Новая книга автора бестселлера “Неаполитанский квартет” выйдет в ноябре

https://ria.ru/20190911/1558558726.html

Новая книга автора бестселлера “Неаполитанский квартет” выйдет в ноябре

Новая книга автора бестселлера “Неаполитанский квартет” выйдет в ноябре – РИА Новости, 11.09.2019

Новая книга автора бестселлера “Неаполитанский квартет” выйдет в ноябре

Новая книга Элены Ферранте, автора мирового бестселлера “Неаполитанский квартет”, выйдет в Италии седьмого ноября, сообщает The Guardian. РИА Новости, 11.09.2019

2019-09-11T11:39

2019-09-11T11:39

2019-09-11T11:39

книги

культура

кино и сериалы

новости культуры

италия

неаполь

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdn24.img.ria.ru/images/155855/84/1558558433_0:0:3640:2048_1920x0_80_0_0_26d00010a0994892457ae9263429edbf.jpg

МОСКВА, 11 сен – РИА Новости. Новая книга Элены Ферранте, автора мирового бестселлера “Неаполитанский квартет”, выйдет в Италии седьмого ноября, сообщает The Guardian.

Новинку анонсировал итальянский издатель писательницы Edizioni E/O в своем твиттере, а англоязычное издательство Europa Editions выложило небольшой отрывок, из которого следует, что действие романа разворачивается в Неаполе. Название пока не разглашается.В “Неаполитанском квартете” – серии романов из четырех книг, первая из которых называлась “Моя гениальная подруга”, рассказывается о дружбе и соперничестве двух женщин, выросших в бедном квартале южного итальянского города. По первой части бестселлера на HBO был снят телесериал, следующий сезон которого ожидается в 2020 году. Ферранте пишет под псевдонимом, настаивая на том, что анонимность – важная составляющая ее работы. В 2016 году в литературном мире разразился скандал, когда обозреватель The New York Review of Books Клаудо Гатти заявил, что писательница на самом деле является переводчицей Анитой Райа. Однако эта информация не была ни подтверждена, ни опровергнута.

https://ria.ru/20181120/1533144855.html

италия

неаполь

РИА Новости

[email protected] ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2019

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdn21.img.ria.ru/images/155855/84/1558558433_280:0:3011:2048_1920x0_80_0_0_14d8dc16d2ad3354aaa60b187ddc2f52.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og. xn--p1ai/awards/

книги, кино и сериалы, новости культуры, италия, неаполь

5 причин смотреть сериал «Моя гениальная подруга» — образцовую экранизацию бестселлера Элены Ферранте

Монументальный первоисточник

Кадр из сериала «Моя гениальная подруга»

«Неаполитанский квартет» — цикл, объединяющий четыре романа писательницы Элены Ферранте. В начале 2010-х его популярность вышла за границы родной Италии, и «квартет» стал международным феноменом с миллионными тиражами и редкой в наше время «влиятельной книгой», влюбляющей в себя читателей. Это история двух подруг, а точнее, одной дружбы — кроткой Лену и уверенной в себе Лилы. Девушки живут в бедном районе Неаполя 1950-х и делают все, чтобы сбежать из грязи и разрухи: первая с головой уходит в учебу, вторая выходит замуж за местного предпринимателя. Однако роман не зацикливается на двух героинях и их во многом токсичной дружбе: Ферранте смещает фокус на окружающих их сверстников, других обитателей квартала, родителей и детей.

Итоговый результат — номинально мыльная опера, но не лениво подкидывающая сюжетные повороты, а талантливо смешивающая историю послевоенной Италии, социальную драму и литературный психологизм. Это большая литература в формате доступного «женского романа» и попросту одна из главных книг XXI века, легко оправдывающая всемирную популярность. Это национальный феномен с гордым статусом международного бестселлера. Неудивительно, что каждый эпизод сериала в Италии смотрит от 6 до 7 миллионов человек — практически каждый десятый житель страны.

Отличная костюмированная драма

Кадр из сериала «Моя гениальная подруга»

Однако даже в отрыве от первоисточника сериал «Моя гениальная подруга» прекрасно работает как отдельное произведение. Во-первых, это отличная костюмированная драма, вдохновленная итальянским неореализмом, о формировании личности в тяжелой социальной среде. Все, что касается продакшена сериала, сделано на высочайшем уровне: для съемок специально построили огромный неаполитанский квартал, который будет преображаться по сюжету, а для каждого из десятков героев сшили по несколько аутентичных костюмов.

Во втором сезоне у сериала к тому же заметно вырос бюджет — во многих эпизодах присутствует массовка на несколько сотен человек, вокруг воссозданы десятки атрибутов эпохи: от вывесок и плакатов до целых автомобилей. Благодаря этому титаническому труду создается редкое ощущение аутентичности, достоверности того, что видишь на экране. Возможно, виновата сама эпоха послевоенной Италии, которую в наше время редко можно встретить на больших и малых экранах, но «Моя гениальная подруга» — это, кажется, единственный достойный конкурент дорогостоящему сериалу Netflix «Корона».

Познавательный исторический сериал

Кадр из сериала «Моя гениальная подруга»

«Моя гениальная подруга» — это не просто драма, которая начинается в середине XX века, но и довольно познавательный исторический сериал, во всей красе демонстрирующий портрет Италии, медленно встающей с колен после разрушительной Второй мировой войны. Общество до сих пор страдает из-за классового неравенства, в страну приходит вторая волна феминизма, пропасть между поколениями становится окончательно непреодолимой: молодые люди спокойно отказываются от наследства, проникаются коммунистическими идеями и бросают учебу с твердым намерением изменить мир.

Они поддерживают массовые забастовки рабочих, даже не подозревая, что скоро в соседней Франции произойдут эпохальные майские события 1968 года, которые изменят мир и вдохновят миллионы студентов по всему миру. Сюжет «Моей гениальной подруги» напрямую зависит от динамично меняющейся эпохи, а герои становятся непосредственными участниками ее событий.

Сливки итальянского кинематографа

Кадр из сериала «Моя гениальная подруга»

Конечно, экранизация «Неаполитанского квартета» была делом времени, но показательно даже не то, что был выбран нужный для нее формат — не четыре полнометражных фильма, а четыре сезона сериала, еще и в сотрудничестве с HBO, — а люди, стоящие за ней. За «Мою гениальную подругу» отвечает Саверио Костанцо — режиссер, снявший «Голодные сердца», пронзительную драму о родительской любви с Адамом Драйвером. Продюсирует сериал сам Паоло Соррентино, а в качестве приглашенной постановщицы второго сезона выступила Аличе Рорвахер, известная по фильмам «Чудеса» и «Счастливый Лазарь», отмеченным престижными наградами Каннского кинофестиваля.

Однако главная фамилия в титрах принадлежит самой Элене Ферранте, которая не только продюсирует сериал, но и является сценаристом каждого эпизода. Остается гадать, как именно в условиях ее полной анонимности ведется работа над сценарием, но факт остается фактом: писательница не бросила свое детище на произвол судьбы и решила помочь создать действительно образцовую экранизацию своего «квартета».

Больше, чем просто экранизация

Благодаря совместным усилиям создателям сериала удалось не только бережно перенести первоисточник на малые экраны, но и вдохнуть в него новую жизнь из-за смены медиума. «Моя гениальная подруга» — это не просто дословная экранизация, лениво воспроизводящая текст романа, а произведение, активно работающее с возможностями визуального языка: вместо монологов героини, осмысляющих происходящее (текст написан от первого лица), создатели ищут правильные ракурсы и образы, которые могли бы продемонстрировать зрителю, донести до него то, что детально описано в книге.

При этом создатели умудрились сохранить главную силу первоисточника: романы Ферранте хотелось читать взахлеб, переворачивать страницу за страницей, чтобы как можно скорее узнать, чем закончится история Лену и Лилы. Эпизоды сериала также хочется смотреть залпом, как можно дольше оставаясь в мире подруг и меняющейся на их глазах Италии. Не важно, читали вы романы или знакомитесь с историей впервые, «Моя гениальная подруга» способна увлечь зрителя. Главное — дать ей шанс.

Книга на выходные: «Неаполитанский квартет», Элена Ферранте | Vogue Ukraine

Каждые выходные редакция Vogue.ua выбирает книги, которые ее впечатлили. На этой неделе бьюти-редактор Алена Пономаренко рассказывает о серии “Неаполитанский квартет” загадочной итальянской писательницы Элены Ферранте.

Летнее, девичье, счастливое и прекрасное чтиво, идеальное для каникул, дачи, ностальгии по детству и настоящей, искренней, неистовой дружбе. Читать немедленно!

Книгу «Моя гениальная подруга» Элены Ферранте я скачала случайно, даже не подозревая, что уже с третьей страницы меня затянет, и что через день я буду судорожно разыскивать остальные части квадрилогии. Забегая наперед, скажу, что четвертая часть в русском переводе выйдет только в ноябре, но английский перевод доступен уже сейчас. Конечно, было бы здорово читать ее в оригинале, но мой итальянский, увы, слабоват.

История разворачивается в неаполитанских декорациях – причем никакого золотого солнца и лазурного моря, только узкие каменные улочки, бедный район: мастерская сапожника, колбасная лавка, бар и кондитерская, грубые авторитарные мужчины, покорные уставшие женщины, предоставленные сами себе дети. Девочки Элена и Лила учатся в младшей школе, мечтают написать книгу, вырваться из нищеты. Похоже, шансы обеих равны: первая – усердна, вторая – одарена от природы. Их ждут приключения, любовь, драмы, взросление, соблазны, поиски себя. И все это – в послевоенном Неаполе, где есть каморра, фашисты, торговцы овощами, плотники, домохозяйки, где прокатиться в машине с приятелем – значит навлечь на себя позор, а выйти замуж в 16 – обычное дело.

Район, в котором выросли героини книг

Читая, я вспоминала  ‘Shoemaker of Dreams’ – автобиографию Сальваторе Феррагамо, в которой он вспоминает свое сицилийское детство, бедность, обучение ремеслам, когда дети в восемь лет не ходят в школу, а помогают отцам заработать на хлеб.

Книга написана простым, ясным языком, и в какой-то момент я начала подозревать, что это автобиография – уж очень честной, точной, искренней и последовательной она кажется. Тем более, имя автора – Элена – и имя главной героини – совпадали. Конечно, я отправилась в гугл, чтобы посмотреть, как выглядит талантливая писательница. И тут меня ждал сюрприз. Автор хранит анонимность, не дает интервью, не раскрывает свою личность. И вместе с тем входит в список ста самых влиятельных людей мира по версии Times.

… и пляж, на котором они любили проводить время в детстве

Четвертая часть квадрилогии, «История о потерянном ребенке», вошла в шорт-лист Букеровской премии. По циклу «Неаполитанский квартет» снимают сериал, который выйдет в 2018. 

Читайте также:

Что читают модели в отпуске этим летом

Пять лучших книг об Иве Сен-Лоране

Элена Ферранте

    • Писатель, который пожелал остаться анонимным

    Писатель, который пожелал остаться анонимным
    С момента публикации первого романа в 1992 году Элена Ферранте предпочитает скрываться под псевдонимом. Многим он не дает покоя, особенно преуспел в расследовании журналист Клаудио Гатти. Согласно его данным, Элена Ферранте – это Анита Райя – итальянский переводчик. Реакция «феррантоманов» была в высшей степени негодующей: почему к желанию автора, который хотел сохранить анонимность, не было проявлено уважение?
    Мировой литературный феномен
    В скандале вокруг разоблачения личности Ферранте был единственный положительный момент. Дебаты вновь повысили продажи четвертого тома её «неаполитанского квартета». Только последняя книга была продана тиражом 3 миллиона экземпляров в 27 странах. Наконец, «лихорадка Ферранте» добралась и до России. Первая книга, «Моя гениальная подруга» уже в продаже. Второй том, «История нового имени» выйдет в марте 2017-го года.

    • Наблюдая за Эленой и Лилой

    Наблюдая за Эленой и Лилой
    Такому успеху романы обязаны теме, которой часто пренебрегают в литературе – женской дружбе. Элена Греко рассказывает нам историю взаимоотношений с Лилой Черулло. Повествование охватывает промежуток в пятьдесят лет, в течение которых подруги поддерживают, обожают и ненавидят друг друга. Все то, через что они проходят описано с точностью анатомической лекции – как если бы все их разговоры были законспектированы.
    Продлить книгам жизнь
    Даже большая книга из четырех томов рано или поздно заканчивается. А читательская душа просит ещё! Для того чтобы продлить удовольствие от чтения, журналисты французского журнала «L’Obs» посетили Неаполь этой весной, чтобы отыскать места действия, описываемые в романе. Мы перевели этот репортаж, чтобы разделить с вами удовольствие от путешествия по Неаполю Элены Ферранте.

    • Квартал в котором росли Элена и Лила / Рионе Луцатти, Неаполь

    Квартал в котором росли Элена и Лила / Рионе Луцатти, Неаполь
    Две подруги родились в квартале Рионе Луцатти (Rione Luzatti). Элена Ферранте замаскировала район, нигде не упоминая о его названии, но в книгах она оставила массу подсказок и намеков, которые позволили читателям-неаполитанцам согласиться: железнодорожная линия, тоннель с тремя входами, церковь, очертания зданий… Всё совпадает – это место находится здесь.
    Бетонные блоки
    Квартал не выглядит таким, каким мы его себе представляли: здесь нет узких улиц и старых строений, как в центре Неаполя. Вместо этого есть целый квартал прямоугольных бетонных блочных зданий, построенных после второй мировой войны. Недалеко от центра города, но отделен от него – остров, очерченный железнодорожной линией. Везувий находится не так далеко, но от мест детства Элены и Лилы он совсем не виден.
    Мафия детскими глазами
    Бедный квартал Рионе Луцатти известен тем, что находится под влиянием итальянской мафии (Каморра). В книгах описано учиняемое ими беззаконие. Впервые Элена сталкивается с мафией, будучи маленькой девочкой, наивно и подробно рассказывающей о близкой родственнице – одной из главных героинь. По мере взросления некоторые вещи постепенно проясняются для нее – щедро описаны убийства и наркобизнес.

    • Двор Элены и Лилы / Рионе Луцатти, Неаполь

    Двор Элены и Лилы / Рионе Луцатти, Неаполь
    Некоторые отрывки из книг убеждают нас в том, что именно здесь выросли две героини Элены Ферранте. Во дворе Лила и Элена слышали сумасшедший плач соседки или рев мафиози с третьего этажа. Когда семья героя книги Нино с шумом выезжала, каждый из жильцов считал за обязанность высунуться из окна, чтобы воочию наблюдать соседскую драму.

    • Маленькая библиотека / Рионе Луцатти, Неаполь

    Маленькая библиотека / Рионе Луцатти, Неаполь
    Элена Греко – начитанная и немного апатичная маленькая девочка. Менее талантливая, нежели подруга Лила Черулло, обладающая невероятным интеллектом. В самом начале дружбы они щеголяют друг перед другом количеством книг, взятых в районной библиотеке. На Рионе Луцатти стоит маленькое серое здание с зарешеченными окнами. Сдавленное улицей с одной стороны и железнодорожной линией с другой, оно могло бы оказаться помещением для железнодорожного персонала, если бы не маленькая вывеска на которой можно прочесть «Городская библиотека Андреоли».

    • Туннель с тремя входами / Рионе Луцатти, Неаполь

    Туннель с тремя входами / Рионе Луцатти, Неаполь
    В книге «Моя гениальная подруга» часто описывается туннель с тремя входами, ведущий за черту города. Здесь начинается деревенская дорога, по которой можно дойти до моря. Однажды маленькие Элена и Лила решают пойти туда вместо школы. Сегодня город разросся до морского побережья.

    • Первые шаги к свободе / Остров Искья

    Первые шаги к свободе / Остров Искья
    Отдыхая на Искье – острове, расположенном неподалеку от морского побережья Неаполя, в доме Неллы – сестры учительницы начальной школы, Элена Греко открывает для себя море, которое и находилось-то всего в двух километрах от ее дома. Это ее первые каникулы, и требуется много времени, чтобы раздражительный голос матери в ее голове исчез.

    • В первой части книги Элена проводит свое лето на пляже Маронти

    В первой части книги Элена проводит свое лето на пляже Маронти

    • В мечтах о Сарраторе… / пляж Маронти, остров Искья

    В мечтах о Сарраторе… / пляж Маронти, остров Искья
    Песок пепельно-коричневого цвета, перемешанный с крошкой ракушек – невозможно удержаться, чтобы не наклониться и не зачерпнуть рукой горсточку. Правда, трудно найти белую и покрытую галькой тропинку, которая ведет к дому Неллы – там только бетонные дороги с грузовичками.
    Салат из морепродуктов
    Элена проводит свои дни на пляже, полностью очарованная семьей Сарраторе. Отец, читающий газеты и сын Нино, лучший ученик в классе, оказывает на нее сильное впечатление. Ферранте описывает, что пляж в это время абсолютно пустой – только Элена и эта семья. Сейчас здесь оживленный морской курорт. Выстроенные вдоль морской линии деревянные ресторанчики на сваях рекламируют блюдо дня: салат из морепродуктов. Как и в книге, в конце пляжа расположены спа-отели, предлагающие грязевые ванны.

    • Установленная на пляже Маронти статуя Мадонны смотрит в сторону моря

    Установленная на пляже Маронти статуя Мадонны смотрит в сторону моря

    • Возвращаясь в квартал / Рионе Луцатти, Неаполь

    Возвращаясь в квартал / Рионе Луцатти, Неаполь
    Мы находимся в самом сердце «Моей гениальной подруги» – первой части четырехтомника. Вернувшаяся с острова Элена Греко впервые так ясно замечает нищету и жесткость нравов квартала. Это 60-е, когда шумное общество распадается на конкурирующие группы. Фашисты с одной стороны (семья аптекаря) и коммунисты с другой (семья столяра). В семье Солара два сына – мафиози управляют баром-кондитерской (когда не наматывают круги на своем модном автомобиле). Их мать всегда держит при себе угрожающе красную тетрадь, в которой хранятся все записи о деньгах, взятых в долг жителями квартала.

    • В поисках магазинчика «Солара» / Рионе Луцатти, Неаполь

    В поисках магазинчика «Солара» / Рионе Луцатти, Неаполь
    Сегодня в квартале не так много сапожников и плотников. Магазины выглядят совсем иначе, нежели мы представляли их, читая книгу. Они скорее выглядят как те, что мы можем увидеть на этой картинке – узкие улицы, одиночные строения, лишенные обаяния. Мы смогли найти две аптеки, маленькие ночные магазинчики и несколько баров, некоторые из которых кажутся сохранившими атмосферу более раннего периода. Один из них напоминает бар-кондитерскую «Солара». Он расположен на углу улицы, работает ежедневно и предлагает посетителям выпечку и пиццу.

    • Школа и церковь рядом с кварталом/ Рионе Луцатти, Неаполь

    Школа и церковь рядом с кварталом/ Рионе Луцатти, Неаполь
    В романе запечатлена церковь Святого Семейства. Действующая церковь на Рионе Луцатти (одна из тех, что мы можем увидеть на картинке) имеет такое же название, что и в романе.
    Полуразрушенное здание
    Начальная школа Рионе Луцатти расположена рядом. Когда Элена и Лила учились в начальной школе, далеко не все ученики продолжали обучение и шли в среднюю школу.

    • Шокированные местными буржуа / Виа Кьяйя, Неаполь, центр города

    Шокированные местными буржуа / Виа Кьяйя, Неаполь, центр города
    Как-то вечером юные Элена и Лила рискнули прогуляться по центру Неаполя с компанией друзей. На виа Кьяйя, длинной оживленной улице с магазинами, они встретили совсем других женщин, резко контрастирующих с матерями из их квартала. Гибкие, элегантные, с хорошей осанкой. Девушка, одетая во все зеленое приковала их внимание. Элена и Лила мечтали о богатстве, но им даже в голову не приходило, что это может значить. Холодность, уверенность в себе – вот что их так впечатлило. В глазах девочек это были привилегии для богатых.
    Банановый сок
    Гуляя вниз по улице сегодня трудно увидеть какие-то нарочитые проявления богатства. На торговой улице продают сандалии с поддельными стразами и банановый сок. Ближе к морю улица становится более просторной и магазины здесь уровнем выше.

    • Одной ногой в высшем обществе / Пьяцца дей Мартири, Неаполь, центр города

    Одной ногой в высшем обществе / Пьяцца дей Мартири, Неаполь, центр города
    Прямо в конце виа Кьяйя начинается Пьяцца дей Мартири. Во втором томе «История нового имени» семья Солара покупает там обувной магазин, который становится своего рода «представительством» квартала. В центре богатого современного Неаполя этот маленький магазинчик становится центром романтических и психологических столкновений героев. В Неаполе Пьяцца дей Мартири это треугольное пространство, известное этими гигансткими львами и двумя монументальными дворцами. В них располагаются магазины люксовых брендов (Gucci, Salvatore Ferragamo). На Палаццо Калабритто слева один из магазинчиков напоминает магазин Солара: запасный выход в задний двор такой же, как в одной из сцен второго тома.

    • В доме с теми, кто читает / Корсо Эмануэль, Неаполь, центр города

    В доме с теми, кто читает / Корсо Эмануэль, Неаполь, центр города
    Элена одна из немногих в квартале, кто подошел к окончанию средней школы. Она старается поймать внимание учительницы миссис Гальяни, которая живет на Корсо Эммануэль, в интеллигентном районе самой высокой части города (см. фото). Позже в романе Элена получает приглашение провести вечер в огромной квартире учительницы, полной книг. Для ней это огромная радость и возможность подняться по социальной лестнице.

    • Летняя работа / Виа Посилиппо, Неаполь, центр города

    Летняя работа / Виа Посилиппо, Неаполь, центр города
    Чтобы заработать немного денег, летом Элена работает няней. Два года подряд во время школьных каникул она отводит дочерей продавщицы канцтоваров на море. Одна из прибрежных линий, недалеко от центра Неаполя, напоминает этот маленький пляж. Вся пляжи имеют вид на Палаццо Дон’ Анна, который мы видим на фото.

    • Обнаружили сюрприз: один из частных пляжей называется «Багно Элена»

    Обнаружили сюрприз: один из частных пляжей называется «Багно Элена»

    • Книжный магазин / Виа Меццоканноне, Неаполь, центр города

    Книжный магазин / Виа Меццоканноне, Неаполь, центр города
    Год спустя Элена проводит лето, подрабатывая в книжном магазине в студенческом квартале на Виа Меццоканноне. На этой улице, сплошь состоящей из книжных магазинов сегодня остался только «Libreri Dante & Descartes». Им управляет Раймондо – итальянец, который продал все книги Эрри ди Лука (известный неаполитанский автор с которым он дружит) и израильтянин Амос Оз. Но это не те люди, что у Элены Ферранте.
    Город, разделенный на две части
    Покупатель в книжном магазине говорит, что его жена прочла все 4 книги. Он добавляет: «Сегодня город поделен на две части: те, кто читал и те, кто не читал эти книги. Для тех, кто не читал, британский издатель Энни Медоус говорит: «Сегодня не прочесть Ферранте – это как в 1856 году не читать Флобера…»

    • Остров соблазнов / порт Искьи, остров Искья

    Остров соблазнов / порт Искьи, остров Искья
    Второй визит на остров. Это время Лила и Элена проводят вместе. Здесь Элена Ферранте кратко исследует психологическую сторону любви. Мы неизбежно соотносим с собой ее рассуждения о неверности, отказе и крушении иллюзий.

    • Пляж Ситара, где мы не нашли никаких указателей продавцов арбузов из второй части

    Пляж Ситара, где мы не нашли никаких указателей продавцов арбузов из второй части

    • Длинные вечера / Форио, остров Искья

    Длинные вечера / Форио, остров Искья
    Элена и Лила проводят свои дни на пляже Ситара, а вечера в Форио – маленьком оживленном городке. После мороженого и разговоров в телефонном автомате, они бродят по округе в теплом свете магазинных вывесок, открытых до поздней ночи. Или же сидят в гостях у молодого человека, отец которого владеет колбасным производством.

    • Церковь Соккорсо – место романтических встреч в Форио

    Церковь Соккорсо – место романтических встреч в Форио

    • Всепоглощающая фабрика / Сан Джованни э Тедуччио, окраина Неаполя

    Всепоглощающая фабрика / Сан Джованни э Тедуччио, окраина Неаполя
    Некоторое время спустя после возвращения с Искьи, Лила проведет большую часть жизни рядом с фабрикой Сан Джованни э Тедуччио на окраине Неаполя. Когда мы искали фабрику, которая могла подойти на описанную в книге, мы наткнулись на одну в промзоне недалеко от моря. Типичная промзона, видимая с другого конца Неаполя – это старое здание выглядит как темный и мрачный район из комиксов. Это здание было фабрикой, специализирующейся на производстве жестяных банок для томатной пасты. Владельцы были арестованы после намеренного банкротства бизнеса.

    • Средний класс / Виа Тассо, Неаполь, центр города

    Средний класс / Виа Тассо, Неаполь, центр города
    В третьей части романа, после нескольких лет, проведенных вдали от Неаполя, Элена Греко возвращается и переезжает на Виа Тассо. Это респектабельный район, отсюда видно море и Везувий, но также можно оценить и природную склонность неаполитианцев к накоплению. Забитые балконы, на которых можно увидеть лестницы, банки, отпиленные стволы деревьев. На стенах наспех написанные граффити: «Беженцам не рады». И пустые ямы на пригорках, приспособленные под свалки.
    Неаполитанский хаос / вид на море, Неаполь, центр города
    В такси, везущем нас к морю, водитель нервно смеется когда мы говорим, что Неаполь – красивый город. Ха-ха-ха. Неаполь – это хаос!

  • Лихорадка Ферранте

    Псевдоним

    Все, что официально известно о жизни Элены Ферранте, уместилось в книгу «Фрагменты» (La Frantumaglia), в которую вошли письма издателям, эссе и редкие интервью писательницы. Беседуя с журналистами по e-mail, Ферранте не раз объясняла, почему она выбрала анонимность. По ее словам, сохранение авторского инкогнито позволило не вступать в обременительный контакт с медиа и сосредоточиться только на книгах, представляющих интерес сами по себе. Тем не менее, после того как англоязычная публикация «Моей гениальной подруги» — первого романа из «Неаполитанского квартета» — повлекла за собой так называемую «лихорадку Ферранте» (#Ferrantefever), попытки разоблачения ее личности участились.

    В расследовании по «делу» Ферранте особенно преуспел итальянский журналист Клаудио Гатти: осенью 2016 года он представил общественности несколько весомых аргументов в пользу того, что под псевдонимом скрывается переводчица Анита Райя, жена неаполитанского писателя Доменико Старноне, чьи работы выходили в том же издательстве, что и у Ферранте. Гатти прибегнул к методам, которыми обычно пользуются журналисты, расследующие коррупционные скандалы: доказательством авторства послужила информация о доходах Аниты Райи и покупки недвижимости, которые по времени совпадали с предположительными авторскими отчислениями. Как утверждал Гатти в интервью The National Book Review, читатели имеют право знать, кто она на самом деле, и, «если бы Ферранте и ее издатели не играли в кошки-мышки с прессой почти четверть века», он бы и не стремился узнать правду: «Каждый, кто играет в прятки, должен знать, что быть пойманным — это неотъемлемая часть игры». Так или иначе, ни издательство, ни Ферранте эту успешную теорию не подтвердили.

    Провокационный материал Гатти вызвал шквал осуждающих текстов: журналисты и литераторы не преминули высказаться о праве писателя оставаться в тени, а Салман Рушди даже предложил запустить кампанию «Я — Элена Ферранте».

    Автор журнала n+1 Дэйна Торторичи пишет, что анонимность и независимость Ферранте, в первую очередь, шла на пользу ее книгам. Ферранте многократно повторяла, что могла публиковаться, лишь защитив от посторонних глаз свое авторское «я». «Писателям нужно творческое пространство, — продолжает Торторичи. — Одно из его определений — комната, другое — свобода, третье — уединенность. Каждый находит это пространство, где может».

    В своем монологе на Lithub, озаглавленном «Оставьте Элену Ферранте в покое», редактор Дэвид Л. Улин возмущается бессмысленностью этого разоблачения: «Прежде всего — зачем? <…> Кому-то есть дело до того, сколько Ферранте зарабатывает и где она живет? <…> Мне все равно, как на самом деле зовут Элену Ферранте, поэтому, если Гатти действительно прав, я не буду приводить здесь ее имя. Мне наплевать, как выглядит Томас Пинчон и осталась ли после Джерома Д. Сэлинджера кипа неопубликованных рукописей. Все это не имеет никакого отношения к тому, что написали эти авторы, к тому, что мы знаем о них благодаря видению мира, историям и наблюдениям, которыми они делятся. Книги Ферранте вызывают отклик не из-за ее имени или имущества, но из-за того, какой она человек и как превращает свои чувства в язык повествования и сюжеты».

    Кроме того, многие расценили расследование Гатти как проявление сексизма. Писательница Джанет Уинтерсон проводит параллель между объяснениями журналиста, утверждающего, что Ферранте следовало ожидать разоблачения, и расхожими аргументами вроде «надела короткую юбку — сама напросилась». По мнению Уинтерсон, «в основе этого так называемого расследования лежит невротическое возмущение успехами автора-женщины, которая решилась писать, публиковать и продвигать книги на ее собственных условиях».

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии 978-5-00131-133-1. 14 отзывов

    Средний отзыв:

    4.1

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    LyudmilaPleshkova

    LyudmilaPleshkova

    Элена Ферранте для меня открытие. Прочитала последнюю часть романа, для меня самую интересную. История ,описанная в романе, очень жизненная, практически было ощущение полного погружения, читается “на одном дыхании”. Хотелось бы узнать что же случилось с Лилу и всё таки жива или нет её дочь. Роман вызвал очень противоречивые чувства как к главным героиням так и к тем событиям, что с ними произошли. Лену уж очень не правдоподобно без характерная, во всех четырёх частях мне она показалась какой то задавленной своей подругой, которой приписывает чуть ли не гениальность. Её , так называемая подруга, только завидовала ей и использовала её, всячески ей вредила, скрывала от неё то, что реально помогло бы ей лучше разобраться и с её мужчинами и потом с дочерьми. В общем всё как в жизни, такое встречается очень часто, что именно лучшие подруги уводят любимого мужчину, ломают жизнь, распускают сплетни. Мне было интересно узнать , как живут простые люди в Италии, да и 60-е-90-е годы, годы моей жизни, было с чем сравнить, как у нас и как у них. Помню итальянский сериал Спрут мне очень понравился в своё время, как то перекликается немного, только показана мафия Неаполя, подмявшая под себя не только квартал,но и город.

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    Кому-то удаётся прожить чуть дольше, оставив в памяти потомков какую-то впечатляющую вещь, кто-то уходит из мира тех, о ком помнят вместе со смертью их детей. Но даже если вы великий писатель или архитектор, являются ли книги и здания вашим продолжением? Или же это всего лишь вещи с ярлыком в виде вашего имени?

    Эта книга как никогда напомнила мне, что все мы стареем. Можно держать себя в форме и заботиться о здоровье, но убежать от старухи с косой всё равно не получится, разве что можно отсрочить её приход и постараться оставить после себя что-то значимое.

    В одной из рецензий к прошлым книгам серии я писала, что персонажи здесь будто нарочно живут только для того, чтобы причинять боль друг другу. А сейчас мне ещё и кажется, что заодно и себе. Сколько ошибок можно было бы избежать? Насколько счастливее стать, прими они в юности другие решения? Но один из плюсов этого романа в том, что тут как в жизни – никакого сослагательного наклонения и происходит всё не так, как мы хотим.

    После прочтения книга оставила странное чувство. С одной стороны, я зачитывалась ей до середины ночи и не могла остановиться. С другой, положа руку на сердце, не могу однозначно сказать, что книга мне понравилась. Какое-то противненькое чувство людской мелочности она порой вызывала.

    Каждая книга неаполитанских романов заканчивалась как серия в сериале – на самом интересном месте. Последняя страница позади, но и тут ощущения, что поставлена точка нет. Не скажу, что сюжет обрывается совсем ни на чём, логическая концовка там есть. Однако, нас оставляют наедине с кучей вопросов и домыслов.

    Впрочем, я ничуть не жалею, что прочитала эту книгу. Хотя есть и минусы, плюсов, пожалуй, больше. Книга великолепно передаёт атмосферу Неаполя. Её интересно читать так, что порой невозможно оторваться. Она заставляет задумываться о мире и о жизни, даёт мотивацию к тому, чтобы сделать что-то сейчас, потому что жизнь коротка и мы оглянуться не успеем, как станем старухами и останется только делиться воспоминаниями о том, какими молодыми мы были.

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    Неаполитанский цикл произвел на меня приятное впечатление, читается он легко и написан увлекательно.
    В основе повествования перипетии дружбы между двумя девочками Элены Греко и Лилы Черулло, соперничество и поддержка. Во многом главные героини антиподы.
    Итальянские страсти, непростые отношения отцов и детей, любовь и вражда – все переплетено между жителями одного квартала в Неаполе. За развитием персонажей интересно наблюдать.
    В первой книге читатель знакомится с детством и отрочеством героев, в последующих книгах автор рассказывает об их становлении и взрослении.
    Для себя я не выделила любимого героя, каждая судьба по своему уникальна.
    Ферранте написала действительно жизненную историю. Взлеты героев сменяются падениями, их взаимоотношения переплетены в клубок и Ферранте умело его распутывает. Мне нравится что автор изобразила героев с массой плюсов и минусов, и нет ни одного положительного героя, но в каждом есть сотни оттенков, они многогранны в своих проявлениях и поступках.
    Прекрасно написанный цикл и финал, который меня не разочаровал. Люблю открытую концовку, когда можно поразмышлять о судьбах персонажей, когда есть место для тайны.
    Ферранте сумела создать замечательное произведение, в котором есть и интрига, и переживания за судьбы героев, и яркие характеры, которые не оставят равнодушным.

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    Artinni_Unutma

    Artinni_Unutma

    Вот и завершающая книга неаполитанского цикла, я решил написать именно под ней рецензию на все четыри книги.
    Безусловно, Элена Ферранте – это приятное открытие в мире современной литературы. Так хочется точно подобрать нужные слова, чтобы описать почему открытие и почему приятное, но я, точно так же, как Элена Греко, чувствую, что слова никогда не смогут сформулировать то, что мы чувствуем, никогда не смогут принять форму наших квалий.
    Тем не менее, попытаться можно.

    Лучшей из всего квартета для меня останется, пожалуй, первая книга, за ней – последняя. Детство и старость, восход и закат. Мне понравилась метафора с куклами: события начинаются фактически с падения кукол в темный подвал и заканчиваются их возвращением. Что это значит? Лену и Лила именно с того проишествия с куклами вступили в сложную взаимосвязь, которую поначалу тяжело и дружбой то было назвать.
    Их отношения всегда были непредсказуемыми и напряженными. Но позже, становится очевыдным, что они вдвоем взаимозависимы. Одна толкает к чему-то другую: мотивирует, злит, вызывает зависть, делает счастливой, обескураживает, раздражает. Несмотря на весь спектор этих эмоций, которые под тем или иным предлогом меняются, лишь одно было неизменным: подруги готовы были стоять горой друг за друга в самых важных и принципиальных жизненных ситуациях.

    Между первой и последней книгой целые прожитые жизни, самые поразительные сюжетные повороты. Падения, как те куклы, в самые низы и взлеты на вершины успеха. Особенно ярко помнится, что в третьей книге события начали принимать уж слишком мыльнооперный сюжет, слишком много стало разводов, смен любовников, миграции жен, мужей, рождения детей и прочих последствий быстрой и горячей неаполитанской крови. Но затем, я стал вспоминать своих друзей, знакомых родителей, соседей, я начал вспоминать все те истории, которые случались в их жизни. Любовники, скандалы, интриги, измены, банкротство, наркотики, алкоголь…все это настолько близко. Читая, кажется, что эта жизнь кипит только там – в одном из кварталов Неаполя, а она – вот здесь, прямо за твоей спиной, если не сказать больше – она на твоих плечах.

    Однако, несмотря на всю насыщенность сюжета, я не могу отнести цикл к ряду мыльных опер. Есть во всей этой истории кое-что, что не позволяет мне этого сделать – психологизм, историзм и глубокая философия, которою можно просматривать между строк бедных неаполитанских кварталов. Жизни ребят вертятся не просто вокруг денег, быта и разборок между собой. Они практически все поглощены своими принципами, идеологическими взглядами на устройство мира. Коммунизм, неофашизм, мафия, социализм, демократические игры, выборы, фемминизм, коррупция, насилие, убийства – все это на протяжении всех книг вытекает одно из другого. Как бы не любили грязь, которую заносит политика, нужно признать, что когда берешься писать о жизни целого квартала, города и страны, невозможно проигнорировать исторический фон этой жизни. В любом случае, Ферранте отлично с этим справилась.

    Еще из того, что поражает, так это то, что книга заставляет подсесть на ее иголку. Когда я не читал ее, мне было тоскливо, грустно, но как только я садился и возвращался в мир Греко и Черулло все ставало на свои места. Эти книги поражают тем, как много они заставляют думать, вернее как о многом задуматься, в особенности о причинах человеческих поступков, что стоит за каждым нашим сказанным словом, что мотивирует или провоцирует нас ударить человека, украсть деньги, написать книгу, сьесть курицу или банан, уехать в Милан или в Берлин.
    Говорят, что проблемы умных людей из-за того, что они умны. Мне кажется именно в этом и была проблема Лилы. Эта гениальная подруга еще с самого детства понимала уже слишком много вещей и думала о том, о чем дети не думают. Вместо беззаботности, она писала книгу “Голубая фея”, делала чертежи своей обуви, думала как разбогатеть и проучить противных каморристов Солара. Все ее смены деятельности, полное поглощение в работу, разработки новых идей и т.д., я могу назвать сублимацией. Она всю жизнь сублимировала. Но почему? Возможно, только таким образом она убегала из своего квартала, от своих врагов, глупых друзей, бедности, насилия и постоянной опасности. Но возможно ли далеко от всего этого убежать? Ферранте устами своих героев говорит, что меняются власти, формы правления, технологии и очератния городов, их экономическая деятельность, но меняемся ли мы? И кто такие мы? Мы – всего лишь дети наших родителей, а те в свою очередь дети свих родителей. Элена Греко бежала далеко, во Флоренцию, Пизу, Милан, Турин. Ей стоило больших усилий, чтобы избавиться от диалекта, излишней жестикуляции, но как только она возвращалась в родной Неаполь – возвращались и все его атрибуты в ее характере и поведении. Это как понимать?
    Возможно, этого требовали сами условия. Лену не могла быть флорентийкой в Неаполе, реалии не позволяли этого. А возможно, мы просто дети своих родителей. На протяжении столетий, меняются поколения, которые передают друг другу модель поведения, слова, способы мышления и самоосознания. Лила первая поняла, что куда бы она не уехала, она навсегда останется той, кто родился в грязном квартале Неаполя – Рионе Луззатти. И если можно убежать из свего города, то можно ли убежать от самого себя? Да, уехать из города можно, но он никогда не уедет из твоей головы.
    Для Элены, впрочем, это не приговор. И ей легче любить и осознавать Неаполь на дистанции.

    И в заключение хочется сказать пару слов о самом главном герое цикла – Неаполе. Лила назывет его карбонарной ямой (помойкой), но не может не любить его.
    Рионе Лузатти — это в прямом смысле спальный район с домами, похожими на наши совко-советские дома, именно в этом квартале растут Паскуале, Рино, Лила, Лену, Энцо, Альфонсо. Именно здесь убивают братьев Солара. Именно тут пропадает Тина – дочь Лилы. На одном из балконов в этом квартале, в один из новогодних вечеров они запускают салюты. Здесь они гуляют, заводят дружбу, ссорятся и одним словом – живут.
    На пересечении виа Таддео де Сесса и виа Эмануэле Джиантурко —находится пицерия, в которую ребята ходили развлекаться. На краю квартала находилась лавка Солара, за которой начинался тоннель, который Лила и Лену проходили, прогуливая школу.

    В романе, Неаполь такой же живой персонаж, он растет, меняется. Его природа такая же непонятная, как и сам человек, он имеет свои скелеты в шкафу. Он может сделать очень больно, он угрожает постоянными землетрясениями и Везувием. Но в тоже время, предлагает свое море и прекрасные острова.
    Вскоре город заполняет полчище мигрантов. По этому поводу Лила шутит: если я не смогла поездить по миру, то мир приехал ко мне в Неаполь.

    В конце концов, квартет заканчивается очень открыто, и кто знает, может Лила все таки смогла повидать мир, может, она сумела убежать от Неаполя и от самой себя. Мой оптимизм рисует только лучшее.

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    BolingerLuvvie

    BolingerLuvvie

    Если вам интересно читать, про женщин, не способных держать свои ноги сдвинутыми, и горячих итальянских мужчин, с вечно расстёгнутыми ширинками, то эта книга для вас.

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    OlgaZaloznaya

    OlgaZaloznaya

    Четвертую книгу взялась читать (и дочитала) только потому что перед этим была прочтена трилогия -было интересно чем же все закончится.
    Люблю читать всякие саги, длинные романы, но тут у меня всегда было чувство специального растягивания текста, как будто автору гонорар считают по количеству страниц. Местами очень скучно и не интересно, местами хотелось просто взять и забросить книгу.
    Сделать какие-то выводы для себя по итогам прочтения мне не удалось, так что назову эту книгу как “чтение ради чтения”

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    Им не стать мне близкими и к этим книгам я не вернусь, но последняя часть очень хороша. Все линии кончаются, не погрешив против логики и жизненности (и литературности), все идеи гаснут или перерождаются, все герои (которым неизменно хочется сделать лоботомию) живые и настоящие. История развивается масштабно и красиво и так же и кончается.

    Жаль, что три книги из четырех была вся банальность среднестатистической юности, а когда герои повзрослели и стали более сложными- всё и кончилось. Хотя, если задуматься, тоже довольно жизненно.

    По-прежнему мне кажется, что вся социальная подоплёка, идеи, мысли- несколько искуственные.

    Но если вам интересна Италия и итальянский менталитет, если не беспокоят четыре тома душных (всех, и любовных, и дружеских, и семейных) отношений- серия может стать событием.

    Немного жаль от них уходить, но облегчения больше.

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    Неоднозначные ощущения от этой серии книг. Не могу сказать, что мне очень понравилось. Абсолютно все герои раздражали, многие откровенно бесили своими характерами и поступками. Уже с первой книги было примерно понятно, как будут складываться судьбы персонажей – так все и получилось. И все же, бросить серию на середине и не дочитывать – даже мысли такой не возникало. Чем то книга завораживает и гипнотизирует. Ничего от нее не ждешь и все же читаешь не отрываясь. Если вдруг выйдет пятая часть – не задумываюсь буду читать.

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    В «Истории о пропавшем ребёнке» всё то, что намечалось, предчувствовалось и угадывалось в предыдущих частях, лавиной сходит на героинь. Словно кто-то уронил одну костяшку домино, и падение следующих остановить уже невозможно.
    Лену принимает важное решение вернуться в Неаполь. Она чувствует себя в родном городе одновременно и своей, и чужой. Для старых знакомых она уже не та девочка, что так упорно училась в школе, так боялась братьев Солара, девочка, что ходила в те же магазины, что они, жила в тех же домах, бывала в тех же кафе и на тех же вечеринках. Теперь она писательница и важная дама со странным говором, которая не понимает в полной мере того, что происходит в квартале.
    Лила управляет своей компьютерной фирмой. С каждым днём уважение к ней растет всё больше и больше. Кажется, что она единственный человек, что может тягаться с братьями Солара, человек, который реально что-то может изменить в жизни квартала.
    Но несмотря на все эти перемены связь между Лену и Лилой не исчезает, а с приездом Элены становится даже крепче. Но к чему приведет это сближение, кажется, не понимает ни та, ни другая подруга.
    «История о пропавшем ребёнке» – прощание с неаполитанским квартетом. И я могу честно признаться, что это прощание далось мне нелегко. Есть книги, которые ты впускаешь внутрь себя, а они в тебе прорастают корнями и остаются навсегда. История о Лиле и Лену стала для меня такой книгой. Рассказ о дружбе, любви и ненависти, настолько необычный, насколько и обыденный, чем-то смог меня крепко зацепить. Возможно, своей искренностью, или страстностью и напором, а может и тем, как легко получается увидеть своё отражение в двух героинях. Лила и Лену жили со мной все эти дни, я была немой свидетельницей их взлетов и падений, я засыпала под нежный шелест волн на Искье и просыпалась от ругани соседок и криков продавцов, я смотрела их глазами на потрясающе красивое ночное небо и на полные крови и грязи улицы, танцевала на свадьбах и плакала на похоронах. Герои книги растут, взрослеют, стареют и умирают, но их истории, я уверена, ещё долго будет жить во мне.

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    Ферранте все-таки взяла свое. Приятно, когда современный автор замахивается на эпос, создает целый муравейник, отслеживает на длительном отрезке судьбу своих марионеток, да плюс еще и памятник Неаполю как тот Джойс создала. Масштабом берет, впечатляет. Четвертый роман цикла посвящен угасанию и деградации, завершен единственно правильным способом – исчезновением инфернального существа, ведьмы, что была жуком в муравейнике и сильно оживляла общую череду рождений-свадеб и смертей квартала. Повествовательница добросовестно исполнила роль Ватсона, простушки-повествователя со своей очевидной оптикой. В отличие от других эпосов именно микширование всеведения автора книги и делегирование повествования одному рассказчику создает эффект присутствия, но и ведет к отсутствию объема большинства петрушек. Заботливо перечислены перемещения всяких Кармен, Эльз, Паскуале и еще трех десятков персонажей, которые выполняют функции спутников орбиты центральных фигур. Слог у Ферранте простой, что опять же соотносится с центральной повествовательницей, несильно наделенной способностями к рефлексии. Итальянская школа и так тяготеет к мылу (и Бонаквиста, к слову), а здесь еще и неапольский извод. Некоторым образом, спустя век после выхода великого “мужского” эпоса Пруста вышел и женский эпос, ода нерассуждающей жизнедеятельности по всем направлениям. Восстание масс, как оно есть и было предсказано известно кем.

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    Читайте! С первой по четвертую. Четвертую прочитала, потеряв счет времени. Просто не смогла бы уснуть, не дочитав. Наверно, теперь когда на полке стоят все четыре книги, я прочитаю уже не торопясь, без перерыва.

    Достоинства:

    Очень легко читается. Снова и снова окунаешься в неаполитанские кварталы, с их неповторимым колоритом.

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    Я не эксперт. Меня постигло разочарование в целом всей историей. Лучше бы я ее не читала, а ограничилась первыми тремя книгами. Приём писателя наверное хорош, но финал ужасный.

    Достоинства:

    Захватывает как и первые 3 Книги.

    Недостатки:

    Пессимистична. Мрачная. Оставляет очень неприятное «послевкусие»

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    я просто в восторге! это лучшая книга котопую я читала за последние годы!!!! не могу назвать что имено есть в этой книге такое неуловимое как и в предидущих трех книгах но это чтото потрясающее!!! оторваться невозможно и очень многое открываешь о себе !

    История о пропавшем ребенке (Книга четвертая из серии “Неаполитанский квартет”)

    Лиа Давитовна

    Лиа Давитовна

    Достоинства:

    Заключительная часть неаполитанского квартета навсегда оставит читателя с вопросом, какие отношения связывали Лилу и Лену, кто из них смог выбраться из болота квартала, а кто остался в нем навсегда. Яркая, сочная, чувственная книга.

    дата выхода сериала, трейлер, фото, видео

    Моя гениальная подруга (My brilliant friend / L’amica geniale) 3 сезон —  продолжение телесериала  о двух девочках, выросших на окраинах Неаполя, снятого по романам Элены Ферранте.

    Дружба Элены «Лену» Греко и Рафаэллы «Лилы» Черрулло началась со вражды. Две девочки с окраины Неаполя впервые свидятся в начальной школе.  И сразу друг другу не глянутся. Такие разные по темпераменту и воспитанию, они пристально присматриваются друг к дружке, и в скорости становятся подругами.

    Лила — заводила этой компании. Бойкая, дерзкая, не умеющая, как и полагается дочери сапожника, держать язык за зубами, она то приближает к себе скромную и спокойную Елену, то отталкивает ее от себя. Но когда они находятся в компании, Лила задаст жару каждому, кто попытается обидеть Елену.

    Девушки взрослеют, родители Элены тратят сбережения на то, чтобы она получила хорошее образование и выбилась в люди, а Лилу не остается ничего иного, как искать работу. Она понимает, что ее дальнейшая жизнь будет не лучше, чем у ее родителей. При этом она-то и есть та самая «гениальная подруга», о которой идет речь в названии сериала. Однако ни смекалка, ни  не помогли ей быстро достигнуть того положения в обществе,  о котором она мечтает.

    Сериал о дружбы простых девчонок, начавшейся в детстве и протянувшейся до самого совершеннолетия, сняли по романам итальянской писательницы Элены Ферранте.

    Цикл из четырех книг, которыq она написала с 2011 по 2014 годы, получил название «Неаполитанский квартет». Первый сезон сняли по роману «Моя гениальная подруга», вышедшему в 2011-м году. Он и дал название всему шоу, дебютный эпизод которого показали в ноябре 2018 года на итальянском телеканале Rai и на американском кабельном канале HBO.
    Второй сезон, сценарий которого создан на основе второго романа из тетралогии «История нового имени» (2012), вышел на малые экраны в Италии в феврале 2020 года, а американские зрители увидели его в марте того же года.

    В апреле 2020 года было объявлено, что сериал продлили на третий сезон. Литературной основой для него стал третий роман серии «Те, кто уходит и те, кто остается» (2013). Так же, как и в двух предыдущих сезонах, в нем будет 8 эпизодов длиною в 55-60 минут. Планируется, что первая серия третьего сезона  выйдет в апреле 2021 года. Снимать сериал будут, как и прежде, в Неаполе и его окрестностях.

    Режиссером всего первого сезона был Саверио Костанцо, получивший премию Пазинетти за триллер «Голодные сердца». Сестра снимавшейся в этом фильме итальянской актрисы Альбы Рорвахер Алиса стала режиссером двух из восьми эпизодов второго сезона, остальное снял Костанцо. Режиссером и сценаристом третьего сезона будет также Саверио Костанцо.

    Сыгравшая в двух первых сезонах Лилу в подростковом возрасте, актриса Гая Джираче, сообщила, что появится только в первых трех эпизодах третьего сезона, в то время как актриса, исполнявшая роль Лилу в детстве (Людовика Насти), продолжит свое участие в проекте.

    Отметим, что в конце 2020 года второй сезон «Моей гениальной подруги» попал в десятку лучших сериалов года, составленную телекритиками американского журнала «The Hollywood Reporter» .

    “Когда выйдет новая книга Елены Ферранте?”

    Если вы причисляете себя к числу многих лихорадочных читателей романов Елены Ферранте, то с тех пор, как вы закончили третью книгу неаполитанской серии, вас, вероятно, не дает покоя один-единственный вопрос: когда выйдет новая книга Елены Ферранте? Что ж, не бойтесь, скоро вы получите починку от Ферранте. Английский перевод «Истории о потерянном ребенке» наконец-то появится на прилавках (и, вероятно, сразу же слетит с полок) 1 сентября.

    Четвертый и последний роман из серии неаполитанских романов Ферранте, «История потерянного ребенка», снова объединяет главных героев Елену и Лилу в Неаполе, на этот раз уже во взрослых. Их эпическая дружба, охватившая американские горки на протяжении трех предыдущих романов, неразрывно связала их жизни вместе, а «История потерянного ребенка» предлагает новые испытания и откровения для дружбы Лилы и Лену. Как описано на Amazon, «Лила и Елена сталкиваются, расходятся, примиряются и снова сталкиваются, в процессе раскрывая новые грани их дружбы.

    Литературный мир уже готовится к ажиотажу сентябрьского выпуска книги. Издательство Ферранте Europa Editions отсчитывает дни до даты выпуска с хэштегом #FerranteFever, публикуя списки персонажей в Facebook и Twitter.

    И, видимо, вам понадобятся эти списки персонажей. Согласно Publisher’s Weekly, «читателям понадобится сопроводительный указатель персонажей, чтобы отслеживать, как Ферранте решает темы и события из более ранних названий.

    Издатель Ферранте – не единственный, кто беспокоится о выпуске книги. В общественном книжном магазине в Бруклине идет обратный отсчет:

    Slate проводит свой собственный фестиваль Ferrante Fest в честь выхода книги. А литературные издания уже хвалят роман. В обзоре, отмеченном звездочками, Publisher’s Weekly написал, что книга «еще больше укрепляет неаполитанские романы как шедевр Ферранте и гарантирует, что этот замкнутый автор останется далеко не безвестным на долгие годы.Однако в Kirkus Reviews были обнаружены некоторые недостатки в обработке этой последней части:

    В то время как заядлые поклонники неаполитанской серии будут удовлетворены возвращением нескольких персонажей из более ранних частей, необходимость раскрыть почву в окончательном томе приводит к тому, что телескопическая доставка некоторых сюжетных точек.

    Недостатки или нет, но “История о потерянном ребенке” наверняка станет хитом. Популярность Ферранте неуклонно росла с момента публикации первого романа сериала «Мой блестящий друг», и он даже может похвастаться такими известными поклонниками, как Гвинет Пэлтроу, написавшая поддержку сериалу.Работа Ферранте приобрела популярность, особенно среди читательниц. Меган О’Рурк из The Guardian писала: «Отчасти потому, что ее работа описывает семейные переживания, такие как яркая сексуальная ревность и другие формы стыда, – которые недостаточно исследованы в художественной литературе, репутация Ферранте стремительно растет, особенно среди женщин (Зэди Смит, Мона Симпсон и Джумпа Лахири – фанаты) ».

    Или, как писала Цзя Толентино из «Иезавели» об изображении Ферранте женщин в ее романах, «она превращает« женский опыт »в женский опыт, который превращается в человеческий опыт, точка.

    Может быть, вы сильно заболели лихорадкой Ферранте, а может, вам просто интересно узнать об этом анонимном феномене из Италии. В любом случае, нет никаких сомнений в том, что широко распространенная любовь к романам Ферранте является достаточным доказательством того, что они заполняют пробел в литературных изображениях женщин. Итак, приготовьтесь к ажиотажу в книжных магазинах 1 сентября, поскольку «История о потерянном ребенке» завершает уникальную эпическую историю женской дружбы.

    Ферранте и ее четвертый и последний неаполитанский роман

    ПРЕИМУЩЕСТВО написания о книге, получившей признание критиков, примерно через месяц после того, как другие рецензенты выразили свое восхищение, состоит в том, что книгу вообще не нужно «рецензировать», а можно вместо этого подумайте о создаваемом ощущении.Если вы перешли на эту страницу, то, скорее всего, вы уже прочитали несколько – даже дюжину – обзоров знаменитого квартета неаполитанских романов Елены Ферранте, последний из которых, История потерянного ребенка , был недавно опубликован. Вероятно, вы также читали о решении Ферранте остаться анонимным, что сделало ее «всемирной литературной сенсацией, о которой никто не знает», согласно названию одной статьи. Или о призах, которые ей нельзя вручить, потому что она не появится ради них, или о утомительных предположениях, что она «на самом деле» мужчина.(Потому что ни одна женщина не может отказаться от такого внимания?)

    Вся эта суматоха грозит омрачить сами романы, которые, по словам Ферранте, следует читать как один роман и которые на самом деле не являются сенсационными, за исключением их написания. Они начинаются с Елены и Лилы, двух умных, беспокойных, талантливых маленьких девочек, выросших в послевоенном Неаполе. Елена – наш рассказчик; ее навязчивый интерес к Лиле, ее лучшей подруге, остается в центре внимания в течение следующих 50 лет и более 1600 страниц.Этого едва хватает, чтобы сдержать ее болото чувств к Лиле, зыбкое болото соперничества, идолопоклонства, обиды, зависимости, сексуального и интеллектуального соперничества, сочувствия, любви, преданности. Все они поддерживаются их связью с жестоким, эмоционально лабиринтным неаполитанским «районом», где они достигают совершеннолетия, из которого Лила никогда не покидает и куда Елена, «выбравшись», возвращается.

    Слова «болото» и «болото» не являются риторическими приколами. Простое чтение «Указателя персонажей» в начале каждой книги (это пять страниц к тому времени, когда мы дойдем до четвертой) – это запутанный опыт, поскольку мы пытаемся сохранить прямую связь с семьей носильщика, семьей сапожника, семьей плотника. , семья безумной вдовы, семья убийцы и так далее.Стоит попытаться освоить все эти имена. Из этих архетипических «семей», идентифицированных, вероятно, по наследственным профессиям, или по их трагедиям или преступности, которые навсегда определят их потомков, происходит единственная, особенная семья , расположенная по соседству , с гораздо более сильными притязаниями на Елену и Лилу, чем их собственные братья и сестры и родители. Хотя, главное, не сильнее, чем их претензии друг к другу.

    Две девочки растут почти друг в друге, по крайней мере, в случае с Еленой.Она едва ли может идти по улице или читать книгу, не думая о том, что Лайла может об этом подумать. Лила в глазах Елены блестящая (название первого романа – Мой блестящий друг, ), более креативная, красивая, способная, стойкая, а если скрестить – хладнокровно мстительна. Для нее «око за око» часто означает руку и коленную чашечку, а также пару зубов. Но она также беднее, и именно Елене удается оставаться в школе и, проявляя настойчивость, получить высшее образование, выйти замуж за интеллектуальную флорентийскую семью, написать серию романов и статей, которыми восхищаются, и стать «блестящей».Все время веря, что она дешевая копия Лилы, настоящая. Лила, тем временем, выходит замуж за бакалейщика из соседнего района, когда она еще подросток, убегает с первой любовью Елены (чья интеллектуальная траектория совпадает с собственной), беременна, возвращается к бакалейщику, снова бросает его, живет с другим мужчиной из района работает на мясокомбинате, вовлекается в борьбу местных профсоюзов и в драки с парой братьев типа Каморра (тоже из соседних районов) и помогает основать ранний компьютерный бизнес.Она посвящает себя попытке уберечь район от разрушения преступностью и наркотиками, и при этом сама уничтожает себя. Тем временем Елена, хотя и изображается почти полностью эгоистичной, посвящает себя спасению Лилы.

    Нет условного участка. Ферранте следует за Еленой и Лилой через повседневность их юности, их романтические отношения, материнство, работу и политическую жизнь. Некоторые обозреватели рассматривают их как две половинки женского творчества – актуализированную и потенциальную – или как обратные стороны женской психики.Другие рассматривают их как сестер по оружию, борющихся против враждебности и жестокости культуры, в которой доминируют мужчины, или используют их, чтобы обдумать грань между художественной и научной фантастикой в ​​этих явно автобиографических романах. Один рецензент настаивает, что они фаустовская пара, а Лила – «гениальный демон». Но настоящее изумление этого длинного, отвлекающего, не поддающегося классификации повествования – это изображение динамичного опыта тесной женской дружбы. Дружба, зарегистрированная через Елену, меняется страница за страницей, иногда предложение за предложением.И наконец, Ферранте заставил меня задать вопрос: как этот опыт в художественной литературе мог быть таким возвышенным.

    ¤

    Два моих кухонных ящика были непреднамеренно выделены для того, чтобы убрать беспорядок, и всякий раз, когда я подумываю о том, чтобы их почистить, меня охватывает ужасная усталость. В них было запихано так много разной ценности: ржавые батареи, резинки, ключи от забытых замков, магниты на холодильник от местных предприятий, изолента, крошечные отвертки для ремонта очков, слегка расплавленные свечи на день рождения, незакрепленные зубочистки, гвозди.Такое же изнеможение охватывает меня, когда я размышляю над описанием отношений между Еленой и Лилой. Это такое недоумение штука . В разное время у них был один и тот же любовник; они берут детей друг друга; они лгут друг другу, говорят друг другу правду, сожалеют и восхищаются друг другом, и они оба оказываются вовлеченными в междоусобный беспорядок на своей родине. Вытаскивать любой ящик из любого этапа их жизни – значит противостоять хаосу. Однако, просматривая один из своих запутанных ящиков, я наткнулся на цитату из книги Итало Кальвино Invisible Cities , вырезанную из газетного обзора книги, которую я давно забыл и застрял в меню китайского ресторана. , который помог мне понять, почему Елена так сосредоточена на Лиле и что дает этим книгам большую часть их силы:

    Ад живых – это не то, что будет; если он есть, то это то, что уже здесь, ад, в котором мы живем каждый день, который мы формируем, будучи вместе.Есть два способа избежать страданий. Первое для многих легко: примите ад и станьте его частью, чтобы больше не видеть его. Второй – рискованный и требует постоянной бдительности и предчувствия: ищите и учитесь распознавать, кто и что посреди ада не являются адом, затем заставляйте их терпеть, дайте им пространство.

    В одиночестве среди этого поистине адского неаполитанского квартала – всегда захлестывающего своих жителей предательствами и махинациями – Лила – это , а не ад.Она невероятно крутая; у нее потрясающее равновесие. Она всегда «сужает глаза» и ясно видит то, что другие слишком отвлечены или сбиты с толку, чтобы увидеть, обычно это какое-то искажение. Между тем, Елена, как и большинство из нас, импульсивна, жалеет себя, сомневается в себе, всегда борется и стремится и обычно находится во власти всего, что с ней происходит в данный момент. Но у нее есть смекалка, чтобы признать, что Лила – существо другого типа, и у нее есть способность, как у художника, дать Лиле «пространство», чтобы она вытерпела все эти страницы, чтобы мы тоже могли это распознать. .Конструктивно Лила скрепляет эти книги, как дымоход в доме – все остальное может сгореть, но дымоход остается.

    Эта фиксированная эмоциональная структура – это продолжающееся увлечение Елены Лилой. Независимо от того, что происходит между ними или вокруг них, Лила остается сложным человеком, которого Елена знает близко, одержимо размышляет, и все же вынуждена снова и снова соглашаться с тем, что она вообще не знает. В этой дружбе Ферранте инсценировал самый важный факт человеческих взаимоотношений и человеческих страданий – мы совершенно загадочны друг для друга, и все же большинство из нас редко удосуживаются замечать.Честно говоря, у кого есть время? Потому что, если бы вы были на самом деле , чтобы подумать о старом друге, например, о ком-то, кого вы знали с детства, любили и возмущались, беспокоились и пренебрегали, как это часто бывает со старыми друзьями, вам потребуется 1600- плюс страницы, чтобы зафиксировать ваше «истинное» понимание ее.

    Это просто и невероятно то, что Ферранте пытался сделать в этих четырех романах. Она как можно точнее изобразила изменения в чувствах и восприятии одного человека о другом с течением времени, и тем самым заставила инферно жизни отступить, даже когда она уловила его рев.Никто не писал подобной книги, тем более о двух женщинах (и трудно представить себе мужчину, испытывающего такое увлечение своим другом-мужчиной – да, Ник Каррауэй увлечен Гэтсби, но меньше 200 страниц). Сильная привлекательность неаполитанских романов – это близость, которую они обеспечивают, когда мы следим за участием Елены и Лилы в жизни друг друга, даже в периоды их отчуждения. Я слышал, как несколько человек утверждали, что им невыносимо читать последнюю книгу, потому что тогда «все закончится.«Я думаю, они имеют в виду то, что они влюбились в драму глубокой дружбы, как если бы это была их собственная дружба. За исключением того, что существует между Еленой и Лилой, гораздо более изучено и полностью осознано, чем что-либо за пределами художественной литературы.

    ¤

    Новый роман Сюзанны Берн, Собаки Литтлфилда , будет опубликован этой зимой.

    «История потерянного ребенка» Елены Ферранте демонстрирует свой гипнотический гений

    Как и последний выпуск любого сериального художественного произведения, «История потерянного ребенка », четвертый из знаменитых неаполитанских романов Елены Ферранте, имеет своеобразный характер. много, чтобы доставить.Этот последний том имеет, в частности, две задачи. Он должен раскрыть тайну бездушного поведения рассказчика Елены Греко в первой сцене первого романа « Мой блестящий друг ». Когда сын ее лучшей подруги 60 лет, Рафаэлла (или Лила) Серулло, звонит и сообщает, что Лила исчезла, Елена раздраженно просит его перестать беспокоиться и перестать звонить. Последняя книга должна также произвести катастрофу, которая набирает силу после следующей сцены этой первой книги, ретроспективного кадра женского детства, во время которого, как сообщает нам Елена, они двое «всегда шли к чему-то ужасному, что существовало до нас. но всегда ждал нас, только нас.И когда это «что-то ужасное» материализуется, оно должно казаться как неизбежным, так и неожиданным.

    Europa Editions

    История Лилы и Елены начинается в этом воспоминании, в трущобах Неаполя в начале 1950-х годов. Девушкам 8 лет, они в страхе поднимаются по лестнице в квартиру Дона Ахилла, местного ростовщика. Он из тех мужчин, от которых родители предупреждают детей держаться от них подальше, поэтому девочки считают, что он должен быть «создан из какого-то неизвестного материала, железа, стекла, крапивы, но живым, живым, горячее дыхание струится из его носа и рта.«Монстр, которым он является, он украл две их любимые куклы, по крайней мере, они так думают, и Лила, смелая, хочет противостоять ему. Елена, дрожа, идет позади.

    Свидетельством мастерства Ферранте как рассказчика является то, что три тома спустя она возвращается к ключевым элементам этой первобытной сцены, а мы не видим, куда она направляется. Спустя двадцать с лишним лет после того, как девушки поднялись по лестнице, они снова оказались в старых трущобах. Все то же самое, но, очевидно, и другое.Куклы заменили младенцы. Опасность, которую Лила отказывается признать, яснее. В детстве Елена и Лайла не могли назвать настоящие бедствия «источником чувства бедствия», по словам Елены. Став взрослыми, они начали их различать. У людоеда более знакомое лицо или лица. Его можно увидеть в друзьях детства, которые сейчас работают в неаполитанском преступном синдикате под названием Каморра, а также в признаках морального и физического разложения их города. Его тем более пугает то, что он больше не фигура из сказки.За исключением того, что в некотором смысле он все еще остается.

    Романы Ферранте вышли в Америке примерно в тандеме с шеститомным автобиографическим романом Карла Уве Кнаусгаарда « Моя борьба, », и авторов приветствовали как гениев того же типа: «Титанические романисты современной литературы. момент », – назвал их Джошуа Ротман в онлайн-статье для The New Yorker , пораженный культурной конвергенцией« серийных автобиографических хроник эмоций, вспоминаемых в спокойствии.Но называть обе работы автобиографическими – значит игнорировать существенное различие между ними.

    Кнаусгаард пишет автобиографические романы. Ферранте пишет романы об автобиографии. Кнаусгаард иногда также пишет о написании автобиографии, потому что он пишет обо всем. Он разглашает каждую мысль, каждую деталь своей жизненной истории, не опасаясь последствий. Но Ферранте хитрее. Она скрывает то, что нам нужно, чтобы определить, соответствуют ли ее истории действительности: ее личность.«Елена Ферранте» – это псевдоним, который автор использует с момента появления ее первого романа в 1992 году. Кнаусгаард, сделавшись настолько публичным, заставляет своих читателей думать о мире вне текста. Ферранте препятствует нашему стремлению сделать это. Возможно, она хочет предотвратить сплетни, но у нее также есть литературная повестка дня: она хочет, чтобы ее читатели уделяли ей пристальное внимание. «Уберите этого человека» – автора – «из поля зрения общественности», – сказала она в интервью, проведенном ее издателями, которое вышло этой весной в журнале The Paris Review , и «мы обнаружим, что текст содержит больше, чем мы можем себе представить.

    Есть основания полагать, что в романах Ферранте есть автобиографические элементы. Однако помимо того, что она рассказала нам в The Paris Review и других интервью (обычно проводимых по переписке) – что она из Неаполя, что она строит свои повествования из «фрагментов памяти», – подсказки исходят из самой ее работы. В тетралогии мы выводим некоторые из них из метафисментального фрейма. Рассказчик Ферранте носит псевдоним автора. Пишет романы.Мы также подбираем стилистические подсказки. Проза проста, разговорчива и обладает непосредственностью, заставляющей читателей думать, что автор, должно быть, пережила переживания, аналогичные тем, которые она посещает со своим рассказчиком. Когда у Елены первые месячные, и она так боится наказания, что стирает трусы и снова кладет их на влажные, влажная ткань и пронзительный стыд вызывают липкий дискомфорт настоящего. Сериал разворачивается на протяжении десятилетий социальных потрясений, и мы не можем не представить, что Ферранте был в гуще событий.Ей пришлось впитать революционный дух 1960-х и 1970-х годов в Италии: ярость Елены на мужчин в ее жизни, которые проповедуют новый мировой порядок, а затем возлагают на нее работу по дому и уход за детьми, является жестокой.

    Границы – это именно то, чего нет у Лилы и Елены, ни в детстве, ни когда-либо.

    Ферранте усиливает иллюзию реальности с помощью техники, которую я называю эмоциональной светотенью. Чувства, которые возникают между Еленой и Лилой, строго амбивалентны.Каждая реакция сопровождается своей тенью. Ни одна из женщин не испытывает любви без обид, верности без предательства, гордости без зависти. Лила, более харизматичная и оригинальная, чем кто-либо из ее окружения, вырастает в необычайную красоту и выходит замуж за одного из самых богатых молодых людей в их округе. Сила своей личности подавляет Елену, которую часто беспокоит, что она не более чем эрзац Лила. Елена, тем временем, не имеет возможности получить образование. Лиле отказывают; убегает из района, чего не делает Лила; и становится писателем, которым, несомненно, могла бы стать Лила – по крайней мере, так считает Елена.Она подозревает, что ее успехи достигнуты за счет Лилы, и временами Лила, кажется, думает так же. Это колебание между легкостью и тьмой придает их дружбе глубину и интенсивность, слишком ощутимую, чтобы ее можно было вообразить.

    Но все это, можно сказать, мазок. Под поверхностью лежат античные сюжеты, ведь Ферранте тоже пишет в классическом стиле. Подобно Софоклу, Овидию, безымянным рассказчикам, чьи сказки были адаптированы братьями Гримм, она берет судьбу в качестве своего предмета.Лила – демиург, существо из мифов. Она входит в жизнь Елены в первом классе, полностью обладая потрясающими способностями, настолько независимой, что кажется автохтонной, и читает гораздо лучше, чем Елена, которая до того момента была старостой класса. В возрасте 10 лет Лила пишет рассказ, который Елена в 22 года перечитает и признает в качестве основного текста своего дебютного романа «

    » – тайного сердца моей книги. Любой, кто хотел знать, что придает этому теплоте и каково происхождение прочной, но невидимой нити, соединяющей предложения, должен был вернуться к пакету этого ребенка, десяти страницам блокнота, ржавой булавке, яркой обложке, названию , и даже не подпись.

    Название рассказа «Синяя фея». Кажется, это определенно отсылка к благодетельнице Пиноккио (хотя Ферранте никогда ее не упоминает), жутковатому синеволосому духу, способному превращать марионетку в мальчика, то есть давать жизнь, и привычке исчезать, когда это необходимо.

    Лила – великолепный персонаж, Синяя Фея, заключенная в смертном теле. Неслучайно она дочь мастера, в данном случае сапожника, хотя, будучи Лилой, она тоже становится мастером.Вынужденная бросить школу своим отцом, она следует за ним в торговлю и придумывает новую линию роскошных мужских туфель, которые, словно какой-то заколдованный предмет, делают богатыми почти всех вокруг нее. Лила также страдает от того, что она называет «растворением границ». В моменты стресса «очертания людей и вещей внезапно растворялись, исчезали». Во время разрушительного землетрясения Лила переживает острый приступ этого расстройства и взволнованно болтает об этом с Еленой, пока мы не понимаем, что она страдает чем-то вроде мистических видений:

    Она прошептала, что для нее так было всегда, объект потерял свой края и переливаются в другой, в раствор разнородных материалов, слияние и перемешивание.Она воскликнула, что ей всегда приходилось бороться, чтобы поверить в то, что жизнь имеет твердые границы, потому что с детства она знала, что все не так – это было абсолютно не похоже на – и поэтому она не могла доверять этому. их сопротивление ударам и ударам.

    С медицинской точки зрения это очень похоже на синестезию, неврологическое состояние, при котором цвета могут иметь аромат, звуки могут иметь форму и так далее. «Тактильная эмоция растворилась бы в визуальной, визуальная – в обонятельной», – говорит Лила Елене.В экзистенциальном плане Лила обнаруживает глубокую нестабильность, бушующую под поверхностью вещей. «Ах, что такое реальный мир?» она говорит Елене. «Ничего, ничего, ничего, о чем можно было бы сказать однозначно: это так».

    Границы – это именно то, чего нет у Лилы и Елены, ни в детстве вместе, ни когда-либо. В незаменимом эссе в журнале n + 1 Дайна Торторичи прослеживает связи между Ферранте и итальянской феминистской мыслью, высмеивая пристрастие Ферранте к теории различия – представлению о том, что женщины просто не похожи на мужчин.В частности, похоже, наложила свой отпечаток одна концепция: женщины испытывают больше психических связей с другими людьми, особенно со своими матерями, чем мужчины. Елена и Лила переходят друг в друга, что их одновременно радует и тревожит. Но альтернатива для Елены – заставить мать проникнуть в нее, что еще более тревожно. Как указывает Торторичи, Елена хочет, чтобы Лила помогла ей предотвратить эту участь.

    После того, как их учитель показал классу, что Лила уже умеет читать и писать, Елена проглотила свое унижение и поклялась «подражать этой девушке, никогда не выпускать ее из поля зрения, даже если она рассердится и прогонит меня.Превосходство Елены в учебе обещало освободить ее от ее малограмотной матери, которая, как и другие женщины из их района, разорена браком, детьми и бедностью. Она косоглазая и хромает, и с того момента, как Лила оспаривает статус Елены как звездной ученицы, «беспокойство начало обретать форму», – говорит Елена. «Я думал, что, хотя мои ноги функционируют отлично, я постоянно рискую стать калекой… Может быть, поэтому я сосредоточился на Лиле, у которой были стройные, подвижные ноги, и она всегда двигала ими.

    Учитывая умелое переплетение в Ферранте фантастического и психологического, было бы заманчиво назвать ее волшебным реалистом, но этот термин вызывает в воображении причудливость, которая упускает из виду то, что отличает ее стиль. Лучшей характеристикой может быть сказочная феминистка, что не является оскорблением с феррантовской точки зрения. Ферранте наделяет размытие себя и других аурой сверхъестественного, даже когда она помещает своих персонажей в очень физический мир. Тела – это судьба, а это значит, что женщины, создающие тела, тоже творят судьбу.Хромота матери Елены проявляется в теле Елены, когда она рожает первого ребенка и у нее развивается радикулит. Как бы далеко не забиралась Елена, ей не избежать превратностей воплощения. Еще до того, как она выйдет замуж за своего принца Пьетро, ​​отпрыска семьи выдающихся интеллектуалов, она подозревает, что какой-то материальный пережиток их прошлого сделает их несовместимыми: «Я происходил из той семьи, Пьетро из той другой, каждый из нас нес наши предки в нашем теле. Как бы сложился наш брак? »

    Ответ, конечно, плохо.Пьетро, ​​профессор классической литературы, оказывается таким же эгоцентричным и педантичным, как и ужасный Казобон Джорджа Элиота, который трудится над книгой, которую вряд ли закончит. Елена перестает писать и становится занудой, убирая дом, ухаживая за их двумя дочерьми. К началу года «История потерянного ребенка» Елена убегает с Нино, мужчиной, которого она любила с детства. Он сын соседского бабника и сам бабник; он уже соблазнил и покинул Лилу.Увлечение Елены ненадежной Нино кажется одновременно необходимым для ее выживания и маниакальным, бредовым, как будто она может освободиться от рабства только в том случае, если она солгает себе о возможных последствиях своего бегства.

    Но Нино уводит Елену обратно в Лилу и в Неаполь, где их старые друзья тоже превратились в их родителей. Ухаживая за Лилой, Стефано, сын ростовщика Дона Ахилла, был таким же любящим и добрым, как его отец был бандитом, но после свадьбы «тень Дона Ахилла» раздула «вены на его шее и синюю сеть под кожа его лба », и Стефано превратился в убийцу жен.Сын коммуниста, обвиняемого в убийстве Дона Ахилла, занялся терроризмом в стиле красных бригад. Брак разрушил молодых женщин в кругу Лилы и Елены так же, как и их матерей.

    В руках Ферранте маскулинность пагубна, но не все мужчины из романов ею заражены.

    В руках Ферранте мужественность зловредна, но не все мужчины из романов ею заражены. Другой из сыновей Дона Ахилла внимателен и добр и в конце концов начинает одеваться как женщина – действительно, под чарами Лилы он подражает ей так сильно, что они оба выглядят как близнецы.Бывший одноклассник мужского пола спасает Лилу после того, как Нино бросает ее, и поддерживает ее, когда ее жизнь становится еще более горькой. Психической целостности Елены угрожают как мужчины, так и женщины. Ее самый большой страх состоит в том, что она превратится в Мелину, безумную вдову из их уголка Неаполя, которая, обманутая и брошенная отцом Нино, теперь бродит по улице и в какой-то момент доходит до того, что ест мыло. Она своего рода символическая фигура матери, в имени которой есть имена Елены и Лилы. (Должен заметить, что Лилой все называют Линой, кроме Елены.) Дух Мелины в конце концов материализуется, хотя и не в той форме, которую Елена могла бы предсказать.

    Когда наступает трагическая развязка неаполитанских романов, она столь же жуткая и беспощадная, как встреча Эдипа с его отцом по дороге в Фивы. После этого Лила занимается искусством исчезновения. Карьера Елены процветает, угасает и воскресает, когда она дает Лиле обещание не писать о ней. Траектория Елены более явно повторяет траекторию Ферранте в этом последнем сегменте сериала.Подобно тому, как Ферранте превратилась из уважаемого итальянского автора в международную сенсацию в ходе публикации квартета романов, так и Елена добивается всемирной известности благодаря своим попыткам объяснить своего необъяснимого друга. Но этот мета-мета-художественный поворот только усугубляет загадку, уже созданную их дружбой. Если Лила сформировала Елену до того, как Елена стала ее летописцем, то кто кого придумал? Кто заслуживает упоминания «автор»? Кто имеет право контролировать детали своей жизни?

    Успех Ферранте в этих романах состоит в том, чтобы извлечь непреходящий шедевр из растворяющихся границ, из смешения себя и других, создателя и сотворенного, нового и старого, реального и чего бы то ни было, противоположного реальному.Это сказка старых жен в самом сильном смысле этого слова, богатая и преследуемая народом сага, слишком укоренившаяся в стертых жизнях и растраченных гениальных способностях, чтобы относиться к одной Елене или даже двум Еленам. Неподписанный, невостребованный, по крайней мере, кем-либо, на кого мы можем указать, он мог почти исходить из старого района, который сам возник из бесчисленных кварталов прошлого. Как сказала Ферранте своим издателям в журнале The Paris Review : «Нет литературного произведения, которое не было бы плодом традиций, многих навыков или своего рода коллективного разума.Голос Ферранте во многом ее собственный, но его сила общая. Возможно, ее квартет следует рассматривать как одно из первых великих произведений поставторской литературы.

    Издательство анонсирует выход нового романа Елены Ферранте в ноябре | Елена Ферранте

    Елена Ферранте, итальянская писательница, чьи неаполитанские романы стали глобальным явлением, 7 ноября опубликует в Италии новую книгу – свой первый роман за четыре года.

    Итальянский издатель Ферранте, Edizioni E / O, сделал краткое сообщение в твиттере в понедельник утром.Ее англоязычное издательство Europa Editions последовало ее примеру с коротким отрывком, указывающим, что действие происходит в Неаполе.

    Ни одно из издателей не разглашает название нового романа.

    Неаполитанский сериал Ферранте, состоящий из четырех частей, который начался с книги «Мой блестящий друг», повествует о дружбе и соперничестве на протяжении всей жизни между двумя женщинами, выросшими в бедном районе города на юге Италии.

    Ожидается, что в следующем году выйдет в эфир второй сезон телеадаптации сериала HBO, который будет включать в себя вторую книгу квартета.

    Начиная с неаполитанских романов, Ферранте, которая скрывает свою личность за псевдонимом, опубликовала одну книгу «Случайные изобретения» – сборник колонок, который она написала во время своего годичного сотрудничества с Guardian.

    Предыдущие книги Ферранте включают основанные в Турине «Дни покидания» и «Беспокойная любовь».

    В 2016 году журналист-расследователь Клаудо Гатти вызвал бурю в литературном мире, заявив, что он разоблачил Ферранте как Аниту Раджа, римского переводчика, которая когда-то участвовала в издании итальянских писателей.

    Гатти критиковали за грубое нарушение неприкосновенности частной жизни писателя, и некоторые полагали, что его обвинят в том, что Ферранте исчезнет из общественной жизни. В интервью на протяжении многих лет Ферранте предположил, что ее анонимность была жизненно важным компонентом ее работы. По ее словам, неизвестность дала ей пространство и свободу сосредоточиться на своем писательстве, избавившись от «беспокойства о дурной славе» или соблазна подвергнуть себя цензуре.

    В эту статью были внесены поправки 10 сентября 2019 года, поскольку в более ранней версии фамилия Аниты Раджа была написана с ошибкой как Рага.Это было исправлено.

    Самые сложные строки, которые я перевел

    Мой блестящий друг. Фото: HBO

    Энн Гольдштейн переводит книги Елены Ферранте с итальянского на английский, но она никогда не читала знаменитые неаполитанские романы автора полностью. Когда она переводила, время обработки было настолько сжатым, что ей приходилось думать о них по частям, как об отдельных предложениях и фразах, которые нужно исправить и развязать.

    Первые наброски Гольдштейна – это буквальные переводы слов автора. Затем она начинает работать с синонимами и думать о синтаксисе, пытаясь упорядочить английский так, чтобы опыт чтения был как можно ближе к итальянскому. Это непросто, тем более что «структура предложения может быть намного свободнее» в итальянском, чем в английском, – говорит она. Перевод может быть похож на выстраивание в очередь непослушных малышей, у которых есть собственное чувство порядка. Тем не менее, она пытается передать его как можно ближе к словам Ферранте.«Я стараюсь держаться ближе к тексту, чем многие мои коллеги», – говорит Голдештейн. (Один забавный пример из книги: Ферранте пишет, что, когда ее главный герой расстегивает молнию на штанах мальчика, выходит «запах туалета». Это буквальный итальянский перевод слова «латрина».) Ферранте, как мне напомнил Гольдштейн, подробно писал «о» как она не хочет красивого письма, она хочет сказать правду ».

    Новый роман автора, Лживая жизнь взрослых , рассказывает историю Джованны, подростка, чей брак родителей рушится, когда она начинает проводить время со своей тетей Витторией – дико страстной женщиной, которая давно рассталась с отцом Джованны. ссоры и намерение изобразить Джованну в ее образе.Здесь Гольдштейн объясняет некоторые предложения, которые доставили ей особые хлопоты.

    Итальянский: «Com’è che è così arcigna Giovanna, stasera?»
    Английский: «Почему Джованна такая мрачная сегодня?»

    По словам Гольдштейна, здесь очень важно было найти точное подходящее прилагательное. Это момент, когда Джованна сидит со своими родителями, которые травят ее из-за ее плохого отношения. «Дело в том, – говорит она, – что разговор идет о о слове, и это должно было быть слово, которое не было слишком распространенным, потому что ей 12 лет.Это должно быть слово, которое она могла знать или не знать ». Сначала Goldstein использовал surly , затем stern , затем dour . Она искала слово, которое Джованна была бы недовольна тем, что ее родители использовали бы против нее, хотя это правда – она ​​ действительно имеет плохое отношение . Гольдштейн признает, что Сурли мог бы сработать лучше. «Это проблема с переводом, вы смотрите на эти вещи и думаете:« Ого, я мог бы здесь сделать лучше »».

    Итальянский: «Mia zia allora si rivolse di scatto a quest’ultimo e gliiss che gli avrebbe tagliato il pesce – usò proprio quel voiceabolo, in dialetto, con voce tranquilla, brandendo le forbici – secontinava a ridere.
    Английский: «Моя тетя резко повернулась к нему и сказала, что отрежет ему pesce – она ​​использовала именно это диалектное слово, pesce , рыба, спокойным голосом, размахивая ножницами, – если он продолжит смеяться . »

    Романы Ферранте наполнены неаполитанским диалектом; они определяют, кто является высшим слоем общества и кто делит спальню со всеми четырьмя своими братьями и сестрами. В My Brilliant Friend , продолжающееся образование Елены улучшает ее традиционный итальянский до такой степени, что он выделяет ее как отличную от своих друзей.Для The Lying Life of Adult s снова важно различие: Джованна растет с профессорами для родителей, и диалект для нее так же чужд, как улицы рабочих кварталов вниз по склону от ее хорошо расположенной квартиры.

    Здесь, когда пламенная Виттория угрожает отрубить мужчине пенис, Гольдштейн подумала про себя: «[Может, мне] просто использовать сленговое слово по-английски?» Я спрашиваю ее, какие из них она рассматривала. «Ну, у меня был член , член .Были и другие, не помню. У меня, наверное, не очень хороший словарный запас по этим вещам », – смеется она. Но она решила придерживаться именно этого слова: pesce, и всех его слизистых коннотаций. Это гораздо менее, кхм, уравновешенный термин, чем sesso , что переводится как гениталии, что, как напоминает мне Гольдштейн, «практически то, что Ферранте использует во всех неаполитанских романах».

    Итальянский: «Quanto ci teneva al cuore, nei suoi gesti dancingideva con le sue grosse mammelle, che si batteva con una mano larga, dita nodose.»
    English: « Насколько важно для нее было сердце, совпадающее с ее большой грудью, которую она ударила, жестикулируя своей широкой рукой и узловатыми пальцами ».

    Сложный синтаксис этого предложения – его волны фраз – особенно усложнили его для Гольдштейна, который хотел передать, насколько важна большая грудь тети Виттории для самоощущения Джованны. На первой странице романа Джованна слышит, как ее отец говорит, что она «получает лицо Виттории» – она ​​считает, что это оскорбление, поскольку Виттория не красавица.И по мере того, как она растет, ее тело становится все больше и больше похоже на тело Виттории, включая большие сиськи, которые она то прячет, то выставляет напоказ, не зная, что с ними делать. «Предыдущее предложение заканчивается словом« сердечная », di gran cuore », и, по словам Гольдштейна, было важно передать значение между двумя предложениями, связать ее физическую сущность и ее теплоту. В то же время, когда Виттория бьет ее по груди, она разрывает отца Джованны в клочья, говоря ей, что он «лишил ее любви людей без образования.Сучковатые пальцы, грудь, сердце – все они накапливаются в кучу, проявление искаженной вибрации и страсти Виттории.

    Замечательный культ Елены Ферранте

    Для некоторых решение автора сохранить анонимность добавило особого очарования – хотя, когда журналист заявил, что разоблачил ее в 2016 году, фанаты гневно защищали ее право на неприкосновенность частной жизни. В письме издателю, когда она впервые была подписана, Ферранте объяснила свое решение, сказав: «Я считаю, что книги, когда они написаны, не нуждаются в своих авторах.Если им есть что сказать, они скоро найдут читателей; если нет, то они этого не сделают ».

    Они определенно нашли их. На сегодняшний день неаполитанские романы разошлись тиражом 15 миллионов экземпляров по всему миру, издаются на 45 языках и были адаптированы в получивший признание критиков сериал (второй сезон вышел в эфир в начале этого года). В Неаполе даже процветает индустрия туризма Ферранте.

    Каким бы впечатляющим ни было все это, ее влияние гораздо глубже. «Вот писатель, который говорит правду», – говорит Джонатан Франзен в документальном фильме 2019 года «Ферранте лихорадка», – и правда Ферранте более непоколебима, чем большинство других.Пишет ли она о женской дружбе, подростковом возрасте, сексе, материнстве, браке или классе, она поражает своей смелостью как в деталях, так и в честности, с которой она подходит к своим предметам.

    «Ее творчество абсолютно бескомпромиссно, и я думаю, этому способствовало то, что она защищает свою личность», – говорит Ферри BBC Culture. Как один из немногих людей, имеющих прямую связь с автором, Ферри является не только ее издателем, но и ее защитником (будучи подростком, посещающим вечеринки и книжные ярмарки со своими родителями, люди предлагали Ферри напитки, чтобы получить информацию. об авторе от нее).«Она чувствует себя свободной и может говорить совершенно прямо».

    Сердца и умы

    Нередко можно услышать, как фанаты Ферранте говорят, что писательница каким-то образом проникла в их голову – что они узнают в ее словах части себя, которые они никогда раньше не видели на странице. Мэгги Джилленхол, которая адаптирует третью книгу Ферранте «Потерянная дочь» в фильме с Оливией Колман и Дакотой Джонсон в главных ролях, сказала о своей реакции при чтении книги: «Я никогда раньше не слышала, чтобы такие вещи были сформулированы.Был один момент, когда я подумал: «Эта женщина такая испорченная», а потом я подумал, что я полностью к ней отношусь ».

    Таинственный анонимный автор Елена Ферранте о завершении своих неаполитанских романов

    Книжный магазин на Парк-Слоуп – не то место, которое вы могли бы представить, чтобы разразиться гул в стиле West Side Story , но все же поклонники безумно успешные эпические мета-фантастические романы Елены Ферранте , автора неаполитанской серии, и Карла Уве Кнаусгаарда, автора Моя борьба , не раз почти доходили до драки.Неудивительно, что поклонники новаторского, стремительно трогательного, безжалостно правдивого рассказа Ферранте о женской дружбе оказываются на удар быстрее, чем фанаты томной, ностальгической, взирающей на пупок домашней драмы Кнаусгаарда. Утверждается, что очки были разбиты, козлиные бородки подожжены, а перьевые ручки обнажены с обещанием: «Я проткну тебя».

    Страсти накаляются, когда вы говорите о Ферранте и ее творчестве, особенно о ее сенсационных, вызывающих сильное привыкание неаполитанских романах, которые рисуют портрет всепоглощающей женской дружбы на фоне социальных и политических потрясений в Италии с 1950-х годов по настоящее время день. Мой блестящий друг , История нового имени, и Те, кто уходит, и те, кто остается , сделали Ферранте, загадочную фигуру, которая пишет под псевдонимом и широко известна как лучший современный писатель, которого вы никогда не слышал, всемирная сенсация. С долгожданной публикацией четвертой и последней книги « История потерянного ребенка» в сентябре этого года фанаты Ферранте раскалены до белого каления – и они должны быть такими.

    Для тех, кто не в курсе, пугающе проницательный bildungsroman Ферранте рассказывает о жизни Елены Греко и Лилы Черулло, друзей детства, которые служат друг другу музой и защитником, а также самым суровым критиком.Следуя за ними с юности, как неразлучные товарищи, выросшие в бедном, кишащем преступностью районе Неаполя, через годы любовных романов, неудовлетворительных браков и карьеры до настоящего времени. Где, измученные разочарованием и требованиями материнства, несмотря на неизбывную ревность, предательство и психическое заболевание, они остаются неразрывно связанными друг с другом. Они всегда будут на орбите; одно не существует без другого. Никакие другие отношения в их жизни не обладают такой интенсивностью, долговечностью или загадочностью их дружбы, и ни одна из них не будет такой.

    Теперь Ферранте завершает все это в серии История потерянного ребенка .

    Если читатели трех предыдущих неаполитанских романов Ферранте задаются вопросом, какая из этих женщин была его блестящим другом, конец романа «Потерянный ребенок » не оставит никаких сомнений. Это Ферранте на пике своего блеска.

    Мой блестящий друг начинается с телефонного звонка взрослого сына Лилы, который сообщает Лене, ныне известному автору нескольких сборников автобиографической литературы, что его давно обеспокоенная мать исчезла.С детства Лилу терроризировали периодические провалы в диссоциативном состоянии, моменты, когда границы ее самой и мира растворяются. Теперь Лайла действительно ушла. В Книге 1 Лена утверждает: «Она хотела, чтобы все ее клетки исчезли, чтобы от нее не осталось ничего, чтобы на свете не осталось ни единого волоса». Лила вырезала себя из всех семейных фотографий. Она не оставила записки. И, как стало ясно читателю, Лила, если бы могла, уничтожила бы романы, которые мы читаем.

    История потерянного ребенка начинается так: «С октября 1976 по 1979 год, когда я вернулся в Неаполь, чтобы жить, я избегал возобновления постоянных отношений с Лилой. Но это было нелегко ».

    Нет, это совсем не просто. Это фантастическая новость для читателей.

    Если бы у меня была возможность задать свои вопросы Ферранте, известной застенчивости СМИ и нетерпимости к публичности, лично, а не по электронной почте, я бы сделал это, соответственно, у ее ног.

    Я в восторге от того, что знаменитая Ферранте, застенчивая в СМИ и нетерпимая к публичности, придерживающаяся политики «одна страна – одно интервью», так щедро потратила на свое время и идеи.Это первая часть интервью, состоящего из двух частей, читайте вторую часть здесь.

    Прочтите отрывок из История о потерянном ребенке здесь.

    Ярмарка тщеславия : Вы выросли в Неаполе. Это декорации для ряда ваших книг – что вас вдохновляет в городе?

    Елена Ферранте: Неаполь – это пространство, в котором я пережил весь мой первичный, детский, юношеский и ранний взрослый опыт. Многие из моих историй о людях, которых я знаю и которых люблю, происходят как из этого города, так и на его языке.Я пишу то, что знаю, но питаюсь этим материалом беспорядочно – я могу извлекать историю, изобретать ее только в том случае, если она кажется размытой. По этой причине почти все мои книги, даже если они разворачиваются сегодня или происходят в разных городах, имеют неаполитанские корни.

    Можно ли предположить, что дружба между Леной и Лилой вдохновлена ​​настоящей дружбой?

    Предположим, это связано с тем, что я знаю о долгой, сложной, трудной дружбе, которая началась в конце моего младенчества.

    Тот факт, что Лена рассказывает историю, и это повествование разрушает стереотипные представления о женской дружбе – дружба вечна, прочна и проста – кажется радикальным. Что побудило вас добыть этот материал таким образом?

    Лена – сложный персонаж, непонятный для себя. Она берет на себя задачу держать Лилу в сети истории даже против воли подруги. Кажется, что эти действия мотивированы любовью, но так ли это на самом деле? Меня всегда очаровывало, как история приходит к нам через фильтр главного героя, чье сознание ограничено, неадекватно, сформировано фактами, которые она сама рассказывает, хотя она совершенно не думает об этом.Мои книги таковы: рассказчик должен постоянно иметь дело с ситуациями, людьми и событиями, которые он не контролирует и которые не позволяют говорить о себе. Мне нравятся истории, в которых попытка свести опыт к рассказу постепенно подрывает уверенность того, кто пишет, ее убежденность в том, что средства выражения, имеющиеся в ее распоряжении, адекватны, а также условности, которые вначале заставляли ее чувствовать себя в безопасности.

    Похожие записи

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *