть по-другому”.

Автор фото, Gwen

Подпись к фото,

“Я такой же человек, как и все”, – говорит Гвен

“Мне очень нравится всё, что делает меня самой собой, мне не нравилось лишь мое тело. Теперь, когда мое тело соответствует тому, как я сама себя вижу, я счастлива”, – заключает Гвен.

Что значит быть трансгендером

История 22-летнего Жени из Тюмени, который рассказал о своем трансгендерном переходе

Впервые я задумался о вопросах гендера и собственной гендерной идентичности примерно в возрасте 15-16 лет. В моем случае эти рассуждения начались, когда я обнаружил в себе интерес к девушкам. Было странное ощущение, что со мной что-то не так, но что именно — непонятно. Постоянное чувство, что я кого-то обманываю, притворяюсь, что я — не я, а дело тут не только в сексуальной ориентации.

В поисках информации находил множество каких-то безумных статей, наполненных мифами. Один из самых распространенных мифов: «трансгендерные люди после перехода недолго живут». На деле же нет никаких достоверных данных о том, что продолжительность жизни трансгендеров меньше, чем жизнь всех остальных. В общем, тогда я не понимал, что со мной происходит, мне было тревожно от этого, поговорить особо не с кем было, так что действовал по наитию: изменил родовые окончания, постепенно перелез в мужскую одежду. Это было распространенным явлением тогда, поэтому уверен, что многие меня всерьез не воспринимали.

Переход, он же транзишн, — процесс коррекции пола, который включает в себя все этапы: смену документов, гормональную терапию, хирургию. Каждый трансгендер в праве самостоятельно определять для себя объем требуемых вмешательств. Жаль, что действующий порядок не всегда позволяет это сделать. Если вы не определили себя как трансгендера, то вы — цисгендер. Да, у этого тоже есть название.

Общий и наиболее распространенный порядок этапов выглядит так: психиатрическая комиссия — гормональная терапия — хирургия — смена документов. Однако вариаций есть много.

Для начала необходимо получить психиатрический диагноз, который говорит об отсутствии психических заболеваний и устойчивом желании изменить пол. Таких комиссий в России несколько, ближайшая к нам — в Екатеринбурге. Многие психиатры используют устаревшие критерии для принятия решения, например, гетеросексуальность относительно желаемого гендера или осознание своей трансгендерности в раннем детстве, что часто усложняет процедуру.

Многим трансгендерным людям приходится переиначивать или умалчивать отдельные части своей жизни, подстраиваться под стандарт, который хотят услышать психиатры.

В течение всего времени обследования я не мог отделаться от ощущения постоянного внешнего контроля, как будто должен был существовать какой-то правильный способ [поведения]. Я сильно нервничал в ожидании заключения комиссии. На мой взгляд, парадоксально то, что врачи ждут от трансгендеров хорошего уровня социальной адаптации в желаемом гендере. При этом я пока что не слышал ничего о трансгендерных психиатрах, которые имеют представление о том, насколько это вообще реально. К сожалению, без этого «разрешения» легально ничего сделать нельзя.

Заместительная гормональная терапия (ЗГТ) — это то, с помощью чего меняется внешность. В моем случае это огрубление голоса (обожаю свой нынешний голос), увеличение волосяного покрова, рост мышечной массы, огрубление черт лица. Часто трансгендерные люди начинают это мероприятие самостоятельно, не проходя комиссию, не наблюдаясь у врача-эндокринолога — компетентного в этих вопросах врача ещё надо найти для начала.

Я понимаю эту спешку, однако призываю помнить о своем здоровье и заботиться о себе.

Хирургические операции тоже предполагают многоэтапность. По идее, каждый и каждая в праве самостоятельно решать, нужны ли ему/ей операции, и если нужны, то какие именно.

«После всего вышеописанного, в стандартном варианте государство позволяет сменить документы. То есть можно спокойно пару лет проходить с бородатой рожей, но по паспорту оставаться Катей, например».

Документы меняются по схеме: свидетельство о рождении (ЗАГС) — паспорт (ФМС) — все остальное. Квест не для слабонервных, надо сказать. ЗАГС для смены документов требует справку установленного образца, которую выдала медицинская организация. Проблема в том, что образца не существует. В некоторых регионах ЗАГС сразу пишет отказ и посылает в суд, в других — требуют заключение о проведении хирургической операции, результаты которой необратимы. Почему-то в расчет не берется то, что операции могут быть опасны для здоровья. Да и здравый смысл подсказывает мне, что в случае чего проще поменять бумагу, чем части тела обратно пришить.

Лично мне пришлось судиться чуть больше полугода, чтобы получить необходимый документ, на основании которого я меняю все остальные. Сотрудницы ЗАГСа при этом действовали согласно тем предписаниям, которые у них есть. Все всё понимали, но из-за законодательного пробела нужны были судебные разбирательства. С положительным ответом суда я снова пришел в ЗАГС, и тогда мне сразу выдали новое свидетельство о рождении.

В УФМС было забавно. Когда я зашел в кабинет, был уже конец рабочего дня, сотрудница говорила строго, что-то с меня требовала. Я объяснил, в чем суть запроса, сказал, что в МФЦ меня не поняли, и тогда она расслабилась, повеселела и молвила: «Так вы у нас первый экземпляр за год, конечно, они там не знают, что с вами делать».

Переквалифицированным из «Ж» в «М» также нужно встать на воинский учет. В армию не призовут, но комиссию и вот это все пройти придется. При первом предъявлении уже нового паспорта в военкомате на меня выпучили глаза с фразой: «Что? Вы нигде никогда не состояли на учете?!» Будто бы я в самом деле что-то им должен. В итоге меня списали на воинский билет по вполне реально существующей язвенной болезни.

«Многим трансгендерным людям приходится переиначивать или умалчивать отдельные части своей жизни, подстраиваться под стандарт, который хотят услышать психиатры».

На сайте проекта правовой помощи трансгендерам есть F.A.Q. по смене документов в РФ, дополнительная специфика зависит от конкретного региона и, более того, — от конкретных людей. Непрозрачность всей этой процедуры со сменой документов доставляет массу хлопот. Я искренне не понимаю, почему должен был проходить через все это просто для того, чтобы у меня в паспорте было написано мое имя.

Интересно то, как менялось мое самоощущение в течение всего этого процесса. Сначала попытки хоть как-то понять, что со мной. Потом я со всем определился, понял, что я — трансгендер. Тяжелый был этап: система, в которой мы живем, не предусматривает существования подобных элементов. Вам когда-нибудь казался тяжелым выбор раздевалки в спортзале или двери общественной уборной? Многие, вероятно, не представляют, каким стрессом это может быть. Я старался любым способом избегать подобных мест. Порой я просто не мог выйти на улицу, пойти в институт, потому что там снова все напоминало мне о том, как меня видят окружающие: совсем не так, как я видел себя. Это чувство постоянной тревоги и страха быть отверженным.

В своих глазах я был неправильным, ошибкой, которую полностью никогда не исправить. Испытывал много ненависти к себе за свою неправильность. Постоянное ощущение сильного дискомфорта в собственном теле. Были суицидальные мысли. Справиться с этим мне помогли близкие люди, которые приняли меня, и профессиональная психологическая помощь. Я искренне благодарен всем, кто меня поддерживал. Думаю, я бы смог выбраться и сам, но не знаю, как и куда. Очень важный момент — поиск конкретной информации и составление плана с учетом необходимых и имеющихся ресурсов. Это позволило мне не утонуть в своих переживаниях, а последовательно действовать согласно принятому решению.

Когда я прошел психиатрическую комиссию и получил разрешение на дальнейшие действия, я оказался в яме: было непонятно, что дальше. Моя внешность к тому же быстро менялась, документы ей уже не соответствовали, а как именно исправить это недоразумение я не понимал. У меня нет юридической грамотности, чтобы делать все самостоятельно, учитывая, что процедура не очень-то ясна. В поисках информации о дружественных врачах и юристах я вышел на местную ЛГБТ-организацию. К активизму я тогда относился с большим скепсисом, думал, что просто узнаю все необходимое и уйду. Неожиданно для себя я нашел там такое общение, которое позволило мне расширить мои представления о гендере, достаточно патриархальные и жесткие на тот момент.

До этого момента я изо всех сил был мужиком, а всех «не мужественных» проявлений стеснялся, переживал из-за того, что кто-то будет меня воспринимать как ненастоящего, неравного. Главный вопрос, которым я задался: что значит чувствовать себя «мужчиной»/«женщиной»? Как это ощущается? А дальше последовали и другие вопросы о том, что такое «мужчина» и «женщина» в принципе, почему о важности бытия «женщиной» и «мужчиной» постоянно напоминают: «не веди себя как девчонка», «что ты как мужик», «девушки так себя не ведут» — и как вообще со всем этим жить.

«В своих глазах я был неправильным, ошибкой, которую полностью никогда не исправить»

После длительных размышлений и поисков моя схема восприятия со всеми ее «настоящими мужчинами и женщинами» неизбежно рухнула без надежды на восстановление. И это было восхитительно. Мне кажется, только в этот момент я смог позволить себе быть. Теперь я не хочу более себя встраивать во все эти гендерные модели, не вижу в этом личной необходимости. Гендер — это перманентная ролевая игра, которая имеет совсем не игровые последствия, поддерживающая дихотомию «сильный — слабая». Порой мне становится неловко или даже обидно, когда меня принимают за цисгендера. Нет, я не хочу в это играть.

С родителями у нас непростые отношения: мы довольно дистанцированы друг от друга, открытого конфликта тоже нет. Мы говорили на эту тему несколько раз. На первое мое сообщение о том, что я трансгендер, реакция родителей была по типу «ты еще одумаешься» и «у тебя просто мужика нормального не было». Это не их формулировки, но посыл я воспринял так.

В следующий раз я заговорил об этом спустя год, уже обозначая какие-то конкретные намерения. Тут уже они отреагировали довольно эмоционально. Спустя еще год — «видимо, тебе так лучше, но мы тебя как сына не примем». Им все еще сложно, но какой-то прогресс есть. Я ценю предоставленную мне свободу выбора.

Какое-то время мне казалось веселым рассказывать людям о своей трансгендерности и наблюдать реакцию. Надо заметить, что выгляжу я как обычный цисгендерный парень. И вот, беседовали мы с одним малознакомым парнишей, и как-то так получилось, что я сказал ему: «Знаешь, а я — трансгендер». Он, немного помолчав, спросил: «Ты что, девочкой хочешь стать?».

Так сложилось, что подруги и друзья меня приняли без лишних вопросов. Впрочем, это ведь мое личное дело, какие тут вообще могут быть вопросы. В университете меня тоже приняли. Полагаю, так произошло в том числе из-за специфики получаемой профессии: психологи все-таки. Мне вообще во многом повезло. Например, я не сталкивался с физическим насилием и прямой агрессией в свой адрес. К сожалению, это далеко не про всех трансгендерных людей.

«Вам когда-нибудь казался тяжелым выбор раздевалки в спортзале или двери общественной уборной? Многие, вероятно, не представляют, каким стрессом это может быть»

Люди, с которыми я был в романтических отношениях, были в курсе моих особенностей заранее и принимали их. Когда-то это было помехой, но это было обусловлено моим отношением к этим особенностям, все, что я говорил об ощущении своей неправильности. Из-за этого мне было сложно поверить в то, что я могу кому-то понравиться. Сейчас у меня все в порядке.

Близкие отношения — это про взаимодействие личностей в первую очередь. Для меня мой трансгендерный опыт очень ценен. Если он по каким-то причинам не нравится личности, с которой я общаюсь, вероятно, мы просто не сойдемся, вот и все.

Краткая инструкция «Как общаться с трансгендерным человеком»

1. Как с человеком.
2. Вы восхитительны! *
* В самом деле, вы бы ведь не стали говорить людям, что их зовут совсем не так, как они только что вам представились, или решать за них, тепло им или холодно.

Около года назад я начал заниматься активистской деятельностью. Тюменская феминистская инициатива «Гербера» была создана в августе 2015-го двумя активистками и при моем участии. В шапке группы во «Вконтакте» можно прочитать о ее миссии, целях и задачах. Спойлер: преодоление дискриминации по признаку пола и гендера, профилактика насилия через просвещение, юридическая и психологическая помощь пострадавшим.

«На первое мое сообщение о том, что я трансгендер, реакция родителей была по типу „ты еще одумаешься“ и „у тебя просто мужика нормального не было“».

Создание безопасной среды для женщин, тех, кто воспринимается как женщины, — необходимость. Зачастую женщине даже не к кому обратиться в случае, если она попала в беду. Ее могут засмеять и затравить. К сожалению, феминизм все еще остается поводом для шуток, что тоже показательно — если замечать, что проблема существует, с ней придется что-то делать, так что проще все это обесценить и послать феминисток на кухню. Всем парням, которые читают этот текст — прислушайтесь к своим приятельницам и подругам, к их переживаниям. Женщины — люди. И трансгендеры — люди. У нас тут вроде уже 2016-й наступил, а эта мысль все еще почему-то не всем понятна.

С аббревиатурой ЛГБТ тоже все неоднозначно. Во-первых, букв там должно быть больше, если продолжать список в той же логике. По меньшей мере, ЛГБТКИА, где КИА — квир, интерсекс, асексуал. Во-вторых, часто под этими четырьмя буквами подразумевают только геев. Ну, или предполагают, что там есть еще и другие люди, но говорят все равно о геях. Это проблема, поскольку остальные группы становятся невидимыми из-за этого. Яркая иллюстрация: когда я прихожу в пространство для ЛГБТ, многие незнакомые люди автоматически решают, что я — гей. Поначалу это меня забавляло, а сейчас уже раздражает, честно говоря.

Если говорить конкретно о «Т», то для многих это вообще большая загадка, среди «ЛГБ» в том числе. Для меня проблемы всех этих групп входят в одну большую сферу гендера и сексуальности. Внутри самого Т-сообщества тоже достаточно различных мнений о феномене и о том, что нам необходимо. Люди разные, вот и потребности тоже разнятся.

В течение последнего года моя основная деятельность как активиста заключалась в просвещении по вопросам гендера и трансгендерности, психологической поддержке трансгендерных людей. Но сейчас я переехал в Санкт-Петербург, здесь уже есть некоторые планы и идеи для воплощения. Надеюсь, все получится.

Неожиданным для меня во всем этом оказалось то, как изменилось отношение людей ко мне на том основании, что я просто выгляжу как «мужчина». Мое мнение стало более значимым, меня стали меньше перебивать. Мне легче говорить, поскольку отношение ко мне стало более уважительным в целом. К моей внешности [теперь] предъявляется меньше требований, от меня не требуют постоянной аккуратности и прилежности. Мне теперь просто позволено больше. А еще я могу ходить ночью по улице в одиночестве, не опасаясь домогательств. Мир стал для меня куда более безопасным. И все это дело зовется привилегиями. Те, у кого они есть, как правило, не осознают этих преимуществ, им кажется, что это норма. Неудивительно, ведь привилегии даются с самого рождения. В общем, это какая-то тотальная несправедливость, которая имеет трагичные последствия.

«Женщины — люди. И трансгендеры — люди. У нас тут вроде уже 2016-й наступил, а эта мысль все еще почему-то не всем понятна»

Подобная ситуация, в которой есть привилегированная и угнетаемая группы, актуальна и для множества других параметров. Например, угнетение может происходить по признакам трансгендерности, национальности, наличия инвалидности, сексуальной ориентации и другим. Будучи цисгендером, вы вряд ли станете опасаться, что вам откажут в посадке на поезд или самолет из-за несоответствия  внешности и паспортных данных. И вряд ли кто-то, узнав о том, что вы — цисгендер, станет тут же интересоваться содержимым ваших подштанников, не являясь при этом вашим врачом или сексуальным партнером. So, check your privilege.

Пол — сложная многоуровневая система, которая включает в себя генетический пол, хромосомный пол, гонадный пол, внутренний и внешний морфологический пол, репродуктивный пол и т. д. То, что принято называть биологическим полом, на самом деле — пол акушерский, приписанным при рождении, а далее — паспортным. Это важно для понимания того, насколько разнообразной может быть человеческая природа. Люди интерсекс, пол которых при рождении на вид невозможно однозначно определить как «женский» или «мужской», часто подвергаются операциям в раннем детском возрасте: внешние половые признаки корректируются хирургически, исходя из того, что проще сделать — «женские» или «мужские». Такие калечащие операции не имеют показаний, кроме «гендерного беспокойства» врачей, но имеют множество негативных физических и психологических последствий для прооперированных людей, которых встраивают в эту систему, буквально подрезая под шаблон.

Гендер — социокультурный конструкт, который содержит в себе представления о женском, мужском и способах их взаимодействия.

Гендерная идентичность — это многоуровневая система, которая строится на основе принадлежности к биологическому полу, личностных психологических характеристиках, которые традиционно описываются исходя из представлений о гендере и чувственных предпочтений человека. Часто ее определяют более узко как ощущение принадлежности к тому или иному гендеру.

Термин «трансгендерность» используется для обозначения всех вариантов несоответствия гендерной идентичности приписанному полу.

Важно понимать, что есть и иные способы гендерной идентификации, не только «женский» или «мужской». Более того — названий этим идентичностям огромное множество, людей здесь ограничивает только фантазия.

Данная терминология, как и любая другая, — условна, по поводу ее точности и корректности есть различные мнения. Но то, что написано выше, вроде как, наиболее распространенный вариант.

Это не фантазия: Как понять, что ваш ребенок

Во время подготовки одного материала о трансгендерных детях, мы обратили внимание на то, что родители 3-5-летних детей «спешат» принять их иную гендерную идентичность. И мы задались вопросом, а нормальной ли является такая реакция? Или родители хотят побыстрее смириться с новым гендером ребенка и забыть момент каминг-аута, как страшный сон? Иные же родители, напротив, начинают паниковать и «лечить» таких детей, искренне веря в то, что у тех раздвоение личности либо они просто «заигрались». Развеять мифы о трансгендерности и ответить на наши вопросы мы попросили психолога, семейного консультанта-медиатора Марию Фабричеву.

Мария, в каком возрасте ребенок уже может осознавать свою гендерную идентичность?

Если следовать теории стандартного анализа, в современном мире трансгендерность не считается расстройством личности. Трансгендерность не является маркером «хороший»/«плохой». Важно понимать, что это нормальные, хорошие люди с вот такой особенностью. Трансгендерность не говорит о том, что человек плохой, извращенный или невоспитанный. Это не так.

Касательно возраста, ребенок уже в три года находится на стадии идентичности и силы. В английском языке употребляют термин «power» — сила, власть. То есть у ребенка появляется потребность в исследовании социума, осознании своей силы, получения навыков общения, социальной адаптации и своей гендерной идентичности.  Поэтому, если ребенок в три года заявляет о том, что он мальчик или девочка, то такое поведение вполне соответствует данной стадии его развития. Так что трансгендерность может проявиться именно в этом возрасте.

Как понять, что это не фантазии ребенка?

Понять, фантазия это или нет, в этом возрасте родителям достаточно сложно. У родителей происходит культурный шок: «Моя дочка не хочет быть девочкой, мой сын не хочет быть мальчиком, значит, я плохой родитель» или «Давайте ребенка лечить». Здесь нужно сказать «стоп» и дать родителям время. Лечить тут нечего, потому что, как я говорила в начале, трансгендерность – это не расстройство личности. Поэтому насильно лечить все равно не получится, а получится только нанесение ребенку травмы, ведь его не принимают таким, какой он есть, а пытаются исправить и сделать удобным. Точно такое же отношение и к подросткам, которые заявляют о своей гомосексуальности. Гомосексуальность тоже, слава богу, уже не лечат, однако все равно родители предпринимают попытки изменить ребенка, но не ему во благо, а во благо социальным нормам.

В таких ситуациях я рекомендую родителям вести себя спокойно. Если ребенок, который биологически принадлежит к мужскому гендеру, заявляет, что он — девочка, не стоит бросаться его наряжать в платья. Нужно наблюдать за тем, как он будет развиваться. И если это была фантазия, если ребенок примерял на себя другую социальную роль, например, ему нравится наблюдать за тем, как мама наносит макияж, и он решил тоже попробовать это сделать, но в разговоре он принял информацию, что макияж — это для девочек, а не для мальчиков, и перестал подражать маме, а начал подражать папе, значит, перед нами не трансгендерный ребенок. Если же у ребенка все больше и больше проявляется подобных интересов, то нужно наблюдать. Однако самостоятельно определиться в данной ситуации все равно сложно. Просто выдыхайте и обращайтесь к здоровым психотерапевтам, которые  готовы заниматься данной проблематикой и готовы помочь адаптироваться ребенку.

Свежие новости

До подросткового возраста крайне сложно что-то менять или корректировать. Здесь может быть только принятие ребенка и наблюдение за ним. И важно соответствовать социальным правилам, чтобы не навредить ребенку. И вообще, любые диагнозы, касающиеся расстройства личности, не ставятся детям до подросткового возраста. А вот уже в подростковом возрасте, 13–15 лет, ребенок повторно проходит стадию идентичности и силы, гендерной ассоциации, а также у него начинают активно развиваться вторичные половые признаки.

Воспитание нужно направить не на то, чтобы вырастить не трансгендера, а здорового по ценностям человека, который будет чувствовать себя комфортно, имея такую особенность. Не стоит делать из этого трагедию, а стоит дать возможность ребенку проявиться полностью.

Также важно помнить, что все это – элементы развития. Дети играют в игры, примеряя на себя разные роли. И очень важно и родителям не нафантазировать больше, чем есть на самом деле. Что я имею в виду? На стадии идентичности и силы трехлетний ребенок может заявить, что он не мальчик, а девочка, или не девочка, а мальчик, но это не может быть 100-процентной гарантией того, что перед нами трансгендер.

— Читайте также: Мой внук — трансгендер

Хорошо, возможно ли, что если девочку коротко постригли, то она станет воспринимать себя как мальчика? Или мальчик любит носить юбки-пачки и мама разрешает ему это делать публично. Могут ли такие перемены внешности или поощрение поведения как-то повлиять на ребенка в дальнейшем?

Стрижки точно не влияют. Ребенок до трех лет свое «я» от матери не отделяет, он находится в здоровом симбиозе с ней. Он связан с матерью, поэтому все, что происходит с ней, происходит и с ребенком. Симбиоз начинается с утробного развития и продолжается в течение первого года жизни. Дальше ребенок проходит первую сепарацию от матери, когда делает первые шаги. В этот период его «я» — это целый мир, у него еще нет самоидентичности. Самоидентичность приходит в 2,5 – 3 года, как раз когда ребенок, смотря на себя в зеркало, говорит о себе не в третьем лице, а в первом: «Это я». В три года ребенок начинает изучать свое тело, задавать различные вопросы, находясь в поиске гендерной разницы.

И, возвращаясь к вашим примерам, если девочке сказать: «Тане сделали новую стрижку», то она будет понимать что ей, Тане, поменяли прическу. Если же девочке сказать в определенной тональности: «Ты похожа на мальчика», и ребенок уловит эту тональность, то может решить, что родителям больше нравится, когда она похожа на мальчика. В таком случае большая вероятность, что дочка захочет радовать родителей таким внешним видом. Это не природная трансгендерность, а сценарный выбор. И это разные вещи.

Бывают такие ситуации, когда будущая мама мечтает, например, о дочери, но, сделав УЗИ на втором триместре, когда биологический пол ребенка четко понятен, узнает, что у нее будет сын и очень сильно при этом расстраивается и словно отвергает этот факт. Такая ситуация также может повлиять на самовосприятие ребенка, когда, находясь в утробе, он чувствует, что в таком гендере его не примут. И я говорю вполне серьезно. Перинатальный период – один из самых важных в плане принятия. И тогда могут случаться такие истории, когда ребенок к трем годам радостно заявляет, что он не девочка, а мальчик или наоборот. Или бывает, что папа хотел сына, а появилась дочь. Но дело в том, что маленький ребенок не вербально общается с родителями, он считывает весь эмоциональный фон. И если на социальном уровне родители улыбаются и говорят, что рады любому ребенку, а на психологическом и эмоциональном считают совершенно иначе, это влияет на ребенка, даже если он еще находится внутри утробы. И он уже может принимать так называемые протокольные решения. Протокол сценарный глубоко в теле прописан, он не вербальный. Это когда тело, приняв решение, начинает играть в игры. Отсюда и появляется ощущение «я не в своем теле».

А если ребенок одного пола проводит много времени с детьми противоположного пола, может ли это каким-то образом повлиять на его самоидентификацию?

Подражать ребенок может, это нормально. Потому что в подражании ребенок развивается и находит себя. Подражание и трансгендерность – это две большие разницы. Я за то, чтобы детям объясняли разницу, и гендерную в том числе. Например, когда мой сын заинтересовался пузырьком с лаком для ногтей, я объяснила ему, что в нашем обществе не принято, чтобы мальчики красили ногти. И если ребенок чем-то интересуется, исследуя этот мир, он просит от родителей нормальных внятных объяснений, как устроен мир и чем мужчина отличается от женщины, будь то тело, проявление эмоций, гардероб, уход за собой.

Если мальчик или девочка сопротивляется, не хочет носить определенный тип одежды, и все это очень эмоционально окрашено, вплоть до истерик, тогда здесь нужно тоже вести себя спокойно и обратиться за помощью к специалисту. Потому что такие проявления могут свидетельствовать не столь о трансгендерности, сколько о том, что что-то еще не так, вплоть до того, что ребенку просто неприятно, когда определенный материал касается тела. Все эти нюансы требуют исследования и прояснений, особенно в таких тонких вопросах, как гендер, сексуальная ориентация.

— Читайте также: Небинарные люди: Опыт в студенческом кампусе

Как выбрать специалиста, чтобы он не нанес еще большую травму?

Во-первых, нужно себе честно ответить на вопрос, что со мной происходит, когда я вижу, что с моим ребенком что-то не так? Я нервничаю? Я боюсь? Чего я боюсь? Того, что у меня будет особый ребенок и ему потом будет сложно адаптироваться, и я хочу узнать, как решить эту проблему? Или я боюсь того, что все об этом узнают и скажут, кого же ты родила, какая ты плохая? Все это нормальные процессы, потому что мы живые люди, у нас есть свои страхи, комплексы, мировосприятие.

Во-вторых, надо прояснить с собой, каково ваше личное отношение к ЛГБТ-сообществу. Что вы вообще знаете об этих людях? И это ваше мнение, или мнение постсоветского общества, когда людей сажали в тюрьмы? Вспоминайте о том, что сейчас 21 век, информация доступна, и прежде чем делать выводы, важно получить нормальные знания.

В-третьих, когда вы поняли, что это не расстройство, важно принять и понять, что если у вас такой ребенок, то это вообще не имеет никакого отношения к вам как к личности. Если у вас особенный ребенок, вы остаетесь хорошим человеком и хорошим родителем. Нужно разделить эти плоскости. Если вам это портит жизнь, то нужно разобраться, почему. На самом деле, никак не мешает. Это два параллельных процесса.

В-четвертых, важно понять, что с этим делать. Родители любят детей безусловно. А безусловно любить – это принимать человека таким, какой он есть, и не пытаться менять его под себя.

Теперь о поиске специалиста. Задача психотерапевта не в том, чтобы перевоспитать кого-то, а в том, чтобы помочь человеку принять свои особенности и адаптироваться. Важно найти специалиста, который не выносит оценочных суждений, а который начнет прояснять, чего хотите вы. Он будет прояснять с ребенком, почему он ведет себя так, чтобы выяснить истинную причину. Потому что это может быть действительная трансгендерность, а может быть подражание кому-то, дань моде и т.д. Сейчас очень много харизматичных артистов-трансгендеров, и дети, глядя на них, могут зажечься и начать подражать, но при этом не быть трансгендерами. Просто им может нравиться определенный персонаж и они могут хотеть быть такими же. Задача психолога, выяснить, чего на самом деле хочет ребенок: быть публичным, иметь много подписчиков в Instagram? Это и есть момент исследования, что происходит  с этим маленьким человеком, который сейчас развивается и ищет себя во всех плоскостях жизни – физиологической, психологической, гендерной. Таким образом ребенок примыкает к определенной субкультуре, и когда ты начинаешь работать с ним, то понимаешь, что за внешними проявлениями стоят качества – сила, смелость, честность.

Есть еще и другой момент – мы все нуждаемся во внимании. Когда ребенок, находясь в своем гендере, незаметен для своей семьи, ему не хватает заботы и внимания. Но если мальчик надевает платье или девочка подражает мальчикам, то тогда дети получают море внимания.

Сталкивались ли вы в своей практике с трансгендерными детьми?

С детьми я не работала, но работала с людьми c гомосексуальной ориентацией и со взрослыми трансгендерами. Они не приходят с запросами о том, что хотят обратно поменять свою ориентацию, нет. У них запросы о том, как наладить межличностные отношения, как открыться родителям и т.д. С подростками я сейчас не работаю, потому что я сталкивалась с такой проблемой, когда ребенка приводят на так называемую «коррекцию», при этом родители убеждены, что лично у них проблем нет. Да, ребенок получает коррекцию, поддержку, но когда возвращается в семью, все начинается заново. Возникает очень много конфликтных ситуаций, когда родитель недоволен работой психолога, ведь он приводит ребенка для того, чтобы психолог сделал его удобным для родителя, а вместо этого психолог начинает работать с тем, что удобно для ребенка. Я за то, чтобы работать со всей семьей.

Когда родители спешат принять иную самоидентификацию ребенка в его раннем возрасте, можно ли это расценивать, как акт эгоизма с их стороны? Мол, мы побыстрее смиримся с тем, что он другого гендера и избежим психологической травмы в будущем, ведь проще принять ситуацию, когда ребенок совсем маленький, нежели уже взрослый.

Да, это может быть так. Помните, в начале я говорила, что тут важна здоровая норма? У нас в обществе популярна игра «либо все, либо ничего». Когда родители бросаются искать специалистов и лечить, либо принимают полностью пассивную позицию, вплоть до поддержания нестандартного поведения, когда сыну разрешают носить платья, например. Пассивная ситуация не совсем хороша. Равно как и паника сверх меры. Ни та, ни другая ситуация не являются здоровой. Здоровая взрослая позиция – это золотая середина, — выяснить, что вас беспокоит, и сделать так, чтобы хорошо было и вам, и ребенку. Выяснить, действительно ли он трансгендер и как ему помочь адаптироваться, или ему не хватает вашего внимания и он нашел способ, чтобы его получить. Во втором случае вопрос коррекции решается намного проще, — если качественно уделять ему внимание, то его поведение начнет соответствовать его полу. Если же говорить о первом случае, то здесь задача сложнее, ведь в дальнейшем ребенка ждет гормонотерапия, возможно, операция по смене пола, ему нужно закончить школу, получить высшее образование, найти работу, найти себя, иметь финансовую опору, чтобы иметь возможность жить в комфорте с собой, и при этом не быть отягощенным своей особенностью.

Стоит ли обращаться за помощью к ЛГБТ-сообществу?

Для того, чтобы понять, что происходит с ребенком, можно обратиться, но и там важно найти понимающих людей. Они помогут и найти психолога, и прояснить многие вопросы. Поэтому родителям следует снять корону и обратиться за помощью, например, к известным трансгендерным людям. Поверьте, перетягивать вашего ребенка на свою сторону эти люди не будут, потому что они никому не пожелают пройти тот путь, который преодолели. Наоборот, эти люди поддержат, дадут информацию, объяснят, что с ним происходило, когда ему было 3 года, 6 лет, 12 и 28, потому что они в ядре этой проблемы, и как никто знают, что ждет этого ребенка.

Подготовили: Таня Касьян, Ира Керст

Иллюстрация Марии Кинович

— Читайте также: Доверительно и нетоксично: 7 правил, которые помогут выстроить здоровые отношения с ребенком

Шесть историй трансгендерных людей — Wonderzine

Ещё в 2016 году, когда я была угловатым мальчиком, меня позвали на фотосессию для «Спутника». Мне было любопытно, новая область, и в итоге мне очень понравилось — позы, шмотки примерять. Я решила этим дальше заниматься. Когда уже месяцев восемь терапии прошло, мне сказали, что лицо у меня модельное, рост классный, фигура тоже, в принципе, пойдёт, какие-нибудь российские марки типа «Волчка» я точно могу рекламировать. Меня пофоткал один фотограф, известный в узких кругах, мне башку сорвало, и я понеслась по фотосессиям. Сейчас отправила портфолио в два агентства, сказали, что не подходит, но у меня есть друг, который должен помочь с букингом. Не знаю, смогу ли я по подиуму ходить, ноги-то у меня кривые. А фотосессии мне нравятся.

Думаю вставить себе грудь, если всё получится, уже этой зимой. А про операцию на низ — это такая щепетильная тема, потому что, с одной стороны, очень хочется, а с другой — делают отстойно, последствия могут быть плохие, но вроде надо. В общем, я в раздумьях, тем более что операция стоит примерно миллион, а его надо где-то ещё найти. Врач мне посоветовал подождать лет до двадцати пяти, пока у меня мозги на место встанут, чтобы я могла точно решить. Раньше мне хотелось свалить в США, как и всем, но сейчас я понимаю, что мне вполне комфортно в Москве. Хотя лучше, наверное, переехать в Питер, там люди другие, вообще вся обстановка такая аутентичная, всё серое, низкие дома, это прямо моё.

Хотя я общаюсь с другими трансгендерными людьми в конференциях, чатах «ВКонтакте» и в Telegram, в жизни я с ними не встречаюсь, потому что не хочу себя всегда ассоциировать с трансгендерными людьми. В жизни я хочу быть просто женщиной. Есть ощущение, что большинство людей в сообществе немного двинуты на теме ЛГБТ, всё время пытаются найти, где нас ущемляют, докопаться до кого-то.

Есть трансгендерные парни, которые вдохновляются Tumblr, они ярко красятся, надевают юбочки, ушки, такие няняня. Я этого не понимаю: ну хочешь ты, чтобы тебя воспринимали как мужчину, одевайся как мужчина, у нас не такое осознанное общество, чтобы тебя просто так называли мужским местоимением, надо хотя бы минимально соответствовать. Зачем так делать, а потом кричать, что тебя угнетают? Это всё берётся с англоязычного Tumblr, там такой конфетный мир, никакой дискриминации, любовь, дружба, жвачка, все важны, все крутые.

«Я хотел бы стать первым в России оперным певцом — трансгендером»

Почти половина россиян признаются, что их оскорбляет существование трансгендерных людей. Петербуржец Александр Вахнянин рассказал «Собака.ru», как совершил переход из женщины в мужчину и с какими сложностями столкнулся на пути к самому себе. Спойлер: ему пришлось победить лейкемию, попрощаться с музыкальной карьерой и поддержкой родственников, а также пройти через три операции по коррекции пола. 

История первая: борьба с лейкемией

Я родился* в закрытом военном городке Полярный (Мурманская область) и сразу перевернул жизнь родителей. В 2 года у меня обнаружили онкологическое заболевание. Из-за того что населённый пункт был маленький и медиков не хватало, мне долго не могли поставить верный диагноз. Когда врачи поняли, что это рак, я был уже на последней стадии.

*Герой говорит о себе в мужском роде, в том числе рассказывая о прошлом до смены пола.

Все детство я жил, не зная, что перенес лейкемию и получил инвалидность. Но периодически ко мне приходили воспоминания: я помнил лысых детей, белые кабинеты и резкий запах лекарств. Бывал ли я там раньше? Мама отвечала, что нет.

О своем заболевании я узнал только в 16 лет, когда увидел медицинскую карту. Тогда я понял, почему до сих пор безумно боюсь сдавать кровь из вены. Не знаю, как все это пережили мои родители: на их глазах умирали такие же дети, как и я.

История вторая: мечты о карате и непринятие полового созревания

После выздоровления меня записали в музыкальный кружок. Родители хотели, чтобы я познакомился со сверстниками и увидел что-то кроме больниц. Выяснилось, что у меня есть музыкальный слух и даже голос. Я выступал в домах культуры, ездил по соседним городкам и практически стал местной звездой. Все детство я жил с мыслью, что буду певцом.

Со сверстниками все наладилось: у меня было много друзей, с которыми мы играли во дворе и обожали гонять на санках. В детстве деления на мальчиков и девочек не чувствовалось, разве что в одежде. Я любил удобные костюмы, но на праздниках и выступлениях знал, что мне нужны банты и платья. Такие перевоплощения я всегда воспринимал спокойно: на мой взгляд, одежда не определяет наш пол.

Примерно в том же возрасте стала расти грудь. Одноклассницы надевали лифчики с бантиками, я же старался вжать грудь обратно и постоянно сутулился. Я больше не мог носить удобные футболки, не мог раздеться по пояс и пойти плавать.

В социуме я тоже как будто умер: я лишился всех друзей-мальчиков. Тестостерон ударил им в голову, и они начали смотреть на меня как на привлекательный объект. Девочкам я был неинтересен: я видел, как они с удовольствием принимают изменения в их теле, и не понимал, что со мной не так.

Наверное, я просто боевая девчонка – к такому выводу я пришел, когда пару раз одержал победу в драках с мальчиками. Мне очень нравился сериал «Зена – королева воинов» и я хотел записаться в кружок по карате, но мама была против. Зато папа поддерживал мои интересы: мы вместе смотрели бокс и боевики по телевизору, ходили на рыбалку. В этот период на стене в моей комнате появился плакат с Арнольдом Шварценеггером. Именно о таком теле я мечтал.

История третья: мальчик, живущий в сети

Я понял, что я мальчик, в 14 лет. Признать это мне помогли соцсети. Все мои будни тогда были посвящены учебе, помимо гимназии я ходил в музыкальную школу. Так выглядела моя реальность, но по-настоящему я жил в сети. Я представлял себя 16-летним мальчиком по имени Саша. У моего героя в сети была неформальная внешность, он был геем. Тогда мне очень нравились такие парни. Когда я впервые посмотрел порно, то не мог понять: то ли я хочу выглядеть, как эти мужчины, то ли я хочу заниматься сексом, как они.

Мне было приятно, что девочки в сети воспринимают меня как парня. Я корректировал фигуру в фотошопе и даже купил себе парик. Чтобы накопить на него, устроился уборщиком и месяц мыл подъезды в своем районе.

Я решил, что мне все же должны нравиться девочки. К тому же в интернете с ними было проще познакомиться. Тогда я впервые поцеловался с подругой. Но нужного эффекта это не произвело: в девочек я не влюблялся. А вот в парней – да. Смешно, но я хотел быть таким же как они, но при этом меня возбуждало их тело. В то время я и представить себе не мог, что наш пол не связан с ориентацией, что можно чувствовать себя мужчиной и при этом любить мужчин.

Мои родители видели, что со мной происходит что-то необычное. Но вместо того, чтобы пойти на диалог, они отдали меня на перевоспитание старшей сестре. Она привела меня к себе домой, открыла на весь экран мои фотографии в парике и сказала, что я чудовище. В тот день сестра замахнулась на меня, но не ударила. Это было и не нужно: я был уничтожен. Единственное, что я точно понимал – я должен скрывать все от своих родственников.

История четвертая: отношения с парнем и неудачная попытка стать девочкой

В 16 лет я поступил в музыкальное училище. Пение – мое самое любимое дело в жизни, и я пошел учиться на дирижера, потому что там преподавали академический вокал. Учителя сказали, что у меня необычный тембр голоса и большой потенциал в оперном пении.

Ради моего образования мы с родителями переехали в Мурманск, и я твердо решил, что стану девочкой. У каждого трансгендера в жизни есть период, когда он пытается вжиться в роль, данную ему от рождения. Я стал выглядеть более женственно и нашел себе парня. Родители и сестра успокоились.

Когда я гулял со своим парнем, то часто представлял, что мы оба мужчины. Эти мысли в первый год наших отношений я старательно гнал от себя.

Мы вместе ходили в тренажерный зал. Изначально мой парень собирался накачать мышцы, а я – сбросить вес. Но смотря на его тело, я хотел выглядеть так же. Я стал выполнять мужские упражнения вместе с ним, но не мог поднимать тяжелые штанги. Он с удивлением смотрел на меня – вообще-то девочки качают себе ягодицы.

Отношению длиною в 2 года закончились после совместной поездки в Петербург. Помню, мы шли в толпе людей и я задал себе вопрос: «Кем они все же должны меня видеть?» Большой город подсказал мне, что я мужчина, а жизнь надо менять

История пятая: «Поклянись, что ты будешь исправляться!»

Я впервые вбил в поисковую строку слово «бигендер». До этого момента мне было страшно даже думать об этом, мне казалось, сестра читает мои мысли.

Концепция гендера меня потрясла. До этого я считал, что мы заложники своего тела, что именно оно нас определяет. Но фотографии парней до и после перехода в другой пол опровергали это. Мои глаза бегали по строчкам: «трансгендеры – люди, у которых ощущения в голове не совпадают с зарегистрированным при рождении полом». Меня колотило, это был самый счастливый и самый страшный момент в моей жизни. Я не знал, кем буду работать, как меня примут родители и будет ли у меня семья, но я понял, что могу быть собой.

Я сразу взялся за перевоплощение: коротко постриг волосы, купил унисекс-одежду, стал утягивать грудь и активно качать мышцы. Видя изменения в моем облике, родители думали, что я лесбиянка. Они говорили, что я занимаюсь извращениями со своими подругами. А в один из дней заявили – либо ты становишься девушкой, либо уходишь из нашего дома.

Мать посмотрела мне в глаза и сказала: «Поклянись, что ты будешь исправляться». Я был напуган и, глядя ей в глаза, повторял: «Да, я обещаю!» В тот момент она обнимала меня так крепко, как будто пол – это единственная вещь, за которую меня можно любить.

Мне нужно было сбежать из дома, но времени зарабатывать деньги на съемное жилье и еду не было. Я оканчивал училище, впереди были экзамены. Я рыдал в плечо матери оттого, что понимал: мне целый год придется играть роль счастливой дочери. Тогда я стал думать о суициде.

Мать покупала мне женское нижнее белье и заставляла надевать его при ней. Я не мог показать, что я несчастен, ведь это всегда приводило к скандалам. Во всех ссорах отец был довольно отстраненным. Я видел, как папа рыдал, только два раза в жизни.

Все усложнялось тем, что у отца прогрессировал алкоголизм. Когда он выпивал, в нем просыпалась дикая ненависть к матери и он избивал ее. Я всегда старался защитить маму, потому что знал – отец меня не тронет. Однажды он сорвал леску, на которой сушились наши вещи, и побежал на мать, чтобы задушить ее. Его руки были в крови, я подлетел к маме и закрыл ее своим телом. Я думаю, тогда он мог ее убить.

История шестая: из Марии в Александра/ новый паспорт и переезд в Петербург

В 20 лет я снял квартиру и устроился работать в «Макдональдс». Музыкальное училище я окончил с красным дипломом и должен был вместе с однокурсниками поступать в консерваторию. Но не мог, потому что решил, что буду корректировать пол, а вместе с ним должен будет измениться и мой голос. Это было трудное решение: я навсегда прощался со своим необычным тембром и с мечтами об оперной карьере. Но я выбрал лучшее из двух зол, ведь продолжать жить в теле девушки для меня было невыносимо. Никакая карьера не стоит ощущения гармонии с собой.

Я выживал на копейки, утроился на вторую работу – инструктором в спортивный клуб. Утро проводил там, а днем жарил картошку в «Макдональдсе». В фитнес-клубе ко мне относились пренебрежительно: никто не понимал, девочка я или мальчик, посетители тыкали в меня пальцем и спрашивали: «Что это?» 

 

Новый паспорт я получил в 21 год, моя воображаемая жизнь стала реальной. Благодаря петербургским трансгендерным волонтерам я сменил документы без судебных разбирательств. Официально из Марии я превратился в Александра всего за 10 дней. На самом деле я долго ждал изменений в свидетельстве о рождении и добивался гормонотерапии. Мурманские эндокринологи отказались выписывать мне препараты, которые будут корректировать мой гормональный фон – превращать меня в мужчину.

После смены документов меня попросили уволиться из фитнес-клуба. Они очень боялись за репутацию заведения и признались, что готовы заплатить мне, только бы я ушел. Родители тоже отказались от меня: отец попросил отдать ему ключи от дома и сказал, чтобы я больше никогда не появлялся у них. В Мурманске меня больше ничто не держало, и я переехал в Петербург.

История седьмая: операции по коррекции пола и отказ от полового члена

Я живу в Петербурге уже полтора года, за это время я перенес три операции по коррекции пола. Теперь я выгляжу как мужчина – все пазлы внутри меня соединились.

Чтобы быть мужчиной, я удалил грудь и женские репродуктивные органы, они выделяли половые гормоны, которые в сочетании с приемом тестостерона могли привести к онкологии. Колоть гормоны мне предстоит всю жизнь, а вот с хирургическими вмешательствами я закончил.

Некоторые трансгендеры соглашаются на дорогие и болезненные операции – для них половой член создают в 5 этапов, использую кожу с других участков тела. После таких оперативных вмешательств люди годами сидят на обезболивающих таблетках, говорить о получении удовольствия от секса здесь не приходится. Но многим трансгендерам важно сделать половой член, чтобы ходить в туалет стоя и мыться в бане с мужчинами.

История восьмая: первый в России трансгендер – оперный певец

Для меня переход – не смысл жизни. Теперь я точно знаю, что я трансгендерный мужчина. Вопрос с ориентацией тоже закрыт: мне нравятся парни. Вы скажете – а зачем тогда было менять пол? Для меня сексуальное возбуждение и ощущение себя мужчиной не взаимосвязаны. Конечно, мне было бы гораздо проще строить отношения с парнями, будучи девушкой. Но для меня это оказалось невозможно.

Последние годы коррекция пола забирала все мое время, у меня не было возможности развиваться в карьере и налаживать отношения с самим собой. Сейчас я хожу к психологу и пытаюсь разобрать ворох проблем, накопившийся за последние 10 лет. 

Мне страшно, что когда-нибудь мои родители уйдут из жизни с ненавистью ко мне. Я мог бы относиться к ним с благодарностью, если бы они только приняли меня. Этот вопрос мучает меня каждый день, он снится мне по ночам. Это самая большая боль в моей жизни.

В последнее время я стал писать посты в Instagram о моем переходе и заметил, что воодушевляю людей. Те, кто сомневается в себе, глядя на меня, убеждаются, что стать самим собой возможно. Сейчас меня вдохновляют путешествия и музыка, иногда я переслушиваю свои концертные записи и думаю о поступлении в консерваторию. Кто знает, может быть, я стану первым в России трансгендером-оперным певцом.

Автор: Ольга Шкворова. 

«Я не видел реализации себя женщиной, потому что я ею не был». Откровенные истории транслюдей, часть 1 | Фотожурнал

Вряд ли можно найти человека, который решил начать гендерный переход и не испытал стигматизации, насилия, разрушенных отношений в семье и с друзьями. Нередко трансгендерный человек рассматривается как раздражающий фактор нормативным большинством людей. Ему или ей приходится переживать стресс, а также бороться со страхом, осуждением и виной, спровоцированными обществом, которое подавляет право свободно выражать сексуальность и гендерную идентичность.

Истории этих людей не являются историями борьбы за права какого-либо конкретного сообщества. Это истории борьбы за основное право человека – право на существование.

В июле 2020 года был утвержден список поправок в Конституцию. Теперь Конституция Российской Федерации гласит: «Брак – это союз мужчины и женщины», и другие варианты невозможны. Эта поправка сделает жизнь ЛГБТ и трансгендерных семей еще более сложной.

Совсем недавно в Госдуму был внесен новый законопроект – планируется ввести законодательный запрет на переход. Если Дума одобрит этот закон, трансгендерные люди не смогут вступать в брак и усыновлять детей. Это еще один шаг к дискриминации и стигматизации этого сообщества.

Алиса

«Самые большие переживания связаны с телом и отношениями с родителями».

С социальной адаптацией у меня плохо получалось и в школе, и в университете. Я жутко стеснялась своего тела. У меня была андрогинная внешность, а в школе маленького города или в сельской школе, если ты чем- то отличаешься, тебя будут буллить. К сожалению, я закончила все 11 классов, а надо было уходить после 9-го. Два последних года очень тяжело дались. Было давление на тему внешнего вида, причем не только от учеников, но и от учителей. Впоследствии обо мне говорил весь поселок, слухи всякие распускали. Я была белой вороной.

В Хабаровске я поступила в институт. Пребывание там давалось тяжело. Те же люди, что и в школе были, но только ты еще и платишь за это. Инициатива с институтом провалилась, мама позвонила в военкомат и сдала меня. Прохожу я комиссию в военкомате, дошла до психиатра, и меня определили в ПНД. Там было неплохо. С нормальными врачами разговаривать – одно удовольствие.

Начала работать. Дальнейшие планы касались только того, чтобы накопить денег и уехать в Питер. Я переехала в Питер к своему другу, ему я очень благодарна и хочу сказать спасибо, что всегда был рядом и поддерживал меня. Он художник. Тут началась моя вебкам-карьера и карьера порноблогера.

Из-за телесной дисфории возникали серьезные проблемы, проблемы с отражением в зеркале. Теперь их намного меньше, приходит понимание своего тела – контакт налаживается. Сейчас я в гармонии с собой. Самые большие переживания связаны с телом и отношениями с родителями. Какого-то конкретного разговора у нас не было, потому что тогда я и сама не понимала, что происходит, а сейчас я в другом городе, и связь с ними есть только по телефону. Как-то я отправляла им свою фотографию, вопросов не возникало. Зачем что-то объяснять?

Я бы хотела перебраться куда-то в Евросоюз и получить там гражданство. Считаю, что для ЛГБТ-человека бесперспективно находиться в России. Помощи какой-то реальной нет. Вся помощь для ЛГБТ сводится к психологической, а этого недостаточно.

Алексей (имя изменено)

«В своей голове я всегда был среднестатистическим мужиком».

Первые 2,5 года мама все еще считала меня красивой девочкой, несмотря на то, что у меня уже началась гормональная терапия и пошла расти щетина с бородой. У нашей семьи есть традиция ездить на рыбалку, и в одну из таких поездок мама начала расспрашивать: «У тебя что, борода растет?» Я ответил, что да, растет, но мы с врачом над этим работаем, правда, я не уточнил, в какую именно сторону идет работа.

Отношения с родителями после перехода стали еще лучше, мы научились говорить друг с другом, стали лучше друг друга понимать. Переход и все трудности, с ним связанные, этому способствовали. Думаю, мне очень повезло. И с моей стороны, и со стороны родителей было огромное желание сохранить общение. Лет с 14 я уже начал подкидывать родителям какие-то истории, новые словечки (гендер, например). Я уже тогда понимал, что живу не в своем теле и переход – это единственный способ для дальнейшей жизни. Еще с детства я ассоциировал себя исключительно с мужскими ролями. В своей голове я всегда был среднестатистическим мужиком.

Бабушка рассказывала такую историю. Мне было около трех лет, когда она спросила: «О чем ты мечтаешь?» А я говорю: «Хочу, чтобы у меня был щит, меч и кольчуга». На следующий день мы с дедушкой делали мне меч со щитом. А еще я мечтал вырасти и стать Патриком Суэйзи. Я не видел реализации себя женщиной, потому что я ею и не был. Внутри я не поменялся. Например, могу над фильмом поплакать. Я таким родился и таким остаюсь, а переход – это не про то, как я стал другим наперекор всему. Для меня переход – это работа над собой.

Олег

«В нашем обществе нужны кардинальные перемены. Люди хотят хоть как-то самоутвердиться, за счет кого угодно. Им самим плохо. Если подумать, кто до нас докопался? Два алкаша. Люди в какой-то безысходности живут, злее становятся, вот и хотят на ком-то пар выпустить».

Может, я бы и осознал себя быстрее, но мать постоянно задавала один и тот же вопрос, как-то в упрек: «Ты, может, мальчиком хочешь быть?» И спрашивала она это таким тоном, что ребенок не мог ничего другого ответить, кроме как: «Нет-нет, ты что?» Я не мог сказать то, что ее расстроит. Отец ушел, когда мне было 6 лет, и мама занималась абсолютно всем по дому, а я ей помогал.

Компании друзей у меня не было, я был довольно изолированным ребенком. Мама запрещала к кому-то в гости ходить или к себе позвать. Не знаю, почему. Лет до 9–10 я мог сбегать из дома, пока мама на работе. Она меня запирала, но поскольку мы жили не в квартире, а в доме, я всегда знал, как и где можно выйти. Если она про это узнавала, то прилетало мне добротно, били меня лет до 14.

Я был тем ребенком, который не может сказать что-то вопреки своим родителям. Был страх. Я хотел избегать конфликтов любыми способами и поэтому стал много врать. Проще было соврать, чем получить. Мать была одна, тянула все на себе, понимала, что помощи ждать не от кого, и хоть она и имела проблемы с управлением гневом, я не могу ее в чем-то винить.

Пару раз в год я приезжаю к ней. Эмоционально это нелегко – нужно притворяться, выслушивать претензии о моем внешнем виде, поведении и так далее. Изменения в голосе и внешности почему-то у нее вопросов не вызывают. Может, она все поняла и не хочет поднимать эту тему, а может, и правда не замечает. Не поймешь.

С агрессией я сталкивался и в Петербурге. Шли как-то с другом, разговаривали. К нам докопались двое пьяных: «Эй, пидоры!» Подошли к нам, и мне прилетело кулаком в челюсть, я улетел в какую-то канаву. Второй подошел к моему другу, я с разбега врезался в него головой, но получил от первого битой в затылок. Подбежали прохожие, этих оттащили.

В нашем обществе нужны кардинальные перемены. Люди хотят хоть как-то самоутвердиться, за счет кого угодно. Им самим плохо. Если подумать, кто до нас докопался? Два алкаша. Люди в какой-то безысходности живут, злее становятся, вот и хотят на ком-то пар выпустить. Почему я должен всегда думать о своей безопасности? Я хочу спокойствия, нормального общества, где можно выйти на улицу и не бояться.

Когда я начал гормональную терапию, у меня поднялась самооценка, я перестал бояться смотреть в зеркало. До этого в зеркале был не я. Изменилось телосложение, черты лица, а с ними и восприятие себя. Жизнь до перехода была похожа на выход в обуви на три размера меньше. Вроде обут, но тебе плохо. Ты надеваешь все то, что тебе навязали, и думаешь: «Ок, я это для вас поношу, но когда-нибудь сниму и надену то, что удобно мне». Это отвратительное ощущение. Снимая эти ограничения, я могу делать себя собой. Наконец-то не надо кому-то потакать. Сейчас я гораздо счастливее. Я стал искренним, прямым, перестал врать и бояться высказывать свои мысли, перестал скрывать эмоции.

Дамиан

«Агрессия идет от невежества».

Слово «трансгендер» я услышал только лет в 12, но с самого детства знал, что я не девочка. Было что-то, что позволяло отличать себя от девочек.

Меня воспитывали хорошим человеком – неважно, какого пола, я жил с дедушкой и бабушкой. У бабушки не было предрассудков на тему, как должны выглядеть мальчики и девочки, а дедушка просто безмерно меня любил и поддерживал во всем.

Мама и папа развелись, когда я был маленьким. С 12–13 лет я пытался говорить с мамой о своем состоянии. Она сказала, что это подростковое и поэтому пройдет. Привыкать родители начали уже после смены моих документов. Мне очень повезло с родителями. Мама приняла меня. Когда я показал ей новые документы, она переучилась и стала обращаться ко мне в мужском роде, а отец поддерживал и перестраивался, когда я начал ГРТ (гормональную терапию).

Если в основе воспитания, образования были любовь, добро, гуманизм, такой человек просто не поймет, зачем ему нужно до кого-то докопаться, унизить. Человек состоит из того, чему его научили в семье, в школе.

В школу я ходить не хотел. Дети жестоки, и им прикольно травить того, кто слабее. У меня даже шрам остался от камня. А агрессия взрослых происходит от отсутствия просвещения. Если с таким человеком сесть и спокойно объяснить, что так бывает, то, на моем опыте, он начинает относиться иначе. Агрессия идет от невежества. Просвещение, сексуальное образование сделали бы общество терпимее, но нужно, чтобы это просвещение исходило из авторитетных источников.

Все чаще выходят истории, которые рассказывают, что вот так есть и это нормально. Все больше ЛГБТ-людей вовлекаются в этот процесс. Их родственники или друзья, сами того не замечая, доносят эту информацию до других, далеких от этой темы людей: упомянули тему ЛГБТ со 100 знакомыми, 50 задумались, 25 поняли, что это нормально. И так дальше.

Переход позволил мне быть собой. Сейчас мне проще общаться с людьми, ко мне не обращаются в женском роде – я стал счастливее. Я чувствую себя безопаснее.

Игнат

«Мама меня любит, я это точно знаю. Папа тоже любит, но как-то по своему. Не могу сказать точно, но думаю, что если бы он узнал, что я трансгендер, он бы от меня отказался».

В 13 лет я начал искать в интернете ответы на вопрос «Почему девочка хочет выглядеть как мальчик?» Попал на какой-то форум о переходе и понял, что я – трансгендер. Я чуть не заплакал. Мама в этот момент находилась со мной в комнате, и на ее вопрос «Что случилось?» я ответил: «Мама, кажется, я мальчик». У нас состоялся странный разговор, но она сказала: «Ладно, я и раньше знала, ты мне не в первый раз об этом говоришь».

С 6–7 лет я иногда говорил ей, что я мальчик. Осознав дисфорию, я наконец понял свои чувства, когда я не хотел видеть себя в зеркале, а смотря в него, прикрывал руками грудь. Когда убирал – хотел сделать с собой что-то плохое. К сожалению, нет возможности начать ГРТ с 13 лет. Если бы я начал тогда, то уберег бы себя от кучи комплексов и проблем, с которыми столкнулся, от которых с трудом избавляюсь по сей день – день за днем. Мама окончательно приняла меня и мой переход за 2–2,5 года. В 13 лет, после моего каминг-аута, она начала обращаться ко мне в мужском роде. Отец вроде бы до сих пор ничего не знает. Мама меня любит, я это точно знаю. Папа тоже любит, но как- то по своему. Не могу сказать точно, но думаю, что если бы он узнал, что я трансгендер, он бы от меня отказался.

Началась школа, и я не могу вспомнить ни одного счастливого дня – кроме того, когда я забрал аттестат. Буллинг не прекращался все 9 классов, 11 я бы там просто не выдержал. Друзей не было. В 8 классе у меня появился пирсинг – это стало злить людей еще больше, к давлению присоединились и учителя. Со мной разговаривали не как с ребенком, а как с преступником.

Когда я приехал в Россию и пошел в 4 класс, все смеялись надо мной, называли обезьяной, китаезой. Школьный психолог говорил всякие гадости. На тот момент по школе ходили слухи, что я говорю о себе в мужском роде (так мне сказал психолог). Я открылся ему и попросил держать это в тайне, он был первым незнакомым человеком, которому я все рассказал, – это была огромная ошибка. Об этом узнала вся школа, оскорбления и унижения стали постоянными. Начался ад.

Терапия позволила мне чувствовать себя собой. Тот список комплексов, который у меня был раньше: феминное лицо, высокий голос – это все ушло, и я стал чувствовать себя более уверенно. Перестал чувствовать себя чужим в своем теле. Работа над собой еще не закончена.

Страх я испытываю и сейчас. Например, из-за внешности. В обществе есть куча стереотипов на тему, как должен выглядеть парень, и я точно не вписываюсь в эти правила.

Тим

«Трансгендеров не существует, справок не выдаем».

В 16 лет начался социальный переход, резко и радикально. Я пришел в ПНД к психиатру и сказал: «Я трансгендер, дайте мне справку, сделайте с этим что-нибудь». Она посмотрела на меня и отправила к психологу, у него я заполнил тесты и вернулся к первой. Она все посмотрела и ушла к заведующему. Заведующий ответил: «Трансгендеров не существует, справок не выдаем». И я ушел.

Мне повезло с родителями, пока они меня вели до 12 лет. Мне не навязывали гендерные роли, не одевали в платья. Я чувствовал себя бесполой каплей. В 15 я ушел из дома и начал пытаться разобраться в том, что со мной происходит, до этого были дела поважнее и я не думал о себе – в 12 лет у меня появились первые вопросы к себе, но этот период совпал с разводом родителей.

В 16 я узнал, что существуют трансгендеры, и наконец-то понял, что все это было. Я сбрил волосы, начал говорить о себе в мужском роде, и мне резко полегчало. На тот момент я учился в колледже, и неожиданно все парни приняли меня позитивно: «О, у нас еще один мужик». А девушки стали относиться с агрессией. Меня затравили учителя, из-за них я ушел оттуда со второго курса. Они говорили: «Что ты такое? Ты не мужик. Хватит придуриваться». Когда кто-то в их присутствии называл меня по имени и обращался ко мне в мужском роде, они срывались на этом человеке, говорили: «Чтобы никто не смел подыгрывать этому цирку».

С агрессией я сталкиваюсь довольно часто. Меня как-то подловили знакомые знакомых, которые прознали, что я не «тру пацан», и побили арматурами. У нас нет просвещения, люди не хотят ни в чем разбираться, а человек склонен агрессивно относиться к тому, чего он не понимает.

Катерина. Активистка организации «Т-Действие»

«Когда я соотносила себя с внешним миром, то немножко сходила с ума, а сходить с ума страшно».

Условно с 12 до 25 я пыталась выбрать, что вкуснее – шизофрения или раздвоение личности. В 25 лет я узнала, что трансгендерность – это про меня.

Я была жената, с супругой мы были с 17 лет. Четкая мысль о переходе появилась года в 33. Информации тогда почти не было. Я как-то нашла тест шкала Бенджамина, где получилось, что у меня трансвестизм двойной роли – это было зашибись, потому-то, когда я узнала про транссексуализм, мне стало страшно. С одной стороны, я понимала, что это про меня, но гормоны, операции, а у меня жена, дети – мрак, невозможно. Где-то на полгода после этого я вообще закрылась от информации. Был внутренний вопрос: «Зачем мне быть женщиной, если мне нравятся женщины?»

Страшно было ломать всю жизнь. Так прошло 8 лет, и чего только за эти годы не было: кроссдрейсинг (переодевания), макияж, эксперименты с образами. Эти шаги помогают сбавить дисфорию, но они перестали помогать. Однажды я пришла из какого-то клуба и поняла, что снимать образ не хочу. Сидела в ванной с ощущением полной опустошенности.

Самый активный период, который изменил все, занял 4–5 месяцев. Как-то я пришла на мероприятие, которое делали «Т-Действие» вместе с организацией «Выход». Я увидела людей, которые заявляют: «Я трансженщина и лесбиянка». Для меня это было невероятно, было такое внутреннее освобождение, что так можно! Не в другой стране, не где-то там в Интернете, а вот человек на расстоянии вытянутой руки. Я встала перед аудиторией и сказала: «Я транссексуалка и лесбиянка». После я сделала каминг-аут перед женой. Потом были каминг-ауты на работе, перед сыном, я вливалась в активизм.

С нынешним мужем мы прикалываемся, что по паспортам мы геи, внешне гетеро, секс у нас лесбийский. Если говорить в этой системе координат, то я не знаю, что такое ориентация. Хотя в начале перехода идентичность лесбиянки была для меня очень важна – важнее, чем идентичность трансженщины. Трансженщина-лесбиянка даже внутри транссреды – тогда это было не очень.

Еще до перехода я прониклась феминизмом. Позже каждый микросексизм я прочувствовала на себе. Начиная со знакомств на улице – все эти вопросы, хватания за руки и так далее. Меня поразило то, что мне пришлось стать жестче на работе. Например, в продвижении своих идей на совещаниях. В противном случае я могла по несколько раз высказываться и не быть услышанной.

То, что я сейчас из себя представляю, стоило мне очень многого. Стоило ли оно того? Конечно же, стоило.

Вторая часть проекта «Переход»
Другие проекты автора

Идеальный наблюдатель Анфиса. Фотосерия

Жертвоприношения в священной роще. Во что верят марийцы?

Последние голоса народа водь. Фотоистория

“У волшебника я бы попросил мужское тело”. Истории двух молодых трансгендеров в Кыргызстане

Двое кыргызстанцев-трансгендеров рассказали, каково это – расти не в своем теле в такой консервативной стране, как Кыргызстан. Киргизская служба Радио Свобода сняла документальный фильм о двух молодых людях-трансгендерах, живущих в этой стране.

Эрк Кайрату 20 лет, и он родился с женскими половыми органами, но сейчас принимает гормоны и готовится к операции по смене пола.

“В 4-5 лет я начал замечать, что отличаюсь от мальчиков и девочек во дворе. Мне хотелось играть в машинки, автоматы. Мечтал служить в армии. У меня появлялись вопросы к себе: почему у меня тело девочки, но чувствую я себя мужчиной. Я чувствую себя мужчиной, – рассказывает он. – В детстве я больше всего ждал волшебника, который спросил бы меня: “Чего ты хочешь? Что мне для тебя сделать?” Я попросил бы: “Пожалуйста, дай мне мужское тело”.

Эре Кайрат не знает, почему трансгендеров в Кыргызстане не принимают. “Пусть человек просто поговорит со мной минут 10-15, не зная, что я трансгендер, – говорит он. – Он не подумает обо мне ничего плохого. Он воспримет меня как обычного человека. Но стоит ему узнать, что я трансгендер, у него сразу меняется отношение. Удивляются, что это такое. Не понимают”.

Нередко враждебное отношение к трансгендерам приводит к насилию. Мырзайм, 23-летняя трансгендер-женщина, рассказала, что ей доводилось пережить.

“Хожу с подружками, они тоже транс-девочки, ходим в клубы или кафе, танцуем. Ну, как все люди. Подходят парни – говоришь. Например, я не скрываю. Говорю, что я трансгендерная девушка, – рассказывает она. – Так однажды познакомились, но после того, как узнали, мне что-то подсунули. Короче, какая-то таблетка, от которой отключаешься. Я уснула. Проснулась в горах. Проснулась от того, что меня по лицу бьют. Меня избивали, издевались надо мной, отрезали волосы, тушили сигарету об меня. Те трое парней оставили меня в горах”.

Из-за подобного отношения общества, помимо прочих причин, люди-трансгендеры страдают психологическими расстройствами, в частности, депрессией.

Писатель Олжобай Шакир – отец трансгендера. Ему тоже понадобилось некоторое время, чтобы понять, как именно чувствует себя его ребенок. Теперь писатель часто общается с молодыми людьми, и на одном мероприятии познакомился с группой трансгендеров.

“Сидели одни молодые люди – кыргызские парни и девушки. У некоторых из них здесь живого места не осталось. Они много раз пытались наложить на себя руки, – рассказывает Шакир. – Рассказывали историю одной из них. Девушка сказала родителям, что является парнем, но они выругали ее. Позже устроили изнасилование. Намеренно. Чтобы доказать, что она девочка. Узнав, что забеременела, девушка повесилась”.

Несмотря на нередко враждебное отношение к трансгендерам в Кыргызстане, в правительстве есть люди, которые понимают, что трансгендерность – вовсе не болезнь и не повод для насилия и насмешек.

“Я знаю, что есть страхи, что если об этом говорить открыто в школах, многие дети начнут заниматься этим модным течением и просить сменить пол. Нет, конечно, – рассказывает Бермет Барктабасова, советник Министерства здравоохранения. – Это состояние не приходит извне и насильно. Это внутреннее состояние, которое только медики могут помочь определить. И дальше человек уже сам решает свою судьбу”.

Полный фильм можно посмотреть внизу или на сайте киргизской службы Радио Свобода.

выйдут как трансгендеры | Что вы должны знать

Рассказ о трансгендере для друзей и семьи может варьироваться от пугающего и трудного до захватывающего и раскрепощающего. У всех все по-разному. Нет единственного правильного выхода.

Что значит «выйти»?

Выступление трансгендером может означать, что вы рассказываете людям о ваших предпочтительных местоимениях (если вы хотите, чтобы вас называли он / он, она / она, они / они и т. Д.). Это также может означать, что вы просите людей называть вас новым именем и думать о вас через гендерную идентичность, которая вам нравится.

Выйти трансгендером – это очень личное решение, которое у всех разное. Некоторые люди предпочитают выходить из больницы до того, как они перейдут к медицинскому или социальному переходу, а некоторые – после или во время этого процесса. Вы можете по своему выбору открываться разным людям в разное время или вообще не открываться некоторым людям. Все это нормально – только вы можете решить, что вам подходит.

Хотя и то, и другое связано с рассказом друзьям и семье о своей личности, существуют различия между тем, чтобы стать лесбиянкой, геем или бисексуалом и стать трансгендером.Многие люди знают, что значит быть геем, но все еще много путаницы и дезинформации о том, что значит быть трансгендером.

А иногда откровение или разглашение трансгендерной принадлежности может означать, что вашу личность неправильно понимают, не уважают или не верят.

Если вы решите выступить в роли трансгендера, убедитесь, что это люди, которым вы доверяете, и что у вас есть система поддержки. Это могут быть друзья, семья или группа поддержки. Важно быть максимально уверенным в том, что выход из дома не поставит под угрозу вашу безопасность, здоровье или жизненную ситуацию.

Как мне рассказать родителям и друзьям?

Нет единственного правильного способа рассказать семье и друзьям. Вы эксперт в том, что вам кажется правильным и кому безопаснее всего рассказать.

Вот несколько общих советов по выходу:

  • Когда вы решите, что готовы выступить, дайте себе время подумать, как вы это сделаете и что скажете.

  • Определите людей или людей в вашей жизни, которые, по вашему мнению, будут оказывать наибольшую поддержку, и сначала обратитесь к ним.Часто можно понять, насколько кто-то дружелюбен к трансгендерам, наблюдая, как они реагируют, когда эта тема поднимается в разговоре.

  • Проведите небольшое исследование, чтобы получить информацию о том, что вы трансгендеры, на случай, если у них возникнут вопросы или они не знают всех фактов.

  • Некоторым людям удобнее писать письмо или электронную почту, чем приходить лично.

  • После того, как вы решите, к кому вы пойдете, что вы им скажете и как вы это скажете, будьте готовы подождать, пока они переваривают и принимают новую информацию.Дайте им время подумать и постарайтесь понять, через что вы проходите.

  • Иногда людям требуется некоторое время, чтобы привыкнуть к вашим новым местоимениям или имени, и они могут делать ошибки, обращаясь к вам, даже если они не хотят этого делать.

  • Не думайте, что все отреагируют отрицательно. Некоторые люди могут удивить вас своей открытостью и принятием.

«Руководство по освещению трансгендеров» Кампании за права человека – это хороший пошаговый ресурс, который поможет вам стать трансгендером, а также включает информацию, которая поможет людям в вашей жизни понять вашу личность.

Где я могу получить поддержку, если я трансгендер?

Вы можете найти поддержку во многих местах, в том числе:

Не все живут в местах, где много трансгендеров или ЛГБТК-сообщества. Если это ваша ситуация, поищите в Интернете сообщества и поддержку.

Спросите у гендерного терапевта: как узнать, трансгендер ли я?

Спросите гендерного терапевта: как узнать, трансгендер ли я?

Примечание: с момента создания этого видео я опубликовал

ВЫ И ВАША ГЕНДЕРНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ: РУКОВОДСТВО ПО ОТКРЫТИЮ

В выпуске серии видео вопросов и ответов «Спросите гендерного терапевта» на этой неделе я отвечаю на вопрос:


Как узнать, трансгендер ли я?

Примечание. Изначально это видео было снято в 2014 году, и с тех пор я многому научился как гендерный терапевт.Есть некоторые фразы и термины, которые я использовал в видео, которые я хотел пересмотреть, поэтому я сделал это в стенограмме ниже (март 2016 г.)

Выписка

Спросите гендерного терапевта: как узнать, трансгендер ли я?

Привет, это Дара Хоффман-Фокс – снова вернулась с очередным выпуском «Спроси гендерного терапевта». Это серия видео, в которой я стараюсь ответить на ваши вопросы о трансгендерах с точки зрения гендерного терапевта.

Итак, сегодняшний вопрос – это совокупность многих вопросов, которые я получил, и в основном это выглядит примерно так:

Привет, Дара, как мне узнать, трансгендер ли я?

Я получаю этот вопрос от людей всех возрастов со всего мира, из самых разных слоев общества.Поэтому я полагаю, что вместо того, чтобы читать все отдельные вопросы, это определенно означает, что это вопрос, который думают многие люди (и поэтому я сделаю все возможное, чтобы ответить на него здесь).

Первое, о чем я хочу поговорить, это вопрос «Откуда мне знать, что я трансгендер?» будучи очень, очень большим сам по себе и разбивая его на части.

Давайте поговорим о том, что, если кто-то даже задает себе этот вопрос, это, вероятно, означает, по крайней мере, , вероятно, не «цисгендеры» (т.е. ощущение, что их пол, присвоенный им при рождении, совпадает с их фактической гендерной идентичностью). Выяснение того, насколько сильным и стойким является это чувство, будет следующим шагом к выяснению того, что они «трансгендеры».

Но помните, что «трансгендер» может быть широким спектром, и это зависит от вас, хотите ли вы даже использовать этот термин для описания своего опыта!

Итак, начнем с этого (левая рука в крайней левой части экрана) – это чей-то пол, присвоенный при рождении, его «биологический пол».Если кто-то спрашивает себя: «Я трансгендер?» более чем вероятно, что это означает, что вы не чувствуете себя связанным с вашим точным биологическим полом и полом, назначенным вам при рождении. Вы чувствуете себя где-то здесь (правая рука в дюйме от левой) или здесь (руки в шести дюймах друг от друга), может быть, даже здесь! (руки на расстоянии двух футов).

Вы также можете почувствовать, что не подходите ни для чего в этом спектре, более чем в одном месте на нем, повсюду … Варианты буквально безграничны.

Итак, вы можете понять, о чем я говорю, это то, что дискомфорт, который вы испытываете по поводу назначенного вам пола при рождении и, в основном, ожидаемых вами назначенных гендерных ролей – ваш дискомфорт по этому поводу может варьироваться.Он может быть маленьким, может быть очень широким.

И поэтому нужно помнить одну вещь: вам не обязательно иметь очень конкретное представление о том, что значит быть трансгендером . Это что-то, что может идти через весь спектр, и вы можете почувствовать свободу исследовать это.

Но, по крайней мере, вы знаете, что по большей части с вами что-то происходит в этот момент, что связано с вашей точной гендерной ролью и гендерными ожиданиями, которые возлагаются на вас в этот момент.

Следующее, что может быть полезно, – это немного подумать о дискомфорте , который вы испытываете с вашим нынешним полом или вашей нынешней гендерной ролью . Дискомфорт исходит из места, где вам не нравится определенные гендерные ожидания, которые на вас возлагаются? Что из-за этого кажется, что ты не являешься собой на самом деле? Есть ли в какой-то степени способ, которым вы выражаете свой пол и чувствуете, что «действуете», чувствуете себя «подделкой» или «мошенником»? Вы не чувствуете себя настоящим?

Еще один способ спросить себя о своем дискомфорте – насколько вам комфортно с родовыми местоимениями , которые люди используют для вас ? Например, если кто-то воспринимает вас как «он», а вас всегда называют «он», как это к вам относится? Признаете ли вы, что иногда, чаще всего, вам действительно не нравится, когда вас называют «он»? Так что это нужно учитывать, когда дело доходит до того, насколько вам это неудобно.

Это также может относиться к , ваше имя ; может быть, у вас очень мужское или очень женское имя, и большую часть вашей жизни оно вам просто не подходит. Так что это еще один вопрос, который стоит задать себе о своем дискомфорте.

Продолжайте проверять себя на предмет дискомфорта, связанного с вашим телом. Кажется, ваше физическое тело соответствует тому полу, которое вы можете определить по своему мозгу? Это, конечно, огромный вопрос, который стоит задать себе, и может потребоваться много времени и много терпения, чтобы найти ответы – ну, вообще-то, на все эти вопросы.

И поскольку эти вопросы могут быть трудными для изучения, я предлагаю вам найти кого-нибудь, с кем можно поговорить об этом вслух, как только вы почувствуете себя комфортно с кем-то.

Например, гендерный терапевт был бы отличным человеком, с которым можно было бы поговорить об этом. Но если вы можете найти доверенного друга, надежного члена семьи, даже кого-то из в Интернете, с которым вы сможете начать изучать эти вопросы, это действительно может помочь вам.

Поначалу это может быть страшно.Потому что, когда вы действительно начинаете говорить об этом, это становится более реальным. Но вы получите ответы намного быстрее, чем если бы вы просто держали их в голове. Это все равно сведет вас с ума.

Следующее, что я собираюсь предложить, – это вам, , провести исследование . Один из способов проведения исследования – прочитать другие истории о трансгендерах . Это может быть в Интернете, это могут быть книги, это могут быть люди, с которыми вы разговариваете в чатах или в группах поддержки … Чем больше вы слышите о различных трансгендерных переживаниях, тем выше вероятность того, что вы сможете связаться с одним из те и говорят: «А-ха! Это моя история, поэтому да – я действительно чувствую себя трансгендером.«Это действительно может иметь большое значение для вербализации ваших внутренних чувств, когда вы слышите, как кто-то произносит их вслух и облекает их в слова. Это может быть очень значимый опыт, когда вы наконец почувствуете, что для вас есть ответ.

Другой способ провести исследование – это прочитать . У меня есть пара предложений: загляните в блог Мэтта Кейли и это mattkailey.wordpress.com. Он писал этот блог в течение многих лет и отвечает на вопросы читателей.И он затронул тему «Я трансгендер?», «Какой я тип трансгендера?», «Я гендерный флюид?» и всевозможные статьи об этом. Поэтому все, что вам нужно сделать, это зайти в этот блог, и в правой части страницы есть категории, на которые вы можете нажать, чтобы получить дополнительную информацию об этом.

Еще я предлагаю вам почитать книгу My Gender Workbook , написанную Kate Bornstein . Это фаворит многих моих клиентов.Я предложил им эту книгу. Пройдя через это, они чувствуют, что имеют гораздо более четкое представление о том, что такое пол в первую очередь, а также о своей собственной гендерной идентичности.

Итак, есть много других ресурсов, но это парочка моих любимых.

Я думаю, что одна из самых сложных частей в процессе ответа на вопрос о том, трансгендер вы или нет, заключается в том, что если ответ положительный, то, скорее всего, это означает, что вам нужно в чем-то признаться самому себе и затем, в конце концов, для других это действительно большое дело .

Это меняет жизнь, и впереди нас ждут проблемы. Так что необходимость потратить много времени на поиск ответа на этот вопрос имеет смысл.

Так что сделайте себе небольшой перерыв, если вам понадобится время, чтобы по-настоящему понять ответ. Потому что есть вероятность, что это будет что-то, что существенно изменит вашу жизнь. Конечно, в твоей жизни произойдут удивительные изменения, если ты наконец сможешь стать тем, кем ты являешься на самом деле.Но понятно, что реальность такова, что некоторые из этих изменений будут трудными.

Я хочу обязательно упомянуть, что на самом деле так сложно быть на 100% уверенным в чем-то о себе . Также имейте в виду, что на этом этапе чем ближе вы можете подойти к 100%, тем лучше.

Но просто помните – предположим, вы пришли к выводу, что вы трансгендер, и это в той степени, в которой вам понадобится медицинский переход, что означает, что вам нужно посетить гендерного терапевта и врача, и в конце концов, может быть, хирург … Вы будете проходить через этот процесс, в котором будет казаться, что люди ставят вас в центр внимания и почти пытаются заставить вас доказать им: «Эй, вы действительно трансгендер?»

На самом деле, я надеюсь, что это не ваш опыт.Это определенно опыт, которому я стараюсь не подвергать своих клиентов. Но он все равно может быть там, даже если человек или профессионал, с которым вы разговариваете, не заставляет вас так себя чувствовать. Вам нужно что-то объяснять. Вам придется проходить через это снова и снова, и вы можете проходить через это с каждым человеком, к которому вы в конечном итоге обращаетесь, снова и снова. «Вот почему я знаю, что я трансгендер…»

Во всяком случае, это могло бы помочь укрепить это для вас. Но в то же время я определенно видел, где это вызывает сомнения в головах моих клиентов.И снова, это совершенно нормально – в этом нет ничего плохого, пока вы удерживаете , возвращаясь к своей истине и тому месту, где вы хотите это взять. Это то, что действительно имеет значение в конце.

Ну вот и все по этому сегменту. Как я уже сказал, это огромный вопрос, и я уверен, что коснулся его только самой поверхности, но я надеюсь, что по крайней мере он может дать вам начало в том, что делать.

Гендерная дисфория – Признаки – NHS

Люди с гендерной дисфорией могут иметь ряд чувств и поведения, свидетельствующих о дискомфорте или дистрессе.

Уровень бедствия может быть серьезным и затрагивать все сферы их жизни.

Признаки гендерной дисфории у детей

Гендерная дисфория в детстве диагностируется редко.

Большинство детей, которые в молодом возрасте кажутся сбитыми с толку своей гендерной идентичностью, не будут продолжать чувствовать то же самое после полового созревания. Ролевая игра не является чем-то необычным для маленьких детей.

Однако спросите совета у терапевта, если вы беспокоитесь, что ваш ребенок проявляет признаки депрессии, беспокойства или замкнутости.

Прежде чем обращаться за советом к терапевту, вы можете спросить, замечалось ли такое поведение в школе.

Узнайте больше о том, думаете ли вы, что ваш ребенок транс- или небинарный.

Признаки гендерной дисфории у подростков и взрослых

Если ваши чувства гендерной дисфории начались в детстве, теперь у вас может быть более четкое представление о своей гендерной идентичности и о том, как вы хотите с ней бороться.

Однако вы также можете обнаружить, что чувства, которые у вас были в более молодом возрасте, со временем исчезают, и вы чувствуете себя комфортно со своим биологическим полом.

Или вы можете идентифицировать себя как гей, лесбиянка или бисексуал.

Гендерная дисфория влияет на подростков и взрослых по-разному, чем на детей. Вы можете чувствовать:

  • уверены, что ваша гендерная идентичность конфликтует с вашим биологическим полом
  • комфортно только тогда, когда в гендерной роли предпочитаемой вами гендерной идентичности (может включать небинарную)
  • сильное желание скрыть или избавиться от физического признаки вашего биологического пола, такие как грудь или волосы на лице
  • сильная неприязнь к гениталиям вашего биологического пола

Вы можете чувствовать себя одиноким или изолированным от других.Вы также можете столкнуться с давлением со стороны друзей, одноклассников, товарищей по работе или семьи, чтобы они вели себя определенным образом. Или вы можете столкнуться с запугиванием и преследованием за то, что вы отличаетесь от других.

Наличие или подавление этих чувств влияет на ваше эмоциональное и психологическое благополучие.

Если вы чувствуете себя подавленным

Поговорите с друзьями и семьей, если вы чувствуете, что можете, и как можно скорее обратитесь к терапевту или позвоните в NHS 111.

Или позвоните самаритянам бесплатно по номеру 116 123 (круглосуточно) и поговорите по любым вопросам, которые могут у вас возникнуть с полной уверенностью.Вы также можете написать по электронной почте [email protected]

Есть и другие телефоны доверия по вопросам психического здоровья, которые могут вам пригодиться.

Последняя проверка страницы: 28 мая 2020 г.
Срок следующего рассмотрения: 28 мая 2023 г.

Как мне узнать, трансгендер ли я? – шуйлербайлар – пинкмантарай

«Я думаю, что я трансгендер, но не уверен. Как мне узнать, транс я или нет? »

Первое, что нужно запомнить, это то, что не существует единственного повествования о том, что значит быть трансгендером.Гендер (независимо от того, как общество хочет его ограничивать) – это не бинарность, это спектр, континуум.

Более длинный ответ заключается в том, что я не могу сказать вам, кто вы. Только вы можете это понять. И я уверен, что если вы хоть немного похожи на меня, вы сейчас закатываете глаза. Я понял. Это действительно отстой пытаться понять, кто ты. Но вы задаете все хорошие вопросы прямо сейчас, и это именно то, что вам нужно. Задавайте себе вопросы. Вам не обязательно знать все ответы прямо сейчас.

Я бы действительно инвестировал в размышления о том, кто вы есть – кем вы хотите быть – когда гаснет свет в конце дня и вы одни в постели. Не сосредотачивайтесь на своем теле и его форме, гениталиях или гормонах. Это только часть этого. Задайте себе вопросы, которые тянут ваше сердце, которые вас беспокоят:

  1. Кто ты внутри?
  2. Что заставит вас прожить самую счастливую, самую настоящую жизнь?
  3. Если бы ничто другое не могло вас остановить – если бы все остальное не имело значения, что бы вы делали? Уберите свою семью, спорт, вторую половинку, сверстников и всех подряд.Что бы вы сделали только для себя? Я всегда представляю себя на острове в одиночестве, пытаясь выжить в одиночку, как и я. Кого я видел? Я всегда видел себя мужчиной.

Вот несколько примеров подсказок для записи:

  1. Представьте, что вы оказались в одиночестве на необитаемом острове. Кто ты? Как ваше тело выглядит и на что похоже? Как ты себя держишь?
  2. В конце дня, когда ты один в своей постели, свет выключен, и ты только под одеялом, кто ты? Закрой глаза.Как вы представляете себя и свое тело и как вы себя представляете? (Вы можете написать об этом, но вы также можете лечь в постель и представить себе это ночью.)
  3. Проконсультируйтесь со своим младшим «я». Я всегда выбираю себя 8-летнего ребенка, потому что думаю, что он много знал о том, кем он был, и на него еще не повлияло то, кем мир сказал ему, что он должен быть. Подумайте о том, кем вы представляли себя в молодости. Кем вы всегда мечтали стать? Что бы вы, помоложе, думали о вас сегодня? Почему?

«Есть ли у вас какие-либо предложения для людей, сомневающихся в своем поле?»

Иногда мне кажется, что вопросы важнее ответов.Я знаю, это звучит забавно, но если вы продолжите задавать вопросы и задумываться о них, в конечном итоге вы наткнетесь на ответы.

Примеры вопросов, которые можно задать себе, приведены в предыдущем разделе часто задаваемых вопросов.

В конечном счете, вы пытаетесь ответить на вопрос: что заставит вас почувствовать себя больше всего? Что на протяжении вашей жизни заставляло вас чувствовать себя больше всего? Когда вы помните, как вы больше всего себя любили и какие факторы этому способствовали?

«Я думаю, что я мальчик-транс, но во многих смыслах я боюсь перейти.Я не ненавижу свою жизнь «как девушка» и не ненавижу быть девушкой, я просто знаю, что я им не являюсь. Что, если мне никто не верит? »

Нет никаких квалификаций, чтобы быть трансгендером , за исключением того, что быть трансгендером. Контрольного списка нет… «Да, я ненавижу розовый; да, все детство я был грубым и короткошерстным; да, я презираю все женское… »Нет! Это не так. Он сложнее и спектральнее чем. И я полагаю, что существует прототип, который коллективно ощущают большинство трансгендерных людей, но вам не нужно чувствовать все или что-либо из этого, чтобы быть трансгендером.Я знаю нескольких трансгендерных мужчин, которые выросли на любви к платьям, были гипер-женскими, носили макияж, встречались с парнями и т. Д., И это не делает их менее трансгендерными. Необязательно ненавидеть «девичью жизнь», чтобы быть транс-мужчиной. На самом деле, если честно, мне все еще не хватает того, чтобы быть женщиной и быть частью социальной женственности. Но я также понимаю, что я не слишком много потеряла – я все еще женственна во многих отношениях, у меня есть почти все мои прежние друзья, у меня все еще есть много друзей-женщин.А что касается фразы «никто мне не поверит», я думаю, что важнее выяснить, верите ли вы себе. И я не хочу сказать, что вы лжете себе, я имею в виду, что по мере того, как мы вырастаем, все бросают миллион «ЭТО-КТО-И-ЧТО-ВЫ-ПРЕДПОЛАГАЕТСЯ-БЫТЬ». ,” на нас. Наши учителя, наши родители, наши братья и сестры, друзья, средства массовой информации и т. Д. По большей части это сделано из лучших побуждений, конечно. Но обычно это многому учит нас о том, кем мы должны быть другие люди и общество, маскируя то, кем мы являемся на самом деле.И я думаю, что многие попытки найти себя – это отвыкание от советов, которые вам не соответствуют и не кажутся подлинными.

«Итак, большую часть времени я чувствую 100% уверенность в том, что я трансгендер. Но тогда есть сомнения. Я хочу понять это больше всего на свете. Если бы я мог выбрать, какого пола я хочу быть, без сомнения, я бы выбрал мужчину. Но меня беспокоит, что я настолько одержим всем этим, что убедил себя в том, что это то, кем я являюсь. Можете ли вы ХОТИТЬ быть трансгендером, но на самом деле не БЫТЬ трансгендером? Или желание быть трансгендером – это то же самое, что быть трансгендером на самом деле? »

У меня есть несколько ответов на ваши вопросы.Во-первых, да, я задавал себе подобные вопросы. Я действительно мальчик или просто хочу им быть? Разве я не могу оставаться такой, какая я есть, девочки могут делать все, что могут делать мальчики! И так по пути, о котором вы упомянули. На чем я пытался сосредоточиться, так это на том, кого я действительно чувствую: . Дело не в том, кем я хочу быть. Или кем я должен быть. Или что я могу сделать. Это то, кем я чувствую себя в основе своей личности. И какие решения я могу принять, зная, что сделает меня самым счастливым.

Тем не менее, в конце концов, я не уверен, есть ли правильный ответ или неправильный ответ . Это все путешествие, чтобы понять себя, и я не думаю, что оно когда-либо закончится. Что в некотором роде вызывает волнение во всем этом. Сегодня, завтра, завтра и так далее, ваша цель – продолжать копаться в собственной подлинности, что бы это ни значило для вас.

Однако я добавлю, что я действительно считаю, что вы должны доверять своей интуиции. Люди, которые думают, что они трансгендеры, РЕДКО ошибаются – я имею в виду статистически.Было так мало случаев, когда люди ошибались в том, кто они такие. (И даже если это так. В конечном итоге с ними все в порядке.) Это не значит, что вы выбираете между поступлением в один колледж или другой, и вы просто не уверены. Это , а вы – . Опять же, люди, как правило, не ошибаются. Сомнение (социальное, родительское, внутреннее – это просто невероятно мощно!) В любом случае, это касается вашего сердца. По крайней мере, на мой взгляд и по опыту. Дело не в вашей голове, или вашей логике, или в том, что кто-то говорит или думает о вас.Это только ты. Это твое сердце и душа.

Посмотрите это (плохо отредактированное, извините, очень старое) видео, которое я снял о том, что нравится людям: https://youtu.be/2gFT1OWc6eM. Это во многом подводит итог тому, как я понял, что я на самом деле мальчик, и инструментам мысли, которые я использовал, чтобы помочь моему разуму догнать мое сердце.

Если у вас есть еще вопросы, не стесняйтесь снимать их по-моему! Также посетите мой веб-сайт и мои ответы на часто задаваемые вопросы, чтобы узнать больше!

Еще несколько напоминаний…

В ЧЕМ ТОЧКА?

Так легко потеряться в том, чего от вас хочет общество.В сенсационных образах трансгендеров, созданных средствами массовой информации, которые заставляют нас сосредоточиться на том, как мы выглядим и как одеваемся, а также на том, проходим мы или нет. Но в конечном итоге вы пытаетесь ответить на вопрос: Что заставит вас почувствовать себя больше всего ? Так спросите себя вот что. И погрузитесь в свое прошлое, как вы. То есть что на протяжении вашей жизни заставляло вас чувствовать себя больше всего на себя? Может быть, вы никогда не чувствовали себя полностью собой. Это нормально. Какие моменты вас больше всего сблизили? Какая одежда, какие люди, какая музыка, какие места сблизили вас? Когда вы помните, как вы больше всего себя любили и какие факторы этому способствовали?

Ничего страшного, если вы еще не знаете

Вы можете сравнивать себя с другими людьми (трансгендерами или нет) вокруг вас, но это ВАШЕ путешествие, а не их.У всех разные сроки. Вам не нужно все это выяснять прямо сейчас. Ничего страшного, если сегодня вы найдете подходящий ярлык, а завтра вы его переросли. Будьте нежны с собой. Знайте, что когда другие люди боксируют с вами, это делается для своего комфорта и для успокоения своих демонов. Дело не в тебе. Не торопитесь. Вы доберетесь туда.

ДОВЕРЬТЕ СВОЕМУ GUT

Это все о том, кем ВЫ ЗНАЕТЕ ВЫ. Это о том, кем ВЫ себя чувствуете.Это не реализации, которые достигаются, осуществляются или основываются на логике. Дело не в вашей голове, рациональном мышлении или в том, что о вас думают другие. Это только ты. Это твое сердце и душа. Слушай себя. Со всеми разберитесь позже.

историй о трансгендерах: «Люди думают, что мы просыпаемся и решаем стать трансгендерами» | Трансгендер

Никки Хайден, 26 лет, студентка психологии, Лондон

Честно говоря, пока мне не исполнилось четыре или пять лет, я не знала, что я не девочка.Одно из моих самых ранних воспоминаний – лет пяти, когда учитель кричал на меня за то, что ходил в туалет с девочками. Примерно в том же возрасте я понял, что отличаюсь от этих других мальчиков. В девять лет я отказалась от стрижки. Я не стригся, пока мне не исполнилось 16, потому что это было для меня мучением.

Школа была крайне сложной. Надо мной много издевались. Меня дразнили за то, что я была слишком худой, женственной, за то, что не любила футбол, за то, что тусовалась с девушками, за длинные волосы.Они высмеивали все, что могли придумать с точки зрения пола и сексуальности.

Никки Хайден. Фотография: Дэвид Левен / The Guardian

Я узнал, что означает транс, через YouTube. Я знал, что чувствую, но не знал, что для этого есть термин. Я просто пытался погуглить то, что чувствовал. В моей голове загорелась лампочка, и я подумал, что это объясняет все проблемы, которые у меня были, сколько я себя помню.

Я никогда не говорил своей семье. Они знают, но я только начал переходить.Я никогда не говорил: «О, кстати…» Моя мама спросила меня, трансгендер ли я, когда мне было около 19 лет после того, как я уже перешла. Она сказала: «Ну, а ты?» И я такой: «Ты что, слепой?»

Ежедневно я не говорю людям, что я трансгендер. Что касается трансгендеров, то мы чувствуем себя нормально. Мы такие, только когда люди говорят, что ты ненормальный, ты так себя чувствуешь.

Я всегда была очень женственной, я всегда так чувствовала. Не могу сказать, что когда-либо чувствовал себя мальчиком, мне просто пришлось жить мальчиком первые 16 лет своей жизни.

Транс люди такие же, как и все, наши жизненные идеалы – быть счастливыми, уважаемыми и комфортными. У меня были люди, которые открыто говорили мне, что у них были предрассудки в отношении трансгендерных людей, но как только они встретили меня, они поняли больше – это то, кем я являюсь и каким я родился. Нет никакой реальной разницы между мной и людьми, которые являются цисгендерами [не трансгендерами].

Кейт Рейнольдс, 18 лет, студент, Суррей

Многие люди думают, что мы просыпаемся и решаем стать трансгендером.Я хочу, чтобы люди знали, что это не выбор. В моей жизни не произошло ничего, что могло бы сделать меня трансгендером. Я родился транс.

Я сказал маме, когда мне было около 13 лет. Она была шокирована и ничего не поняла. Затем, через полгода, она рассказала об этом моему отцу, и он был так зол. Я люблю своего отца, но он был очень традиционным человеком. Было много напряжения. Я не могла носить мужскую одежду или не могла носить мужской дезодорант – это вызвало бы спор.

Стало поправляться, но потом папа заболел раком.Он умер за неделю до того, как мне исполнилось 16 лет. Когда он заболел, мы больше об этом не говорили. Я думал, что как только он выздоровеет, мы вернемся к разговору об этом, но он не поправился.

После смерти отца я нашла книгу о трансгендерных молодых людях и подарила ее маме. Она прочитала его, и это было полным изменением. Она говорит, что ее главное, а также главное для моего отца, что они беспокоились о том, как это отразится на мне в жизни – смогу ли я найти работу, смогу ли я найти партнера. Что ж, такое случилось: я нашла партнера, у меня нет проблем с поиском работы.

Моя мама потрясающая, она очень мной гордится. Она идет со мной на Transgender Pride, и если кто-нибудь скажет что-нибудь плохое о том, что я трансгендер, она готова их избить. Думаю, она вызывает у меня зависть у многих трансгендеров.

Кейт Рейнольдс. Фотография: Дэвид Левен / The Guardian

В мае 2014 года меня направили в Тависток [клинику для детей и подростков]. Вам не разрешат тестостерон, пока вы не будете принимать гормональные блокаторы в течение года в Тавистоке. Но на первое посещение мне было 16 лет, я уже пережила половое созревание и знала, что к тому времени, когда я пройду год на блокаторах, меня подберут клиники для взрослых.Я решила не принимать блокаторы гормонов, потому что они мне мало помогли. В мае 2015 года меня направили в клинику для взрослых. Я до сих пор не записался на прием, а это значит, что мне не было никакого медицинского вмешательства в течение трех лет.

Мне отчаянно нужны гормоны и операция. Моя дисфория заставляет меня чувствовать, что мне неловко, когда люди смотрят на меня. В своей голове я пребываю в этом странном и уродливом. Я должен носить мешковатую одежду, чтобы скрыть бедра, я должен думать о том, сколько слоев мне нужно надеть, чтобы скрыть грудь.

Я действительно понимаю, что NHS перегружена из-за внезапного притока людей, которых направляют. Я полностью понимаю почему, но это не останавливает разочарование.

Сурат-Шаан Кнан, 40 лет, менеджер проекта по либеральному иудаизму, Лондон

Я действительно ничего не знал о гендерной идентичности до самого позднего времени, когда мне было около 20 лет. Я тоже из светской еврейской семьи, поэтому тоже не очень разбирался в том, что значит быть евреем.

Я идентифицирую себя как небинарный, транс-мужской. Быть трансом и евреем казалось полным оксюмороном. Думал, не может быть, надо выбирать между ними. Но у меня здесь было это замечательное сообщество, которое давало мне все пространство и время, чтобы выйти наружу.

Мне очень повезло, что все, включая семью и друзей, оказывали мне огромную поддержку. Мне не приходилось проходить через то, что приходится проходить многим трансгендерам.

Много лет назад, когда я вышел, я подошел к стене [Стена Плача в Иерусалиме].Есть три секции – мужская секция, женская секция и неразрезанная секция. Сейчас я, вероятно, перейду в неотделанную часть стены, но это был мой первый раз, когда я представил себя мужчиной в таком святом месте, и я пошел к мужской части стены. Это сделало меня таким счастливым, что я подошел к той части стены, которую хотел. У меня был переходный медицинский и духовный переход, и это был один из самых важных моментов в моей жизни.

Сурат-Шаан Кнан. Фотография: Алисия Кантер / The Guardian

Еврейский онлайн-журнал сообщил об этом, и это появилось в Интернете, и я получил действительно оскорбительные сообщения.Я подумал, что эти люди меня не знают, я не думаю, что кто-то должен иметь возможность рассказать вам, кто вы и как прожить свою жизнь. Вы – это вы, даже в религиозном сообществе.

Многие люди из традиционных трансгендерных сообществ спрашивают меня, как вы можете быть верующим человеком, ведь даже ваша собственная религия так ужасна для ЛГБТ-людей в целом и транс-людей в частности? Это правда. Но речь идет о том, что означает вера, и о том, что с ней делают некоторые лидеры и организации.

В средствах массовой информации часто в центре внимания патология и медицинский переход, и это большая часть этого, но есть так много слоев того, что значит быть трансгендером. Трансгендерные люди почти одномерны, это просто люди, которым нужна медицинская помощь. Я очень надеюсь, что мы изменим наш взгляд на то, как выглядит транс. Это не просто что-то внешнее, это нечто очень глубокое и духовное.

Мы созданы по образу Божьему. Я часть этого как транс-еврей.

Дженни-Энн Бишоп OBE, 70 лет, бывший менеджер по продажам, научные приборы, Рил, Уэльс

Я знал, что я трансгендер, примерно с трех или четырех лет. С самого раннего возраста я думала, что однажды проснусь, и мое тело будет как у моих сестер, и мои родители сказали бы: «О, у нас родилась девочка, а не мальчик, как мы думали».

Когда я поступил в университет, я узнал о транссексуалах и о том, что некоторые из них перешли. Я рассказал об этом своим наставникам, и они сказали: «Такие люди, как ты, не делают этого.Они сказали: «Просто женись, и все пройдет». Тогда это считалось разумным – они говорили геям и лесбиянкам одно и то же.

Так меня уговорили выйти замуж. Через три или четыре месяца я рассказал своей бывшей о своих чувствах, и поначалу она меня очень меня поддержала. Раньше я ходил в группу поддержки раз в неделю; Раз в месяц у меня были выходные, где я наряжалась и ходила в клуб с другими девушками в Манчестере. Мне приходилось много путешествовать по работе, что дало мне возможность быть собой.Эти стратегии выживания позволили мне прожить в браке около 30 лет.

Дженни-Энн Бишоп дома в северном Уэльсе. Фотография: Кристофер Томонд / The Guardian

Когда они узнавали об этом на работе, я регулярно терял работу. Это происходило пять раз, последний раз после принятия закона о равенстве. Однажды, очень рано, я возвращался ночью из своей группы поддержки. Меня остановила полиция на обычном контрольно-пропускном пункте. Офицер спросил, разрешено ли мне управлять автомобилем компании, одетым в такую ​​одежду, и позвонил на работу, чтобы сказать им, что я одет как женщина.

У меня была одна работа, на которой от меня избавились, а затем они написали в каждую компанию, в которую я обращался, и сказали: «Не принимайте на работу этого человека, они трансгендеры». Каждый раз, когда я терял работу, нам приходилось переезжать. В прошлый раз, когда это случилось, моя жена больше не переезжала – вот что на самом деле положило конец нашему браку.

Когда я перешел на полный рабочий день [в 2007 году], у нас были такие трудности, как регулярное повреждение машины и нанесение надписи «трансы живут здесь» на доме. Когда я переехал в северный Уэльс, чтобы жить со своим транс-партнером Элен, никто не знал меня, как кого-либо другого, поэтому почти все злоупотребления прекратились.Мы с Элен поженились в 2011 году.

Еще так много предстоит сделать, но в принятии решений произошли огромные улучшения. Есть гораздо больше законов, которые поддерживают нас, особенно в последние несколько лет. В ту ночь меня разоблачил полицейский, я бы даже не осмелился зайти в полицейский участок, как я сам. Теперь я захожу и обедаю с помощником начальника полиции или комиссаром полиции и комиссара по уголовным делам, чтобы обсудить борьбу с трансфобными преступлениями на почве ненависти.

Дж. Фернандес, 23, административный помощник, Лондон

Люди, которых вы видите в СМИ, обычно относятся к одному типу трансгендеров.Они обычно бинарны [идентифицируют себя как женщина или мужчина], они обычно выдаются [как представитель этого пола], они обычно белые, и у них обычно есть такой рассказ, что они всегда знали, что они «неправильного пола» . Это заставляет других трансгендеров бояться рассказывать свои истории.

Небинарные люди – это люди, которые не всегда идентифицируют себя как мужчина или женщина. Есть много подразделов – вы можете быть агендером, гендерным флюидом, двугольным, полу-девочкой или полу-мальчиком. Возможно, вы не понимаете нюансов различий, но каждый всегда придумывает новые идентичности, соответствующие их опыту, и это может быть только хорошо.Хотя это может сбивать с толку, это лучше, чем говорить, что вы можете быть только этим, и мы не будем говорить ни о чем другом.

Я просто идентифицирую себя как небинарный и не ставлю себя в какую-либо дополнительную идентичность. Иногда мне нравится быть женщиной, и мне также нравится идентифицировать себя как парень. На данный момент я почти ничто.

Я стал трансгендером и перешел. Я принимал тестостерон, мне сделали серьезную операцию [уменьшение груди], а затем гистерэктомию в 2015 году. Гормоны и операция направлены на то, чтобы привести мое тело в соответствие с тем, каким оно должно было быть при рождении.Рождение с правильными частями облегчило бы жизнь, но в то же время я не хочу, чтобы мне говорили, что мое тело неправильное.

J Fernandez в Лондоне. Фотография: Дэвид Левен / The Guardian

Очень сложно лечиться как небинарный человек. Они пренебрежительно отнеслись к тому факту, что я была женственной. Небинарные люди привыкли к этому, вас предупреждают, когда вы приходите [в гендерные клиники], если вы хотите лечения, вам придется представиться как мужчина или женщина и придерживаться этой истории.

Я не хочу быть частью какого-либо основного [pro-trans] движения, если оно не включает небинарных людей. Что касается знаменитостей, должно быть намного больше разнообразия. Это круг: люди не выходят, если не видят таких, как они.

Я представитель смешанной расы: моя мама испанка и нигерийка. Я все еще выясняю, как я связываюсь с идентичностью помимо западной ЛГБТ-идентичности. Я все еще над этим работаю. Внутри религии, коренной для народа йоруба [этническая группа в Нигерии], существует множество гендерно-изменчивых божеств; Как трансгендерный человек, пытающийся найти свои корни, я положительно отношусь к этой части моего наследия.

После многих лет отрицания я наконец признал, что я транс-женщина | Аноним

В этом году я признала себя транс-женщиной. Уже в возрасте пяти лет я знал, что что-то не так, и никогда не чувствовал себя полностью целостным. Когда мне было 20, я решил выяснить, что означают эти чувства, и поэтому начал путешествие по самоисследованию и самоотречению, одержимо посещая онлайн-группы поддержки трансгендеров, чтобы найти ответ. В глубине души я надеялся на выход, любое объяснение, которое не подразумевало, что на самом деле является трансгендером.Никто не пришел.

Этот год, наконец, внес ясность: я не мужчина и никогда не был мужчиной. Меня зовут Софи. Хотя изоляция дала мне возможность справиться с этими чувствами, она также создала препятствия на моем пути. Я тайно перехожу, пока живу с моими социально консервативными родителями, которые, как я знаю, не одобрят: в прошлом году моя мать бойкотировала реалити-шоу из-за того, что в нем была транс-женщина.

В начале 2020 года я думал, что не увижу этого конца. Я долго учился в системе высшего образования, и планы карьеры, которые строились на десять лет, отказывались реализовываться.Я пережил позор, вернувшись к своим родителям, в то время как все мои сверстники устроились в карьере и в собственных домах. Комбинированный эффект депрессии и гендерной дисфории – фундаментальное несоответствие между полом, который мне дали при рождении, и полом, которым я был на самом деле, – означал, что я вообще перестала представлять себе будущее.

Я посетил своего терапевта как обещание другу. В тот же день я начала принимать антидепрессанты и меня направили к психологу. Это не совсем меня исправило, но дало мне достаточно ясности ума, чтобы понять, что есть только один способ продолжить жить.

Итак, я обратился к гендерному терапевту. Я связался с ним как Софи, имя, которое я использовал в группах поддержки в Интернете в течение двух лет. Меня удивило, насколько ничем не примечательным он нашел использование этого имени для кого-то, кто представился полностью мужчиной. Он сразу уловил мое нежелание называть себя трансгендером. Поэтому он провел мысленный эксперимент. «Если бы вы могли нажать кнопку, – спросил он, – и проснуться в мире, где все знали вас как женщину, вы бы нажали ее?»

Есть причина, по которой гендерные терапевты часто задают этот вопрос.Он предлагает вам представить реальность, в которой вы можете быть свободны от последствий. Где вы можете перейти, не будучи отвергнутыми друзьями, выселенными семьей или подвергнутыми преследованиям. Это помогает отделить сомнения относительно вашей личности от страха перед последствиями откровенного откровения. «Да», – сказал я.

В течение двух сеансов я больше не мог избежать заключения, что я трансгендерный. Но осознать это и принять это – две очень разные вещи. Когда пришло время рассказать моему партнеру о семилетнем возрасте, я перестал дрожать в ее руках, когда я подробно описал все причины, по которым я не был тем человеком, с которым она планировала свою жизнь в свои 20 лет.Когда пыль осела, я нарушил молчание между нами вопросом: «Ты думаешь, я странный?» Она сказала нет, сразу и однозначно. Она приняла меня таким, какой я есть, как и все друзья, которые приняли меня легче, чем я сам себя.

Я не осознавал, насколько я усвоил трансфобию общества. Быть трансгендером – это борьба за самореализацию с приливной волной признания недействительной и неодобрения со стороны общественных деятелей и представителей средств массовой информации. Я выхожу в мир, который рассматривает мое существование как предмет законных споров.В течение многих лет было легче жить в отрицании, но в 2020 году я понял, что должен жить как сам или не жить совсем. Быть трансом – это не идеология или выбор. Это неотъемлемая часть меня.

Мой партнер ушел от меня в сентябре. Она безоговорочно приняла меня, но я не был тем, на кого она подписывалась. Внезапно у меня не осталось никаких привязанностей и никаких причин не переходить. Так я близко познакомился с кафкианской бюрократией, руководящей медицинским обслуживанием транссексуалов в Великобритании. Очередь в незавершенные клиники по гендерной идентичности NHS часто превышает три года, и трансгендерам не остается ничего другого, как вкладывать деньги в частные медицинские услуги, чтобы мы, наконец, могли начать жить как мы.

Этим летом я сделал именно это. Запланированная часовая консультация психолога закончилась через 15 минут. «У меня есть то, что мне нужно», – сказала она. “Ты знаешь кто ты есть.” В течение 24 часов я получил письменное подтверждение, что соответствую критериям гендерной дисфории. Рецепт на эстроген и прогестерон прибыл ко мне через два дня.

Переход, когда я дома и не в состоянии взаимодействовать с остальным миром, означает, что мое путешествие кажется незавершенным. Я не могу одеваться так, как мне кажется, и мне приходится тщательно выбирать одежду, которая скрывает мои физические изменения.Я сталкиваюсь с противоречием в надежде, что эти изменения произойдут быстро, но не так быстро, чтобы мои родители заметили, прежде чем я смогу переехать. Я присоединился к местным группам поддержки трансгендеров, но не могу получить к ним доступ. Все личные встречи были отменены из-за коронавируса, и все, что я говорю в онлайн-видеозвонках, могло передать меня другим людям в доме. Прямо сейчас я Софи наедине и кто-то еще на публике. То, как я представляю, и личность, которой я являюсь, не имеют ничего общего друг с другом.

Тем не менее, я каждый день благодарен за непоколебимую поддержку многих друзей, которые теперь знают, кто я. Когда они впервые назвали меня моим новым настоящим именем, меня осенило, насколько я оцепенел. Я жил в черно-белом цвете, и внезапно мир явился мне в полном цвете, наполненном возможностями.

Итак, я вхожу в 2021 как другой человек. В следующем году, когда жизнь снова начнет разворачиваться, у меня будет возможность жить по-настоящему, как я.

17 признаков того, что я был трансгендером, но не знал об этом – пер.cafe

В течение 39 лет я изо всех сил старался прожить свою жизнь как человек по имени Натан Иган и достигать различных маркеров «успеха», которые определяла для меня культура. Я был основателем и генеральным директором быстрорастущей технологической компании. Я много работал, чтобы иметь все необходимые ученые степени и строить правильные сети. Я женился на самой удивительной женщине и стал отцом троих прекрасных детей. Я действительно чувствовал, что «у меня было все» и что я живу своей мечтой.

Но меня всегда что-то грызло, чего я никогда не понимал и не мог объяснить.Только сейчас я понимаю это как глубокую неудовлетворенность собой. Это внутреннее несоответствие и ужасающий страх выразить то, кем я действительно был внутри. Что болезненно и по иронии судьбы было противоположностью того, как я представился миру: как мужчина.

Оглядываясь назад, все это имеет смысл. Мой конфликт возник из-за моей врожденной потребности и желания делать то, что должны делать генетические девушки или женщины. Я был трансгендером.

Но я понял это только около девяти месяцев назад, после того, как боролся с серией жизненных событий, которые привели меня, наконец, к тому, чтобы сказать слово этой реальности, которую я так долго подавлял.

Теперь, когда я «вне дома», я испытываю много новых чудесных эмоций и мыслей, которых у меня никогда не было. Но иногда это не так весело, например, когда я беспокоюсь, что люди злятся на меня, потому что думают, что я обманывал их всю свою жизнь. Но правда в том, что раньше я не знала, что я трансгендер. Мне не было позволено узнать, и, конечно же, мне не разрешили исследовать это. Моя правда была так глубоко подавлена, что даже я не мог ее видеть, но, оглядываясь назад, я обнаружил, что сейчас были такие очевидные признаки.

1. Я был одержим песней «Lola» группы The Kinks.

Я помню, как впервые услышал эту песню The Kinks, когда мне было около шести лет, и я сразу влюбился в нее (хотя я понятия не имел, что это значит). И хотя я всегда подпевал ему, я никогда не усваивал тексты.

Для тех из вас, кто незнаком, вот вкус: «Ну, я не тупой, но я не могу понять / Почему она ходит, как женщина, и разговаривает как мужчина». Вы поняли мою точку зрения – хотя я почему-то так и не понял сложной гендерной ситуации в текстах песен – до сих пор.

2. Я думал, что Playboy действительно интересный журнал (даже в детстве).

Все, кто знал меня в детстве, знали, что я очарован женщинами. Я был первым из моих друзей, который подумал, что журнал «Playboy» просто необходим; Я даже помню, как умолял маму купить мне копию на мой 10-й день рождения! Я также втайне хотела читать такие журналы, как Vogue, Cosmopolitan и любые каталоги покупок для женщин, которые появлялись. В детстве я был относительно бесстыдным в подобных вещах, но моя одержимость взглядами на женщин заставляла меня стыдиться, когда я стал старше.

Почему? Потому что мой интерес был не просто эротическим. То, что я никогда не мог объяснить до недавнего времени, было путаницей в моей голове между влечением к красивой женщине и желанием действительно им быть. В результате я провел так много лет, задаваясь вопросом, был ли я единственным парнем, который так себя чувствовал, или все парни так думали, и никто не хотел об этом говорить. Но оказывается, что, как и сексуальные предпочтения, гендерная идентичность – это тоже спектр.

3. Мне всегда нравились женские купальники.

В детстве у меня была такая проблема, что всякий раз, когда я сталкивался с женским купальным костюмом примерно моего размера, мне хотелось его надеть.И если обстоятельства позволяли (например, в доме друга семьи), я часто делал это, несмотря на страх и панику, ко мне кто-то подходил. Когда бы я ни делал это, я быстро смотрел на себя в зеркало, а затем практически срывал костюм, прежде чем меня поймали.

Это действительно было похоже на принуждение, потребность. И все же я так и не выяснил, почему, так что эта привычка осталась чем-то, что меня смущало и совершенно не понимало.

Еще мне нравилось смотреть на других женщин в купальных костюмах; Я был в восторге от их уверенности и красоты.Но это было более социально приемлемо, хотя в глубине души я знал, что происходит что-то еще. Недавно я признался во всем этом своей подруге, которая уже начала переходный период. Она посмотрела мне прямо в глаза и сказала: «Я точно знаю, о чем ты говоришь, дорогая». Это было такое облегчение.

4. Меня отталкивали слова «транс», «транс», «трансвестит» и «трансгендер».

На протяжении всей моей жизни я чувствовал, что эти термины были самыми грубыми словами, которые я знал в английском языке, и от любого из них у меня всегда скрутило от отвращения в животе.

Конечно, я не имел ни малейшего представления о том, что означают эти слова (или в чем разница между ними), и не понимал, почему я так негативно отреагирую. Что я действительно знал, так это то, что я думал, что они связаны с какой-то гротескной деформацией гениталий.

Оказывается, трансгендерность – это вопрос идентичности. Теперь я горжусь тем, кто я есть. Я транс.

5. В детстве я ненавидел игрушки для девочек (и розовый цвет).

Хотя я никогда не увлекался фигурками Джо Джо или машинками из спичечных коробок, я также не отождествляю себя с повествованием, которое некоторые трансгендеры рассказывают о любви к игрушкам девочек и другим стереотипно женственным вещам в их детстве.

На самом деле, я ОБНАРУЖИЛА Барби, украшения и другие маленькие девчачьи безделушки и игрушки. Конечно, теперь я думаю, что промывал себе мозги, чтобы отказаться от игрушек девочек, чтобы мне даже не пришло в голову идентифицировать себя с ними или испытывать к ним любопытство. Это был успешный защитный механизм. Я придерживался рисунков из песка из кубиков Lego, которые стали моим творческим выходом и одним из немногих способов самовыражения.

6. Я всегда хорошо проводил время в спа.

Даже когда я был маленьким ребенком, меня очень привлекала идея украшения и ухода за телом.Когда я проходила мимо парикмахерских, мне хотелось быть внутри со всеми другими женщинами.

В подростковом возрасте я убедил родителей сделать мне массаж и стал зависимым (и остаюсь им до сих пор!). Меня всегда удивляло, что никто из моих друзей-парней не интересовался этим, но я не стал настаивать на этом. Я просто знала, что хочу, чтобы у меня на лице были огурцы, и я была похожа на женщин, которые были в рекламе спа-курортов. Очевидно, что нет ничего плохого в том, чтобы быть парнем и любить спа-процедуры; но для меня, учитывая все остальное, что я знаю, я теперь могу читать это как один из многих знаков.

7. Я был очень чувствителен изнутри, и меня было трудно узнать снаружи.

Я всегда был очень эмоционально интуитивным и чувствительным. Моя чувствительность проявляется по-разному, но я помню, как в прошлом несколько раз становился очень эмоциональным и плакал без причины. Также меня всегда беспокоил скрытый, исходный уровень тревоги. Теперь я считаю, что во многом это произошло из-за страха – идеи о том, что, если бы люди действительно знали меня, они бы меня отвергли.

В то же время меня было очень трудно узнать.Мои немногие самые близкие друзья и семья знали меня как заботливого и социально экстраверта, но остальной мир считал меня стойким и осторожным. Оглядываясь назад, я понимаю, что воздвиг эти препятствия, потому что не хотел, чтобы меня знали. Быть известным, хотя бы немного, увеличивало риск того, что мир узнает, кем я был на самом деле.

8. Я любил смотреть в зеркало, но избегал попадания в камеру.

В детстве мама ловила меня, глядя на себя в зеркало, и говорила мне остановиться, потому что думала, что я тщеславен.Тщеславие не было справедливой оценкой, поскольку я действительно считал себя уродливым. И хотя мне сказали, что я красив, я просто хотела быть «красивой». В результате я часами сидел перед зеркалом, пытаясь понять, насколько я недоволен собственным изображением. В то же время я так завидовал девушкам и женщинам, которым приходилось сидеть перед зеркалами и делать себя красивее!

Еще одним знаком для меня было то, что я избегал фотографирования. Я ненавидел свои фотографии.Вместо этого я всегда был фотографом (до камер мобильного телефона). Я был так увлечен фотографией, что почти занимался ею профессионально. Моей сильной стороной была портретная живопись, и мне особенно нравилось фотографировать женщин. Я часами изучал их лица в темной комнате. Это не было сексуальным, но я объяснил это себе как часть моего влечения к женщинам. Теперь я знаю, что я просто не отождествлял себя со своим собственным образом и мне было интересно смотреть на людей, чьи самовыражения находили во мне больше отклика.

9. Я чувствовал, что родился с тайной.

Несмотря на то, что всю свою жизнь меня глубоко подавляли, я всегда знал, что во мне что-то изменилось. Это было похоже на глубокий дискомфорт и бремя сохранения темной тайны. Но что еще хуже, я даже не знал, в чем секрет. Лучшее, что я мог сделать, чтобы выразить это, – это выразить словами следующую идею: если люди знают, кто я на самом деле, они меня отвергнут. Это было ужасно для роста, но теперь это явный признак того, что я трансгендер и не знал об этом.

10. Меня привлекала беременность.

Когда я была моложе, я запихивала подушку в рубашку и притворялась беременной. Глядя в стоячее зеркало, я пыталась позиционировать себя так, чтобы вы не могли сказать, что я всего лишь мальчик, который никогда не рожает.

Каждый раз, когда моя жена беременела, я ревновал к ней и к тому, как ее тело менялось на протяжении всего процесса. В последние недели каждой беременности от нее исходило столько жизненной силы! Это было чудо, которое я хотел испытать на собственном опыте.После рождения нашего первого сына у нее возникли проблемы с грудным вскармливанием, поэтому я быстро взяла на себя задачу стать ее консультантом по грудному вскармливанию. Она всегда удивлялась тому, как сильно я хотел помочь накормить наших детей – и я тоже, – но для меня это было очень естественно.

11. Мне удавалось хорошо общаться с женщинами, но не с «альфой».

Я всегда хорошо работал с женщинами. Но время от времени я сталкивался с серьезными конфликтами с женщинами, занимающими авторитетные профессиональные должности.Оглядываясь назад, я понимаю, что меня просто возмущала их способность быть одновременно женственной и «альфой», хотя я воспринимала свою ревность как чистое отвращение. Теперь я уважаю могущественных женщин так, как никогда не мог.

12. Мои отношения с дочерью всегда были напряженными.

На самом деле, я думаю, будет справедливо сказать, что мои отношения с ней какое-то время были ужасными, особенно в течение двух лет, предшествовавших моему недавнему осознанию того, что я трансгендерный. Мы ссорились, казалось бы, из-за всего, и когда я просил ее что-то сделать, она либо игнорировала меня, либо отвечала.

С момента моего перехода меня поразило, насколько хорошо мы взаимодействуем. Я говорю людям, что мы лучшие друзья, потому что мы такие! Мы невероятно похожи, и у нас есть все, о чем мы можем поговорить и поговорить.

13. Отцовская деятельность, связанная с «отцом и сыном», мне не нравилась.

Мой папа любит ходить на охоту и рыбалку (и моя сестра, по иронии судьбы, тоже). Мне не нравилось ни одно занятие, и я всегда брал с собой камеру, чтобы делать снимки природы, когда мы собирались вместе.

Пока мы росли, мой отец с гордостью рассказывал эту историю о том, как мы поехали в Арканзас, чтобы поохотиться на индейку, и как я спас положение.Согласно его рассказу, индейки не подходили к слепым, и после нескольких часов ожидания у меня возникла «гениальная» идея заставить самца индейки крикнуть (хотя мы пытались позвать их с помощью женского крика) . После этого самец индейки выскочил, чтобы защитить свою территорию, и в этот момент мой отец победно застрелил птицу. С годами это стало легендарной историей семейной охоты, которую мой отец с гордостью рассказывает снова и снова. Он и не подозревал, что каждый раз, когда я рассказывал эту историю, у меня скручивалось чувство вины.Я чувствовал себя так, будто обманул индейку. И охотой я чувствовал, что обманываю всех.

14. Я любил шопинг, обожал моду, а кроссдрессинг становился обычным делом (даже если я не мог признаться себе в этом).

В течение многих лет я не мог смириться с тем, что я трансвестит, хотя я делал это все чаще и чаще, а коллекция моей женской обуви росла огромно.

Для меня покупки и одевание были терапевтическим действием, оправданным для уравновешивания стресса моей жизни в качестве генерального директора стартапа и отца троих маленьких детей.Даже если это было временным явлением, мне удалось ненадолго сбежать.

В конце концов, я настолько познакомился с этим внутренним объяснением, что решил, что именно так я объясню его другим, если меня когда-нибудь поймают: я делаю это, чтобы снять стресс. Оглядываясь назад, становится ясно, что я просто умолял себя выразить, кто я на самом деле.

15. У меня штамп бродяги.

Достаточно сказать.

Ну, это действительно не традиционный «бродячий штамп», но он достаточно близко (в центре моей поясницы).Мои друзья смеялись надо мной за это. Но этот образ всегда означал для меня мир, а теперь представляет собой большую часть моего транс-путешествия, чем я, конечно, очень горжусь.

16. Брить ноги перед поездкой на велосипеде было для меня огромным моментом.

Я всегда любил серьезную езду на шоссейном велосипеде, но когда я только начинал, мне было неловко носить очень тесную одежду и то, что люди могли бы сказать, если бы я побрил ноги. Чтобы почувствовать себя лучше, я напомнил себе, что женщины всегда делали и то, и другое, и им принадлежит.Я особенно помню, как впервые побрила ноги, и мне просто пришло в голову, что я не делал этого всю свою жизнь. Это было так хорошо.

17. Однажды моя жена прямо спросила меня, трансгендер ли я.

Похожие записи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *