«Аладдин» — Гай Ричи с рейтингом PG | Кино#

Уличный воришка Аладдин должен достать для коварного визиря Аграбы Джафара волшебную лампу из Пещеры Чудес. Но всё идёт не по плану, и Аладдин становится хозяином могучего джинна. С таким козырем можно побороться за сердце принцессы Жасмин!

Aladdin

Жанр: мюзикл, сказка
Режиссёр: Гай Ричи
В ролях: Мена Массуд, Наоми Скотт, Уилл Смит, Марван Кензари
Премьера в России: 23 мая 2019
Возрастной рейтинг: 6+
Похоже на:
«Аладдин» (1992)
«Ла-Ла Ленд» (2016)
«Принц Персии: Пески времени» (2010)

Конвейер студии Disney, которая решила перевыпустить все свои хитовые мультики в виде полнометражных фильмов, набитых компьютерной графикой, уже не остановить. И хотя все эти ленты успешны в прокате, художественная ценность многих из них крайне сомнительна. Зачастую ремейк проигрывает оригиналу в шарме и не привносит ничего нового. На наше зрительское счастье, Дисней начинает экспериментировать с исходным материалом, отдавая проекты в руки интересным режиссёрам и позволяя им делать новые прочтения классики.

Впрочем, порой студия просто вынуждена так поступать: за несколько десятилетий, прошедших с момента выпуска мультиков, некоторые из них перестали помещаться в рамки дозволенного. Так, тема алкоголизма осталась в ремейке «Дамбо» лишь в качестве отсылки, а «Аладдин» лишился узнаваемых деталей, исполненных восточного колорита. После осовременивания Аграба превратилась из города, который действительно мог таиться за соседним барханом, во что-то из параллельной реальности. И дело тут вовсе не в джиннах, магии и чудесных механизмах, которые открывают дорогу в тайное убежище Аладдина, — дело в феминизме.

Три десятилетия назад прогрессивная принцесса Жасмин боролась за своё право не выходить замуж по принуждению — и в итоге выскакивала за первого попавшегося парня с улицы, лишь бы не стать женой какого-нибудь богатенького чванливого козла.

Да, нам могли вешать на уши всякую лапшу, но факт оставался фактом: она была обязана найти себе жениха до совершеннолетия — и она его нашла за три дня, убедив себя, что влюблена по уши.

Ещё одно пересечение со «Звёздными войнами» — Жасмин выдаёт себя за свою служанку

Сейчас же этого явно недостаточно, потому Жасмин мечтает стать первой женщиной-султаном. Нет, не от любви к власти — просто она чувствует связь с народом и искренне полагает, что при ее правлении жизнь людей станет куда лучше, чем при очередном принце-полудурке. По-своему Жасмин права, но это всё-таки чрезмерное допущение: как говорил Оскар Уайльд, «человек может поверить в невозможное, но никогда не поверит в неправдоподобное». В джинна поверить легче, чем в женщину-султана из арабской страны, — но хоть платья Жасмин стали более подобающими. Зато, поступившись разумностью допущений, авторы сломали один из главных принципов диснеевской принцессы — уклоняйся от власти и ответственности. И подарили нам действительно впечатляющую героиню.

Жасмин из нового фильма куда ближе к принцессе Лее, чем к своему мультипликационному прототипу. Она сочетает в себе доброту и решительность, находчивость и остроумие, волю к победе и женское обаяние. Для неё важны не столько внешние атрибуты свободы, сколько внутренняя раскрепощённость. Она не просто готова умереть в борьбе, повинуясь порыву, но и повторит свой выбор, хорошенько подумав. Собственно, называть фильм «Аладдин» было не совсем правильно — по сути, центральным персонажем ленты оказалась именно Жасмин.

Аладдин даже не второй — он совершенно теряется на фоне роскошного джинна в исполнении Уилла Смита. Все опасения оказались напрасны — он просто идеален в этой роли, да и графика не подкачала. Персонаж получился живым и энергичным, но, на наше счастье, не таким раздражающе-гиперактивным, как в оригинале. Если в мультфильме это смотрелось хорошо, то в кино довольно быстро утомило бы. Кроме того, видно, насколько Смит выкладывался, — пожалуй, это лучшая его роль со времён «Я — легенда».

Второстепенные персонажи вроде Коврика, Раджи, Яго и Абу тоже радуют. Яго перестал тараторить без умолку и куда больше похож на попугая. Абу с Ковром отлично исполняют пантомиму — пусть дизайн этих героев и не такой, как в мультике, их сразу принимаешь. Раджа стал более выразительным, да и экранного времени у него, по ощущениям, стало больше. В общем, работу с героями проделали на совесть. Ну и нельзя не отметить новичка — Далию, служанку Жасмин: во время её совместных сцен с джинном забываешь обо всём на свете.

Аладдина и Джафара тоже «прокачали» — их противостояние заиграло новыми оттенками благодаря крохотному штриху в биографии злодея. Оказывается, он тоже начинал обыкновенным уличным вором и со временем дослужился до главного визиря. Надменный, но совершенно одномерный злодей стал более старой и злой версией самого Аладдина — и поэтому их конфликт цепляет куда сильнее, чем в мультфильме. Пошло на пользу и то, что Марван Кензари в гриме чем-то смахивает на террориста из «Железного человека» — образ «злого араба» считывается мгновенно, другим персонажам на его фоне восточного колорита недостаёт. Кино делает много реверансов в сторону Болливуда, но в этом прослеживается развитие идей мультфильма: всё-таки в нём было достаточно индийских мотивов.

Имея на руках историю двух воров, которые претендуют на трон, Гай Ричи всё-таки смог снять фильм в своей манере. Не целиком, конечно, — но в сцене утопления Аладдина и во время погонь не возникает вопросов, кто же сидел в режиссёрском кресле. Да и сам Ал стал куда более профессиональным вором, чем в мультике: здесь он специализируется на украшениях. Правда, скупают у него краденое за скромные мешочки с финиками (тут вспоминаются рабочие будни Рей в «Пробуждении Силы»), но это, скорее, ради сохранения посыла «хороший парень ворует с голодухи».

А ещё заметно, что Ричи было интересно поставить настоящий мюзикл. Он частенько так выбирал ракурс съёмки и подбирал декорации, чтобы возникало ощущение, будто смотришь сценическую постановку, — добавим сюда отличный слом четвёртой стены в одном из номеров. И мюзикл получился роскошный! Зрительный зал уносит буквально с первых аккордов «Арабской ночи». Многие песни расширили (и даже добавили несколько новых), хореография у танцев прекрасная, постановка и дизайн удачные — от них не рябит в глазах, как в «Красавице и Чудовище». Юмор отлично вписывается, укрепляя атмосферу праздника и сказки. Интересно будет потом посмотреть фильм на английском — мне не очень понравился подбор голоса для Жасмин, но подчас дубляж мюзиклов у нас оказывается лучше, чем оригинальная озвучка.

Есть, правда, ощущение, что из фильма убрали пару важных сцен. Метания Аладдина, который в мультфильме осознал, что вскоре станет султаном, и испугался (кто тут теперь диснеевская принцесса, а?), в фильме превратились в какой-то приступ биполярного расстройства. То он проникается властью и богатством и уже не готов отпускать джинна, то вдруг считает себя недостойным жить во дворце. И этот переход — без каких-либо сцен, которые могли бы повлиять на героя… Ну да ладно, может, будет какая-нибудь режиссёрская версия, которая это поправит.

Счастливую концовку (ой да бросьте, какие спойлеры — где вы видели диснеевские мюзиклы с плохим концом?) несколько омрачает тот факт, что она не предполагает продолжения. Понятно, что сиквелы у «Аладдина» были слабыми и выходили сразу на носителях, но конкретно для этой истории хочется продолжения, с героями непременно нужно увидеться ещё раз. Особенно с джинном!

ИТОГ: Гай Ричи, оказывается, умеет делать отличные мюзиклы. За исключением нескольких мелочей получилось чудесно — даже лучше и интереснее, чем в мультфильме 1992 года. Персонажи очаровывают, песни завораживают, визуальный ряд и юмор прекрасно работают на атмосферу сказки. Пожалуй, лучший киноремейк классического мультфильма от Disney на сегодняшний день.

УДАЧНО

замечательные персонажи

музыкальные номера

Гай Ричи нанят не для галочки

НЕУДАЧНО

маловато арабского колорита

хочется продолжения, которого не будет

Рецензия на фильм “Аладдин” (Aladdin) Гая Ричи

23 мая в наших кинотеатрах вышел «Аладдин» Гая Ричи — ремейк одноименного полнометражного мультфильма Disney 92 года. Один из четырех «возвращений к классике» от мышиной студии в этом году: «Дамбо» и «Мэри Поппинс» уже вышли, остался лишь «Король лев»… В 2019-м, по крайней мере. Дальше нас ждут «Мулан», «Круэлла», «Малефисента 2», «Питер Пэн», «Меч в камне» (опять Артур. Его тоже Ричи будет снимать?) и, уверен, многие другие.

Вся идея пересъемки Disney своих величайших анимационных хитов с живыми актерами изначально выглядит дешево. Ничего кроме «это гарантировано соберет деньги, даже если выйдет совершенно никчемным» за решением не стоит. Нет какой-то конкретной идеи, стремления показать «а что, если», продолжить историю любимых персонажей. Нет, просто «а что, если мы возьмем и снимем один кассовый хит второй раз?» и под «один» я имею в виду «все».

И все же, в правильных руках даже такой откровенный кэш-грэб мог вырасти в нечто большее. Как минимум — в ремастер старой истории, который смог бы усилить впечатления от просмотра, дать не только больше пикселей и деталей, трехмерность и обилие красок, но и увеличить масштаб событий, размах экшена, трогательность и драматизм сцен (ведь теперь на экране живые люди, которым легче сочувствовать, чем рисункам). В общем, ничего бы не менял в истории, но хотя бы раздувал эмоциональный выхлоп от просмотра, менял обертку на более дорогую и современную, интересную более широкой аудитории.

Как максимум — автор с идеей мог добавить что-то от себя, показать историю с новой точки, а то и вовсе увести в другую сторону, чтобы даже зрителю, знающему оригинал до последней детали, не было скучно в зале.

Но нет, за все уже виденные нами попытки не произошло ни того ни другого, а их, если не брать в расчет старые фильмы («Книгу джунглей» 1994-го и дилогию «Далматинцев» 1996–2000 годов) вышло уже девять штук.

«Алиса» сильно поменяла оригинальные сюжеты, но ни разу — удачно. «Малефисента» была достаточно интересной по задумке, но исполнение вызывало смешанные чувства. Прошлогодний «Кристофер Робин» оторвался от оригинального сюжета, баллы за смелость, но опять же — это не гарант успеха. Кому интересно смотреть «Тэда» только без мата и пошлых шуток — неизвестно. Думаю, им вполне хватало расхваленного «Пэддингтона».

А дальше мы получали и вовсе минимально экспериментирующие ремейки: «Золушка», «Красавица и Чудовище», «Дамбо» и теперь — «Аладдин».

«Книга Джунгей» — единственная картина в списке, которую не хочется смешивать с остальными. У Фавро, несмотря на сложность задачи (говорящие компьютерные звери, малолетний ведущий актер, которому не с кем взаимодействовать), получилось нечто довольно сильное, а на фоне остальных ремейков — и вовсе исключительное. Может, и «Король лев» в его руках не превратится в тыкву?

Как бы то ни было, у Гая Ричи ничего подобного не вышло. Его назначение на пост режиссера «Аладдина» выглядело странным, но интригующим — что британский хулиган, всю жизнь снимающий забавные сценки из жизни мелких бандитов и ворья, сможет наснимать про сказочного вора из Аграбы (вот, кстати, моя ретроспектива его творчества)? Как оказалось, ничего.

Его последний фильм о короле Артуре тоже вроде был дорогим студийным блокбастером о парне с улиц, превращающемся в лидера нации. Картина вышла неудачной и не слишком запоминающейся, но, если вы хотите внезапно начать ценить ее плюсы — просто посмотрите «Аладдина». Потому что даже «Меч короля Артура» в разы лучше, интереснее, креативнее и своеобразнее.

Помните, как мы жаловались, что в «Артуре» от Гая Ричи одна сцена? В «Аладдине» от него нет ни одной. Его почерк или вообще чей-либо авторский почерк отсутствует напрочь. Снято все настолько стерильно, безопасно и серо, что видеть имя Ричи на афише становится больно. Он заперся в своем трейлере и пробухал все съемки? Потому что ждали мы однозначно совсем не этого. У Гая Ричи из Артура вышла уличная крыса куда аладдинистее Аладдина, и ничего кроме замешательства это не вызывает.

Все вещи, напрягавшие нас в трейлерах, действительно оказались проблемными. Актер, играющий Аладдина, лишь изредка попадает в образ, он не проявляет ни чудес акробатики, ни пьянящей харизмы арабского оборванца. Уилл Смит не выплескивает на экран и доли той кокаиновой энергии, которой покорял джин Робина Уильямса. Джафар не вызывает ни омерзения, ни страха. Мне, как фанату мультсериала, больно видеть Яго, разговаривающего, как обычный попугай — фразами из двух-трех слов, вместо его заливистых тирад из проклятий и нытья.

Но то, что, как мы были уверены, точно станет лучше по сравнению с трейлером — это графика. Казалось бы, деньги для мышиного дома не проблема, проект однозначно отобьется, экономить нет смысла, но все выглядит предельно дешево, и графика — не исключение.

Мало того, что джин вышел попросту не таким текучим и многообразным, чтобы его метаморфозы завораживали, так на него еще и попросту больно смотреть. Мускулы как-то неестественно грудятся, а вся анимация словно рендерится на маломощном компьютере и запаздывает, рассинхронизируется с речью. Возможно, это проблема исключительно перевода, но отсутствие слитности речи и пластики джина для меня стало реальной проблемой.

Возможно, графика производит такое плохое впечатление потому, что и декорации, и костюмы, и композитинг здесь тоже вызывают одну ассоциацию — мыльная опера. Это действительно похоже на дорогой, но все же телевизионный проект.

Сериалы от кино чаще всего отличал с первых же кадров их свет — освещение в сериале часто делается сильным и ровным, чтобы снимать можно было несколькими камерами с разных точек одновременно. Никакого направленного драматического света, никакой игры света и тени — мощный ровный поток со всех сторон, делающий картинку плоской и неинтересной, без акцентов и глубины. Здесь мы видим именно это — за редким исключением.

Съемок на локации тоже минимум, все снято в студии на фоне гринскрина и это чувствуется в каждой сцене. Картонная Аграба, без атмосферы, с неловко замершими простолюдинами, одетыми в идеально чистые и выглаженные наряды, аккуратно рассыпанная пыль, удобно развешенные для прыжков Аладдина яркие навесы. Что до композитинга — то фальшивость гринскрина ощущается очень остро, прямо чувствуешь, что за актером в метре — глухая стена. Нет ощущения открытого пространства, нет магии ночного неба и пушистых облаков, все какое-то плоское и мутное.

В общем, сказочности в этой сказке — ни на грош, вместо путешествия в НАСТОЯЩУЮ Аграбу мы гуляем по пыльному аттракциону в Диснейленде, сплошь декорации и реквизит, настоящим не выглядит ничего. Зато неестественный джин совершенно теряется в море окружающей его фальши.

Чувствуете разницу в экспрессии?

Диалоги актерам написали тоже телевизионные, причем не современные сложно-телевизионные, а именно мыльно-оперные, болливудские. И играют эти актеры очень скованно, словно никак не решаясь выбрать между попытками имитировать мультипликационный образ и делать что-то свое. Игру Жасмин очень хвалят, но и она не оставила у меня приятного впечатления, потому что там, где Жасмин из мультика была чарующей, перетекала с места на место, как ртуть, то эта Жасмин такая же деревянная и зажатая, как все остальные. Словно и актеров, и массовку приклеили к крестикам на полу, чтобы они не портили кадр внезапными перемещениями.

И это, возможно, моя главная проблема с картиной — движения, динамика, драйв. Ясно, что анимация выжимает из движений героев абсолютный максимум — это ее главное средство выражения, зачастую уходящее в гиперболу. Размашистость жестов, плавность, точность — все идеально выверено для максимального эффекта, пусть даже это заставляет героев неестественно растягиваться или нарушать законы физики.

Джин здесь выходит совершенно не таким драйвовым, Аладдин — не таким ловким, а Жасмин — не такой грациозной. Причем, лучшая сцена с ними — это танец. И вот там проявляется вся та ловкость и уличная закалка паркурщика, которую, мы, по идее, должны были видеть в каждой сцене. Но она появляется ниоткуда и так же исчезает в никуда.

Уилл Смит выглядит не менее неловко в этой роли, чем он смотрелся в ролике Youtube Rewind. Причем, в те редкие моменты, когда ему позволяют играть свою версию джина, он довольно приятен, но как только на него сверху пытаются напялить эксцентричность версии Уильямса, сцена разваливается. Ему не хватает безумной энергии и экспрессии для этого — либо режиссер просто не смог выдавить их из Смита.

Самому Ричи их тоже сильно не хватает и сильнее всего это заметно в самых знаковых музыкальных сценах — открывающей Арабской Ночи, прибытии принца Али, полете на ковре с Жасмин.

Там, где мультфильм взрывал мозг визуальным разнообразием и создавал настроение, фильм выглядит дешевой поделкой. Кажется, что Ричи совершенно не понимает, как создавать драйв и ритм в этих сценах. Там, где мультипликационный «принц Али» качал своим ритмом за счет размашистых и сочных движений (вспомните как вышагивал слон-Абу и какая гримаса у него была при этом), фильм решает, что просто вставить в сцену слона и процессию будет достаточно — неважно, что экспрессии, слитности и качающего ритма в их движениях нет совершенно.

И поэтому сцена не цепляет, не заставляет мычать и притопывать, не работает. Это должно было быть главной причиной делать ремейк — воссоздать эти сцены, но с реальными людьми, декорациями и реквизитом, с большим масштабом и амбициями. Но из этого ничего не вышло, они выглядят безжизненными и пустыми.

Многие отмечали, что лучшие части фильма — это новые элементы, которых в мультфильме не было. Там актерам и режиссеру не производится оглядываться на оригинал, и они чувствуют себя более расслаблено. Но потом понимаешь, что эти новые элементы — это самая элементарная комедия положений, где все мямлят, стесняются и тупят глазки. То есть, банальнейший наполнитель любой романтической комедии, который словно зачерпнули из ящика с готовыми заготовками. Тут вы тоже не дождетесь какого-то искрометного юмора и запоминающихся реплик, просто на фоне окружающей фальши эти простые естественные сцены неловкого флирта воспринимаются как откровение.

Итог

Если у вас вся эта «монетизация ностальгии» не вызывает немедленного отторжения и даже после стольких промахов и халтурных кэш-грэбов вам все еще хочется ходить на эти ремейки, то можете сравнить сами. Всем остальным я советую даже не тратить время.

Я буду с ужасом ждать ремейк единственного диснеевского мультфильма, до которого мне еще есть дело — «Мулан». Уверен, существует миллион способов превратить эту правильно-феминистскую историю в тошнотворно-топорную современно-феминистскую — и Disney использует их все, докинув сверху тысячу новых. Окончательно в этом убеждает песня Жасмин, которая в конце «Аладдина» сваливается на голову повествованию пыльным мешком и смотрится совершенно дико, словно она была выдрана из какого-нибудь «Классного мюзикла».

Disney, пожалуйста, прекрати. Но мы оба знаем, что ты не прекратишь, поэтому, может, хотя бы начнешь стараться?

Гай Ричи нашел Аладдина и Жасмин

Гай Ричи нашел Аладдина и Жасмин
  1. Главная
  2. /
  3. Узнать
  4. /
  5. Гай Ричи нашел Аладдина и Жасмин

Актерский состав нового «Аладдина» наконец-то набран

Студия Disney объявила имена актеров, которые сыграют в новом «живом» ремейке мультфильма «Аладдин». С их поиском были большие сложности, так как режиссер искал людей с очень четкими критериями: возраст, раса, способности — все это должно было соответствовать запросам Гая Ричи. Из-за открытого кастинга съемочной группе даже пришлось передвинуть начало работы с июля на август этого года.

Но теперь съемки могут начинаться, актеров нашли! Главного героя сыграет Мена Массуд, а в роли Жасмин мы увидим актрису Наоми Скотт. Участие Уилла Смита в роли синего Джинна также уже подтвердили официально.

Новый «Аладдин» не будет дословно пересказывать мультфильм, это скорее фильм на его основе. Ричи отметил, что он добавил в сюжет много материалов из сборника сказок «1001 ночь». Так что это будет что-то новенькое.

Дату выхода нового перезапуска классической истории пока не разглашают.

 

Интересное по теме:
Уилл Смит может сыграть Джинна в «Аладдине»
“Дамбо”: список актеров и дата премьеры

Дата публикации:

Источник: Tlum.Ru

Читайте также

Новости партнеров

Загрузка…

Следующая статья 

{“domain”: “tlum.ru_web.app”, “HideInFrame”:”false”,”CookieEnabled”:true, “useGuidIframe”:true}

Гай Ричи снова поработает с Disney — над сиквелом «Аладдина» :: Репост :: РБК Стиль

© imdb

Автор Елена Фомина

13 февраля 2020

Игровая версия классического мультфильма 1992 года, вышедшая в 2019-м, получит продолжение, в основу которого лягут истории из сборника сказок «Тысяча и одна ночь».

Компания Disney начала работу над сиквелом, сообщает The Hollywood Reporter. К команде сценаристов присоединились Джон Гэйтинс («Конг: Остров черепа») и Андреа («Голос улиц», «Бессонная ночь»). Гай Ричи вернется в режиссерское кресло, а Уилл Смит, Мена Массуд и Наоми Скотт снова сыграют Джинна, Аладдина и Жасмин.

Пока неизвестно, как будет развиваться сюжет в сиквеле, но продюсеры присмотрелись к сказкам «Тысячи и одной ночи», чтобы найти идеи для нового фильма.

«Аладдин» вышел в мировой прокат в мае 2019 года и заработал более $1 млрд. 

«Аладдин» Гая Ричи скорее должен называться «Джинн» — Москвич Mag

У киностудии Disney такой архив мультфильмов, что их игровые ремейки выходят по несколько в год (только недавно был «Дамбо», летом выйдет не игровой, конечно, но компьютерный «Король-лев», а осенью — «Малефисента 2»).

Коммерческий успех недавних версий «Золушки», «Книги джунглей» и «Красавицы и чудовища» говорит о том, что аудитории от шести до бесконечности никогда не надоест смотреть старые сказки. Но запуск новой версии «Аладдина» — прогулка по минному полю, которая началась еще на стадии утверждения режиссера и актеров.

Гай Ричи — вроде бы совсем не очевидный режиссер для экранизации «Аладдина» (в кинотеатрах с 23 мая). По сути Ричи — повзрослевший английский болельщик-хулиган, у которого до сих пор лучше всего получались пацанские криминальные истории («Карты, деньги, два ствола» и оба «Шерлока Холмса», которых Ричи тоже снял как криминальную комедию про мужскую дружбу детектива с доктором). Как только он пытается снимать кино про чувства («Унесенные») или блокбастер со спецэффектами («Меч короля Артура» стал одним из самых громких провалов позапрошлого года), видно, что постановщик плавает в материале. А тут вообще мюзикл.

С другой стороны, «Аладдин» — кино про вора. А кто лучше может снять кино про вора, как не Ричи? Достаточно еще вспомнить, что «Аладдин» — кино про дружбу вора с джинном, и решение пригласить Ричи сразу кажется логичным. Кстати, комические сцены приятельских перебранок Аладдина и мага из лампы получились у режиссера лучше всего.

Ричи также поступил умно, утвердив на заглавную роль не голливудскую звезду, а египтянина (правда, из Канады) Мену Массуда, который до сих пор играл в основном второстепенные роли, а теперь имеет шансы стать звездой и претендовать на роли, пока достающиеся Ризу Ахмеду. Принцессу Жасмин играет Наоми Скотт, 26-летняя актриса из Лондона с индийскими корнями. Такую пару легко представляешь на рынке Аграбы, а что касается звезд, на этом фронте отдувается один Уилл Смит, который почти весь фильм покрашен в голубой цвет, что не может не вызвать желания некорректно пошутить про цвет кожи. В диснеевском «Аладдине» 1992 года джинна озвучивал Робин Уильямс. Уилл Смит же играет его так, будто, готовясь к роли, изучал пластику и карьеру Филиппа Киркорова.

Про Смита нужно сказать отдельно. В искаженном голливудском мире запросы звезд доходят до такого абсурда, что иногда из-за них меняют линии известных сюжетов. С джинном произошло именно это — то ли ради своей звезды, то ли ради стройности истории (например, именно с джинна, рассказывающего сказку детям, начинается фильм) Ричи увеличил роль раба лампы по сравнению с мультфильмом 1992 года и даже придумал ему комико-романтический интерес. Получив личную жизнь и личность вообще, джинн совсем расходится и делает то, что обычно называется «украсть фильм у главного героя». Не то чтобы кто-то, включая Мену Массуда, который вполне справляется со своей работой, был бы этим недоволен.

В фильмах с прокатным рейтингом 6+ сложно искать достоинства и недостатки, потому что они, как правило, приглажены для восприятия шестилетним ребенком. В них мало бывает новаторского или смелого, но Ричи расставил акценты так, что покойный Уолт Дисней, будучи представителем своей эпохи (то есть отъявленным сексистом) и не пускавший женщин в профессию мультипликатора, перевернулся бы в гробу.

«Аладдин» всегда был сказкой с посылом, актуальным во все времена — человек может выпрыгнуть из своего социального сословия, а уличный вор — жениться на принцессе, только если случится чудо. Но у Ричи акценты расставлены по-другому. Теперь Жасмин XXI века сама планирует нарушить многовековую традицию и, унаследовав отцу, стать султаном. Визирь Джафар (Марван Кензари) только ближе к финалу рассматривает Жасмин в качестве трофейной жены, которая упрочит его положение главы Аграбы — до тех пор он видит в ней не невесту, а помеху и соперника за власть. И сам Аладдин, заполучив принцессу, становится не султаном, а мужем султанши (или, скорее, как пишут на феминистских сайтах, султанки), кем-то вроде принца-консорта.

Этот момент, кстати, Ричи обозначил, но в итоге как будто испугался переписывать сценарий дальше и полностью скомкал, хотя до этого весь фильм ровно выдерживал уровень и ничем не испортил знакомый сюжет. Видимо, новое перераспределение гендерных ролей по-прежнему плохо уживается с классической сказочной структурой. Аладдин добился своей цели — но не совсем. С другой стороны, у Ричи хорошо получилось показать любовь как обмен услугами — Жасмин сделала Аладдина богатым и важным, а он показал заложнице собственного происхождения мир с помощью ковра-самолета. И хотя миллионы людей, судя по диснеевским сборам, до сих пор хотят верить в сказки (нет сомнения, что «Аладдин» станет коммерческим хитом), один из главных мотивов фильма — «Люди видят то, что им хочется» — проговаривается Ричи с сожалением. Во всяком случае он попытался что-то сказать, а учитывая непробиваемость консервативной диснеевской формулы, это уже немало.

Фото: WDSSPR

Принцесса-феминистка и джинн — хип-хопер: чем «Аладдин» Гая Ричи покорил зрителя?

Игровой ремейк культового мультфильма «Аладдин» с Уиллом Смитом продолжает феноменальное шествие по миру.

Рассказываем, чем новый хит Гая Ричи покорил зрителя.

«В ремейке культового произведения важно найти золотую середину. С одной стороны, ты должен затронуть ностальгические струны, с другой — украсить и обновить „текст“, чтобы он был свежим, чтобы эта работа стоила того. Если зритель увидит на экране просто знакомую картинку, он будет разочарован», — так Гай Ричи резюмировал свою задачу максимум при съемке «Аладдина», и, похоже, он справился с этим на ура. Игровая картина с гением сложной мимики Уиллом Смитом бьет кассовые рекорды, покоряет искушенную молодежь и очаровывает взрослых. Ричи удалось полноценно сохранить историю, но не завязнуть в старом тексте, и привнести в картину изменения, диктуемые временем.

Цвет настроения синий

Главной претензией фанатов «Аладдина» до премьеры был «цвет настроения», который многим казался недостаточно синим. К счастью, «финальный» оттенок всех устраивает. Но почему, собственно, джинн вообще должен быть синим? Эрик Голдберг, руководивший анимационной группой при создании мультфильма «Аладдин», объясняет это тем, что цветовая палитра фильма была символичной, и каждый цвет передавал настроение и характер героев. «Красные и темные — это плохие люди, голубые и бирюзовые — хорошие. Поэтому Джафар носит красно-черные одеяния, а Аладдин и Жасмин — одежду в голубых, белых и розовых оттенках». Кроме того, по словам дизайнера Ричарда Вандера Венде, «некоторые оттенки синего в арабском искусстве и декорации мечетей особенно ценятся тем, как они выделяются на фоне пустынного пейзажа — и символизируют небо, воду, а значит, жизнь, свободу и надежду».

Джинн — хип-хопер

Но дело, конечно, не просто в цвете: история об Аладдине в интерпретации Ричи обзавелась по-прежнему синим, но крайне харизматичным джинном, который покоряет трогательной сентиментальностью, бравадой и шармом. Нет, Уилл Смит не перетягивает на себя одеяло, но, безусловно, становится одним из важнейших компонентов этой увлекательной игры, остроумным «топливом», на котором весь этот сказочный поезд едет к своему финалу. «Он знает, что такое любовь, что такое тоска и желание, он разбирается в глубочайших экзистенциальных вопросах, которые ставит перед собой человек. Он понимает, потому что он все это испытал», — так Ричи представляет своего джинна, который Аладдину заменяет отца. Конкурировать с джинном — Робином Уильямсом непросто, но, кажется, Смит справился. «Я пересмотрел несколько раз версию с Уильямсом и понял, что он вдохнул в свой персонаж… неустаревающую версию самого себя. И подумал, не сделать ли мне то же самое?» — размышлял о своем персонаже актер — и превратил джинна в поклонника хип-хопа.

Женщина, которая поет

Главный прорыв ремейка — «новая» принцесса Жасмин: она стала важнейшей составляющей истории, превратившись в сложный характер с амбициями. Для нее даже была написана новая песня — Speechless, просочившаяся в сеть еще до премьеры. «Пожалуй, единственная эволюция, которой требовала эта история, был „рост“ личности Жасмин, мы должны были дать ей слово», — заявил Ричи, решение которого было тепло встречено журналистами новой волны, готовыми вступить в схватку с маститыми режиссерами, когда речь идет о женском самоопределении (вспомните, как репортер The New York Times стыдила Тарантино за то, что у героини Марго Робби в «Однажды… в Голливуде» так мало реплик!).

Актеру, сыгравшему Аладдина, не предлагают других ролей

Канадский актер египетского происхождения Мена Массуд, который сыграл Аладдина в одноименном фильме Гая Ричи, рассказал The Daily Beast, что не получил ни одного предложения сняться в кино после этой картины.

«Знаете, я устал молчать об этом… Я хочу, чтобы люди знали, что если вы сделали что-то вроде «Аладдина», за этим не всегда следует признание. «Он, должно быть, сделал миллионы. Он, должно быть, получил столько предложений…» — думают люди. Ничего подобного. Я не получил ни одного предложения с тех пор, как «Аладдин» вышел на экраны», — сказал Массуд.

Актер выразил недоумение тем, что его даже не зовут на пробы — и это притом, что он сыграл главную роль в фильме, который собрал в прокате $1 миллиард. «Окей, «Аладдин» собрал миллиард. Могу ли я хотя бы попасть на пробы? Я не жду предложений о роли в «Бэтмене»! Но можно хотя бы попасть в комнату? Можете ли вы хотя бы дать мне шанс?»

Актер связывает свою невостребованность с недостатком опыта в индустрии, а также с негативным эффектом от съемок в семейном блокбастере. «Я работаю в кино уже 10 лет, но большинство людей впервые увидели меня в «Аладдине». Думаю, я еще долгое время буду связан у них с этим образом», — отметил актер.

Однако, возможно, скоро актер все же получит роль: в августе продюсер экранизации легендарного мультфильма Disney «Аладдин» Дэн Лин рассказал, что в компании уже обсуждают съемки продолжения картины. Он рассказал, что создателям фильма пришло много писем с благодарностью и рассказами о том, что люди ходят на картину не по одному разу.

Фильм «Аладдин» вышел в кинопрокат в мае 2019 года, его режиссером стал Гай Ричи, а роль Джинна исполнил Уилл Смит. Картина собрала в прокате $1 миллиард и стала второй по сборам за всю историю Disney (ее обошла только экранизация «Красавицы и чудовища» 2017 года, которая собрала $1,2 миллиарда).

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Фильм «Аладдин», скорее всего, получит продолжение

Маленькие фанаты «Аладдина» попросили Уилла Смита показать магию Джинна. Актер не растерялся

Гай Ричи, Уилл Смит и актеры из «Аладдина» — о волшебстве и впечатлениях от работы над фильмом

Aladdin (2019) – Тухлые помидоры

19 апреля 2020 г.

Это немного взлетает и опускается, но часто кажется, что в лучшем случае довольно хорошая постановка классического фильма, где я обычно предпочитаю смотреть этот фильм. Это по-прежнему интересный эксперимент.Это неплохо, это приятно, но в конце концов, если я захочу Аладдина, я, вероятно, просто вернусь к оригиналу. Здесь они вносят некоторые странные изменения к худшему (особенно в кульминационный момент), которые просто не помогают сюжету, и, несмотря на то, что он длиннее, он странно мчится через некоторые классические моменты в стиле Cliff Notes. А еще есть Джафар. О нем много говорили, так что я не буду вдаваться в подробности, но, святой бог, говорить о неверном предсказании, он был ужасен. Тем не менее, кое-что мне понравилось, даже некоторые изменения мне понравились.Мне нравится, что Жасмин немного более конкретна, а Наоми Скотт абсолютно все, что она может, вкладывает в эту роль. Мне также нравится внешний вид и оформление Аграбы. Я не знаю, сколько из этого было реальным набором, а сколько было компьютерной графикой, но это действительно похоже на живой дышащий мир, в котором можно гулять. Что касается джинна Уилла Смита, честно говоря, он меня чертовски удивил. Фильм действительно оживает, когда он появляется. Он отличается от Робина Уильямса, но должен быть. Я был готов его возненавидеть, но он был очарователен и забавен.Каждый удар ударил по нему? Заменит ли он когда-нибудь Уильямса? Нет обоим, но он был достаточно хорош для того, что нужно фильму. Кроме того, есть вещи, которые были опробованы в фильме, но которые не совсем сработали, а именно музыка. Это что-то вроде болливудского искусства, и хотя в нем есть весь талант, ему просто не хватает энергии и страсти. В эпизоде ​​«One Jump» происходит много всего, но создается ощущение, что они все совершают движения. Это не так весело / забавно, как анимационный фильм, и в нем нет таланта или энергии болливудских фильмов.Сегмент о принце Али отчаянно хочет стать большим номером в Болливуде, но похоже, что кто-то снял довольно хороший парад. Есть исключения, вроде «Friend Like Me», но по большей части это стандарт. Я бы сказал: либо пойти ва-банк, либо полностью вырезать песни, но вместо этого они пытаются встретиться посередине. И это похоже на большую часть фильма, они пытаются встретиться посередине. В результате получился неплохой фильм, но и по-настоящему отличный. Это нормально. Мне он понравился нормально, но по большей части мне просто захотелось посмотреть оригинал еще раз.

Аладдин (2019) – Мена Массуд в роли Аладдина

Джинн : Итак, вы получили девушку. Я имею в виду, поверьте мне, у меня были сомнения после всего вашего фиаско с джемом.Но вы немного взяли себя в руки.

Аладдин : Я сделал, не так ли? Думаю, я наконец-то научился быть принцем.

Аладдин : Ой, ну, я не совсем это имел в виду …

Аладдин : Но ты был прав.Люди видят то, что хотят видеть. Аладдина больше нет. Теперь я принц Али.

Джинн : Вау. Теперь все понятно, да, малыш?

Аладдин : И вы знаете, я думал о своем последнем желании, и я просто… Я не могу этого сделать без тебя. Я знаю, что сказал тебе, что использую его, чтобы освободить тебя, но ты слышал султана. Я не могу позволить развалиться всему, над чем мы работали.

Джинн : [повредить] Так ты никогда не скажешь ей правду? Ты собираешься жить во лжи?

Аладдин : Это не ложь.Люди могут измениться.

Джинн : Хех, о, они могут измениться, хорошо.

Аладдин : А это плохо? Теперь все лучше.Никто не пострадал. Вы бы предпочли, чтобы я вернулся на улицы воровать, чтобы выжить? Я … думал, что ты будешь мне счастлив. Но все, о чем ты заботился, это то, что я использую свое последнее желание, чтобы освободить тебя.

Джинн : Вау.Малыш, мне плевать на это желание! Это про тебя, что с тобой происходит! Лучше солгать тому, кого любишь, чем бросить все это!

Аладдин : Ты не понимаешь, Джинн! Такие люди, как я, ничего не получают, кроме как притворяться!

Джинн : Я думаю, может быть, ВЫ этого не понимаете. Чем больше вы приобретете, притворяясь, тем меньше у вас будет на самом деле. За десять тысяч лет я ни разу ни разу не назвал мастера другом. Я нарушил для тебя правила. Я спас тебе жизнь … и для чего? Ты разбиваешь мне сердце здесь, малыш. Ты разбиваешь мне сердце.

[возвращается в свою лампу]

Итак, Дисней нанял Гая Ричи, чтобы он снял нового Аладдина?

Хотя я должен признать, что с осторожностью относился к подходу «белые люди терпят неудачу вверх» к созданию блокбастеров, есть несколько более очевидных примеров этого, чем Гай Ричи, режиссер римейка живого действия Аладдина .То, что Ричи, который начал свою карьеру с создания небольших фильмов о гангстерах и после неожиданного успеха Шерлока Холмса перешел в серию невзрачных шатров, снимает гигантский диснеевский фильм, само по себе неудивительно. Гораздо более удивительно то, что Гай Ричи, чьи работы, кажется, подтверждают, что он никогда не видел мюзикл и даже не объяснял ему концепцию мюзикла, создал фильм с несколькими крупномасштабными музыкальными декорациями. Любые придирки, которые у вас могут возникнуть с указаниями, в которых идет этот новый Aladdin , должны быть вторичными по отношению к тому, насколько тщательно запутаны его музыкальные последовательности.Конечно, Aladdin – это не только песни, но конечный продукт здесь серьезно затруднен из-за того, что с ними делает Ричи.

Обстановка более или менее точно такая же: Аладдин (Мена Масуд) – уличный мальчишка и вор, который зарабатывает себе на жизнь воровством вместе со своей верной домашней обезьяной Абу. Вот как он встречает того, кого считает служанкой принцессы, но на самом деле она оказывается самой принцессой Жасмин (Наоми Скотт), скрывающейся ускользнувшей, чтобы окунуться в мир, на который она может смотреть только со своего места. Аладдин, конечно, влюбляется в принцессу, потому что думает, что она служанка; Закон гласит, что она может выйти замуж только за принца, что не сулит ничего хорошего нашему подонку.

К счастью, Джафар (Марван Кензари), гнусная правая рука султана (Навид Негахбан) вскоре заставляет его спуститься в проклятую пещеру, чтобы найти волшебную лампу, на которую Джафар хочет поставить свои лапы. Это удачно в том смысле, что Аладдин не умирает, а вместо этого разворачивает джинна (Уилла Смита), который предлагает ему три желания.Его первое желание (ну, после выхода из вышеупомянутой пещеры) – стать принцем, чтобы Жасмин все-таки могла его рассмотреть.

В духе каждой из этих перезагрузок Disney, взгляд Ричи на Aladdin звучит благоговейно до почти несущественности. Оригинальный Aladdin не сломан, и не было никаких попыток его исправить. Песни (которые остаются, говоря языком нашего времени, бопами) более или менее те же самые, с некоторыми лирическими поправками. Сюжет более или менее точно такой же, за исключением добавления служанки (которую играет выпускник SNL Насим Педрад), которая служит комическим облегчением, чтобы растянуть махинации (этот фильм почти на 40 минут длиннее, чем анимационная версия , в конце концов) и как любовный интерес к персонажу-джинну (!), что в конечном итоге может иметь больше смысла, чем следовало бы.

Поэтому трудно судить о выборе, который делает новый фильм, потому что в конце концов большинство из них уже было сделано для него. С тех пор, как было объявлено о проекте, тот факт, что Смит шел в шкуре Робина Уильямса, был предметом споров для большинства. Это правда, что даже в наиболее общительный момент Смит вряд ли может быть той хупой-дурацкой папа-джазовой импровизационной машиной, какой был Уильямс, и также верно, что вокальное исполнение Уильямса – огромная часть оригинального фильма Aladdin .(Фактически, это открыло новую эру едва замаскированных, высокооплачиваемых вокальных исполнений кинозвезд в анимационных фильмах. ) ТАКЖЕ верно и то, что последние несколько лет Смит окунул ногу в воду, кишащую Эджелордом, появившись в ней. дерьмо, которое никто не просил, как Bright и Suicide Squad , что указывает на то, что он, возможно, устал от тупой, приятной публике персоны Уилла Смита, к которой мы привыкли. Плохая новость заключается в следующем: Уилл Смит битбоксы в роли джинна, его синяя кожа и чудаковатый торс из трейлеров появляются в фильме, как вы и опасались.Хорошая новость заключается в том, что Уилл Смит остается очень харизматичной кинозвездой, и смотреть, как он слегка сходит с ума, веселее, чем наблюдать, как он охотится на орков или диагностирует у футболистов травмы мозга.

То же самое и с остальным актерским составом, который (к счастью) заполнен менее известными исполнителями ближневосточного происхождения, так что нам не придется снова переживать Джейка Джилленхола, покрытого бронзатором. Масуд – актер из Торонто двадцати с небольшим лет, который почему-то никогда не появлялся на Degrassi – определенно имеет правильный вид на Aladdin , хотя он может быть немного зеленоватым из-за того, сколько от него требует фильм.Его Аладдин великолепен в том, чтобы быть нахальным педерастом, но несколько менее убедителен, когда дело доходит до тяжелой работы в фильме. Наоми Скотт, играющая Жасмин, демонстрирует больший диапазон, но у нее гораздо меньше дел – хотя кажется вероятным, что если произойдет прорыв из этого состава, он будет здесь. Самое большое изменение в кастинге произошло с Джафаром, который переходит от более старого и карикатурного в анимационном фильме к более обоснованной версии, которая едва ли старше Аладдина.

В конце концов, все сводится к тому, что Ричи делает с материалом.Присутствие Ричи на самом деле – единственная дикая карта во всей постановке, которая, несмотря на внешность, не рискует. Ричи прекрасно справляется с величием постановки, но смертельно чувствует его в музыкальных эпизодах, которые он режиссирует так, как если бы они были боевыми сценами. Нет никакого внимания к ритму и зрелищности; все разрезано на ленточки для выгоды движения. Сложные музыкальные последовательности разворачиваются в основном в крупных планах и качах, давая вам представление о масштабе конкретного музыкального номера, но едва позволяя нам увидеть все это целиком.В одном эпизоде ​​Аладдин должен произвести впечатление на принцессу своими танцевальными движениями – чего он достигает с помощью джинна, который играет с ним как с марионеткой. Остальные королевские подданные начинают сложный танец, и все же аудитория постоянно наблюдает через чье-то плечо или из угла комнаты, как будто от гребаной перезагрузки Aladdin нам нужна жесткая непосредственность. Это самый хаотично-безразличный мюзикл со времен “ Les Misérables ” Тома Хупера.

Я не говорю, что альтернативный подход к музыкальному жанру не может быть вреден для Aladdin ; Я говорю о том, что любопытный подход – поймать наживку Диснея и придерживаться линии компании достаточно долго, чтобы испортить музыкальные последовательности. Мне кажется, что это не столько осознанное решение, сколько внутреннее ограничение – существуют сотни режиссеров, способных смонтировать плавную, динамичную музыкальную последовательность. Гай Ричи, судя по всему, не из их числа.Практически во всех отношениях этот новый Аладдин не уступает другим перезагрузкам Disney: красиво установлен, интересен, бесполезен. ■

Aladdin откроется в кинотеатрах в пятницу, 23 мая. Посмотреть трейлер можно здесь:

Aladdin 2 отправляется в полет, а Гай Ричи возвращается, чтобы стать режиссером – / Film

Live-action Aladdin готовится к очередному раунду на ковре-самолете. Продолжение римейка Aladdin в прямом эфире 2019 года официально находится в разработке Disney, и студия наняла Andrea Berloff ( Straight Outta Compton) и John Gatins ( Flight ), чтобы составить карту новый участок для Aladdin 2 . Гай Ричи возвращается к руководству сиквелом, который, согласно сообщениям, будет следовать совершенно новой истории, вдохновленной серией Тысяча и одна ночь . Извините, Возвращение Джафара фанатов.

Aladdin 2 совершает прыжок (впереди очереди за хлебом), сообщает The Hollywood Reporter. Дисней нанял Джона Гэтинса ( Flight, Real Steel ) и Андреа Берлофф ( Straight Outta Compton, The Kitchen ) для написания сиквела, который возглавит режиссер Aladdin Гай Ричи. Ожидается, что Уилл Смит, Мена Массуд и Наоми Скотт снова сыграют свои роли Джинна, Аладдина и Жасмин соответственно.

Дэн Линь и Джонатан Эйрих из Rideback, которые в последний раз производили Two Popes, возвращаются к производству.Райан Халприн из Rideback будет исполнительным продюсером.

Но что могло случиться в продолжении? Прошлогодний фильм Aladdin , который был ремейком любимого мультфильма 1992 года, закончился тем, что джинн отказался от своих сил и отправился на свободу со своей служанкой-возлюбленной (Насим Педрад), в то время как Аладдин и Жасмин наслаждались своей сказкой (и недавно феминистская) концовка.

Согласно THR, Аладдин 2 мог черпать вдохновение из любого количества историй из Тысячи и одной ночи, сборника ближневосточных народных сказок, в котором есть такие, как Али Баба и Сорок разбойников и Семь путешествий Синдбада. .Таким образом, хотя это исключает сюжет Возвращение Джафара , прямое видео-анимационное продолжение оригинального Аладдина 1992 года, в котором джинн Джафар жаждал мести, это дает нам надежду на адаптацию третьего Анимационный фильм Аладдин : Аладдин и Король Воров . Этот анимационный фильм 1996 года с прямым переходом к видео был на удивление сильным продолжением, частично адаптировавшим Али-Бабу и Сорок разбойников и, что самое главное, познакомило нас с горячим папой Аладдина.Пожалуйста, Дисней, дай нам «Горячий папа Аладдина», и мы, может быть, простим тебя за то, что ты истекал кровью этой дойной корове.

крутых сообщений из Интернета: Обзор

‘Аладдина’: Гай Ричи снимает рискованный римейк Disney

Из всех персонажей канона Walt Disney Studios есть ли более анимированный , чем Джин из «Аладдина»? В 1992 году рисование в стиле старой школы казалось единственным способом не отставать от стремительного чувства юмора комика Робина Уильямса и его способности к свободным ассоциациям к импровизации.Большая часть привлекательности оригинального «Аладдина» возникла благодаря изобретательности его аниматоров во главе с Эриком Голдбергом, которые использовали эту среду, чтобы преобразовать мимолетного мейстера желаний на наших глазах – как в один памятный момент, когда он проходит через карикатуры, от Уильяма Ф. Бакли-младшего до сержанта-инструктора морской пехоты, поцелуев на идиш-баббе и воскресшего из мертвых Питера Лорре. Эластичность любимого персонажа делает «Аладдина», пожалуй, самой устрашающей адаптацией Диснея к живому действию, не говоря уже о том, как растущее осознание Голливуда проблем репрезентации делает оригинал очень «проблематичным».”

Без Уильямса или почти бесконечной гибкости рисованной анимации проблема заключается в том, как перенести такого эластичного персонажа в мир актеров из плоти и крови. Вместо того, чтобы пригласить другого белого актера на роль персонажа в арабском сюжете, гиперкинетичный режиссер «Шерлока Холмса» Гай Ричи идет другим путем, предлагая Уиллу Смиту привнести в роль дерзкую хип-хоп-чванство своей ранней карьеры. , при этом CG-набухание мускулов актера под стать. Назовите его «Аладдин и новый принц Абабвы» – это вполне могло быть идеей Ричи для проекта, все еще в значительной степени основанного на стереотипах, который, кажется, работает лучше всего, когда он напрямую не копирует предыдущий мультфильм.

Студии Уолта Диснея потребовалось больше века, чтобы построить библиотеку, наполненную тем, что мир считает классической анимацией, и меньше десяти лет, чтобы разграбить этот каталог ради всех этих занимательных, но явно ненужных римейков живых выступлений. фильмы, которые, судя по всему, не выдержат испытания временем, но оказались чрезвычайно прибыльными в краткосрочной перспективе. Тот факт, что через 20 лет его «Аладдина» будет смотреть меньше людей, чем мультфильм 1992 года, кажется, что Ричи (который разделяет авторство сценария с Джоном Августом) заставляет фильм отразить момент.

Это видно из вступительной сцены, когда Смит поет свежую версию «Arabian Nights», в которой слово «хаотично» дополняет культурно нечувствительный текст оригинальной песни «Это варварское, но эй, это дом». (Это устройство обрамления также оправдывает идею, задуманную, но никогда не реализованную в мультфильме 1992 года, в котором есть смысл, почему Джинн поет именно это число в человеческом обличье.)

Что еще более важно, у широко раскрытой, но подписанной принцессы Жасмин из фильма 1992 года теперь есть собственные амбиции: в воплощении Наоми Скотт она больше не просто красавица, которую может завоевать «алмаз в грубом» уличном мальчишке Аладдин (здесь играет Мена Масуд), но беспокойная и разочарованная молодая женщина, которая считает себя потенциальной преемницей своего отца султана (Навид Негахбан).Если джинн Уилла Смита кажется больше и потенциально могущественнее, чем у Уильямса, то для жаждущего власти Джафара все наоборот: голландский актер Марван Кензари может быть красивой альтернативой изнеженному визирю из анимационной версии с его карандашными усами и глазами Софи Лорен. , но он больше не выглядит достаточно большим, чтобы чувствовать себя серьезной угрозой.

За 27 лет, прошедших с момента выхода мультфильма, диснеевский «Аладдин» однажды был заново изобретен как бродвейский мюзикл с живыми выступлениями (что естественно, учитывая формат мультфильма, основанный на мелодиях шоу).Подход Ричи выигрывает от этой адаптации. В новой команде с композитором Аланом Менкеном, которому здесь помогают лирики «Ла Ла Ленд» Бендж Пасек и Джастин Пол, режиссер заимствует многие идеи из сценической версии и переносит их обратно в культовый визуальный мир анимационного фильма, добавляя чрезмерный поворот в стиле Болливуда к самым большим производственным показателям фильма.

Приятно снова видеть Смита в комедийном стиле, и умная команда основывает личность Джина на бренде звезды, а не имитирует то, что Уильямс сделал с ролью.Даже в тех случаях, когда Смит цитирует прямо из оригинала, его личность проявляется громко и ясно, как этот синий, усиленный компьютерной графикой, церемониймейстер. Во всяком случае, влияние на сцену проявляется Джин, потому что именно на Бродвее Джин был впервые показан так ярко (Джеймс Монро Иглхарт получил премию Тони за эту свежую интерпретацию). Смит основывается на этом подходе, влияя на подобие дивы требовательного модельера.

Персонаж не гей сам по себе; Фактически, у Джина есть собственный романтический сюжет, в котором участвует служанка Жасмин, Далия (Насим Педрад).Однако, наблюдая за игрой Смита, можно определенно утверждать, что шкаф может быть даже более тесным, чем волшебная лампа – хотя дети будут рассматривать гарцующие персонажа как своего рода глупую клоунаду, что, безусловно, так и есть.

Откровенно говоря, «Аладдин» мог бы использовать один из этих «странных глаз» макияж, поскольку постановочный дизайн, костюмы и хореография выглядят броско по сравнению с относительно стильной и неизменно элегантной эстетикой, которую привнес в атмосферу открытый гей-музыкальный директор, такой как Билл Кондон. его экранизация «Красавица и чудовище».Но когда дело доходит до переосмысления мультфильмов Диснея, это все еще китч, насколько это вообще возможно. Здесь прекрасные наряды – особенно гардероб Жасмин в бирюзовых тонах, хотя стыдно прикрывать фирменную обнаженную грудь Аладдина (а шиньон персонажа не идет на пользу Масуду с ямочками на щеках). Голливуд использовал арабские истории в качестве предлога для демонстрации кожи с тех пор, как Рудольф Валентино снял «Шейха», а Дуглас Фэрбенкс-младший сыграл «Синдбада-моряка». Можно представить, что версия Ричи заслуживает одобрения фундаменталистов.

Режиссер действительно сияет в соединении практических элементов с виртуальными. Вне зависимости от того, заставляет ли Смит компьютерно модифицированного и голубоватого Джина выглядеть естественно, разделяя экран с Аладдином или перемещая камеру по ковру-самолету, проезжая через виртуальные декорации, стиль Ричи включает в себя экспрессионизм, необходимый для создания такой фантастической сказки. Отрывок с «Целым новым миром» на самом деле кажется здесь более вневременным из-за его чрезвычайной стилизации, в то время как номер Смита «Принц Али» имеет более устаревшее ощущение тщательно поставленного шоу-стоппера 1950-х годов.

Зрители настолько хорошо знают эту классику Диснея, что любая адаптация к живому действию успешна или неудачна в зависимости от того, насколько точно создатели фильма предпочитают придерживаться оригинала. С самого начала «Аладдин» требовал как минимум одного серьезного изменения: как история, вдохновленная «Тысячи и одной ночью», мультфильм представлял собой арабскую сказку, заново изобретенную белыми парнями, а это значит, что в любой современной версии нужно было бы задействовать людей. цвета в ролях. Смит получит большую часть внимания, привнеся так много своего собственного бренда в Genie (он даже называет свое собственное имя в песне в конце титров).Тем не менее, Скотт пользуется своей долей уважения в роли Жасмин, заново изобретая персонажа с помощью современного звучащего в фильме «Безмолвия» – самого близкого к гимну расширения прав и возможностей женщин, который Дисней дал нам с тех пор, как королева Эльза отпустила его в «Холодном сердце».

СВЯЗАННОЕ ВИДЕО :

Ремейк Диснея Аладдина кажется странно незаконченным

Понятно, если людям потребовалось время, чтобы прийти к идее экранизации диснеевского фильма «Аладдин » «» режиссера Гая Ричи.Музыкальные номера Ховарда Эшмана и Алана Менкена в “ Aladdin ” 1992 года являются знаковыми. Они кажутся еще более такими после смерти оригинального Джина, Робина Уильямса, который привнес незабываемый, очень личный стиль исполнения в «Принц Али» и «Друг, как я». Так что идея о том, что Ричи, который специализируется на динамичных криминальных драмах и никогда не ставил мюзиклы, собиралась уловить нюансы постановки песен, достойные первоначального видения, была в лучшем случае сомнительной.

Но если убрать всю музыку, Aladdin – это, по сути, фильм о двух мужчинах, ограблении и большом мошенничестве – одном из любимых динамиков Ричи. Если смотреть через объектив, Aladdin рассказывает о бедном сироте (Мена Массуд) и злобном визири султана Джафаре (Марван Кензари, у которого отсутствует необходимое чувство угрозы Джафара), которые преследуют ценную лампу из таинственного места, а затем тратят ее. Остальная часть фильма пытается отобрать это друг у друга.Тем временем они оба стремятся заставить девушку (принцессу Жасмин, которую играет Наоми Скотт) серией тщательно продуманной лжи. Все это чувствуется прямо в рулевой рубке, в которой Ричи прожил карьеру динамичных криминальных фильмов, таких как «Замок, запас и два ствола для курения» , , и столь же стремительных приключений, как Шерлок Холмс и Человек из ДЯДЯ

Проблема в том, что когда вы убираете анимацию музыки и , Уиллу Смиту и его веселой группе новичков из Голливуда почти нечего работать. Аладдин действительно добавляет одну быструю личную сцену между Аладдином и Джафаром, которая дает Джафару больше предыстории и цели и предполагает значимую связь между персонажами. Но этот угол быстро упал. Создатели фильма не очень заинтересованы в том, чтобы развивать этих персонажей из их первоначальных двух измерений или опираться на динамику персонажей, которая делает фильмы Ричи особенными. В результате все усилия кажутся незавершенными и неразрешенными.

Как Пираты Карибского моря , Aladdin открывается с детьми в лодке на открытой воде, почти как будто пытаясь подсознательно напомнить аудитории, что когда-то давно Disney успешно создал жизнеспособную франшизу. существующее имущество – и хотя критики считали сериал ненужным и опрометчивым, он все же был интересным.”Мы делаем это снова!” Аладдин , кажется, радостно объявляет, когда камера налетает и обнаруживает явно не синекожего Уилла Смита, управляющего парусами.

Как и Уильямс до него, Смит открывает Aladdin песней «Arabian Nights», текст которой нужно было изменить с учетом культурных особенностей еще в 1992 году. Дуэт авторов песен Бендж Пасек и Джастин Пол ( La La Land, The Greatest Showman ) снова обновили слова на 2019 год, но по какой-то причине они также сделали песню более чем в два раза длиннее оригинальной версии – дикий выбор, учитывая, что она попадает в руки Уилла Смита, который на самом деле не певец , или даже такой неотразимый «певец», как Рекс Харрисон.

Ричи чрезмерно использует два основных устройства, чтобы история продолжалась – захватывающий вид на великолепно оформленный ближневосточный город Аграба и дополнительные снимки с парящим попугаем Джафара, Яго (озвученный Аланом Тудиком), когда он летает, шпионит за другими персонажами и репортаж во дворец. Первый переносит фильм из «Арабских ночей» прямо в центр города, где встречает Аладдина, который спасает Жасмин от неприятностей на рынке Аграбы. Они мгновенно разделяют нежный взгляд с первого взгляда (что не так хорошо работает с реальными актерами, как с их мультипликационными коллегами), а затем отправляются на скачки с исполнением «One Jump» Впереди »это не столько прыжок, сколько неторопливая рысь.

Дэниел Смит

«One Jump Ahead» предлагает ранние намеки на все, что пойдет не так с Ritchie’s Aladdin – в основном , что музыкальные номера фильма находятся где-то между очень впечатляющим выступлением Macy’s Thanksgiving Parade и одним из меньших по масштабу Wonderful World of Disney от ABC. для телевизионных мюзиклов. У фильма есть все необходимые затраты и зрелище, но его исполнение варьируется от формального и прекрасного до откровенно увлекательного.Мир Аграбы кажется должным (и практически) построенным, наполненным таким цветом и воодушевлением, что еще более странно, насколько тяжелыми ощущаются музыкальные номера. «One Jump Ahead» медленный, отрывистый и начинается без лишнего шума. Этому не способствует ни какой-нибудь забавный выбор частоты кадров, ни компьютерная графика, которая роботизирует движения Аладдина и Жасмин на протяжении всей песни.

«Friend Like Me» и «Prince Ali» также чувствуют себя замедленными и растянутыми. Фильм намного лучше служит Джину Смита, когда он взаимодействует с Аладдином в человеческом режиме, без напыщенности и с намеком на шарм, который раньше делал лето Большого Вилли таким чертовски веселым.У него даже есть собственный романтический сюжет, когда он влюбляется в служанку Жасмин Далию (Насим Педрад, привносящий в ее роль идеальную комедийную линию) – сильное обновление истории. В настоящей моде Диснея 2019 года Жасмин получает свою собственную недавно добавленную музыкальную витрину, чтобы убедиться, что аудитория понимает, насколько она уполномочена как современная независимая женщина. Ее песня «Speechless» звучит как би-сайд Джесси Джей, который Хиллари Клинтон отвергла в качестве основной темы кампании примерно в 2015 году, но это одна из самых привлекательных песен в фильме.Единственный намек на вокальную браваду в этом во всем остальном любезном фильме появляется, когда Наоми Скотт открывает рот, чтобы выразить свое музыкальное изложение цели.

Дэниел Смит

Сольный номер Жасмин компенсирует постановку “A Whole New World” таким образом, что мир фильма кажется меньше, а тексты не имеют значения. (Зачем петь «Не смей закрывать глаза», если никто не закрывает глаза? Где блокировка?) Но «Безмолвие» не компенсирует тот факт, что лучший, самый энергичный музыкальный номер в фильме звучит во время финальные титры – версия песни «Friend Like Me» Уилла Смита и ди-джея Халеда, которая может заставить аудиторию задуматься: «Зачем вообще идти к Пасеку и Полу? Почему бы не DJ Khaled для саундтрека и всего , учитывая, что самая популярная звезда – икона рэпа 90-х? »

Возможно, два белых человека, основанные на традиционных американских шоу-мелодиях, не были лучшими возможными вариантами обновления музыки, которые хотели почерпнуть из музыкальных влияний Ближнего Востока и хип-хопа, а не тогда, когда палестинский ди-джей Халед был прямо здесь .Было очень неприятно видеть, что лучший номер – единственное настоящее оригинальное заявление о цели фильма – стоит в конце полнометражного фильма, показывая, каким мог бы быть фильм, если бы творческая группа расширила свое воображение вместо того, чтобы механически воспроизвести оригинальный фильм.

Жаль, что Ричи не смог воплотить в жизнь музыкальное видение Аладдина , и что сама музыка не была более образной. Пленка имеет свои положительные элементы, и при более сильных цифрах она могла бы загустеть более эффективно.Было бы неплохо иметь возможность сказать больше, чем: «Ну, по крайней мере, Aladdin лучше, чем яркая недавняя игра Disney Dumbo ». Но, по крайней мере, это на лучше, чем Dumbo , потому что Disney не собирается отказываться от и отказываться от , давая нам эти дорогие, ненужные и вообще сверхприбыльные римейки.

Дэниел Смит

На данном этапе будет справедливо рассматривать Disney как студийную компанию Michael Scott Paper Company, а римейки живых выступлений – как их статью . Неважно, насколько хороши эти ремейки или нет. Не имеет значения, обладают ли директора уникальной квалификацией или соответствующим опытом, поскольку они призваны воплощать в жизнь общее корпоративное видение. Не имеет значения, выпущены ли они под громкий шум, а затем забыты к следующим выходным, или выпущены едва шепотом. И действительно не имеет значения, если кто-то из них на самом деле хороший . Как и Майкл Скотт, что бы ни случилось, Дисней будет продолжать создавать эти вещи и выкладывать их в кинотеатры и на Дисней Плюс.

К счастью (возможно) для зрителей, финальная декорация Аладдина является лучшей в фильме. Возможно, резкое улучшение с Dumbo до Aladdin, и того, что Aladdin смог закончиться на высокой ноте, указывает на тенденцию к постоянному улучшению в Disney, поскольку они стремятся к третьему римейку мультфильма в этом году. . Может быть, к тому времени, когда они сняли фильм «Король Лев» , который должен выйти в июле, они, наконец, выяснили, с какой алхимией эти фильмы сделают эти фильмы более громкими, неуклюжими копиями классики.Но, учитывая их недавнюю историю, вероятно, нет. Привлечение Ричи к его первому мюзиклу было загадочным выбором, но потенциально оправданным. Когда он снимает такой общий и неотличимый фильм, он возвращает проект в таинственную сферу.

Aladdin 2019 «не относится к какой-либо конкретной культуре», – говорит директор

.

Aladdin всегда был хитом. После того, как в 1992 году 2D анимационный оригинал собрал во всем мире более 500 миллионов долларов, этот анимационный фильм гарантированно был показан Disney.Тем не менее, заработав более 100 миллионов долларов за уик-энд в День поминовения и превзойдя прогнозы, Aladdin все больше и больше напоминает желание мегакорпорации.

Хотя новая версия сильно отличается от анимационного фильма, по крайней мере, некоторые из изменений могут быть приписаны Гаю Ричи. Сценарист-режиссер хорошо разбирается в блокбастерах ( Шерлок Холмс , Человек из ДЯДЯ , Король Артур ), и его тематический интерес к британскому рабочему классу, по крайней мере на бумаге, делает его логичным. о саге об «уличных крысах» Аладдина.

Так что же Ричи привнес в нарисованную от руки историю, запечатленную в воспоминаниях фанатов Диснея? Полигон позвонил режиссеру незадолго до релиза, чтобы спросить его.

Многоугольник: Аладдин так хорошо известен, и я уверен, что Дисней защищал от вмешательства в магию оригинала. Так как же вы привнесли что-то новое в это направление?

Гай Ричи: Вы хотите, чтобы он сохранил достаточно ностальгии по прошлому воплощению.Но, так сказать, было место для некоторых украшений. Не в последнюю очередь это персонаж Жасмин, с которой я хотел создать своего рода равноправный вызов.

Как Жасмин отражает более современные ценности по сравнению с изображением 1992 года? Вы основывали ее на ком-то, кого вы видели, путешествуя по реальному миру?

Если у вас должен быть значительный персонаж, этот персонаж должен заработать свое положение. Быть пассивным и красивым уже недостаточно, нужно быть активным и грозным.Было правильно, что мы должны бросить вызов Жасмин в этом воплощении. Ей нужен был эквивалент вызова, который, скажем, есть у Аладдина, но по-своему.

Дэниел Смит / Walt Disney Pictures

Была ли новая песня Жасмин «Speechless» местом, где вы могли бы вводить новшества, поскольку не было визуального прецедента?

Одно дело, что Жасмин просит о должности, которая традиционно не открыта для женщин, и, прося эту должность, она должна была каким-то образом проиллюстрировать свою уникальную ценность для этой должности, и музыкальный номер оказался отмеченным. Эта коробка очень элегантна для нас, составляя стол для следующего обеда.Это воображаемая фантазия, иллюстрированная речь, и эта речь важна с точки зрения иллюстрации или демонстрации ее способности руководить. Так что это было очень органично – иметь музыкальный номер на столе.

Вы известны масштабными боевыми сценами, но это ваш первый полномасштабный мюзикл. У тебя есть любимые мюзиклы? Вы смотрели какие-нибудь шоу, прежде чем сняться в фильме?

Изначально я начал снимать музыкальные клипы, так что [мюзикл] не был такой экзотикой, как вы могли подумать.(Хотя я как бы забыл об этом и только недавно вспомнил, как я начал.) Большинство моих фильмов пытаются двигаться в ритме, по сути, в музыкальном ритме. Не то чтобы я незнаком с музыкой, но, полагаю, это потому, что это традиционный мюзикл, и я раньше не был в этом отделе. Так что это не выглядело очень экзотично. Но увлечение семейными развлечениями, я полагаю, было экзотикой, а иметь дело с принцессой Диснея было относительно экзотично.

Я не мог не представить себе ежедневные заголовки, в которых Джафар разглагольствовал о пограничном контроле и националистических программах.Вы намеревались сделать Aladdin более политическим, и конкретно прокомментировать Трампа?

Нет, и я могу сказать вам, почему нет: я не считаю это политическим, а психологическим. Возможно, Аладдин – это притча о блудном сыне. Он человек, который пытается применить себя к материализму, а затем признает тщетность этого упражнения. Джафар представляет человека, который также пытался найти себя через материальное богатство, а затем не готов признать тщетность этого конкретного вложения и в конечном итоге создает веревку для своей собственной шеи.Так что я рассматриваю это скорее как духовный рассказ / психологический триллер, чем как политический. Я считаю этот политический разговор ужасно пассивным. Каким-то образом политика стала такой непривлекательной.

Как вы оказались на теноре выступления Genie, зная, что позиция Робина Уильямса так прочно укоренилась в сознании поп-культуры?

Я выбрал Уилла главным образом потому, что думал, что Уиллу хватит силы и щедрости духа, чтобы не запутаться в длинной тени, которая была впечатляющей тенью, отбрасываемой Робином Уильямсом в его исполнении.Я думал, что Уилл может дать нам что-то, что было бы эквивалентно, но не связано с игрой Робина. Так что для меня это было всего лишь воодушевление Уилла на то, чтобы стать большим Уиллом.

Было ли какое-то впечатление Джина или фрагмент, который вы хотели перенести из оригинального фильма?

Нет, это действительно был вопрос нахождения в данный момент некоторых украшений в том, что было в сценарии. Это действительно была попытка привязаться к великодушному персонажу, который был полон злого обаяния.Вот о чем мы думали каждый раз: Как это отразится на привязанности к персонажу?

Оригинальный Aladdin подвергся критике за изображение арабской культуры. Каковы были ваши восточные ориентиры, когда вы снова подошли к изображению в обновлении?

Я бы сказал, что очевидно, что он проходит через призму большего восточного региона с точки зрения Ближнего Востока.Это тот толчок, с помощью которого мы повлияли на этот конкретный рассказ. Но на самом деле это человеческая история, не относящаяся к какой-либо конкретной культуре в том смысле, что всем мужчинам и женщинам приходится бороться с вопросом о том, где они находят свою идентичность, внутри или снаружи. В этом смысле история была главным образом об этом. Цвета, которыми мы нарисовали эту историю, оказались ближневосточными.

.
Похожие записи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *