Откуда есть пошло “Лебединое озеро”? | О балете и не только

Надо сказать, что на данный момент “Лебединое озеро” – это, пожалуй, самый изученный балет среди всех балетов классического наследия, о нем написано немало монографий, статей, диссертаций и т.д. И тем не менее, даже несмотря на этот факт, остается немало темных пятен и вопросов, волнующих ученых-балетоведов до сих пор. Вот о них в ближайшее время поговорим (ну или попишем, кому как).

И самый первый вопрос как раз-таки касается истоков ЛО. До сих пор ученые не могут полностью выяснить, какой же источник послужил вдохновением для создателей балета.

Естественно, что если есть темные пятна, найдется место для домыслов и фантазий не очень добросовестных авторов. Ну или для путаницы, как минимум. Встречал (как и некоторые из вас) статью на просторах интернета, где расписана якобы старинная немецкая легенда о девушке Одетте, превращенной рыцарем-колдуном Ротбартом в лебедя, и спасенной принцем Зигфридом. Что ж, с таким же успехом можно написать статью про якобы старинную шотландскую легенду о Сильфиде, соблазнившей крестьянина Джеймса, уведшую его из-под венца, а затем погибающей в результате коварства ведьмы Мэдж. Ну или про какую-нибудь старинную французскую легенду о цыганке Эсмеральде, которой заинтересовались горбун Квазимодо, священник Фролло и королевский стрелок Феб де Шатопер, и которая в результате погибает по воле священника. Или еще про какую-нибудь легенду, имена и сюжет в которой удивительным образом совпадают с героями и сюжетом балета.

Никакой немецкой легенды об Одетте и т.д., нет. По крайней мере, сколько автор не читал литературы серьезных исследователей об ЛО, никто из них никакой такой легенды не упоминает.

Количество основных теорий относительно того, что же легло в основу ЛО, исчисляется цифрой три.

Первая из них заключается в том, что “Лебединое озеро” создано по мотивам сказки немецкого писателя 18 века Иоганна Музеуса “Лебединый пруд” (“Лебединое озеро”). Главный апологет этой теории – советский балетовед Юрий Слонимский.

Юрий Слонимский

Юрий Слонимский

  • Сказка вот какова. На берегу озера у подножия Судетских гор живет отшельник Бенно, который в молодости влюбился в родственницу злого властителя острова, Зою. Тот изгнал его, и Бенно поселился у озера. На это озеро в обличье лебедя прилетает та самая Зоя. Прилетает за тем, чтобы купаться в озере, представляющем из себя источник вечной молодости. Бенно пытается удержать девушку, но безуспешно.

Однажды рыцарь Фридберт, услышавший эту историю от самого постаревшего Бенно, похищает крылья дочери Зои, также-девушки-лебедя Каллисто, прилетевшей на это озеро. Каллисто, таким образом, не может улететь, а Фридберт объясняется ей в любви. Каллисто дает согласие на свадьбу, но в ее день забирает крылья и исчезает. Фридберт ищет ее, однажды находит, и они играют свадьбу.

По мнению Слонимского, есть несколько мотивов данной сказки, которые использовались сценаристами ЛО. Это и мотив девушек-лебедей, и некоторые имена (Бенно, который будет другом Зигфрида в первых постановках; имя Фридберт, похожее на имя Ротбарт), и место действия – озеро, и, в конце концов, само название, “Лебединый пруд (озеро)”.

Эта теория подверглась серьезной критике со стороны других заметных балетоведов. По мнению Веры Красовской, если сказка Музеуса и лежит в основе ЛО, то создатели балетного либретто серьезно отошли от нее в том, что касается главных героев и их взаимоотношений. Самое главное расхождение состоит в том, что у Музеуса отсутствует мотив превращения девушки чародеем в птицу, а значит и нет мотива ее спасения. То есть, нет того смысла, который заложен в балете.

Кроме того, по мнению Красовской все остальные сходства балета со сказкой Музеуса могли быть взяты и из других источников. Например, тема девы-лебедя спокойно могла быть навеяна русским фольклором.

Иоганн Музеус

Иоганн Музеус

Согласно второй теории, “Лебединое озеро” – ничто иное, как объединение нескольких более ранних работ самого Петра Чайковского. Так, история сверхъестественного существа, девушки, влюбившейся в земного героя, могла быть взята из так и не увидевших свет опер Чайковского – “Ундина” и “Мандрагора” (соответственно, таким сверхъестественным существом были Ундина, дева вод, и Мандрагора, – цветок, обернувшийся девушкой). Также это могла быть “Снегурочка” – музыкально-драматический спектакль по пьесе Александра Островского, для которого Чайковский написал музыку, часть которой, опять же, была взята из “Ундины”.

И, наконец, одноактный детский балет “Озеро лебедей”, написанный Чайковским в Каменке в 1871 году для детей своей сестры Александры Давыдовой. Об этом вспоминали племянники Чайковского, Юрий и Анна Давыдовы (последняя играла Купидона). Согласно Юрию Давыдову, в представлении участвовали он, его старшие сестры, а также Модест Чайковский, брат Петра Ильича (играл Принца). Как утверждалось им же, самая узнаваемая тема будущего балета, – тема томления Одетты, – была как раз тогда, и более того, “была та же, что и сейчас”. Вот эта, всем известная, музыка:

Что касается “Озера лебедей”, то роль этого спектакля для узкого родственного круга в создании ЛО также ставится под сомнение. Объясняется это следующим:

а) воспоминания Анны Давыдовой (фон Мекк) написаны спустя очень многие годы после события, а сама она к 1871 году была слишком мала, чтобы что-то отчетливо помнить; Юрий же Давыдов записал свои воспоминания со слов старших; более того, они расходятся в датах спектакля. Если Анна датирует его 1867 годом (и тогда ей было бы всего 3 года), то Юрий – 1871-м.

б) в биографии Петра Чайковского, написанной его братом Модестом, нет ни слова об “Озере Лебедей”, хотя он вроде сам там участвовал.

в) постановка этого детского спектакля в 1871 (а может и в 1867) году говорила бы о том, что и впоследствии инициатором и автором либретто был бы сам Чайковский. Но это опровергается письмом Модеста Чайковского композитору и критику Георгу Ларошу, из которого следует, что сценарий принадлежит либо Владимиру Бегичеву, либо Василию Гельцеру, а сам он, Модест Чайковский, ничего ни о какой “семейной” постановке не знал. “…Судя по глупости сюжета, по названиям действующих лиц, он (сценарий) есть вымысел одного из этих двух лиц” (Модест Чайковский).

По мнению советского балетоведа Александра Демидова, более вероятной выглядит версия о том, что “Озеро лебедей” относится ко времени более позднему, чем написание самого “Лебединого озера”. Да и вообще, имел ли детский балет какое-либо отношение к ЛО? Какая музыка там была, сюжет? Та же Александра Давыдова признавалась, что ни музыку, ни сюжет детского спектакля она не помнит. Документально точно подтвержденных ответов на обозначенные вопросы нет.

Александра Давыдова

Александра Давыдова

Единственное, что можно с определенной долей уверенности утверждать, так это то, что партитура для ЛО собиралась Чайковским из разной, уже имевшейся и готовой музыки, приспособленной затем для балетного жанра.

Ну и третья теория, согласно которой “Лебединое озеро” инспирировано множеством всяких разных произведений литературы и искусства и представляет собой их объединение, контаминацию. Эта теория дает простор для самых разных предположений и, собственно, является самой популярной среди исследователей.

Так, герой Зигфрид мог быть навеян Зигфридом из цикла опер “Кольцо Нибелунга” Рихарда Вагнера. Девушка-лебедь – параллель с лебедем из оперы “Лоэнгрин”, который везет на ладье рыцаря. Оттуда же, из “Лоэнгрина”, могла быть позаимствована злая мачеха, прототипом которой могла послужить отрицательная героиня, знакомая с магией и плетущая интриги – Ортруда (злая мачеха была в изначальной версии ЛО 1877 года, далее ее образ слился с образом Ротбарта).

Тема девушки-лебедя использовалась многими писателями. Это и Александр Пушкин, и Генрих Гейне, и Г. Х. Андерсен. Мотив превращения девушки в птицу злой волшебницей в облике совы есть у братьев Гримм в сказке “Иоринда и Иорингель”, мотив наплаканного озера – в “Метаморфозах” Овидия, мотив измены под влиянием колдовских чар – у тех же братьев Гримм (например, “Певчий попрыгун – жаворонок”), у Василия Жуковского (“Сказка о царе Берендее”) и т.д. Мотив, где героям противостоит хищная птица, есть опять же у Пушкина в его “Сказке о царе Салтане”:

“Бьется лебедь средь зыбей

Коршун носится над ней…”

В общем, точный источник вдохновения для создателей “Лебединого озера и поныне не выявлен, есть лишь предположения. Поиски идут до сих пор. Например, для Роланда Джона Уайли, американского музыковеда, который всю свою жизнь посвятил изучению балетного творчества Чайковского, это уже чуть ли не дело чести. Посмотрим, удастся ли все-таки кому-то выяснить этот самый источник.

Замок в Нойшванштайне и то самое озеро “Шванзее”

Замок в Нойшванштайне и то самое озеро “Шванзее”

Кстати, еще об мифах, рассадником которых является интернет. Очень часто можно встретить красивую легенду о том, что Чайковский вдохновился на создание “Лебединого озера”, посетив в Германии замок Людвига Второго Баварского в Нойшванштайне, а также озеро “Шванзее” (“Лебединое”). Этот миф легко опровергается сопоставлением дат. Посещение Германии имело место в августе 1876 года, но чистовой вариант партитуры ЛО был закончен Чайковским раньше – в апреле того же года, что засвидетельствовала рука композитора надписью на партитуре: “Конец!! Глебово. 10 апреля 1876 года”.

Ну вот и все, спасибо за внимание! Если понравилась статья, то ставьте лайк, подписывайтесь, комментируйте, делитесь с друзьями.

ИОГАНН МУЗЕУС. УКРАДЕННОЕ ПОКРЫВАЛО (ЛЕБЕДИНОЕ ОЗЕРО)

или сказка a la Mongolfier [1]


Неподалеку от города Цвиккау, в Рудных горах, есть знаменитое Лебединое поле, получившее своё название от Лебединого озера, которое теперь, правда, почти совсем высохло. Вода в том озере имеет свойство, какого нет ни в пермонтских, ни в карлсбадских источниках, ни в воде Спа, ни в каком-либо другом источнике в пределах Германии, ни даже в итальянских королевских водах в Пизе.

Это настоящий эликсир красоты, более действенный, чем омолаживающая мазь загадочного Сент-Аймара и освежающая майская роса, ослиное молоко и приготовленная особым способом вода a la Pompadour [2]. Даже знаменитое тальковое масло не может сравниться с ним.

Тихо и бесшумно, прячась под сенью неброских кустарников, корни которых он поит, катит свои воды вытекающий из чудесного озера ручей и смущённый тем, что не признана его сила, скрывается опять в материнском лоне земли, в то время как его гордый и важный сосед в Карлсбаде, хвастливо извещая о себе горячим паром, стремительно несёт свои клокочущие воды, восхваляемые всеми подагриками мира.

Нет сомнения, что если бы скрытые достоинства горного источника, сохраняющего изменчивую и мимолётную женскую красоту и освежающего поблекшую, были известны всем и для всех доступны, то женская половина всего достойного христианства, к великой пользе славного Цвиккау, устремилась бы туда с таким же рвением, с каким турецкие караваны в Мекку к гробу Пророка. А мечтающие о замужестве дочери города ушатами черпали бы драгоценную воду, и, кто знает, может, и они, как некогда нахоретянки [3], были бы вознаграждены за своё усердие. Но, как солнце золотит не каждое облако, как не на каждом цветке, напоённом освежающей утренней росой, играют краски и не каждой жемчужине, очищенной лимонным соком, возвращается прежний цвет, так и не каждой купающейся нимфе чудесный цвиккауский источник сохраняет её красоту и молодость. Да и в правду сказать, что может быть надёжнее такого испытанного средства в искусных женских руках, как обыкновенная кисточка и коробочка румян, с помощью которых гораздо легче обмануть глаз.

Есть у цвиккауского источника красоты одна особенность: он обнаруживает чудесное свойство только на женщинах, имеющих, хотя бы в тысячном колене, родство с феей. Впрочем, нельзя сказать, чтобы это обстоятельство отпугнуло от целительных ванн хоть одну красавицу, ибо какая из них не лелеет надежду, что в длинном ряду поколений какая-нибудь из её забытых прабабушек не была феей, а значит и у неё в жилах не течёт хоть капля эфирной крови.

Возможно, в наши дни пытливый психолог сумел бы по чертам лица установить родство с феей так же легко, как он может угадать королевское происхождение или распознать преступника [4], но в те далёкие времена скорее всего существовали другие, пожалуй, более надёжные признаки такого родства.

Каждое из чудесных достоинств тевтонских дочерей, – будь то изящество и стройность фигуры, выражение глаз, изогнутая линия губ и округлость груди, музыкальность голоса или обворожительная улыбка, – разве не заставляют предполагать, что все эти сокровища фей наследуются от бабушек? И вообще, где девушка, там разве не царит волшебство?

Разумеется, если паломничество к цвиккаускому источнику и имело смысл, то далеко не для всех представительниц прекрасного пола, а главным образом лишь для тех из них, кому в скором времени предстояло опустить флаг красоты.

Недалеко от озера, куда струит серебристые воды магический источник, в укромной пещере, на отлогом склоне холма, жил благочестивый отшельник Бенно, позаимствовавший у знаменитого мейсенского епископа его имя и добродетели, а более всего святость, принёсшую ему славу не меньшую, чем у его покровителя.

Никто не мог сказать, когда и откуда появился в этих местах Бенно и кто он такой. Много лет назад пришёл он сюда молодым пилигримом и поселился на Лебедином поле [5]. Своими руками построил уютную келью и разбил вокруг неё маленький сад. В саду посадил фруктовые деревья, виноград, а также завезённые из других стран сладкие дыни. Гостеприимство и весёлый нрав снискали ему всеобщую любовь у жителей гор. С глубоким уважением относились они к набожному монаху, видя в нём своего заступника перед Небесным судом. Бенно с готовностью исполнял их, порой, самые неожиданные и противоречивые просьбы, не требуя за это вознаграждения. Но он и не испытывал нужды, – Небо посылало ему своё благословение, кормило и одевало его.

Что заставило набожного Бенно покинуть шумный свет и уединиться в одинокой келье? Религиозные ли убеждения были тому причиной, или какая-нибудь Элоиза склонила его, как некогда благочестивого Абеляра, к созерцательной жизни, – это, быть может, мы узнаем в дальнейшем.

 В то время, когда маркграф Фридрих Укушенный решал свой спор с королём Альбертом, и швабское войско опустошало восточную часть Саксонии, голову достопочтенного Бенно уже украшала солидная лысина, и остатки растительности вокруг неё успели побелеть. Он ходил, сгорбившись, тяжело опираясь на палку, и не было у него больше сил весной вскопать сад. Ему был нужен помощник и защитник, но здесь, в горах, трудно было подыскать себе товарища по душе, ибо возраст сделал Бенно недоверчивым. Неожиданный случай свёл его с человеком, на которого он мог опереться, как на свой собственный посох.

Мейсенцы в битве при Лукке одержали победу над швабами, убив их около шестидесяти шоков [6]. Панический ужас охватил швабское войско, вынудив его последовать обычному в таких случаях призыву: “Спасайся, кто может!”

Каждый, кому удалось сохранить после боя пару здоровых ног, благодаря за это Бога и всех святых, поспешил воспользоваться ими, как испуганный жаворонок крыльями, когда спасаясь от обманчивых силков, он взвивается ввысь, чтобы не угодить в ловушку смерти. Многие бежали в ближайшие леса и, выбившись из сил, попрятались в дуплах деревьев.

Семь верных товарищей по оружию поклялись друг другу вместе жить, или умереть, но не разлучаться. Им удалось избежать разящих вражеских мечей, ибо это были здоровые парни с крепкими икрами, которых не догнал бы и скороход из Мидиан [7].

С наступлением темноты, утомившись от слишком долгого бега, они наконец остановились и впервые подумали о ночлеге. Оставаться в открытом поле было небезопасно, и друзья решили пробираться в ближайшую деревню, справедливо полагая, что всё её мужское население ушло в мейсенский лагерь. Однако из осторожности, не желая попадаться кому-либо на глаза, семеро героев выбрали для своего пристанища хлебную печь на постоялом дворе.

Укрытие оказалось не очень удобным для ночлега, – перед луккской битвой их вряд ли устроила бы такая квартира, – и всё же, разве что тысяча сельдей в бочке спали миролюбивее, чем семь солдат в этом убежище. Страх сделал её жилищем, сильная усталость побудила к единодушию, а сон к молчанию. Глаза закрывались у одного за другим, и товарищи по несчастью проспали до позднего утра, хотя накануне условились встать на рассвете, чтобы успеть незаметно выбраться из деревни.

Но прежде чем семеро спящих проснулись, они были обнаружены одной крестьянкой, которая, прослышав о победе, по случаю радостного события решила замесить тесто и испечь пирог. Подойдя к печи и обнаружив в ней постояльцев, женщина, по их оборванным курткам и штанам, поняла, что незваные гости – беглецы из вражеского лагеря. Тотчас же она поспешила в деревню поделиться новостью с соседками. В одно мгновение к месту происшествия сбежалась толпа крестьянок. Вооружившиеся кочергами и вертелами, они походили на ведьм, что оседлав мётла, готовы были лететь на Броккен в первомайскую ночь [8].

Когорта женщин осадила хлебную печь. Предварительно, на военном совете, было решено отомстить вторгшимся в страну вражеским насильникам, не щадившим ни святости монастырей, ни целомудрия женщин и их дочерей.

Может быть, семь мучеников были вовсе и неповинны в грехах своих соотечественников, и всё же именно им предстояло искупить их вину. Строгий Комитет защиты непорочности единодушно приговорил их к закланию в печи. Дух мести уже потрясал непривычным в руках крестьянок оружием, напоминавшим тяжёлые тирсы у тияд [9]. И вот, пренебрегая законами гостеприимства, женщины принялись дружно штурмовать прибежище героев. 

Сладкий сон беззащитных парней был беззастенчиво прерван очень чувствительными тычками ухватов и уколами вил. Почувствовав в этом недружелюбном утреннем привете опасность, они подняли громкий вопль, умоляя выпустить их из печи и сохранить им жизнь, но непреклонные амазонки, не зная жалости, орудовали внутри каземата вилами до тех пор, пока там не воцарилось гробовое молчание. Убедившись, что никто из пленников не подаёт больше признаков жизни, женщины прикрыли снаружи дверцу и с триумфом прошли вокруг деревни.

Шестеро заключивших союз товарищей после этой схватки действительно остались лежать в печи, седьмому же, оказавшемуся то ли умнее, то ли расторопнее остальных, опасность подсказала верный путь к спасению. Он улучил момент и благоразумно скрылся в дымовой трубе, поднявшись по которой, незаметно выбрался из ужасного каземата.

Очутившись на свободе, парень со всех ног бросился бежать в лес и там, в беспрестанном страхе за свою жизнь, бродил весь день до самого захода солнца. Обессилив от голода и усталости, он прилёг на поляне под одиноким деревом и было заснул, но вскоре вечерняя прохлада разбудила его. Молодой воин открыл глаза и увидел поблизости отшельника, благоговейно молившегося перед грубо сработанным и привязанным лыком к дереву крестом. Вид благочестивого человека придал ему мужества. Приняв смиренную позу, он приблизился к достопочтенному монаху и стал позади него на колени.

Окончив молитву, отшельник благословил чужестранца. По бледному, искажённому ужасом лицу и по одежде он понял, что перед ним ещё не остывший от недавнего сражения ратник или оруженосец, и заговорил с ним.

Честный шваб чистосердечно, как на исповеди, рассказал о своих злоключениях, не утаив и о происшествии в деревне, так трагически закончившемся для его товарищей. Он и сейчас испытывал непреодолимый страх от мысли, что вооружённые вертелами ангелы смерти следуют за ним по пятам и вот-вот настигнут его.

Добродушный отшельник пожалел невинную швабскую душу и предложил ему приют и защиту. Правда, мрачные стены, открывшиеся при входе в пещеру, благодаря расстроенной фантазии напуганного беглеца, показались ему печным казематом: не только каменный свод, но и часовня, и кладовая, и погреб отшельника и даже лазурное небо приняли в его глазах очертания хлебной печи.

Холодный озноб пробежал по всему телу юноши, но приветливый старик ободрил его, – принёс воды обмыть ноги, положил перед ним хлеб и несколько плодов на ужин и подал кубок вина, освежившего сухой, прилипший к нёбу язык гостя, после чего приготовил ему постель из мягкого мха.

Фридберг крепко заснул и спал до тех пор, пока набожный Бенно не разбудил его к утренней молитве, а за завтраком он уже забыл все свои горести и беды и не знал, как отблагодарить доброго хозяина за дружеское участие и заботу.

Спустя три дня Фридберт решил, что пора собираться в дорогу. По правде говоря, ему не очень хотелось покидать это тихое и надёжное убежище, – так моряку, чьё судно стоит на якоре в защищённой от ветра бухте, не хочется в бурю выходить в открытое море, где ревёт ураган и вздымаются волны. Бенно, со своей стороны, нашёл в честном швабе столько прямодушия и скромности, чистосердечия и предупредительности, что желал бы оставить его у себя. Благодаря такому единомыслию, обе стороны скоро договорились.

Фридберт принял у старца пострижение, сменил солдатское платье на монашеское одеяние и остался в келье у своего благодетеля послушником. В его обязанности входило ухаживать за старым Бенно, заниматься кухней и садом, а также обслуживать приходивших к хижине отшельника паломников.

 Во время солнцестояния, когда лето прощается с весной и солнце вступает в созвездие Рака, Бенно всегда посылал верного слугу к озеру посмотреть, не покажутся ли там лебеди, понаблюдать полёт этих редких по красоте птиц и пересчитать их. Сведениями о них он, похоже, всегда очень дорожил. Прилёт лебедей приводил его в хорошее расположение духа. Но, если в обычное для них время они не прилетали, старик тряс головой и несколько дней оставался угрюмым и неразговорчивым. Простодушный шваб не видел в этом ничего особенного и не пытался доискиваться до причин странного любопытства мечтателя, полагая, что лебеди своим появлением в этих местах, скорее всего, предвещают урожайный год, а их отсутствие – неурожайный.

Однажды вечером, сидевший в засаде Фридберт увидел летящих над озером лебедей и, по обыкновению, сказал об этом отцу Бенно. Старик очень обрадовался, велел приготовить хороший ужин и принести вдоволь вина. Бокал с бодрящим напитком скоро оказал на весёлых трапезников живительное действие. Почтенный старец совсем оставил свою серьёзность, стал разговорчив и шутлив, болтал о виноградном соке и счастье любви и, если бы кто его услышал, то наверное подумал, что это Старец из Теоса [10] ожил и принял образ отшельника. Он даже затянул древнюю застольную песню, какую пели ещё с тех пор, как появилось вино и любовь: “Без любви и вина чем была б наша жизнь…”.

Протянув полный бокал вина духовному сыну, Бенно обратился к нему с задушевными словами:

– Сын мой, дай мне чистосердечный ответ на один вопрос, только без хитрости и обмана. Пусть ни одно лживое слово не соскользнёт с твоих уст, ибо, если ты солжёшь, твой язык почернеет, как на очаге горшок от сажи. Скажи мне честно и откровенно, любил ли ты когда-нибудь женщину, пробуждалось ли в твоём сердце это сладостное чувство, или оно ещё дремлет в твоей душе? Изведал ли ты нектар целомудренной любви, пил ли из роскошного кубка сладострастия? Или, быть может, питаешь тайное пламя любви маслом надежды, или загасил его холодным дуновением нерешительности? Или, может быть, тлеет ещё скрытая искра под пеплом ревности? Вздыхает ли о тебе девушка, которой нравятся твои глаза, и оплакивает ли она тебя сейчас как погибшего на войне, или со страстным нетерпением ждёт твоего возвращения на родину? Открой мне тайну твоего сердца, и я тебе открою свою.

– Почтенный отец,– отвечал бесхитростный шваб,– что касается моего сердца, то знайте, – оно никогда не носило оковы любви и до сих пор так же свободно, как вольная птица, не попавшая в силки птицелова. Я должен был носить копьё под знамёнами короля Альберта ещё до того, как пух на моём подбородке превратился в мужскую курчавую бороду и девушки начали обращать на меня внимание. Ведь вы хорошо знаете, – желторотые птенцы у них не в чести [11]. К тому же, в любви я очень робок. Если мне иногда и приходило в голову полюбезничать с хорошенькой девушкой, то никогда не хватало смелости остаться с ней наедине, и не было случая, чтобы какая-нибудь из них влюбилась в меня и, хотя бы взглядом, дала мне об этом знать. Я не припомню также, чтобы хоть одна женская слеза пролилась обо мне, если не считать слёз матери и сестёр, когда они провожали меня на войну.

Старику, кажется, было приятно это услышать.

– Ты уже три года добросовестно ухаживаешь за мной,– сказал он,– и за своё усердие заслужил справедливую награду. Я хотел бы, чтобы этой наградой была Любовь, и чтобы счастье было к тебе более благосклонно, чем ко мне. Знай, – не молитва, а любовь привела меня из дальних стран сюда, в уединённую келью. Услышь же о моих приключениях и о тайне озера, которое в эту лунную ночь раскинулось перед нами, словно серебристое море.

Я принадлежу к знатному роду Кибургов. В молодости я был смелым и мужественным рыцарем, жил в Гельвеции [12] и всё свободное время проводил в забавах и любовных увлечениях. Однажды я убил священника, который отбил у меня хорошенькую девушку, принудив её к измене. После этого мне пришлось отправиться в Рим просить у Святого Папы снять с меня этот тяжёлый грех. Папа, выслушав моё покаяние, наложил на меня строгую епитимью – совершить три крестовых похода в Святую землю и сразиться там с сарацинами, но поставил при этом условие: если я не вернусь домой, то всё моё имущество перейдёт Святой Церкви.

Я нанял одну из венецианских галер и в прекрасном настроении отправился в путь. В Ионическом море коварный африканский ветер подхватил наше судёнышко, и оно стало игрушкой разбушевавшихся волн.

Корабль вынесло в Эгейское море, и он разбился о подводный утёс вблизи острова Наксос. Плавать я не умел, но мой ангел-хранитель схватил меня за волосы, не давая погрузиться в воду, и так держал, пока я не добрался до берега.

Жители приютившейся на берегу деревушки радушно приняли меня, помогли освободиться от морской воды, которой я успел наглотаться, и окружили заботой и вниманием. Когда силы вновь вернулись ко мне, я направился в Квизу, в резиденцию князя Цено – потомка маркиза Сануто, которому швабский король Генрих пожаловал когда-то Цикладские острова, предоставив им статус герцогства, и выдал себя за итальянского рыцаря.

Здесь я впервые увидел Зою, супругу князя Цено, – изумительно красивую женщину, какую только можно было увидеть разве что на портретах греческой богини Любви кисти Апеллеса.

Она зажгла в моём сердце пламя, погасив все остальные помыслы и желания. Я совсем позабыл о клятве и думал только о том, как доказать молодой княгине мою любовь.

На всех турнирах я был первым, – изнеженные греки уступали мне в силе и ловкости. Тысячью мелких знаков внимания, так легко достигающих женского сердца, не упускал я случая подольститься к прелестной Зое.

Через своих лазутчиков тщательно следил, как она одевается к каждому празднику, и цвета её одежд всегда были цветами моего шарфа и ленты на шляпе.

Зоя любила пение, музыку, весёлые хороводы и сама танцевала восхитительно, как дочь Иродиады [13]. Я посвящал ей серенады, когда вечером она прогуливалась по террасе парка у моря и мелкие серебристые волны у берега, словно доверчивые души, дружелюбно шептались друг с другом у её ног.

Чтобы развлечь Зою, я приглашал танцоров из Морея, а у константинопольских торговок покупал самые последние новинки женских украшений и с помощью разных ухищрений доставлял их даме моего сердца, но так, чтобы она легко могла догадаться, кто уделяет ей столько внимания.

Если бы у тебя был хоть какой-нибудь опыт в любви, сын мой, то наверное ты бы знал, что такие на вид незначительные услуги не что иное, как условные знаки, которые кажутся несведущим пустяками, тогда как на самом деле они таят в себе определённый смысл. Так двое, пользуясь в присутствии третьего воровским жаргоном, могут и предать его и продать, если этот язык ему не знаком. Влюблённые же всегда понимают друг друга и не нуждаются в переводчиках.

Мои немые посредники громко напоминали обо мне, и я с восторгом стал иногда замечать, как прекрасные глаза княгини отыскивают меня в толпе придворных. Тогда я стал смелее в своих домогательствах.

Среди Зоиных служанок мне удалось найти одну, согласившуюся стать моей доверенной. Вскоре последовало взаимное объяснение, и мы условились о тайном свидании, которое, однако, никак не удавалось. Всякий раз какое-нибудь незначительное обстоятельство нарушало план, намеченный Любовью: или я не находил мою принцессу там, где она назначила свидание, или место, где должна была состояться встреча, оказывалось для меня недоступным. К тому же демон ревности удерживал прекрасную гречанку, не давая ей вырваться на волю, и я мог её видеть не иначе, как только на виду у всего двора.

Об эти трудности, словно о железную стену, разбивались все мои надежды и желания, но не страсть, что будто голодная волчица, становилась тем алчнее, чем меньше находила себе пищи.

Жгучее пламя любви пожирало мозг в моих костях, щёки мои побледнели, тело высохло, походка стала неуверенной. От слабости у меня подгибались колени, – так от сильного ветра гнётся камыш.

Мне недоставало верного друга, с кем бы я мог поделиться своим горем, и надеждами, пусть слабыми и обманчивыми, оживить мою истомлённую душу.

И вот, когда я, беспомощный и больной, лежал у себя дома и прощался с жизнью, князь прислал ко мне придворного врача Теофраста, поручив ему заботу о моём здоровье. Я протянул ему руку, полагая, что он первым делом захочет проверить мой пульс, но Теофраст покачал головой и, дружески улыбнувшись, сказал: “Не думаете ли вы, благородный рыцарь, что я, подобно многим невежественным врачам, буду растирать вас мазями и пичкать разными кашками? Ваше здоровье улетело на крыльях любви, и только любовь может вернуть его обратно”.


Меня очень удивило, что врач Теофраст так хорошо знает мою тайну и, словно жрец, даёт верные предсказания. Я рассказал ему всё, добавив с горечью: “Как я могу надеяться на выздоровление от любви, если она так коварно сковала меня своими путами. Мне остаётся только покориться судьбе и дать задушить себя обманчивой петле”.

“Вовсе нет,– возразил Теофраст,– любовь без надежды, конечно, горше смерти, но не давайте угаснуть вашей надежде. Под солнцем нет ничего нового в сравнении с тем, что уже было, и нет ничего, что не может повториться вновь. Тощий Титон [14] не смел и мечтать о богине Утренней зари, однако в её объятиях он так высох от любви, что в конце концов превратился в саранчу. На горе Ида пастушок [15], сзывая овец звуками свирели, сделанной из сухой былинки, не подозревал, что он как добычу любви похитит прекрасную спартанку у беззаботного царя Менелая. А рыцарь Анхис [16], – чем он лучше вас? Однако прекраснейшая богиня Неба предпочла его сильному богу Войны, и смертный воин одержал верх над бессмертным полководцем”.

Так, философствуя, развлекал меня врач Теофраст, изгоняя из моего сердца печаль, и в его словах я черпал силы и услады больше, чем в лекарствах.

Вскоре, после выздоровления, я опять затеял старую игру, и на этот раз счастье, казалось, сопутствовало мне. Теофраст стал моим закадычным другом и посредником в любви. Прекрасная Зоя усыпила-таки бдительность своего стража. Наконец-то мне удалось преодолеть железную стену прежних трудностей и найти давно желанный случай поговорить с ней наедине, в саду, в жасминовой беседке. Когда я увидел так близко предмет моих желаний, восторг охватил мою душу, переполнив её блаженством, недоступным простому смертному. В порыве любви, я бросился к ногам Зои и, схватив её белоснежную руку, в безмолвном благоговении припал к ней губами. Набравшись мужества, я приготовился признаться в своём чувстве… Но хитрый монарх следил за каждым моим шагом, давно вынашивая коварный план, как рассчитаться со мной, заманив в западню. Толпа его телохранителей выскочила из засады и вырвала меня из рук прекрасной Зои. Ужас охватил княгиню при звоне оружия, лишив её сил. Она побледнела и со стеснённым вздохом, без чувств опустилась на скамью.

Вблизи острова, на расстоянии броска камнем, на отвесной скале, окружённой со всех сторон морем, возвышается крепкая башня, куда можно попасть только по подъёмному мосту. Когда-то, в языческие времена, на месте этих руин стоял знаменитый храм, где чтили приносящего радость Бахуса и где всегда царило веселье. Но христианская любовь превратила этот храм в башню смерти, откуда то и дело доносились зубовный скрежет и голодный вой. Несчастные жертвы деспотизма находили здесь неминуемую гибель.
Меня заставили спуститься в мерзкое подземелье по бесконечной приставной лестнице, которую, едва я коснулся ногой пола, тотчас же убрали. Египетская тьма прочно обосновалась в этом глубоком мрачном погребе. Запах разлагающихся трупов затуманил моё сознание. Скоро я убедился, что нахожусь у порога царства мёртвых. Отыскивая место, где бы умереть, я натыкался то на скелет, то на полуистлевший труп. Полный отчаяния, я лёг на каменный пол и стал призывать Смерть, чтобы она избавила меня от мучений. Но на этот раз она подослала ко мне своего брата – Сон, заставивший меня на время позабыть мои страдания. Когда я снова открыл глаза, то с великим удивлением обнаружил, что яма освещена и, осмотревшись вокруг, заметил висевшую на верёвке, опущенной через отверстие в потолке камеры смерти, корзину и в ней горящую лампу. В корзине оказались всевозможная снедь, несколько фляжек с вином, а также сосуд с маслом, чтобы поддерживать огонь. Хотя лампа и высветила все ужасы страшной тюрьмы, всё же чувство голода победило моё отвращение. Быстро сдвинув несколько скелетов вместе, я устроил из них стол и сиденье и расположился обедать, как могильщик перед только что вырытой могилой.

Однажды, спустя несколько дней, – так по крайней мере мне показалось, ибо у времени в этой подземной клетке были свинцовые крылья, – я вдруг услышал над собой шум. Вслед за тем что-то скатилось по бесчисленным ступенькам лестницы, и в двух шагах от себя я увидел человека. В сумерках трудно было определить, товарищ ли по несчастью передо мной, или палач. Но моё недоумение сменилось радостью и удивлением, когда я наконец узнал моего друга. Да, да, то был он – доктор Теофраст! И его голос в этом погребе смерти был для меня словно звук трубы, призывающей мёртвых восстать из могил.

Друг Теофраст сердечно обнял меня и, торопливо объяснив цель своего визита, предложил, не теряя ни минуты, следовать за ним: ему не терпелось выбраться отсюда, так как удушливый трупный запах подземелья вызывал у него отвращение.

Наверное, я был первым пленником, вырвавшимся на свободу из этой пасти льва. Под покровительством моего доброго ангела я вернулся домой, где он открыл мне тайну моего чудесного освобождения.

“Благодарите судьбу и верную любовь, что помогла вам на сей раз избежать голодной смерти, – сказал Теофраст.– Но вы должны как можно скорее покинуть Цикладские острова, иначе выход от сюда может закрыться для вас навсегда. У ревнивого князя сто глаз, чтобы следить за вами, и сто рук, чтобы схватить вас. Цено – любящий муж и мстительный человек. В его жилах течёт кровь тигра, и только цепи любви сковывают его ярость. Поэтому он жестоко мстит всем влюблённым паладинам прекрасной Зои, но никогда ей самой. Ваш жребий мог стать жребием ваших предшественников, и вы сгнили бы в этой башне, если бы Зоя не питала к вам чувства, большего, чем ко всем остальным, ставшим жертвами страсти к ней. Она упрашивала князя испытать её огнём, чтобы доказать свою невиновность и ваше благородство, и смело требовала вашего освобождения. Но после того как он, не смотря на все её просьбы, пренебрежительно отказал ей, она ушла, огорчённая, и поклялась с этого часа не прикасаться к еде. Зоя жаждала умереть тою же смертью, что и вы, господин рыцарь. Однако всё это мало обеспокоило жестокосердного супруга, и он спокойно отправился на охоту. Воспользовавшись его отсутствием, Зоя подкупила сторожей и послала вам еду и напитки, в то время как сама, верная своей клятве, не прикасалась к еде. Через три дня князю передали, что розовые щёчки его супруги поблекли, и огонь жизни в её небесных глазах начал угасать. Тревожное известие сильно взволновало Цено. В порыве раскаяния, он бросился к ногам Зои, заклиная её не губить себя и свою красоту. Просьба сохранить вам жизнь была удовлетворена, но с условием, что вы немедленно покинете остров Наксос, как праотец Адам рай, и никогда больше не попытаетесь вернуться сюда. Князь поручил мне заботу о здоровье прекрасной Зои и о вашем освобождении. Итак, приготовьтесь к скорейшему отъезду. В гавани уже стоит корабль, который доставит вас в Геллеспонт”.

Когда Теофраст закончил свою речь, я обнял его и поблагодарил за дружеское участие, но на сердце у меня было тяжело: ведь я должен был покинуть остров Наксос, а красота прелестной Зои так очаровала меня, что мне казалось легче расстаться с жизнью, чем с ней.

“Мой друг, – сказал я, – ваши последние слова для меня равносильны смерти. Разве вы сами не говорили, что любовь без надежды горше смерти. Лучше бы вы оставили меня навсегда томиться в голодной тюрьме, тогда бы я расквитался с этой несчастной жизнью, которую не мыслю в разлуке с любимой. Дайте мне умереть честно, по-рыцарски. Скажите князю прямо, не таясь, что я избрал Зою дамой сердца и готов подтвердить это в поединке не на жизнь, а на смерть. Я знаю, что никогда не смогу получить её как награду, поэтому готов биться за неё со всем его рыцарством, пока не погибну в бою”.

Друг Теофраст покачал почтенной головой и улыбнулся, как врач улыбается больному, который бредит в лихорадке.

“Ваше намерение безумно,– возразил он.– Храбрый рыцарь должен биться не для того, чтобы умереть, а чтобы победить и завоевать славу и почёт. Кроме того, мне кажется ваш враг, князь Цено, движимый не законами рыцарства, а ревностью, в ответ на ваше предложение, не теряя времени, отправит вас обратно в преддверие Оркуса [17]. Но, видимо, любовь сильнее смерти. Раз уж ваша страсть победила рассудок и ничто не может заставить вас забыть прекрасную Зою, то я волью в вашу душу каплю освежающей росы. Она, может, и не исцелит вас, но во всяком случае оживит ваши надежды.

Я открою вам тайну, известную только немногим мудрецам мира. Никакая награда не вырвала бы её у меня, и только дружба и сострадание к вам побуждают меня нарушить печать молчания. Обожаемая вами Зоя принадлежит к числу тех немногих красавиц, которые происходят от фей и только наполовину от смертных. Старые народные легенды о богах, обитавших когда-то в Греции, не плод воображения и не фантазия, хотя поэты и разбавили их всевозможными баснями и небылицами. Отличить в них правду от вымысла не легче, чем обнаружить чистое серебро в его сплаве с сурьмой, хотя глаз настоящего знатока всегда разглядит серебро в шлаке.

Боги относятся к семейству эфирных духов, обитающих в верхних слоях атмосферы, на Олимпе. Они – ближайшее к людям звено в цепи мироздания. Когда-то боги жили в согласии и видимом общении с людьми, соединяясь браком с детьми Адама, и их потомство до сего времени встречается в этом мире. Хитрый Лебедь, обратившийся впоследствии в Громовержца, был как раз одним из таких духов. Он обольстил беззаботно купающуюся Леду и наградил своё женское потомство чудесным даром принимать, по желанию, образ их предка – лебедя.

В трёх частях света [18] из глубины недр нашей матери-земли вытекают три источника, которые служат сильфидам [19] местом наслаждения прохладой и одновременно наделяют прелестных обитательниц верхних слоёв атмосферы, называемых теперь феями, а в древние времена – небесными богинями, способностью сохранять девичью красоту. Действие любого из этих источников обнаруживается только на красавицах из рода духов, или фей, если они один раз в году, в день летнего солнцестояния, искупаются в нём. Все три источника находятся в далёких странах, а крыльями для полёта наделены только потомки Лебедя и матери Леды, поэтому немногие могут воспользоваться своим наследственным правом. Большинство красавиц разделяют общий жребий дочерей Адама, увядая, подобно смертным.

Может быть, мои слова окажутся неожиданными для вас, благородный рыцарь, но генеалогия прекрасной Зои, и это совершенно достоверно, ведётся от Леды, вернейшим доказательством чему служит то, что раз в году она становится лебедем, или, как она любит говорить, одевает лебединое платье. Ведь дочери Леды появляются на свет божий не голыми, как все другие дети: их нежные тела покрыты воздушной, сотканной из лучей эфира оболочкой – одеждой, которая, по мере их роста, растягивается. Эта одежда обладает не только свойством чистого газа преодолевать земное притяжение и легко подниматься до облаков, но ещё и придаёт своим владелицам лебединый образ на то время, пока они облачены в неё.

Ежегодное путешествие к источнику красоты длится девять дней и, если ничто не препятствует ему, оканчивается исполнением сокровенного желания женщин, недосягаемого для большинства из них, – беспрестанно наслаждаться собственной молодостью и красотой.

Если вас не затруднит дальний путь к одному из чудесных источников и вы надумаете временно поселиться там, чтобы объясниться в любви к прекрасной Зое, ибо в Наксосе вам это вряд ли удастся сделать, то я могу рассказать, как его найти.

Первый из этих источников находится в глубине Африки, в Абиссинии, – там, где берёт своё начало велик Нил. Второй вытекает из бездонного озера у подножия горы Арарат, в Азии, и теряется в виноградниках. А третий находится в Европе, в Германии, у западного подножия Судетских гор. Здесь, в прелестной долине, названной местными жителями Лебединым полем, он образует озеро. Именно это озеро, расположенное к ней ближе, чем другие источники, и посещает чаще всего Зоя.

Дочерей матери Леды легко можно узнать по короне из перьев, которой нет у обыкновенных лебедей.

В ранний, утренний час, прежде чем лучи восходящего солнца коснутся поверхности воды, или вечером, когда оно только зайдёт и его угасающий свет будет ещё озарять розовым светом западный горизонт, спрячьтесь и внимательно смотрите, не летят ли лебеди. Как только они, покружив над озером, опустятся на воду или в камыши, знайте – скоро в озере вместо лебедей будут весело плескаться купающиеся нимфы. Среди них вы, если счастье будет к вам благосклонно, легко различите вашу любимую. Не мешкая, постарайтесь овладеть её покрывалом и короной, которые найдёте на берегу, недалеко от места купания. В случае успеха, Зоя окажется в вашей власти, так как не сможет улететь без крылатого одеяния. Что делать дальше, вам подскажет любовь”.

Друг Теофраст умолк, а я, чрезвычайно удивлённый его рассказом, не знал, верить ему, или сердиться, за то что он взялся меня дразнить своими выдумками и небылицами. Но Теофраст поклялся, что всё сказанное им – чистая правда, а его открытое, честное лицо было убедительнее любых слов.

“Хорошо, друг,– помолчав немного, с полным доверием к его словам обратился я к нему,– проводите меня скорее на корабль, я должен сам убедиться во всём, что вы мне сейчас рассказали. Как вечный жид, я буду странствовать по свету, пока не найду источник, возле которого, быть может, дождусь осуществления моей мечты”.

В Геллеспонте я пересел на другой корабль и благополучно добраклся до Константинополя. Там переоделся в платье пилигрима и, присоединившись к обществу братьев, возвращавшихся домой после паломничества в Святую землю, добрался до Судетских гор, где долго блуждал, пока не нашёл заветное Лебединое озеро.

Здесь, недалеко от этого озера, под лицемерным прикрытием молитвы я построил эту уединённую келью, которую скоро стали посещать набожные души. Они принимали меня за святого и требовали небесного утешения, в то время как сам я испытывал только земные чувства, и все мои помыслы и желания неистово стремились к любимой. На берегу озера я соорудил камышовый шалаш, где, укрывшись, мог наблюдать прилёт лебедей. Во время летнего солнцестояния я видел, как к озеру слетались лебеди: иногда их было много, а иногда мало. Некоторые из них сохраняли лебединый образ, другие, едва коснувшись воды, превращались в прелестных девушек, но моей любимой среди них не было.

Напрасно провёл я три лета в нетерпеливом ожидании, – надежда обманывала меня. Наступило четвёртое. Я продолжал усердно высматривать из засады и вдруг однажды, на рассвете, услышал над головой шум крыльев. Вслед за тем озеро наполнилось весёлым гомоном беззаботно купающихся нимф, не подозревавших, что за ними наблюдают. Мне показалось, я вижу среди них прекрасную Зою. Сердце так сильно забилось в моей груди, и такой восторг охватил меня, что я совсем забыл добрые наставления приятеля Теофраста и, вместо того чтобы овладеть крылатым покрывалом, в порыве безумной радости громко закричал:

“Зоя из Наксоса, жизнь моей души! Узнаёте ли вы итальянского рыцаря, – вашего верного паладина, кому любовь выдала вашу тайну и побудила ожидать вас здесь, у этого источника красоты?”

Неописуемый страх овладел застигнутыми врасплох стыдливыми купальщицами. Они подняли громкий крик и, зачёрпывая ладонями воду из озера, стали обдавать меня дождём брызг, чтобы ослепить мои дерзкие глаза. Вспомнив о судьбе Актеона [20], я робко отступил, а они тем временем проскользнули в камыши и скрылись там. Скоро семь лебедей взметнулись высоко в воздух и исчезли вдали.

Когда я понял, какую допустил оплошность, то как безумный стал рвать на себе волосы и одежду. Я долго метался в отчаянии, пока моя ярость не остыла и не потерялась в безысходной тоске; потом, удручённый горем, тихо побрёл назад в свою келью, выбрав путь через поляну, против камышовой хижины, откуда вылетели лебеди. Там я обнаружил примятую траву, с которой была стёрта утренняя роса, и следы на песке, оставленные, как мне показалось, ножками милой Зои. Тут же лежал маленький свёрток. Я поспешно схватил его и развернул. В нём оказалась женская перчатка тончайшего белого шёлка, которая могла быть в пору только нежной ручке Зои. Из неё выпало кольцо, украшенное сверкающим рубиновым сердечком. Этому, по всей вероятности не случайно оставленному подарку, я придал благоприятный для себя смысл. Зоя, как видно, давала понять, что любит меня и поэтому поручает мне своё сердце, и, хотя сейчас, ради сохранения благопристойности, ей нельзя отставать от подруг, при первом же удобном случае она вернётся к Лебединому озеру одна.

Успокоенный этими мыслями, я терпеливо ждал желанного прилёта лебедей год, два и ещё несколько лет, но из-за моего необдуманного поступка они скорее всего избрали другой источник. Впоследствии некоторые из них снова возвращались на это озеро и вновь оживляли мои надежды. По-прежнему я продолжал усердно нести свою вахту, и иногда мне удавалось увидеть восхитительных нимф, однако они не производили на меня никакого впечатления. Мои глаза искали одну только прекрасную Зою.

Я никогда больше не видел её, но память о нежной любви к ней храню как святыню в сердце, а кольцо как реликвию – в шкатулке. На том месте, где лежал оставленный свёрток, я посадил розовый куст и любисток, а вокруг – синеголовники и незабудки.

Время, проведенное в обманчивых надеждах на возвращение любимой, согнуло мою спину и провело глубокие складки на лбу, но до сих пор меня волнует прилёт лебедей на это озеро. Они напоминают мне увлечение молодости и лучшие мечты моей жизни. И теперь, стоя у края своего земного существования и впервые бросая серьёзный взгляд в прошлое, я, хоть и ощущаю некоторое чувство сожаления о том, что растратил жизнь так беспечно, без пользы и наслаждения, как богатый кутила своё наследство, что всё промелькнуло, как сновидение в долгую зимнюю ночь, всё же утешаю себя тем, что это обычный жребий смертных, – при жизни наслаждаться мечтами и причудливой фантазии жертвовать лучшую её часть. Вся мечтательность и вся поэтичность, будь они земные, или устремлённые к Небу, – вздор и безумие, и набожный чудак стоит не более влюблённого. Все люди, замкнувшиеся в себе, независимо от того, заперлись ли они в кельях и скитах, или бродят по полям и лесам, то любуясь на луну, то меланхолически ощипывая лепестки цветов или срывая былинки и бросая их в протекающий мимо ручей, или, как мученики страсти, слагающие свои элегии скалам, ручейкам или приветливой луне, – пустые мечтатели, ибо жизнь созерцателя, кто бы он ни был, если он не ходит за плугом или не знаком с серпом и лопатой, не более чем жалкое прозябание.

То, что я привил молодые фруктовые деревья и развёл виноград и сахарные дыни, чтобы услаждать ими истомлённых странников, право, более полезное дело, чем посты, молитвы и покаяния, прославившие моё благочестие, и достойнее, чем любовный роман всей моей жизни.

Поэтому, – продолжал Бенно, обращаясь к внимательному слушателю, любимцу Фридберту, – я не хочу, чтобы ты, здоровый юноша, промечтал всю свою жизнь в этой глуши. Последние дни, ещё оставшиеся мне в этом мире, ты можешь терпеливо провести вместе со мной, но когда окажешь мне последнюю услугу и положишь мои останки в могилу, давно уже вырытую мной под той песчаной горой, возвращайся в мир и в поте лица зарабатывай на хлеб для любящей супруги и расцветающего рода твоих сыновей и дочерей. Похищение сабинянок когда-то принесло римлянам счастье, и ты можешь попытаться здесь, на этом озере, найти возлюбленную, если только твоя любовь укротит её, и она пожелает связать с тобой свою жизнь. Но если пламя любви уже опалило её сердце, и она не сможет полюбить тебя, то дай бабочке улететь, чтобы сатана не мучил тебя безрадостным браком”.

Утро забрезжило на востоке, когда разговорившийся старец закончил свою чудесную историю таким полезным советом и растянулся на ложе, устланном сухим мхом. Ему давно уже необходим был покой. А Фридберт совсем позабыл про сон. В его голове, обгоняя друг друга, проносились мысли ,– пёстрые и фантастичные. Он уселся у входа в келью и устремил взор навстречу восходящему солнцу. Высоко в небе сновали хлопотливые ласточки, и в каждой из них ему виделась прекрасная девушка-лебедь.

Спустя несколько месяцев успокоился навеки отец Бенно. Он был предан земле его питомцем под громкие стенания всех богомольцев Рудных гор, оплакивавших своего заступника перед Небесным судом.

Могила погребенного дала впоследствии его наследнику хороший доход. Наивная простота верующих требовала реликвий из наследства святого человека, и Фридберт, пожелавший обзавестись звонкой монетой, не преминул этим воспользоваться. Он разорвал старое одеяние отшельника на мелкие кусочки и за небольшую плату стал раздавать их всем, кто посещал святой рынок возле могилы.

Когда Фридберт увидел, как хорошо идёт торговля, в нём пробудился дух наживы, и он не менее прибыльно стал сбывать и другие предметы, оставшиеся после отца Бенно. Наконец, в ход пошла и боярышниковая палка. Расщепив её на тонкие лучинки, Фридберт стал продавать их как зубочистки, избавляющие от зубной боли, а так как в материале для них недостатка не было, то он мог без труда снабдить чудотворными зубочистками всё достойное христианство, – были бы только покупатели. Со временем приток паломников к келье уменьшился, и она вновь стала настоящим жилищем отшельника, где можно было безмятежно предаваться романтическим мечтам.

Шло время. Фридберт с удовольствием замечал, как день всё дальше отодвигает ночь, и солнце близится к зениту. Когда наступило солнцестояние, он аккуратно и в утренние, и в вечерние часы стал посещать озеро и устраиваться в засаде, в камышовом шалаше. И вот однажды, в канун Святого Албания, он увидел так страстно ожидаемых гостей.

Три лебедя показались на юге. В величественном полёте они трижды прокружили над озером, словно высматривая, нет ли опасности, и медленно опустились в прибрежные камыши, откуда вскоре вышли, обнявшись как богини три миловидные девушки, составившие прелестнейшую группу, какую когда-либо видел человеческий глаз. Они резвились и плескались, качаясь на прозрачных волнах, потом запели мелодичными голосами какую-то весёлую песню.

Фридберт стоял, недвижим, как мраморная статуя, онемев от восторга и изумления. Было мгновение, когда, улучив благоприятный момент, он чуть было не схватил добычу, чтобы безвозвратно её потерять. К счастью, у него нашлись силы, вовремя вырвавшие его из состояния магического экстаза. Фридберт оставил наконец свой пост и незаметно пробрался сквозь заросли кустарника к месту на берегу, где лебеди оставили свои эфирные одежды. На траве лежали три женских покрывала из незнакомой ткани, которая, казалось, была тоньше паутины и белее свежевыпавшего снега. Верхний край каждого из них был продёрнут в маленькую корону и уложен над ней крупными складками, напоминая плюмаж. Рядом лежало бельё из более плотной ткани, быть может, персидского шёлка цвета морской воды.

Жадной рукой схватил дерзкий похититель первое попавшееся покрывало и радостный, полный нетерпеливого ожидания поспешил с добычей к себе в келью.

Положив добытое сокровище в железный ларь, он уселся на дерновую скамью против входа в грот, чтобы, как римский авгур [21], наблюдая за птицами, по их полёту узнать свою судьбу. Вечерняя звезда только что зажглась, когда Фридберт увидел, как два лебедя, будто напуганные хищным зверем, выпорхнули из камышей и быстро полетели прочь. Сердце шваба усиленно забилось, и радость, готовая вырваться наружу, охватила его, трепеща в каждой жилке. Любопытство побуждало Фридберта идти к озеру, благоразумие – удерживало в келье. После долгой борьбы практические соображения, такие редкие в любви, наконец взяли верх. Хитрый парень подумал, что будет лучше, если он не признается в похищении. Во всяком случае, в его положении выгоднее было оказаться лицемером, чем вором.

Фридберт зажёг лампу, свет которой, как он справедливо полагал, должен был привлечь прелестную ночную пташку, и, взяв в руки четки, принял позу молящегося. Перебирая пальцами бусы, он в то же время чутко прислушивался, нет ли кого за дверью.

Хитрость удалась. Скоро он услышал слабый шум, похожий на шелест робких шагов по песку, будто кто-то боялся обнаружить себя. Лукавый отшельник, почувствовав, что за ним наблюдают, с удвоенным усердием продолжил своё занятие. Наконец, окончив молитву, он поднялся со скамьи и огляделся вокруг. В дверях стояла она – прекрасная пленница, с выражением такой глубокой, чисто женской скорби, что чувствительное сердце Фридберта сразу растаяло, как воск от пламени свечи. Девушка была несказанно прекрасна в своём горе. Она открыла очаровательный ротик и произнесла несколько робких умоляющих слов.

Молодой отшельник услышал мелодичный, ласкающий слух голос, но не понял ни одного слова, – гостья говорила на незнакомом языке. Конечно, он мог легко догадаться, о чём она хотела сказать. Как видно, девушка робко просила вернуть ей похищенное покрывало, но плут притворялся будто ничего не понимает и только знаками и мимикой старался ей втолковать, что в этом святом убежище она может не бояться за свою добродетель. Он указал гостье на отгороженный угол кельи, где было приготовлено чистое мягкое ложе, принёс самые лучшие фрукты и сладости, – словом делал всё, как подсказывала ему его природная хитрость, чтобы завоевать доверие несчастной девушки. Но обворожительная красавица, похоже, не обращала на всё это никакого внимания. Она села в углу и принялась громко плакать. Её беспрерывные рыдания растрогали благочестивого Фридберта, и он тоже не мог удержаться от слёз, так хорошо помогавших ему разыгрывать задуманную роль.

В поведении отшельника было столько сердечности и дружеского участия, что прекрасная чужестранка понемногу успокоилась, поверив в его непричастность к пропаже покрывала, и в душе осуждала себя за свои глупые подозрения. Ей хотелось только как-то объяснить гостеприимному хозяину кельи, какое несчастье постигло её на берегу Лебединого озера, ибо он, как видно, ни о чём не догадывался.

Первая ночь в жилище отшельника прошла в глубокой печали. Но утренняя заря с давних пор обладает даром своими розовыми пальцами вытирать ночные слёзы страдалиц.

С восходом солнца Фридберт исполнил обычные молитвы, и это очень понравилось прелестной гостье. Она позволила уговорить себя отведать кое-что из принесённого на завтрак, после чего оба вышли из кельи и пошли по берегу озера ещё раз поискать покрывало, которое, быть может, унёс шаловливый зефир, если только его лёгкая ткань не зацепилась за какой-нибудь куст.

Услужливый Фридберт с величайшим усердием принимал участие в поисках, хотя хорошо знал, что они бесполезны.

Неудача снова нахмурила лоб нежной девушки, но в её жилах текла лёгкая эфирная кровь, и печаль, словно ночная тень на зыбучем песке, неглубоко проникла в девичье сердце. Мало-помалу она примирилась с судьбой, и её грустные глаза прояснились, как облака в лучах заходящего солнца. Девушка привыкла к Фридберту, с которым, волею судьбы, ей приходилось делить одиночество, и её взгляд иногда с удовольствием задерживался на его цветущем лице.

Коварный отшельник с тайной радостью подметил это и тысячью мелких услуг старался ещё более обратить благоприятные для него признаки в свою пользу. Любовь утончила его чувства и наделила способностью проникать в женское сердце, а простой, неглубокий швабский ум, казалось, приобрёл несвойственную ему ранее гибкость.

Только изобретательная любовь могла дать этой паре отшельников такой лаконичный, и в то же время очень выразительный, язык, что они, так же как Инкле и Ярико [22], прекрасно понимали друг друга.

Долгое время Фридберт таил желание узнать, на языке какого народа говорит прекрасная незнакомка, и какому роду она принадлежит, чтобы судить, равны ли они по положению, как равна их любовь. Невежественный простак, он, конечно, не мог знать, что маленький ротик прелестной девушки произносит греческие слова, ибо ни один диалект, кроме швабского, не был ему знаком. Всё же с помощью придуманного им условного языка отшельник узнал, что в его сети попала греческая красавица. Впрочем, во времена Фридберта греческий идеал женщины, с присущими ей классическими пропорциями тела, когда голова составляет не более восьмой его части, и характерным профилем, на котором линия носа является продолжением линии лба, ещё не овладел немецкими юношами. Глаза, а не пропорции, чувство, а не школьная арифметика были единственными судьями красоты, приговор которых оставался незыблемым, и никого не заботило, греческая она или не греческая.

Итак, Фридберт убедился, что Каллиста красива, прежде чем узнал, что она гречанка. Но особенно его заинтересовало неожиданное открытие. Как оказалось, девушка принадлежала княжескому роду: она была младшей дочерью князя Цено, с острова Наксос, и прекрасной Зои

– Друг отшельник,– обратилась как-то к нему Каллиста,– ты наверное знаешь тайну этого озера. Почему-то мать всегда предостерегала нас от посещения северного купания. Может быть, с ней произошло то же, что и со мной, и, как и я, она потеряла здесь своё покрывало? Мать всякий раз посылала нас на нильские купания и никогда не летала вместе с нами, потому что отец из ревности держал её взаперти до самой своей смерти. Перестав посещать источник фей, она постепенно увяла и постарела; красота её отцвела, а для нашего рода вместе с красотой и молодостью исчезают и все радости жизни. Теперь мать вдовствует в печальном одиночестве, а мы живём под её присмотром вдали от замка нашего дяди, к которому после отца перешла власть над Цикладскими островами.

Мать никогда не расстаётся с нами и лишь раз в году, на короткое время отпускает одних к источнику фей. Однажды мои старшие сёстры, забыв предостережения матери, рискнули отправиться на северные купания, полагая, что там лучи солнца мягче и воздух прохладнее, чем в египетской пустыне.

В тот наш полёт, который мы тщательно от всех скрыли, с нами ничего дурного не случилось, поэтому мы повторили его ещё несколько раз, пока я не стала несчастной жертвой легкомыслия сестёр.

Ах, где скрылся этот коварный колдун, подкарауливший нас во время купания и, из злорадства, похитивший моё покрывало? Заворожи его, бессовестного похитителя, святой отшельник! Пусть он упадёт с небес к моим ногам, если он обитает в верхних сферах, или поднимется сюда из бездны в ужасный полуночный час, если он боится света, и вернёт мне моё лебединое покрывало, которое все равно не принесёт ему никакой пользы.

Фридберт очень обрадовался заблуждению Каллисты, приписывающей похищение волшебнику, и не стал разубеждать её. Он сочинил ей сказку о заколдованном принце, который будто бы бродит вокруг Лебединого поля и иногда находит удовольствие подразнить крылатых гостей. При этом Фридберт дал понять, что не обладает даром заклинателя духов, но слышал, будто много лет назад одна девушка-лебедь тоже потеряла здесь своё покрывало, зато нашла верного, любимого друга и легко смирилась с потерей крыльев, тем более, что вблизи чудесного источника молодости и красоты они ей были совсем не нужны.

Прелестная Каллиста нашла большое утешение в этой истории, но только ей не очень хотелось навсегда оставаться в этой глуши, несмотря на многие удобства, предоставленные здесь природой. Это означало, кстати, что сестра Любви, – Чувствительность, – ещё не коснулась её сердца, ибо уединённая долина или пустынный необитаемый остров – настоящий элизиум для чувствительных душ.

Как только услужливый отшельник услышал, что тревожит его подругу, так тотчас же выразил готовность вместе с ней покинуть эту пустыню, однако при этом заметил, что не было бы большей для него награды за возвращение в шумный мир, чем наслаждение семейным счастьем в объятиях добродетельной супруги. И он так нежно взглянул на Каллисту, что не понять, к кому относились эти слова, она не могла. Девушка покраснела и опустила глаза, воодушевив тем самым надежды Фридберта. Поэтому он быстро собрался и, снова одевшись как воин, отправился вместе с прекрасной спутницей к себе на родину.

В Швабии, среди суровых горных пастбищ, расположился городок Эглинг, принадлежавший господам Графеннег. Там, во вдовстве, жила мать Фридберта, бережно храня память о покойном муже и проклиная мейсенцев, убивших, как она думала, её любимого мальчика. Женщина с состраданием протягивала грош каждому увечному воину, возвращавшемуся домой после мейсенского похода и просившему у неё милостыню, и всякий раз допытывалась, не знает ли он что-нибудь о её сыне. И если находился болтливый калека, который придумывал ей басни о смелом юноше, храбро бившемся с врагами, о его геройской гибели и о том, сколько поклонов он посылал матери, прежде чем его душа рассталась с телом, она наливала лгуну кружку вина, и слёзы из её материнских глаз лились при этом так, что хоть выжимай передник.

Четыре года мать оплакивала сына, и суровая осень пятого уже осыпала разноцветную листву с деревьев, когда тихий укромный городок вдруг охватило радостное волнение. Верховой гонец привёз известие, что храбрый Фридберт не погиб в битве с мейсенцами и находится сейчас на пути домой, в родной город. Одет он как знатный рыцарь, едет из дальних восточных стран, где у него было много приключений, и везёт с собой на родину невесту изумительной красоты и, к тому же, очень богатую – дочь египетского султана.


Как известно, молва всё преувеличивает. Правда была в том, что Фридберт, разбогатевший благодаря наследству отца Бенно и фабрике зубочисток, по пути в Швабию всё более и более увеличивал свой обоз. Он купил лошадей, покрытых великолепными попонами, роскошно одел прекрасную Каллисту и оделся сам, нанял слуг и служанок и, как посол Арагонии, гордо ехал впереди, сопровождаемый многочисленной свитой.


Когда эглинжцы увидели приближающихся всадников, ехавших рысью по аугсбургской дороге, они с ликованием и радостными криками высыпали на улицу. Сёстры и зятья Фридберта, а также благонравные горожане, возглавляемые почётным магистратом, вышли ему навстречу, неся городское знамя. Предварительно было отдано распоряжение, чтобы при въезде в город их земляка на крепостных башнях били в барабаны и играли на дудках, как если бы он восстал из мёртвых.

С радостными причитаниями, обливаясь слезами, обняла счастливая мать сына и будущую невестку. Каллиста привела её в неописуемый восторг. Добрая женщина не могла налюбоваться на прелестное личико девушки и, словно лавину, обрушила на неё поток ласк и добродушной болтовни. По случаю чудесного возвращения Фридберта, вдова устроила званый обед, пригласив на него всех друзей и соседских кумушек, и раздала нищим последние запасы мелочи.

Слух о прекрасной гречанке разнёсся по всему городу и его окрестностям. Рыцари, дворяне и просто ценители женской красоты не давали покоя счастливому Фридберту, набиваясь к нему в товарищи и клянясь в вечной дружбе. Но Фридберт был очень ревнив и вспыльчив. Он спрятал прекрасную Каллисту от глаз всего света, поручив бдительной матери охранять её во время своего отсутствия на службе у графа Графеннега. В то же время ему хотелось как можно скорее вступить в права законного супруга.

Прекрасная гречанка, не видя никакой возможности вернуться на родину, решила пренебречь разницей в положении и согласилась выйти за него замуж, тем более, что молодой цветущий мужчина, каким выглядел Фридберт, мало чем напоминал прежнего невзрачного отшельника.

Фридберт подарил невесте превосходное подвенечное платье. Был назначен день свадьбы, зарезаны откормленный телёнок и каплуны и замешано тесто для пирогов.
Накануне свадьбы, по местному обычаю, жених поехал приглашать гостей. В его отсутствие прекрасная Каллиста занялась свадебными нарядами. Ей захотелось примерить новое платье. Со свойственной прекрасному полу придирчивостью и склонностью находить недостатки даже в совершенном произведении, она скоро заметила в нём какой-то изъян и для его устранения пожелала предварительно посоветоваться со свекровью.

Словоохотливая женщина, увидев нарядную девушку, немедленно привела в движение свой язык, без устали превознося её красоту, а заодно и вкус сына, присмотревшего себе такую невесту. Она начала было восхищаться искусством портного, но, как только услышала, что девушке не очень нравится покрой платья, тут же принялась его ругать, чтобы не обнаружить своё невежество в тонкостях моды.

Каллиста была особенно недовольна неудачной формой свадебного покрывала, похожего, как ей казалось, на аугсбургский дождевик.

– Ах,– вздохнула она, – если бы мой свадебный наряд украшало греческое покрывало, увенчанное золотой короной, которое парит в воздухе и играет с зефиром, будто лёгкое снежное облако, то все бы девушки города завидовали мне и всюду превозносили любимую Фридберта как самую прекрасную из невест. Ах, оно пропало, это украшение греческой девушки, придающее ей волшебную прелесть и восхищающее взор юношей!

Крупные слёзы покатились по её розовым щекам на белую лебединую грудь.

Это совсем расстроило добрую женщину, особенно потому, что слёзы невесты перед свадьбой она считала таким же дурным предзнаменованием, как плач ребёнка в утробе матери. От огорчения она уже не могла удержать в себе тайну, которая и без того давно уже висела у неё на языке. Простодушный Фридберт имел глупость рассказать болтливой матери о похищении покрывала, не открыв, однако, его свойства, и отдал его ей на сохранение как залог любви к прекрасной Каллисте, приказав при этом хранить молчание. Матрона обрадовалась, что теперь представился такой хороший случай выболтать тайну, камнем лежащую у неё на сердце.

– Не плачь, моя милая, – сказала она, – пусть печаль не туманит твои ясные глазки и не заливает слезами радость предстоящей свадьбы. А о покрывале не беспокойся, – оно у меня надёжно спрятано. Если тебе так хочется его одеть, я сейчас же схожу за ним в кладовую, только обещай, что не скажешь никому ни слова и не выдашь меня. Я и сама хочу посмотреть, будет ли оно тебе к лицу и подойдёт ли к твоему свадебному наряду.

Удивлённая Каллиста стояла неподвижно, как статуя. Кровь застыла в её жилах. Радость сделанного открытия и досада на лицемерного Фридберта лишили её способности двигаться, но, едва она услышала шлёпанье туфель матроны, как тотчас же собралась с духом и радостно приняла покрывало из её рук. В следующее мгновение Каллиста прикрепила на голове золотую корону и, расправив на плечах складки эфирной одежды, превратилась в лебедя. Взмахнув крыльями, Каллиста-лебедь вылетела в распахнутое настежь окно.


Теперь настал черёд старухи, на глазах которой произошло такое чудесное превращение, окаменеть от изумления. Она перекрестилась широким крестом и испустила громкий вопль, поручая себя Святой деве Марии. О духовном мире мать Фридберта имела самое смутное представление и потому решила, что прекрасная Каллиста или призрак, или ведьма, а дорогой Фридберт сразу превратился в её глазах в отвратительное чудовище и заклинателя бесов, что её очень огорчило: уж лучше бы он, как добрый христианин, был убит мейсенцами, чем опутан сетями сатаны.

Не подозревая о случившемся в его отсутствие печальном происшествии, радостный и весёлый Фридберт вернулся под вечер домой и, звеня шпорами, взбежал по лестнице в комнату невесты, чтобы обнять любимую, но, едва он открыл дверь, как на него обрушился град материнских заклинаний. Призвав на помощь всё своё красноречие, разгневанная женщина осыпала его бесконечными упрёками и проклятиями. Поняв наконец из её сбивчивых слов что произошло, он, как безумный, в порыве отчаяния пытался убить себя и мать, но старуха подняла такой истошный крик, что сбежался весь дом, и испуганные слуги вовремя обезоружили Неистового Роланда.


Когда у обоих прошёл первый припадок гнева и наступило просветление разума, Фридберт понял, что ему будет не так-то просто очистить себя от подозрений, будто бы он заклинатель духов, общается с нечистой силой и хотел ввести в дом Биондетту [23], а правоверную мать сделать свекровью ведьмы. Он рассказал всё о своём приключении у Лебединого озера, о прекрасной Каллисте и о её чудесном крылатом покрывале. Но что может заставить женщину отступиться от того, что она успела вбить себе в голову? Одним словом, мать осталась при своём мнении и только из материнской любви не затеяла против сына судебного процесса.

Между тем эта странная история дала повод к различным догадкам, и Фридберту не доставало лишь чёрной собаки, чтобы, как доктор Фауст или Корнелий Агриппа [24], прослыть великим магом.

Жених без невесты находился в удручённом состоянии. Его душа разрывалась от горя при мысли о потере прекрасной Каллисты. Он испытывал такое мучительное состояние, словно по счастливом завершении кругосветного путешествия, достигнув гавани, его корабль неожиданно потерпел крушение у самого входа в неё. Потерять любимую накануне свадьбы, – разве это не то же самое? Если бы Каллиста стала добычей смерти, или её похитил разбойник, или жестокосердный отец заточил её в монастырь, то тогда ещё можно было бы последовать за ней в могилу, пуститься вдогонку за похитителем, либо проникнуть за ограду монастыря. Но ведь она вылетела в окно… Кто же теперь мог последовать за ней? Разве что парижский воздухоплаватель [25]. Однако благородное искусство передвижения по эфирным полям не было доступно смертным во времена Фридберта. Оно досталось более позднему и более счастливому поколению, и как бы близорукие и завистливые всезнайки из английского общества не судили презрительно и ложно о чудесном детище воздухоплавания в стране-соседке, ясно как день, – один воздушный пограничный корабль, низвергающий смолу и серу, защитит британские берега от пагубной контрабанды несравненно надёжнее, чем неповоротливые сторожевые суда и все бумажные решения склочной палаты общин.

Итак, чтобы отыскать потерянную невесту, Фридберту не оставалось ничего иного, как только уподобиться известной лягушке-путешественнице. Невыносимая тоска по любимой ещё дальше отодвигала Цикладские острова от Швабии, и путь туда ему казался не ближе, чем расстояние до Луны.

– Ах,– вздыхал он, полный отчаяния,– как медлительному моллюску угнаться за легкокрылой бабочкой, которая беззаботно порхает от цветка к цветку и никогда не задерживается на одном месте? Кто может поручиться, что Каллиста вернулась в Наксос? Разве не позор для девушки прослыть у себя на родине беглянкой, и не пришлось ли ей искать убежище в другом месте? Но если даже она сейчас в Наксосе, что мне с того? Как могу я, простой мещанин, поднять глаза на княжескую дочь?

Терзаемый подобными мыслями, павший духом Фридберт провёл не один день, но если бы он, испытав силу своей страсти, узнал на какие чудеса она способна, то наверное так бы не горевал.

Однажды инстинкт подсказал ему, что одни холодные рассуждения делу не помогут. Тогда, обратив своё добро в деньги, он оседлал вороного коня и, чтобы избежать многословного материнского напутствия, выехал со двора через заднюю калитку. Фридберт торопился так, словно за день собирался достичь Цикладских островов.
К счастью, он вспомнил, как добирался туда отец Бенно и, так же как и тот, морским путём, через Венецию, преодолев немалые трудности, но без кораблекрушения, благополучно доплыл до острова Наксос.

Радостный, с тайным чувством наслаждения Фридберт ступил на родную землю любимой. Он попытался узнать что-нибудь о прекрасной Каллисте, но никто не мог ему сказать, где она и что с нею, хотя всевозможных слухов на этот счёт было предостаточно. Одни нашёптывали одно, другие – другое, как это обычно бывает, когда воспитанная девушка неожиданно исчезает из круга своих знакомых, и, надо заметить, шёпот этот редко бывает в пользу отсутствующей. Впрочем, от такого метательного орудия, как злой язык, спасает оборонительное средство, заключающееся в золотых словах поговорки: “Пусть себе болтает, сколько ему вздумается, – что мне за печаль!” Но так может защищаться кто угодно, только не девушка, если она дорожит своей репутацией.

Фридберт очень переживал, что не знает в какие края судьба забросила его любимую. Он был в нерешительности, – вернуться в келью отшельника, или устроить засаду на нильских купаниях.

Пока незадачливый жених раздумывал, что ему предпринять, в Наксос с острова Парос прибыл князь Исидор, – ленник правителя Цикладских островов, – чтобы обручиться с сестрой прекрасной Каллисты, Иреной. Начались торжественные приготовления к роскошному празднику, по случаю предстоящего бракосочетания. Завершить его должен был большой рыцарский турнир.

Узнав об этом, швабский герой, к которому вернулась былая воинская отвага, решил на турнирном поле развеять одолевшую его грусть-тоску, тем более, что на всех площадях и перекрёстках герольды приглашали иноземных рыцарей принять участие в поединках. У себя дома он, конечно, не осмелился бы принять подобное приглашение, – легко могло случиться, что там его встретили бы ядовитыми замечаниями и оскорбительными насмешками, – но здесь, вдали от родины, туго набитый кошелёк обеспечивал ему привилегии знатного происхождения, обычно приклеиваемого с рождения. К тому же Фридберт разыгрывал в Наксосе рыцаря с не меньшим достоинством и благопристойностью, чем иногда немецкий портной барона в Париже, или беглый француз-камердинер маркиза при германском дворе. Он обзавёлся прекрасным снаряжением, за большие деньги купил хорошо подготовленного для рыцарских турниров коня и в назначенный день без проволочек был допущен на турнирное поле.

Но тут воображение сыграло с ним злую шутку: круглая арена, где находились рыцари, вместе с возвышающимся вокруг амфитеатром, заполненным бесчисленными зрителями, вновь напомнила ему очертания ужасной хлебной печи. Страх, как это часто бывает в минуту опасности, подействовал на Фридберта, как шпоры на коня. Самозваный рыцарь крепко держался в седле и с честью выдержал бой с противником, заслужив рыцарскую награду, которую получил из рук новобрачной. Кроме того, он был допущен к целованию руки Прекрасной Зои, по заведённому придворному этикету всё ещё владевшей титулом красавицы, так же как экс-министр титулом “Ваше превосходительство”, хотя зуб времени не пощадил былую прелесть доброй дамы.

Фридберт представился итальянским рыцарем. Потому ли, что он воскресил в памяти Зои давние воспоминания о другом итальянском рыцаре, пользовавшемся когда-то её особым расположением, или потому, что она заметила на его руке кольцо, некогда принадлежавшее ей, а сейчас сверкающее рубиновым сердцем на руке чужестранца, – как бы то ни было, он был очень любезно принят и, казалось, заслужил благосклонность княгини.

Когда утих шум свадебных торжеств, Зоя покинула столичный двор и снова обосновалась в своём дворце, в тихом уединённом уголке острова. В эту монастырскую святыню, открытую только для немногих её приближённых и друзей, получил доступ и Фридберт, которому она оказала материнское внимание.

Однажды, во время прогулки в тенистой роще, Зоя отвела Фридберта в сторону и сказала:

– У меня есть к вам, дорогой чужестранец, просьба, в которой вы не должны мне отказать. Скажите, откуда у вас на безымянном пальце правой руки это кольцо? Когда-то оно принадлежало мне, но я потеряла его, не знаю где и когда.

– Великодушная княгиня,– ответил хитрец,– это кольцо я завоевал на родине, на турнире в честном бою с одним храбрым рыцарем, которого мне удалось победить. В этой битве он расстался с жизнью. Но как кольцо оказалось у него, – досталось ли как военная добыча, или он купил его у еврея, заслужил ли как рыцарскую награду, или получил в наследство, – этого я сказать не могу.

– Как бы вы поступили, продолжала Зоя, – если бы я попросила вернуть мне моё кольцо, ведь почётное рыцарское звание обязывает не отказывать даме? Однако я не возьму вещь, добытую оружием в честном бою, как подарок. Я заплачу вам за неё столько, сколько вы скажете, и никогда не забуду вашей любезности.

Просьба княгини ничуть не смутила Фридберта. Напротив, он был даже рад, что его замысел так хорошо удался.

– Ваше желание, добродетельная княгиня,– сказал он,– для меня нерушимый закон, – рыцарская честь тому порукой. Требуйте у меня кольцо, только не заставляйте нарушить клятву. Эта реликвия досталась мне в тяжёлом поединке, и я поклялся, что не сниму её с руки до тех пор, пока она как залог верной любви не скрепит перед алтарём мой брачный союз. Только выполнив это условие, я смогу освободиться от клятвы. Но если вы поможете мне выбрать невесту, то я ничего не имею против того, чтобы ваша прежняя собственность вернулась к вам из её рук.

– Хорошо,– ответила Зоя,– выбирайте из моих придворных девушек любую, какая вам понравится. Невеста получит от меня богатое приданое, но с одним условием: как только вы наденете ей на палец кольцо, она тотчас же должна передать его мне. Вам я тоже окажу высокую честь.

Едва был заключён этот тайный договор, как дворец княгини заполнили красавицы, которых она призвала сюда со всех концов страны и приняла в свою свиту. Зоя предоставила им прекрасные наряды и великолепные украшения, стараясь с помощью искусственной мишуры модных лавок придать девушкам ещё большее очарование. Она, конечно, заблуждалась, так же как и наши современницы, выставляющие на продажу позолоченную раму с картиной, а не саму картину, ибо ежедневный опыт учит, что парадное платье так же мало воодушевляет любовь, как молящихся парчовое одеяние Девы Марии в Лорето. И наоборот, самое скромное, облегающее фигуру платье без украшений делает большие завоевания, чем все панцири и шлемы из кружев и локонов с победно развевающимися перьями.

Фридберт плавал в потоке удовольствий, не позволяя однако увлечь себя этим праздничным вихрем. Шум вновь ожившего двора, музыка, песни и весёлые танцы были не в состоянии разгладить скорбные складки на его лбу. Самых красивых греческих девушек украшали для него, чтобы они, словно магнит, притягивали его к себе, но он оставался холодным и безучастным.

Такое равнодушие молодого, цветущего мужчины было необъяснимо для княгини. Что касается школы любви, то сама она всегда следовала учению своего соотечественника, мудрого Платона, и то ли из приверженности этой школе, а может быть из-за ревности деспота-мужа, её страсть не получила свободного развития, но полнокровному здоровому рыцарю, пожалуй, более подходила система чувственного Эпикура. Поэтому Зоя прилагала все усилия, чтобы обольстить сердце Фридберта, воздействуя на его чувства, но скоро убедилась в бесполезности этих попыток. Ни чувственная эпикурийская, ни утончённая духовная, платоническая любовь не коснулись сердца чужестранца, но только ещё более укрепился его стоицизм, ставивший в тупик княгиню и лишающий её надежды вернуть желанное кольцо.

Прошло уже несколько месяцев безрезультатного ожидания, и нетерпеливая дама сочла необходимым поговорить со “своим рыцарем”, как обычно она называла Фридберта, о его сердечных делах.

В день празднования возвращения весны, когда все девушки, украшенные венками из живых цветов, водили хороводы, княгиня нашла своего рыцаря одиноко и безучастно сидящим в беседке и обрывающим лепестки только что распустившихся весенних цветов.


– Бесчувственный, – обратилась она к нему,– неужели расцветающая природа совсем не радует вас, что вы так безжалостно уничтожаете её первый подарок? Или вашему сердцу так недоступны нежность и любовь, что ни цветы этого сада, ни цветущие девушки моего двора не производят на вас никакого впечатления? Что вы делаете здесь, в уединённой беседке, когда из каждого танцевального зала вас зовёт радость, из каждой аллеи, каждой рощицы и каждого грота моего парка манит любовь? Может, какое-то нежное чувство навеяло на вас печаль? Тогда откройте мне свою тайну, и я постараюсь сделать всё возможное, чтобы утешить ваше сердце.

– Ваша проницательность, мудрая княгиня, не знает преград, – отвечал Фридберт. – Вам доступны любые тайны моей души. Вы совершенно правильно угадали, что скрытый огонь тлеет в моей груди, и я не знаю, поддерживать ли мне его маслом надежды, или дать ему поглотить мозг в моих костях. Для всех нимф, танцующих там, в весёлом хороводе на празднике цветов, моё сердце холодно и мертво. Восхитившая меня небесная девушка, которой я отдал сердце, не порхает в том кругу весёлых танцовщиц, но я нашёл её в вашем дворце. Ах, может, это всего лишь плод пылкой фантазии художника, хотя мне кажется невероятным, чтобы он мог создать такое произведение искусства, если бы природа не предоставила ему прекрасной натуры.

Княгине не терпелось узнать, чей портрет произвёл такое странное впечатление на молодого рыцаря.

– Ведите меня скорее туда, сказала она, – уж не сыграл ли здесь шутку лукавый Амур, и не дал ли он вам в объятия облако вместо богини? Ведь в шалостях этот проказник способен на всё. Но, может быть, против обыкновения, он ведёт с вами честную игру и без обмана предлагает настоящий предмет любви?

Зоя владела собранием лучших картин работы известных мастеров, и часть этой коллекции составляли семейные портреты. Здесь можно было увидеть знаменитых греческих красавиц старых и новых времён и среди них молодую княгиню во всей её юной красоте, какой она обладала прежде, когда ещё посещала источники фей. Присущее женщинам, иногда даже на верхних ступенях возраста, тщеславие вызвало у неё желание обновить в руинах памяти блеск своей былой красоты, и это навело княгиню на мысль: не её ли собственный портрет обворожил Фридберта. Зоя не могла отказать себе в тайном удовольствии представить, как она скажет ему: “Друг мой, оригинал этого портрета – я сама”, и вообразить его смущение, когда он так неожиданно освободится от магических чар, сыгравших с ним эту шутку.

Но хитрый рыцарь был слишком уверен в своём деле и хорошо знал, кого изобразила кисть художника. Не знал он только, где сейчас находится Каллиста и как ею овладеть. Войдя в галерею, он с пылкой стремительностью подбежал к портрету любимой и, приняв молитвенную позу, произнёс:


– Смотрите, вот она, богиня моей любви! Где мне найти её? От вас, достопочтенная княгиня, зависит, жить мне или умереть. Если меня ввела в заблуждение обманчивая любовь, то дайте мне умереть у ваших ног, если же мои предчувствия не обманули меня, то скажите, какой народ и какая страна оберегает это сокровище, чтобы я мог поехать туда и, отыскав даму моего сердца, рыцарскими подвигами завоевать её расположение.

Ни о чём не подозревавшую княгиню неожиданное открытие привело в немалое замешательство. Тень озабоченности легла на её лицо, красивый овал которого, только что округлившийся от весёлых мыслей, теперь вытянулся, и линия ото лба до подбородка удлинилась на добрый дюйм.

– Безумец,– воскликнула она,– как можете вы обещать сердце даме, о которой ничего не знаете, – жила ли она когда-нибудь, современница ли ваша и может ли ответить любовью на вашу любовь? Впрочем, ваше предчувствие не обмануло вас. Этот портрет не плод воображения художника и не памятник прошлому. Перед вами одна, очень милая, девушка. Зовут её Каллиста. Ах, когда-то Каллиста была моей любимой дочерью. Теперь же она несчастна и заслуживает только сострадания. Бедная девушка никогда не сможет стать вашей. В её груди пылает негасимое пламя любви к одному негодяю, обманчивых сетей которого ей хватило мужества избежать. И хотя их разделяет расстояние во многие сотни миль, Каллиста любит его и оплакивает свою судьбу в монастырском уединении. Никогда она не сможет полюбить другого.

Фридберт прикинулся потрясённым этой необычной историей, а сам в душе был очень рад, что открыл местопребывание любимой. Но ещё большее удовольствие доставило ему полученное из уст матери неопровержимое свидетельство любви принцессы к его скромной особе. Он не преминул расспросить бесхитростную даму о странном романе её любимой дочери, и княгиня, уступая его показному любопытству, рассказала историю, из которой ему ничего не стоило извлечь зёрна истины.

– Каллиста, – начала она свой рассказ,– гуляла однажды вечером на берегу моря в обществе сестёр. Им захотелось пройтись по незнакомым местам, и они вышли за пределы надёжной каменной ограды дворца. У берега, за холмом, в это время стоял на якоре разбойничий корабль. Беззаботные девушки не чувствовали никакой опасности. Вдруг, из-за кустов выскочил разбойник. В то время как быстроногие сёстры бросились бежать, разбойник схватил оробевшую от испуга Каллисту и на руках унёс на корабль. Тысячью ласк, он старался завоевать её любовь. В конце концов, ему удалось прокрасться в сердце девушки, и та, забыв своё достоинство и происхождение, уже готова была вступить с коварным разбойником в неразрывный союз. Но, когда при попутном ветре корабль пристал к берегу, она вдруг подумала о родине, о материнских слезах и, послушавшись голоса разума, как только представился случай, бежала из неволи. Однако неодолимая страсть, успевшая овладеть ею, следовала за ней по пятам на суше и на море и, оставив глубокий след в её сердце, вытеснила все остальные радости, свойственные юному возрасту. Скоро уж угаснет огонь в её истомлённых глазах, и она унесёт свою боль в могилу, которая заменит ей брачные покои.

– Ну, тогда её могила должна стать и моей,– воскликнул Фридберт.– Моя жизнь в моих руках! Кто может помешать мне умереть вместе с прекрасной Каллистой? Я только прошу вас, окажите мне единственную милость и похороните меня рядом с ней, – пусть моя тень оберегает её могилу. Но прежде позвольте мне сделать Каллисте признание в том, что я избрал её дамой сердца, и исполнить данную мною клятву, – передать ей как залог моей верности это кольцо, которое вы сможете тогда получить из её рук.

Мать Зоя была так тронута душераздирающим любовным объяснением Фридберта, что не удержалась от слёз. К тому же ей очень дорого было любимое кольцо, поэтому она не могла отказать молодому рыцарю в его просьбе. Княгиня опасалась только, что девушка, находясь в таком угнетённом состоянии, не захочет принять столь рискованный подарок. Но Фридберт убедил её, что по самым строгим понятиям такая скромная рыцарская галантность ни к чему не обязывает даму и нисколько не повредит её первому увлечению. Итак, она согласилась выполнить эту просьбу и написала настоятелю монастыря записку, в которой предписывалось предоставить её предъявителю аудиенцию у тоскующей Каллисты.

На другой день, рано утром, Фридберт, одолеваемый надеждой и сомнением, пришпоривал коня, торопясь поскорее узнать, какой приём ему окажет любимая. А пока, по всем признакам, можно было предположить, что она простила ему похищение покрывала. С бьющимся сердцем, он вошёл в девичью келью. Девушка сидела на скамье в стороне от двери. Её вьющиеся волосы спадали на плечи и были небрежно перехвачены голубой лентой. Отрешённый взгляд и выражение лица, казалось, выдавали глубокое горе. Белоснежной рукой она подпирала голову.

Сначала Каллиста не обратила внимания на вошедшего, но, услышав, как тот опустился на колени, подумала, что приехал посланец от матери с каким-то более важным делом, чем утреннее приветствие и не просто для того, чтобы справиться о её здоровье.

 Она подняла прелестные глаза и узнала лежащего у её ног чужестранца. От изумления и неожиданности Каллиста вздрогнула, словно почувствовавшая опасность пугливая серна.

Фридберт с жаром схватил её нежную руку, но она с гневом оттолкнула его.

– Уходи прочь, обманщик! – воскликнула девушка.– Довольно того, что ты один раз обманул меня, второй раз тебе это не удастся!

Фридберт знал, что при встрече предстоит нелёгкий поединок, и всё же надеялся найти путь к сердцу прекрасной Каллисты. С обычным для влюблённых даром убеждения, он принялся оправдывать своё плутовство любовью к ней, а поскольку ничто не прощается легче, чем обида, нанесённая от беспредельной любви, то с каждым новым кругом защиты гнев девушки постепенно смягчался. Как только Фридберт заметил, что его доводы и красноречивые объяснения нашли доступ к сердцу любимой, то перестал опасаться, что она ускользнёт от него в дверь или в окно. Он уже доказал свою верность, последовав за ней из далёкой Швабии сюда, на Цикладские острова, а та решимость, с какой он, по его словам, готов был отыскать свою возлюбленную даже на краю света, завоевали ему наконец полное прощение. Каллиста призналась Фридберту во взаимной любви и дала торжественное обещание разделить с ним жребий его жизни.

Победа, достигнутая после стольких трудностей, привела влюблённого рыцаря в неописуемый восторг. Счастье его было безграничным. Упиваясь блаженством, в сопровождении любимой, он поспешил в замок матери Зои.

Княгиня чрезвычайно удивилась, когда в её комнату с весёлым лицом, на котором не было и следа прежней грусти, вошла Каллиста, навсегда покинувшая мрачные стены монастыря. Немного не доставало, чтобы на Фридберта опять пало подозрение в колдовстве, особенно после того, как мать услышала из уст влюблённых об их желании заключить нерушимый союз на всю жизнь. Ей и в голову не могло прийти, что странствующему рыцарю удастся завоевать сердце Каллисты, ибо, по её твёрдому убеждению, более ранний претендент уже вступил во владение им и, пользуясь правом первого завоевателя, разжёг в нём огонь, как в собственном очаге.

Хотя Фридберт и пользовался особым расположением княгини, этого было недостаточно, чтобы преодолеть её предубеждение, касающееся родословной будущего зятя. Прежде чем дать согласие на брак, она потребовала от счастливого рыцаря доказательств его дворянского происхождения.

Как и повсюду, в Наксосе имелись генеалогические кузницы, где можно было без труда отковать себе бронзовую генеалогическую таблицу такой длины и ширины, какие требовались для соблюдения необходимых формальностей. Поэтому Фридберт, после недолгих размышлений, приписал себя к знатному роду. Ведь любовь, считал он, соединяет равного с равным, а не галку с орлом или сову со страусом. К тому же шпага была достойным свидетельством его благородного происхождения, что он готов был доказать кому угодно.

Зоя не нашла возражений против законности предъявленных доказательств, особенно когда убедилась, как благотворно повлияла любовь чужестранца на прекрасную Каллисту. Обычно в таких случаях умная мать, если она не хочет нарушить золотой семейный мир, отказывается от своего материнского права вмешиваться в сердечные дела любимой дочери и не прекословит её выбору.

Каллиста “произвела” честного Фридберта в одного из тетрархов Швабии с таким же правом, с каким святой престол епископа предоставляют неверному, и под этим блестящим титулом повела счастливого принца к алтарю, где получила от него заветное кольцо, каковое на следующий день после свадьбы передала матери.

Вновь испечённый тетрарх не видел больше причин скрывать от тёщи-княгини историю кольца, полученного им в наследство от отца Бенно, и чистосердечно рассказал всё о достойном отшельнике. Зоя ответила откровенностью за откровенность и призналась, что намеренно оставила кольцо в перчатке у Лебединого озера. Отец Бенно, добавила она, правильно понял тайный смысл этого знака, и не от неё зависело дальнейшее посещение озера. Супруг-тиран, узнав от болтливой кузины, сопровождавшей её тогда, о случившемся, так рассвирепел, что тотчас же овладел покрывалом и в порыве ярости разорвал этот чудесный дар природы на мелкие кусочки. По этой причине возвращение к источнику фей стало для неё невозможным. Рассказ о трогательном постоянстве верного отшельника доставил ей большое удовольствие и вызвал нежное воспоминание о добром человеке. То, что сам Бенно дал повод к похищению покрывала дочери, и что это в конце концов принесло влюблённым счастье, ускорило полное прощение Фридберта добросердечной дамой, а его швабская преданность человеку, память о котором она пронесла через всю свою жизнь, снискала у неё глубокую признательность и дружеское расположение.

Фридберт жил с супругой в счастливом браке, обычно встречающемся в наше время только в мечтах идеалистов, которым тернии супружеской жизни представляются не иначе, как кустом розы в саду. Каллиста сожалела только, что не может поделиться с супругом привилегией, какую давали ей чудесные купания. Через двадцать пять лет, когда они праздновали серебряную свадьбу, каштановые кудри Фридберта побелели, как возвещающий о наступлении зимы снег на вершине холма, зато Каллиста, над которой годы были не властны, всё ещё напоминала расцветающую розу в прекрасном весеннем саду.

Предание ничего не говорит, было ли счастье этой нежной пары таким же неизменным, как в природе неизменна встреча зимы с весной, когда сталкиваются два противоположных времени года, и ласковый солнечный свет сменяет вихрь и стужу. Что до чудесных купаний, то, если верить слухам, лионские дамы охотно делали пожертвования на опыты одного известного воздухоплавателя только для того, чтобы заставить служить себе такое замечательное изобретение, как воздушный шар. Ведь на таком воздухоплавательном аппарате быстро и удобно можно совершать путешествия к отдалённым источникам красоты и, в надежде на благоприятную генеалогию, испытать на себе их действие, если только господин Пилатр де Розье согласился бы управлять им.

______________________________

ПРИМЕЧАНИЯ:

1* Монгольфье – братья, изобретатели воздушного шара.

2*a la Pompadour (фр.) – маркиза Помпадур, фаворитка фр. короля Людовика ХV.

3* См. Библию от Моисея, 24.

4* См. “Физиогномические фрагменты” Лафатера.

5* Лебединое поле – местечко около Цвиккау, до наших дней сохранило своё название, которое, согласно старому преданию, получило в честь девушки-лебедя. Также и город, должно быть, получил своё имя от её отца Цигнуса (цигнус – лебедь). Оба принадлежали роду эльфов и, очевидно, происходили от Леды.

6* Шок – шестьдесят штук. Согласно “Саксонской истории” Глафея, победители считали убитых шоками, как жаворонков, возможно потому, что лейпцигские горожане, находившиеся при маркграфе, сравнивали этот поход с ловлей жаворонков, так как победа досталась им очень легко.

7* Книга судей 7, 21. Моисей, убив египтянина, бежал в Мидиан.

8* Гора Броккен в народных преданиях – место шабаша ведьм (Вальпургиева ночь).

9* Тияды – вакханки, жрицы Вакха – бога вина и веселья.

10* Теос, в древности цветущий город в Ионии, родина древнегреческого поэта- лирика Анакреона (VI и начала V в. до н. эры).

11* Что касается этого утверждения, то, как знает каждый, вкус в наше время в отношении молодых людей заметно изменился.

12* Древнее название Швейцарии.

13* Соломея, своим танцем угодившая Ироду Антипе, правителю Галилеи, за что, по наущению матери, выпросила у него голову Иоанна Крестителя.

14* Титон – брат Лаомедонта, троянского царя. Эос, полюбившая его, выпросила у Юпитера бессмертия для него, но вместе с бессмертием не попросила вечной юности. В старости, став больным и хилым, он попросил лишить его бессмертия, но, так как она этого сделать не могла, то превратила его в саранчу.

15* Парис – пастух, сын троянского царя Приама; с помощью Афродиты похитил Елену, жену спартанского щаря Менелая, что послужило поводом к Троянской войне.

16* Анхис – внук троянского царя Ила, возлюбленный Афродиты. За то, что хвастался любовью богини, Зевс покарал его слепотой.

17* Местопребывание умерших в подземном мире.

18* Во времена отца Бенно четвёртая часть света ещё не была открыта.

19* Сильфиды – духи женского пола, обитающие в воздухе.

20* Актеон – мифический герой, охотник. За то, что подсматривал за купающейся Дианой, превращён ею в оленя и растерзан своими собственными собаками.

21* Авгур – в древнем Риме жрец, гадавший по полёту и пению птиц.

22* Инкле и Ярико – герои рассказов нем. писателя Геллерта (1715 – 1769).

23* Биондетта – чёрт в образе красивой женщины.

24* Корнелий Агриппа (1486 – 1585) – современник Парацельса, известен как врач, писатель и философ.

25* Пилатр-де-Розье – погиб в 1785 г. во время полёта на воздушном шаре.

Гравюры на дереве – Р. Йордан




Лебединое озеро, фильм балет сказка (1968) детское кино СССР online

«Лебединое озеро» — детский художественный фильм-сказка, советский полнометражный цветной широкоформатный фильм-балет. Экранизация одноимённого балета Петра Ильича Чайковского в постановке Константина Сергеева. Режиссёр: Аполлинарий Дудко, Константин Сергеев; Автор сценария: Исаак Гликман, Аполлинарий Дудко, Константин Сергеев; В главных ролях: Елена Евтеева — Одетта и Одиллия; Джон Марковский — принц Зигфрид; Махмуд Эсамбаев — Ротбарт, злой волшебник; Валерий Панов — Шут; Ангелина Кабарова — Владетельная принцесса, мать принца Зигфрида; Виктор Рязанов — наставник принца. В фильме принимали участие артисты балета Ленинградского театра оперы и балета имени С. М. Кирова и ученики Ленинградского хореографического училища имени А. Я. Вагановой; Оператор: Анатолий Назаров; Композитор: Пётр Ильич Чайковский; Хореограф: Мариус Петипа и Лев Иванов в редакции Константина Сергеева. Музыканты: Оркестр Ленинградского Государственного Академического театра оперы и балета имени С. М. Кирова; Дирижёр — Виктор Федотов. Советское кино, Ленфильм, 1968 год. Смотреть детский фильм-сказку в хорошем качестве видео онлайн, кино СССР бесплатно и без регистрации.

Расскажите сказку друзьям и знакомым:

Двенадцать месяцев

Царевна-лягушка

Василиса Прекрасная

Марья Моревна

Серебряное копытце

Про Ивана — Не-Великана, спектакль сказка (1981)

Арабелла, фильм сказка (1979) все серии

Белое и черное, спектакль сказка (1984)

Принцесса с золотой звездой, фильм сказка (1959)

Калоши счастья, фильм сказка (1987)

Почему крокодил не ходит на охоту в лес (1983)

Тим Талер, или Проданный смех. Часть 2

Глиняный Иванушка, аудиосказка (1977)

Сказка о стойком оловянном солдатике, аудиосказка (1979)

Народные сказки и прибаутки, аудиосказки (1965)

Волшебный магазин, мультфильм (1953)

Весёлая карусель 3, мультфильм (1971)

Щелкунчик, мультфильм (1973)

Ох и Ах идут в поход, мультфильм (1977)

Ёжик в тумане, мультфильм (1975)

Лебединое озеро сказка ~ Поэзия (Стихи для детей)



В Поднебесном, светлом царстве,
средь высоких диких скал,
на одной из них стоял
красотою дивный замок,
будто изо льда сиял!
И жила в нём королева,
кисть волшебную имела,
и на синем, синем небе
рисовала облака,
облака вдруг оживали
и, взлетая, улетали,
и искрились в синем небе,
светом как её душа.
У неё был сын один,
Зигфрид, славный, милый принц,
видя матери творенье,
говорил всегда с почтеньем:
– О! Моя ты королева!
Мама милая моя!
Мне б найти такую деву,
что подобна королеве,
и легка как облака!
– О! Чудесный, милый сын!
Не останешься один,
я устрою в парке бал,
чтобы сам ты выбирал.
В мире так заведено,
где светло, а где темно,
кто-то лишь творит добро,
кто-то в жизни сеет зло.
Среди этих диких гор
было озеро одно,
среди дня туман ложится
и густой как молоко,
но как только ночь вспорхнёт,
небо куполом над ним,
очарует блеском звёздным,
воды точно, что магнит
отражением зеркальным,
душу будто бы дурманя,
в воды манят, тянут, тянут…
Там колдун великий жил,
волю лишь свою творил,
птицы даже не летали,
злое сердце его, зная.
Зверь в лесах тех не ходил,
зная в гневе его пыл.
Даже гадкая змея
с гор давно тех уползла.
Как-то к озеру пришли
девы чистой красоты,
бело тело, стан лоза,
бело власы, мед уста,
искупаться захотели,
хохотали, песни пели,
и на тот девичий гам,
появился колдун сам,
чёрным коршуном упал,
перед ними сам предстал.
Глаза молнией искрятся:
– Как посмели в моём царстве
вы купаться, песни петь…?
Но взглянув на нежность дев,
свои мысли он сложил,
нежным девам предложил:
– Кто из вас женой мне станет,
ту как есть озолочу,
в полный рост её пред всеми,
я казною одарю.
Девы стайкой в воде сбились
и ему все возразили:
– Не нужна твоя казна,
заявили как одна.
– Ну, раз так!
Да будь те утки!
Пусть о вас все позабудут!
Зло и ненависть его
сотворили колдовство.
Колдовство конечно в силе,
только девы на столь милы,
что воздав своё творенье,
пал в большое изумленье,
девы лебедями стали,
нежно головы склоняли,
взмах лебяжьего крыла
нежность стана обрела.
О великое творенье!
Словно ангела виденье!
Не когда не видел птицы,
пред которой взгляд искрится!
Он пришёл к себе в пещеру,
видит тёмную он деву,
дочь Одиллия его,
как две капли, вся в него,
голос едкий, угловата,
ох отдал бы много злата,
чтоб не видели глаза,
полна чаша – вся из зла.
Он обрушил свои чары,
чтобы лебедью та стала…
Вся-ка зависть – бес придел,
стала птицей, как хотел,
тоже лебедь, тоже гибка,
на лице нет злой улыбки,
только цвет чернее сажи,
тёмна ночь светлее даже.
Как колдун в себя пришёл,
разум свой слегка обрёл,
стал он думать и слагать,
как её расколдовать.
Что он только не творил,
дочку всё ж таки любил.
Лебедь чёрная кричит,
так что вся скала дрожит,
и щипает всё его…
Он разрушил колдовство,
но отчасти лишь всего.
Злые чары не разрушить,
коль ты служишь злу послушно.
Сила в том в ком есть любовь,
лишь она очистит кровь,
и от зла, от колдовства,
Богом ведь любовь дана.
Птицы в дев оборотились,
но как только лишь светило
под названием Луна,
пробуждается от сна,
снова чары все всплывают,
в лебедей дев превращая.
Вновь творит он колдовство,
от Луны лучи кидая,
вечную любовь слагая:
– Если кто нибудь найдётся,
сердце птицей встрепенётся,
перед небом поклянётся,
в вечной верности любви,
чары вечные разрушит,
вновь вернутся к птицам души,
обретёт та птица снова
человеческий свой лик!
В Поднебесном королевстве
нынче яблоку не пасть,
собирались все невесты,
чтоб на этот бал попасть,
из под вееров распятья
звёздами горят глаза,
пышные с вуали платья,
будто в небе облака.
Взоры дев лились как звуки
от небесной чистоты,
лёгкой поступью идут,
словно облака плывут.
Ах! Какой великий бал!
На него кто не попал,
этих чувств не испытал.
Эти плавные движенья,
взоры, лёгкие скольженья,
взглядов тайное влеченье
и улыбки на устах,
словно блики от виденья…
Ах! Прелестные творенья,
девы с трепетом в глазах!
Вдруг, неведомо откуда,
появилось в небе чудо,
стая нежных, белоснежных,
легкокрылых лебедей!
Ах! Божественно летали,
в небе танец танцевали,
свои крылья раскрывали
лёгкие как веера.
Небо звёздами блистало,
дивным озером мерцало,
и от этого мерцанья
колыхнулась вдруг волна.
Ах! Какие эти птицы!
Белокрылые царицы!
Даже свет от них струится,
раздвигая в небе тьму…
Словно Ангелы пред всеми,
танцевали, будто пели,
а потом вдруг полетели
за далёкую скалу.
Люди взглядом провожали,
удивлённо восхищались,
– Что за дивное творенье?
– Будто б Ангелов виденье…
– А Вы слышали их пенье!
– Вот так чудо!
– Ну и ну…!
Принц смотрел на это чудо,
удивляясь: – Ну откуда ж,
появились эти птицы,
от которых ночь светлей?
Сердце принца всколыхнулось,
будто птица встрепенулось.
Для души на белом свете
ни чего уж нет милей.
В сердце принца зреют чувства,
– Вот бы соколом взметнутся,
полететь бы в след, за ними
за ту дикую скалу!
Друг его оповещает:
– Там колдун, я точно знаю,
не за что уж – не вернутся,
ты поверь, тебе не лгу.
Только друга не послушал,
взяв свой лук и стрел колчан,
поспешил в тот лес дремучий,
что простёрся среди скал.
Долго он ходил иль мало ль,
даже зверя не встречал он,
на него взирали скалы
молчаливостью своей.
Видит озеро лесное,
небывалое какое,
в серебристых, ярких блёстках
от сияния луны.
А средь озера… О, чудо!
Птицы цвета перламутра,
от которых свет струится
и становится светлей.
Будто не плывут, танцуют,
сердце Зигфрида ликует:
– Ах! Какая грациозность
в их изгибе нежных шей!
И они взметнули крылья,
словно веера раскрыли,
и волною опустили
по серебряной воде.
Среди них одна с короной,
свет струится с неё тонкий,
раскрывая свои крылья,
вдруг вспорхнула над водой,
в лёгком танце закружилась,
тихо на воду спустилась,
в круге будто растворилась,
перед ним венец живой!
И как яркое виденье,
только в чёрных опереньях,
вдруг откуда – то явилась
птица той же красоты,
и пред ними будто встала,
закружилась, танцевала,
будто змейка извивалась
и легка как будто дым.
Неожиданно над всеми
появился коршун в гневе,
над прекрасною царевной
свои когти распустил…
Принц вспорхнул как будто сокол,
– Нет! Не жить тебе жестокий!
Натянул тетиву твёрдо
и стрелу в него пустил.
Чёрный коршун в небо взвился,
в тёмном небе растворился,
лебедь чёрная взлетела
и умчалась вслед за ним.
Первый луч земли коснулся,
в озере туман проснулся,
заклубился, заклубился,
всю округу застелил.
Из тумана, будто птицы,
вышли светлые девицы,
от которых свет струится
и становится мир мил. ?
А одна из них в короне,
лилия в её ладони,
а корона не простая
с сотни тонких, острых стрел.
Красотою дева дивной,
светлый облик. О, невинность!
Сердце птицей встрепенулось.
Как колдун того хотел.
Дева видит пред собой,
юноша,- О! Боже мой!
Испугалась, но спросила,
-Чья ж лихая тебя сила,
в эти дебри заманила?
И послышался ответ.
-Я искал тебя повсюду!
Ты прекраснейшее чудо!
Кто ж ты дева, и откуда?
Как же звать тебя?
– Одетт.
Только зря сюда пришёл ты,
здесь живёт колдун жестокий,
даже птицы не летают,
даже змею места нет.
Кто в его владенья входит,
чары на того наводит,
уходи скорей отсюда,
здесь живому места нет.
-Как скажи, могу уйти я?
Вы прекрасные такие,
в повеление живёте
среди зла и колдовства.
Те, кто злу послушно служит
потеряет свою душу,
О, прекрасная Одетта!
Вас спасу от колдуна.
Моя мама королева,
управляет облаками,
в доброте своей великой
ей не в чём запретов нет.
Знаю, нам она поможет
злые чары уничтожит,
поспешим же к ней скорее…
-Нет,- послышался ответ.
Не вступить нам на дорогу,
по тропинке не пройти
злые чары здесь нас держат,
нам отсюда не уйти.
Только как луна проснётся,
полным ликом улыбнётся,
в белых птиц мы превратимся
раскрываются пути.
Но как солнце луч бросает,
лучи в дев нас превращают
и от озера лесного
невозможно нам уйти.
-Не ужель не кто не в силе,
эти чары все разрушить?
-Зло его везде всесильно,
может лишь любовь спасти.
Кто полюбит деву птицей,
и чьё сердце заискрится,
пред Богом поклянётся
в вечной верности своей,
чары вечные разрушит
и спасёт он наши души,
сможем жить среди людей.
-О прекрасная Одетта!
Будешь ты в веках воспета,
потому как красотою
твоё имя есть любовь!
Без тебя уже не жить мне,
жизнь моя теряет смысл весь,
лучше тенью мне пролиться,
у твоих прекрасных ног!
О прелестная Одетта!
Одарю тебя я светом!
И пред этим звёздным небом
в вечной верности клянусь!
В нашем царстве поднебесном,
быть тебе моей невестой,
для любви ведь нет запретов,
ею правит только Бог.
У Одетты сердце тает,
ведь любовь преград не знает,
перед ней стоит любимый,
храбрый Зигфрид перед ней,
и она ему с улыбкой
очень кротко отвечает,
-Прилечу к тебе я ночью,
уходи лишь поскорей.

В поднебесном добром царстве,
бал как ручеёк течёт,
зал наполнился интригой:
-Ну кого же назовёт
своей избранной невестой?
-Ах! Кому ж так повезёт.
Королева взгляды шлёт…,
принц стоит в смятенье…ждёт.

А колдун рассеял чары,
дочь Одиллию венчает,
-Пусть Одетту в ней признает
у людей всех на виду.
Поклянётся ей в любви,
в вечной верности клянётся,
пусть к Одиллии тогда
снова образ свой вернётся.

Вот раскрылись двери замка,
и Одиллия вошла
в чёрном,чёрном,чёрном платье
дочка злого колдуна,
будто гадкая змея.
Звуки разом в зале стихли,
а она с кривой улыбкой
к принцу Зигфридту идёт,
принц Одетту признаёт,
будто она в платье белом,
подошла к нему не смело,
и в летящем,лёгком танце,
закружился вместе с ней…
Все придворные молчали,
королева мать в печали,
не когда же не видали
в зле уродливых людей.
Королева руки взвила
И у Бога попросила,
– Разбуди его ты сердце!
Умоляю! Поскорей.
Чары в сердце тают, тают,
в такт мелодии слагает,
возмущаясь содрагает,
нет не с ней ты,нет не с ней.
А Одиллия строптива
и пред всеми заявила:
-Ну скажи ка всем мой милый,
что твоя невеста я!
-Нет не ты…
Ты не моя…
Небо громом разразилось,
и Одиллия взбесилась,
и предстала уж пред принцем
в чёрном облике своём:
-Не увидишь ты Одетту,
хоть везде ищи по свету,
не вернёшь уж не какую,
и не ночью,и не днём!
Пламя в небе бушевало,
небо с воем громыхало,
а он к озеру помчался:
-Где любимая моя!
Когда к озеру пришёл он,
лебедь мёртвую нашёл он,
та лежала без движений
и прекрасна и нежна.
Воды в озере взметались,
их волною накрывали,
он пред ней сидел в печали,
не чего не замечал,
белы перья ей гладил,
и тихонечко шептал ей:
-О любимая Одетта!
Лебедь белая моя!
Без тебя мне нет и жизни,
только ты лишь жизнь моя.
И над ними коршун взвился,
сам колдун решил сразиться,
свои когти будто сабли
он над ними распустил…
Чтоб любимую не тронул
принц схватил тогда корону,
и что только было духу
в сердце коршуна вонзил.
Разлетелись чёрны перья,
коршун превратился в пепел,
и его развеял ветер,
словно серый,серый дым.
Всё затихло,тишина…
и сияет лишь луна…
Принц закрыл свои глаза,
звуки мук…,болит душа…
Звуки звёздные пролились,
стайкой лебеди склонились,
и струились у них слёзы,
будто лунные лучи,
и Одетту орошали,
светом нежно покрывая…
И свершилось во тьме чудо,
она встала перед ним!
============
=============
В поднебесном светлом царстве,
да в добрейшем государстве,
шум безумолку стоял.
Принц нашёл себе невесту,
с ней подружки столь прелестны.
Я скажу от всего сердца,
вряд ли кто таких встречал.
Ах! Какой была та свадьба!
А невеста в белом платье,
грациозность королевы,
и легка как облака.
Королева величаво
угощала, угощала,
облака все посыпала
сладкой пудрою она.
Ах, как было то всем сладко!
Это кушанье загадка!
Удивляясь, восхищался
над тем кушаньем весь мир!
Но скажу вам по секрету,
нам она дала рецепт тот,
в любовь нежность добавляют.
Ах! Божественный зефир!

Балету Чайковского «Лебединое озеро» исполнилось 140 лет

Началась же история «Лебединого озера» за два года до этого, в тот самый момент, когда молодой, но уже известный композитор Чайковский по заказу московского Большого театра начал писать музыку к своему первому балету.

«Лебединый король»

Споры о том, какие произведения мировой литературы являются источником сюжета «Лебединого», идут до сих пор. Большинство относят его к сказке немецкого писателя И.К.Музеуса «Похищенное оперенье» (или «Украденное покрывало»). Оттуда же, к примеру, взяты имена некоторых действующих лиц: в частности, имя выпавшего впоследствии из либретто друга принца — Бенно фон Зоммерштерна (со временем в балете его заместит привычный для всех теперь шут, придуманный Горским для своей постановки 1920 года и вошедший во все последующие версии балета).

Вполне справедлива и версия Юрия Слонимского о том, что образ злой колдуньи, оборачивающейся совой (в последующих редакциях это колдун, принимающий облик коршуна или филина) и преследующей Одетту-Лебедя, связан с Пушкинской «Сказкой о царе Салтане». В общем, мотивы «Лебединого озера» не связаны с каким-либо одним произведением. Их можно обнаружить и в сказках братьев Гримм, и у Андерсена… Даже в «Метаморфозах» у древнеримского поэта Овидия один из персонажей бросается в образованное из слез матери озеро, (озеро из слез матери фигурирует и в либретто балета Чайковского), после чего Аполлон, его отец, превращает сына в лебедя. Есть они и в средневековом рыцарском романе «Парциваль», где ладью «лебединого рыцаря» Лоэнгрина везет лебедь, являющийся на самом деле зачарованным колдуньей мальчиком…

Людвиг II Баварский Фото: ru.wikipedia.org

Вот образ «лебединого рыцаря» Лоэнгрина, возникающий в XIX веке в одноименной опере Вагнера, как раз очень важен в истории «Лебединого озера». Ведь самое удивительное в этой истории, что озеро под таким названием в действительности существовало во времена Чайковского в Баварии. Существует оно и до сих пор… А невдалеке от него расположился построенный по приказу баварского короля Людвига II замок Нойшванштайн, то есть новый Лебединый замок (есть во владениях короля и старый). Созданный в неоготическом стиле, с устремленными в небо высокими башнями, со стрельчатыми окнами, подъемным через ров мостом он во всей красе показан в фильме «Людвиг» итальянского кинорежиссера Лукино Висконти и известен теперь всему миру как эмблема студии Уолта Диснея, взятая из мультфильма «Спящая красавица». Когда Дисней путешествовал вместе с женой Лилиан по Германии и увидел Нойшванштайн, то был изумлен его красотой и романтической атмосферой и спустя время воплотил все это великолепие в своем мультфильме, а затем выстроил в Диснейленде.

Но вернемся к Людвигу Баварскому. Человек нервный и мечтательный, «увлеченный искусством и сильными молодыми мужчинами», этот король до исступления обожал музыку Рихарда Вагнера и очень дружил с композитором. А любимым героем, которым Людвиг воображал себя, любуясь в часы уединения на лебедей, плывущих по принадлежащему ему «Лебединому озеру», как раз и был Лоэнгрин из оперы Вагнера. Все деньги казны монарх тратил на строительство сказочных дворцов, подобных Версалю, и рыцарских замков, о которых читал в рыцарских романах и легендах. А символом своей жизни он избрал образ Лебедя, изображение которого красовалось не только на фамильном гербе его рода Виттельсбахов, но повсюду в его замках, даже на распятии у изголовья кровати.

Судьба «лебединого короля» трагична: министры, не желавшие терпеть безудержные траты, объявляют его безумным и заключают под арест. Пытаясь освободиться, король тонет в водах Штарнбергского озера, находившегося поблизости от любимого им Лебединого замка, в котором он и был арестован. Сообщение о кончине баварского короля произвело на Чайковского (а он воочию видел его, когда приезжал накануне премьеры «Лебединого» в Байрот на первое представление вагнеровских «Нибелунгов» как музыкальный репортер газеты «Русские ведомости») чрезвычайно сильное впечатление. «Он назвал ее ужасной, а обстоятельства, приведшие к ней, злодейством. Интересно, что принц у Чайковского, подобно «лебединому королю», тоже гибнет в водах разбушевавшегося «Лебединого озера», хотя происходит это почти за 10 лет до реальных событий — король Людвиг Баварский утонул в 1886 году.

Быть может, тайну «Лебединого озера» сумел разгадать хореограф из Гамбурга Джон Ноймайер, поставивший к столетию балета в 1976 году свою версию. Ее главным героем стал несчастный «лебединый король», которого преследует в спектакле некий черный человек-тень, его мистический возлюбленный. Ведь именно Людвиг II, по утверждению некоторых исследователей, и послужил Чайковскому прообразом принца Зигфрида.

Злой гений, Черный принц или Тень из сказки Шварца?

Версия Ноймайера не единственная из тех, что заново осмысливает балет Чайковского. Каких только версий не возникло к началу XXI века: Рудольфа Нуреева, Ролана Пети, Мэтью Боурна, Яна Фабра, но первыми иное прочтение знаменитого шедевра, новый взгляд на «Лебединое озеро» предложили все же балетмейстер Большого театра Юрий Григорович и его неизменный соавтор Симон Вирсаладзе.

Борис Акимов – первый исполнитель партии Злого гения.

Эта редакция идет на сцене Большого вот уже скоро как полстолетия. Именно ее и крутили по телевидению в день смерти Брежнева, а также в дни ГКЧП. И именно она больше других повлияла на последующие версии этого балета. В том числе на Ноймайера. Ведь вместо привычной всем сказки Григорович придумал наполненную символами философскую драму, мало похожую на традиционную редакцию. Центральной у Григоровича становится фигура Злого гения. Этот персонаж у него совсем не злой волшебник Ротбарт, как в других сказочных версиях этого спектакля, а метафизический двойник принца Зигфрида, символизирующий всесильный образ Судьбы, альтер эго, часть души принца, фантом его подсознания… Черный принц — это скорее даже есенинский «черный человек» или Тень из сказки Шварца. С великим сказочником Григорович познакомился у Юрия Слонимского в бытность свою танцовщиком Кировского театра. Не его ли сказка и натолкнула хореографа на такое решение?

— Как создавался образ Злого гения? — задаю я вопрос Юрию Николаевичу Григоровичу.

— Из сказочного коршуна с отрывающимися крыльями он стал образом Судьбы, властно манящей, искушающей Зигфрида явлением подлинного и мнимого идеала. Я перевел «Лебединое озеро» из сказки в романтическую новеллу, где между миром реальным и фантастическим почти нет границы. Они меняются, перетекают, как бывает в сознании человека и как это случается в сознании принца Зигфрида. Разумеется, я сохранил все лучше из достоверно известной хореографии предшественников — русских балетмейстеров Мариуса Петипа, Льва Иванова, Александра Горского. Но три четверти хореографии создано мной заново: это и первая картина, и все хореографические эпизоды принца и Злого гения в «белом» акте, и третья картина на балу и, наконец, последняя, четвертая — буря на озере, — говорит Юрий Григорович.

— Правда ли, что в основе вашего «Лебединого озера» лежала судьба баварского короля Людвига II, на что намекает в своей книге об этом балете ваш друг Александр Демидов?

— Спасибо, что вы вспомнили выдающегося русского балетного критика Александра Демидова, сборник его работ выдержал уже два издания, ждем третьего. В своей монографии он допускал связи сюжета с историей баварского короля Людвига. Это один из возможных вариантов, особенно приемлемый в Германии и там востребованный. Но для российского театрального сознания и нашей балетной традиции он узковат — музыка более универсальна, в ней борьба Добра и мирового Зла, а не описание печальной судьбы одного человека.

Еще одной особенностью спектакля Григоровича 1969 года был трагический финал, задуманный Чайковским изначально и присутствовавший в первой версии балета хореографа Венцеля Рейзингера, поставленной в 1877 году, — там в разбушевавшихся водах «Лебединого озера» гибли и принц, и Одиллия. Вопреки распространенному мнению «благополучный» финал возник еще при жизни Чайковского уже в следующей, второй по счету московской версии балета балетмейстера Гансена, созданной в 1880 году. По сообщению тогдашнего обозревателя «Суфлера», в его редакции «Принц и Одетта более не погибают, но спасаются, и Одетта, превратившись в обыкновенную девушку, прощается со своими родичами-лебедями и уходит с принцем».

Счастливый финал у «Лебединого», когда Одетта и Зигфрид торжествуют над Ротбартом, возникал потом у хореографа Александра Горского еще в 1920 году, в той самой редакции, которую он создавал совместно с режиссером В.И.Немировичем-Данченко. А окончательно «оптимистический и жизнеутверждающий финал», с победой Добра над Злом, когда у волшебника Ротбарта отрывают крыло и он гибнет в страшных конвульсиях, а Одетта, к радости принца, превращается обратно в девушку, закрепляется и становится обязательным в СССР в страшном 1937-м. Поэтому-то трагическая концовка в версии Григоровича 1969 года и приведет в смятение чиновников Министерства культуры и лично тогдашнего министра товарища Фурцеву — не выдержав генерального прогона, спектакль запретят как антисоветский. Пугающе-неожиданным покажется комиссии и сам образ Зигфрида. «Разве положительный герой может бороться не со злым волшебником Ротбартом, а со своим двойником, своим черным «я»? Да еще в спектакле, столь любимым советским народом?»

Михаил Крючков – один из лучших современных исполнителей партии Злого гения. Фото: Дмитрий Старшинов

Первый исполнитель партии Злого Гения Борис Акимов:

— К сожалению, к тому спектаклю Григорович так и не вернулся. Даже сейчас у него вариант все-таки уже другой, но с использованием многих моментов из того первоначального спектакля. Ведь был только один вечерний прогон для художественной общественности Москвы — Союза писателей, Союза художников, Министерства культуры. Все дело в том, что там удивительно активно была поставлена партия Злого Гения — это был двойник принца, некий Черный принц. Костюм Вирсаладзе тогда был совершенно другой: черный парик, черный колет, черное трико. Практически все в таком же ключе, как и у принца Зигфрида, только все было черное, и короны у него не было. Двойник появлялся во время полонеза на постаменте сверху и спускался вниз. Должен сказать, что у этого даже не Злого Гения, а Черного принца был такой интересный монолог во втором акте, перед белым актом: он как бы завораживал принца и через танец их двойного монолога приводил его на озеро, и там уже начиналась вся белая картина. Очень интересным был третий акт, когда появлялась Одетта— Одиллия. Я танцевал с Майей Михайловной Плисецкой, которая воплощала эту роль на прогоне и была первой исполнительницей партии Одетты—Одиллии (принцем был Николай Фадеичев). Но наиболее активным по танцу у этого Черного принца был последний, четвертый акт. Там было очень много танцевальных кусочков, Ротбарт очень много прыгал, и потом уже шло его столкновение с Принцем. У них было множество пролетов по диагонали, различные жете, потом уже подключалась к ним и Одетта. Это был очень трудный по насыщенности и технической, и физической четвертый акт, в конце которого погибали все.

— Сейчас не так?

— Не так, хотя тоже трагический конец. Потом состоялись гастроли в Англию, в которых, кстати, намечали показать новый вариант «Лебединого озера», но нам пришлось везти старое «Лебединое» Горского и Асафа Мессерера, которое у нас в Большом шло традиционно. И когда мы вернулись, через какой-то промежуток времени Юрий Николаевич приступил к переделке «Лебединого озера». Потому что были пожелания Министерства культуры как-то все доработать, изменить не устраивающие их моменты и, конечно, сделать конец оптимистичным. Светлые силы, по их мнению, должны были торжествовать, безусловно.

— Фурцева была недовольна?

— У нее было такое мнение. Они наложили, так сказать, вето. А в театре сами артисты очень жалели, потому что это была такая очень необычная концепция. Ведь «Лебединое» — это всегда был такой сверхтрадиционный спектакль, и вдруг в версии Григоровича между героями появилась динамика, затанцевал Злой Гений. По сравнению с тем пантомимным, ходячим, сверхреалистичным персонажем, который был в старой версии и у которого в конце отрывали крылья — это был необыкновенный подход.

— Когда в 2001 году вы были худруком балета Большого театра, у вас была идея вернуться к той версии?

— Да, мы думали это сделать. Юрий Николаевич сам пришел ко мне и говорит: «Ты знаешь, Боря, надо бы вспомнить то «Лебединое», но не знаю, как все это вспомнить!» Ведь не отсняли мы в тот момент ничего, никто же не мог предугадать, что такое случится. Мы старались все вспомнить, но, к сожалению, так и не смогли. Несколько раз Юрий Николаевич, еще до этого последнего возобновления в 2001-м, в советские времена видоизменял балет, все время над ним работал, изменяя партию Злого Гения, как уже тогда назывался этот персонаж.

«А если взаправду сила искусства столь велика, что может убить тирана?»

Много тайн и загадок в истории этого балета. Вот еще одна из них…

Известно, что советские руководители партии и правительства не в пример нынешним частенько заглядывали на балеты. «Как подумаю, что вечером опять «Лебединое» смотреть, аж тошнота к горлу подкатывает. Балет замечательный, но сколько же можно. Ночью потом белые пачки вперемешку с танками снятся…» Этот разговор с Хрущевым опубликовала в своих воспоминаниях Майя Плисецкая. «Такие у наших вождей шутки в ходу были», — прибавляет она. Какая же неодолимая сила так влекла «дорогого Никиту Сергеевича» на «Лебединое»?

Майя Плисецкая – легендарная Одетта-Одиллия в “Лебедином озере”

Все очень просто: престиж советского государства. Дело в том, что этот балет стал настоящим символом оттепели. Ведь, как известно, «в области балета мы впереди планеты всей»… И тогда, и сейчас… И вот для того, чтобы показать врагам и друзьям блеск и мощь Страны Советов, хвастались не только количеством ядерных боеголовок, показывали мы иностранным гостям и самое лучшее, что создает престиж государству во всем мире, а именно балет Большого театра, и «Лебединое озеро» прежде всего. Шло оно тогда в редакции Горского–Мессерера. Это как раз тот самый спектакль, в котором Злому Гению отрывают крыло и который смотрит товарищ Саахов в фильме «Кавказская пленница»…

«В Москву все чаще стали наведываться главы иностранных государств — вроде как оттепель. Всех их водили в Большой. На балет. И всегда почти — «Лебединое», — вспоминает Майя Плисецкая. «Флаги повесят. Гимны сыграют. В зале свет зажгут. Все поднимутся. Главы из царской, центральной ложи пухленькой тщедушной ручкой москвичам милостиво помашут — мир, дружба, добрые люди. Позолоченные канделябры притухнут… и полилась лебединая музыка Петра Ильича. С высокими гостями в ложе всегда Хрущев. Насмотрелся Никита Сергеевич «Лебединого» до тошноты». Вот и пожаловался он как-то «к концу своего царствия» в сердцах Плисецкой на балет…

Но что Хрущев… Даже Сталина с помощью «Лебединого», как поговаривают, на тот свет эта сильная женщина прямиком отправила. В своих воспоминаниях Плисецкая ставит этот вопрос ребром: «Может, дьявольские чары моей Одиллии и сгубили «лучшего друга трудящихся человечества?» А пришла она к такому умозаключению почти случайно, после выхода в свет книги «Неизвестный Сталин». Тогда люди все чаще стали ей задавать один и тот же вопрос: «Верно ли, что накануне своего смертельного инсульта Сталин видел вас в Лебедином?» Ответа на этот вопрос она не помнила. И каково же было удивление балерины, когда, вернувшись в Мюнхен, где она жила последние годы и хранила свои дневники, порывшись в них, обнаружила запись от 28 февраля 1953 года, что действительно накануне танцевала «Лебединое». Запись в точности совпала с архивными документами органов госбезопасности, рассекреченными через 50 лет и опубликованными в книге «Неизвестный Сталин», и свидетельствовала о том, что свой последний, накануне смертельного ночного инсульта, выход в свет вождь действительно-таки совершил в Большой театр. А «Лебединое озеро» с Майей Плисецкой в главной роли стало последним спектаклем, которое диктатор видел в своей жизни…

«А если взаправду сила искусства столь велика, что может убить и тирана?» — эти слова Плисецкой всегда вспоминаются, когда думаешь о том, что в августе 91-го, в самом начале путча ГКЧП, по телевидению весь день крутили именно «Лебединое озеро». Да и в день смерти Брежнева, ставшей «точкой отсчета» крушения советской империи, отменяют трансляцию хоккейного матча Спартак–Динамо(Рига), заменяя ее именно этим балетом.

Читайте материал “Кто на самом деле погубил Одетту?”

Все отзывы о спектакле «Лебединое озеро» – Афиша-Театры

Мой первый просмотр Лебединого озера, пришелся в 10 лет. Тогда в Кремле, да-да к сожалению, спала, и лишь видела пару либретто, но так и ничего и не поняла.Признаюсь, стыдно!
По просшествию 12-ти лет,повзрослев, балет меня не на шутку заинтересовал.
Зимой, после просмотра “Черного лебедя”, решила все-таки сходить. Но с работой были загвоздки, и выбраться никак не получалось.
И вот летом, наткнулась на рекламу “Про летние балетные сезоны”. Приобрела билет, и только что вернулась с просмотра. Пока впечатления свежие-рассказываю…
1) Ни в коем случае, не вспоминайте, как это выглядит в Большом театре, или в Кремле, или тем более в фильме. Забудьте! Иначе оба антракта будете сравнивать и искать недочеты.
2) Скажу честно, Портман, которая не занималась балетом, в фильме исполняла адажио и фуете куда интереснее (если конечно, ее не заменяла дублерша)! Прошу заметить, что на сцене выступали девушки, бьюсь об заклад, которые явно не первый день танцуют.
3) Конечно, постановок на “Озеро” было весьма много, но данная, не отличается хорошим набором сложных элементов, и сюжетом в целом. История заканчивается на том, что Одетта и Зигфрид жили долго и счастливо=) Ротбарт погибает. В целом, моя оценка постановке, твердая тройка.
4) На втором акте, режисер-постановщик явно схалтурил. В целом он длился, около 45 минут.
5) Я конечно не хочу придераться, но кардабалет халтурил не меньше. Особенно это было заметно в первом акте. Отсутствие синхронности, четкости движений,и их правильности, впринципе тяп ляп, в надежде на то, что публика “схавает”. Публика конечно же проглотит, особенно если в этом ничего не понимает.
Конечно, я допускаю тот вариант, что ребята под конец сезона устали, но в таких вещах халтурить не стоит!К тому же, если вы хотите “Выйти дальше, на большую сцену”!
6)Даже оркестр пару раз умудрился “не попасть в ноты”, но это им не помешало хорошо исполнить знаменитую классику.
7)Зал небольшой. В РАМТе не в первый раз. Поэтому в 4 ряду сумела насладиться сполна. И мимикой артистов-танцоров-балерин и сюжетом.
8)Было очень много иностранцев, которые бегали туда-сюда и никак не могли определиться с местом. А сотрудники зала, не могли им помочь, так как не говорят по-английски, и наверное, жестикуляцией не владеют тоже. Иностранцы заходили с едой и напитками (да и наши не отличались), и поэтому весь второй акт, в зале был легкий дурманящий запах шампанского и колбаски. Господа сотрудники, с едой недопустимо находится в зале! Вы должны за этим следить!!!
9)Несмотря на то, что попросили не пользоваться фото и видео аппартарурой.люди, наверное как бараны, не понимают…Спустя пять минут замелькали вспышки камер…Это раздражало.
10) Теперь, что касаетяс внешнего вида. Я так и не поняла куда люди пришли. Большинство людей было словно “с пляжа”, шлепки, шорты…и их пустили…Остальное большинство, в джинсах, и каких-то потянутых футболках.
Я конечно понимаю, это не Большой, и не Кремль, ну нужно знать куда приходишь. В платьях и костюмах, на весь зал, нас было около 15-20 человек. Остальные а-ля гоп-стоп!
11) Так же, хочу заметить, что “шут” выглядел весьма интересней, и проффесиольнее нежели остальные девочки кардебалета. У молодого человека, была хорошая техника.
12) Нет претензий к балерине исполняющей главную партию Черного и Белого лебедя, но увы, девушке чего-то не хватало…эмоций что ли…Т.е. в двух актах,образ оказался размытым, и она представляла собой нечто среднее…между черным и белым лебедем. Не чуствовалось большой разницы. Если бы поработать над мимикой, и может стилем, будет весьма интереснее. Черному лебедю не хватало дерзости.

*Даже забавно, совпадение..прям как в фильме..Портман никак не могла себя найти…

Но и для главной партии, проффесиолналке можно было придумать элементы по-сложнее, а не те, которые дублируются с переодичностью в две минуты. (Это на заметку режиссеру)

13) Ну и главное, я потратилась на билет 1100 рэ, конечно получила за такие деньги предпологаемое качество…но все же…мое мнение, постановка балета тянет на твердую тройку, не более.

Лебединое озеро

Лебединое озеро – это романтический балет в четырех действиях. Музыку написал Петр Ильич Чайковский. В 1871 году он написал небольшой балет о лебедях для своих племянниц и племянников. Часть музыки из этого балета он использовал для “Лебединого озера”. История балета основана на немецкой сказке. Вероятно, эта сказка была подкорректирована Чайковским и его друзьями на ранних этапах обсуждения балета.

Лебединое озеро о принце по имени Зигфрид. Он влюбляется в принцессу Лебедя, Одетту. Днем она лебедь, но ночью – молодая женщина. Она находится под магическим заклинанием, которое может быть нарушено только человеком, который даст обещание любить ее все время. Обещание даёт Зигфрид. Но его обманывает волшебник, произнесший заклинание. Балет заканчивается смертью Зигфрида и Одетты.

Впервые балет был показан 4 марта 1877 года в Большом театре в Москве. Критики рассматривали его как неудачу по многим причинам. В 1895 году в балет были внесены некоторые изменения. Затем он был показан на сцене Мариинского театра в Петербурге. На этот раз критики считали “Лебединое озеро” большим успехом. Большинство спектаклей сегодня основаны на этой версии 1895 года.

Структура

Счет, используемый в этом сравнении, – счет Чайковского. Она может отличаться от партитуры Риккардо Дриго, которая обычно исполняется сегодня. Названия для каждого номера берутся из оригинальной опубликованной оценки. Некоторые из номеров названы просто как музыкальные указания, а те, которые не переведены с оригинальных французских названий.

Введение

Moderato assai – Allegro non troppo – Tempo I

Первый акт

Сцена №1: Allegro giusto

Номер 2 Вальс: Tempo di valse

Номер 3 Scène: Allegro moderato

No. 4 Pas de trois

I. Интрада (или Энтре): Allegro

II. Анданте Состенуто

III. Allegro semplice, Presto

IV. Moderato

V. Allegro

VI. Кода: Allegro vivace

Номер 5 Pas de deux для Двух Веселых Мастеров (позже этот номер был выпущен в виде Black Swan Pas de Deux).

I. Tempo di valse ma non troppo vivo, quasi moderato

II. Анданте – Аллегро

III. Темпо ди долина

IV. Кода: Allegro molto vivace

Номер 6 Пас-д’экшн: Andantino quasi moderato – Allegro

No. 7 Sujet (Введение в танец с кубками)

Номер 8 “Танцуй с кубками”: Tempo di polacca

No. 9 Finale: Sujet, Andante

Акт II

Сцена 10: Moderato

No. 11 Scène: Allegro moderato, Moderato, Allegro vivo

No. 12 Scène: Allegro, Moderato assai quasi andante

13 “Танцы лебедей

I. Tempo di valse

II. Модерато Ассаи

III. Темпо ди долина

IV. Allegro moderato (позже этот номер стал знаменитым “Танец маленьких лебедей”).

V. Pas d’action: Andante, Andante non troppo, Allegro (материал позаимствован у Ундины)

VI. Темпо ди долина

VII. Кода: Allegro vivo

Номер 14 Скен: Moderato

закон III

Номер 15 Скен: Март – Аллегро джиусто

Номер 16 “Баллабил”: Танец Корпуса Балета и Гномов: Модерато Ассаи, Аллегро виво

17 Вход для гостей и вальса: Allegro, Tempo di valse

Нет. 18 Скен: Allegro, Allegro giusto

19 Гранд Па-де-6.

I. Интрада (или Энтре): Модерато Ассаи

II. Вариант 1: Аллегро

III. Вариант 2: Andante con moto

IV. Вариант 3: Moderato

V. Вариант 4: Аллегро

VI. Вариант 5: Moderato, Allegro семпл.

VII. Grand Coda: Allegro molto

Приложение I

Pas de deux для мадам Анны Собещенской по мотивам оригинальной музыки Леона Минкуса (AKA the Tchaikovsky Pas de Deux)

No. 20 Венгерский танец: Czardas – Moderato assai, Allegro moderato, Vivace

Приложение II

Русский танец № 20а для мадмуазель Пелагея Карпакова: Moderato, Andante semplice, Allegro vivo, Presto

No. 21 Испанский танец: Allegro non troppo (Tempo di bolero)

22 Неаполитанский/Венецианский танец: Allegro moderato, Andantino quasi moderato, Presto

Мазурка, 23: Темпо ди мазурка

Нет. 24 Scène: Allegro, Tempo di valse, Allegro vivo

Закон IV

Нет. 25 Entr’acte: Moderato

Номер 26 Скен: Allegro non troppo

No. 27 “Танец маленьких лебедей”: Moderato

Номер 28 Скен: Allegro agitato, Molto meno mosso, Allegro vivace

29-й финал Скейна: Andante, Allegro, Alla breve, Moderato e maestoso, Moderato

Другие ранние производства

Лебединое озеро” стало известно в Европе и США вскоре после того, как в 1895 году на сцене Мариинского театра была представлена его пересмотренная версия. Впервые она была представлена в Европе в Праге в июне 1907 года. Впервые она была представлена в США в Метрополитен-опера в декабре 1911 года. Дягилевский балет “Русские балеты” представил двухактное “Лебединое озеро” в Лондоне в 1911 году. В 1925 году “Русский балет” представил в Лондоне одноактную версию. Полностью Лебединое озеро было впервые представлено в Англии Садлеровским балетом Уэллс в ноябре 1934 года. Среди балерин, изображающих Одетту, Матильда Кчессинская, Анна Павлова, Марго Фонтейн. Павел Гердт был принцем Зигфридом в петербургской постановке 1895 года. Нижинский и Рудольф Нуриев также исполнили князя Зигфрида.


Лебединое озеро (Чешская Республика, 2009)

Сент-Питербургская ревизия, 1895 г.

Чайковский скончался 6 ноября 1893 года. Люди стали больше интересоваться его музыкой после его смерти. Лев Иванов был ассистентом балетмейстера Мариинского театра в Санкт-Петербурге. Он создал новые танцы для второго акта. Этот акт был представлен 1 марта 1894 года на концерте в Мариинском театре в память о Чайковском. Пьерина Легнани танцевала Одетту. Пересмотренный акт имел большой успех. Он был представлен вновь с еще большим успехом. Мариус Петипа был балетмейстером Мариинского театра. Он был впечатлен успехом этих двух презентаций. Он принял решение поставить полный балет на Мариинской сцене. Он оформил танцы для Деяний 1 и 3, а Иванов оформил танцы для Деяний 2 и 4.

Риккардо Дриго был дирижером оркестра Мариинского театра. Он пропустил несколько номеров из балета. Он оркестровал три фортепианных номера из оперы Чайковского 72. Затем положил их в балет. Этими тремя номерами были “Л’Эспьенгль”, “Вальсе Блюет” и “Унпоко ди Шопен”. Затем он вписал номер в третий акт, который, возможно, написал сам.

Брат Чайковского Модест немного изменил сюжет балета на доработку. Он дал балету счастливый конец. Новое Лебединое озеро было представлено 27 января 1895 года на Мариинском театре. Пьерина Легнани танцевала и Одетту, и Одиль. Балет имел большой успех. Эта версия балета является той, которую мы видим сегодня.


Мариинский театр, Санкт-Петербург

Тридцать два фуэте в турнирах

Лебединое озеро славится 32 фуэте в турнире в третьем акте. Эти фуэте танцуют в конце “Черного лебедя” па-де-де балерина, играющая Одиль. Па-де-де-де – это последняя мысль Чайковского. В оригинальную постановку она не вошла. Она состоит из вступительного адажио, за которым следует вариация для танцора-мужчины. Затем следует вариация для балерины. Весь спектакль завершается быстрым движением для обеих танцовщиц, которое включает в себя фуэте. ПьеринаЛегнани впервые танцевала фуэте в постановке Мариинского театра 1895 года. Зрители балета не знали о 32 фуэте. Некоторые считали их просто трюком. Другие считали их захватывающими. Эти хозяева балета ходили на каждое выступление, чтобы посчитать количество оборотов.


Танцор, исполняющий фуэте на турнирах.

Что люди думали о балете

Первое представление “Лебединого озера” было катастрофой. Герман Ларош писал: “Должен сказать, что никогда не видел более плохого представления на Большой сцене. Костюмы, декор и машины не скрывали ни малейшей пустоты танцев. Ни один балетмейстер не выходил из нее даже пять минут удовольствия”. Он похвалил музыку. Он писал, что Чайковский был “в отличном юморе… он был полностью на высоте своего гения”. Брат Чайковского Модест писал: “Бедность постановки, имея в виду декор и костюмы, отсутствие выдающихся исполнителей, слабость воображения балетмейстера и, наконец, оркестр… все это вместе позволили [Чайковскому] с полным основанием свалить вину за неудачу на других”. Однако балет имел умеренный успех у зрителей театра. Он был показан 33 раза между премьерой в Большом театре в 1877 году и заключительным спектаклем в 1883 году.

Музыка

Джон Уоррак отмечает, что Чайковский вложил драму в историю в музыку: “Сделав Б ключом к трагедии, он инициирует музыкальный “сюжет”, в котором темные силы Ротбарта стремятся перетащить тональность в более плоские клавиши. Главное действие, с другой стороны, лежит в ключевой области А”. Чайковский сбалансировал все музыкальные составляющие произведения. “Разногласия в его самой легкой, привлекательной музыкальной манере”, – пишет Варрак, – “Танцы, которые дальше по сюжету имеют довольно большую музыкальную субстанцию, а сцены повествования и действия находятся в том, что нашла его “симфоническая” манера”. По словам критиков, музыка Чайковского была “слишком шумной, слишком “вагнеровской” и слишком симфонической”.


“Танец Маленьких Лебедей” из 4-го акта.

Первое выступление

Репетиции на “Лебедином озере” начались до того, как Чайковский закончил счет, и проходили в течение 11 месяцев. Все участники спектакля никогда не слышали столь сложной партитуры для балета. Они описывали музыку как “невыносимую”. Даже дирижер в отчаянии поднимал руки над музыкой.

Хореограф Юлиус Рейзингер был некомпетентен, а декорации не отличались сплоченностью, так как их создавали три разных человека. Кроме того, Большой театр в то время страдал от проблем, в том числе от отсутствия балетмейстера, который мог бы разработать спектакль по партитуре. Роль Одетты отдавалась не первоклассной танцовщице, а второклассному таланту. Причина могла быть политической.

Впервые “Лебединое озеро” было показано 4 марта 1877 года в Большом театре в Москве. Юлий Рейзингер создал танцы. Полина Карпакова танцует Одетту. Она вложила в “Лебединое озеро” несколько понравившихся ей номеров из других балетов. Балет провалился. В 1883 году Большой балет выбыл из своего репертуара. В это время декорации разваливались. Лишь в 1901 году Александр Горский поставил для Большого театра новую постановку “Лебединого озера”.

Структура балета

Закон 1

  • No.1: Scène
  • №2: Вальс (Вальс)
  • No.3: Scène
  • No.4: Pas de trois
  • No.5: Pas de deux
  • 6: Пас-д’экшн
  • No.7: Sujet
  • No.8: Danses des couppes {Goblet Dance}
  • 9: Финал

Закон 2

  • No.10: Scène
  • No.11: Scène
  • No.12: Scène
  • No.13: Danses des cygnes
  • No.14: Scène

закон 3

  • No.16: Danse du corps de ballet and des nains (Танец для балета и гномов)
  • No.17: Сцена – Прибытие гостей и вальс
  • No.18: Scène
  • 19: Па-де-шесть (Танец для шести принцесс)
  • No.20: Danse hongroise (венгерский танец)
  • No.21: Danse espangnole (Испанский танец)
  • No.22: Danse napolitaine (Неаполитанский танец)
  • No.23: Danse Mazurka (Мазурка)
  • No.24: Scène
  • На свидании где-то после первого выступления Чайковский вставил эффектное па-де-де (теперь называемое “Черный лебедь-па-де-де”) после Мазурки.

Закон 4

  • No.25: Entr’acte
  • No.26: Scène
  • No.27: Danse des petits cygnes (Танцы маленьких лебедей)
  • No.28: Scène
  • 29: Финал Сена

Пьерина Легнани в роли Одетты в Петербургском пробуждении, 1895 г.

Персонажи балета

  • Одетта, Принцесса Лебедя. Одетта – лебедь днем (как ее сестра-лебедь) и дева ночью. Она появляется в Актах 2 и 4, и очень коротко в Акте 3.
  • Принц Зигфрид, любовник Одетты. Принц Зигфрид влюбляется в Одетту и обещает быть ей верным навсегда. Он случайно предал Одетту. Он появляется во всех четырех действиях.
  • Фон Ротбарт – волшебник, который держит Одетту и ее сестру лебедей в ловушке магического заклинания. Он принимает форму совы. Он побежден в конце балета. Он появляется в Деяниях 2, 3 и 4. Его иногда называют Ротбартом. Его имя означает “Красная Борода”.
  • Одиль, дочь фон Ротбарта. Она замаскирована под Одетту. Она обманом заставила принца пообещать ей свою любовь на балу, и тем самым принц предал Одетту. Она появляется только в третьем акте. Иногда балерина, играющая Одетту, также исполняет роль Одетты.
  • Вольфганг, наставник принца. Вольфганг обычно появляется в первом акте. Он напивается вина. Он появляется в Актах 1 и 3.
  • Бенно, друг принца. Бенно предлагает Принцу и его друзьям охотиться на лебедей в первом акте. Бенно появляется в Актах 1 и 3.
  • Королева-мать, мать Зигфрида. Королева-мать хочет, чтобы ее сын выбрал невесту. Обычно она дарит ему арбалет в качестве подарка на день рождения в первом акте. Она появляется в Актах 1 и 3. Королева-мать – пантомима.

Павел Гердт в роли принца Зигфрида в 1895 году, в период возрождения Санкт-Петербурга.

История балета

Акт 1: 1. Скейн – поднимается занавес на день рождения принца Зигфрида. Ему 21 год. На следующий вечер состоится грандиозный бал. Он должен выбрать невесту из шести навещающих принцесс. Вольфганг, его наставник, знакомит крестьян с весельчаками. 2. Вальсе. 3. Сен. Входит королева-мать. Она думает, что Зигфрид легкомысленный. Королева-мать уходит. Бенно призывает принца продолжить веселье. 4. Pas de trois. -Танцы для крестьян. 5. Па-де-де. -Танцы для весельчаков. 6. Pas d’action. -Вольфганг пьян и рушится. 7. Сюйет. -Солнце садится. Зигфрид предлагает финальный танец. 8. Danse des coupes. -Весельчаки танцуют полонез, держа в руках кубок. 9. Финал. -Стака лебедей летит над головой. Бенно предлагает охоту. Князь согласен. Они взлетают.

Акт 2: 10. Сен. -Видно озеро, мерцающее при лунном свете. Зигфрид с друзьями наблюдает, как стая лебедей скользит по поверхности озера. 11. Сен. -Охотники прицеливаются. Птицы превращаются в девиц. Их вождь спрашивает Зигфрида, почему он беспокоит их. Она говорит, что она принцесса Одетта. Ее злая мачеха превратила ее и ее спутников в лебедей. За ними наблюдает компаньон ее мачехи фон Ротбарт под видом совы. Только брачная клятва может разрушить заклинание, которое сохраняет ее как лебедя днем, а как девицу ночью. 12. Сен. -Зигфрид говорит, что любит Одетту. Она обещает присутствовать на завтрашнем балу. Она предупреждает его, что ее мачеха очень опасна. 13. Danse des cygnes. 14 Scène. – Рассвет разбивается. Одетт и ее друзья возвращаются на озеро лебедями.

Акт 3: Гости прибывают в замок Зигфрида, чтобы выбрать невесту принца. 16. Danse du corps de ballet and des nains. -Все танцы, в том числе группа гномов. 17. Scène. -Вылазка приглашенных и Вальс. Шесть принцесс прибывают. 18. Сен. Зигфрид не выбирает невесту из шести принцесс. Входит фон Ротбарт с дочерью Одиль. Она замаскирована под Одетту. 19. Па-де-6. Принцессы танцуют. 20. Танцевальный гонгруаз. 21. Танцевальный эспаньол. 22. Данс-наполитан. 23. Данс Мазурка. 24. Сен. -Зигфрид выбирает Одиль в качестве своей невесты, полагая, что она Одетта. Фон Ротбарт бежит из зала, как сова. Зигфрид бросается в ночь, чтобы найти Одетту.

  • Позднее Чайковский ввел па-де-де в 3-й акт, известный как “Черный лебедь па-де-де”.

Акт 4: 25. Entr’acte. 26. Сен. -Друзья Одетты ждут ее возвращения на озеро. 27. Danse des petits cygnes. 28. Сен. Одетт падает в объятия своих товарищей. Она рассказывает им, что случилось. Поднимается шторм. Зигфрид достигает Одетт. 29. Финал сцены. -Он умоляет ее простить его. Она умирает от горя на его руках. Он бросает ее корону на воды. Волны овладевают им. Лебедей видно, скользящих по озеру.

Либретто и оценка

В 1871 году Чайковский вместе с сестрой Александрой Давыдовой проходил лето на Украине. Именно в ее доме на Каменке он написал для ее детей небольшой балет о лебедях. Сюжет балета основан на немецкой сказке “Лебединое озеро”. Чайковский использовал музыкальную тему из этого детского балета в зрелом “Лебедином озере“. Мало что известно об этом балете для детей.

В 1875 году Владимир Бегичев попросил Чайковского написать балет о лебедях. Бегичев был чиновником, ответственным за репертуар Императорских театров. Чайковский принял его приглашение написать балет. Он сказал Римскому-Корсакову: “Я принял работу, отчасти потому, что мне нужны деньги, но также и потому, что у меня уже давно появилось желание попробовать свои силы в этой музыке”. В августе он закончил эскизы для двух номеров. Балет он закончил 10 апреля 1876 года.

Неизвестно, кто написал либретто балета. В программе записаны и Бегичев, и танцовщик Василий Гельцер. Скорее всего, они основывали ее на беседах с артистами, которые встретились в салоне Бегичева. Они также использовали сказки из “Фольксмаршена Германии” Иоганна Мюзэуса (1782-86), сборника немецких сказок и народных сказок.

Состав

Чайковский не имел опыта написания музыки к балету для профессионального театра, когда принял приглашение Бегичева. В 1875 году он начал работать на “Лебедином озере”. Это был его первый балет. Изучал музыку к балету других писателей. Ему нравилась музыка и балеты Лео Делибеса. Чайковский считал музыку Делибеса красивой и мелодичной. Однако Чайковский основывал “Лебединое озеро” на симфонической шкале. Сочинение музыки для “Лебединого озера” было для Чайковского способом избежать реальности гомосексуализма в царской России. Россия была репрессивным государством. Гомосексуалистов отправляли в тюрьму, высылали или отправляли в изгнание. Симфонии не снимали стресса, как это делала балетная музыка, ему приходилось вкладывать в симфонии слишком многое из своей внутренней жизни. В мае 1875 года его наняли писать “Лебединое озеро”. Музыку он закончил в апреле 1876 года. Чиновник, ответственный за музыку в Большом театре, считал музыку Чайковского непонятной. Лейтмотив маленького балета Чайковского для его племянников и племянниц получил название “Лебединая песня”. Чайковский использовал этот лейтмотив в “Лебедином озере”.

Автор

Alegsaonline.com – Лебединое озеро – Leandro Alegsa – 18/01/2021 – url: https://ru.alegsaonline.com/art/95422

Происхождение моей любимой сказки —

Когда я впервые начал писать о сказках, я понял, что не совсем уверен, какая история моя любимая. Это деликатное решение. Когда я был ребенком, я, вероятно, сказал бы «Кот в сапогах» из-за моей крайней одержимости кошками. Или, может быть, «Красавица и чудовище», основанные на моей огромной любви к фильму Диснея. Я питаю слабость к таким сказкам, как Рапунцель, Двенадцать танцующих принцесс и Золушка.Кто нет?

Но если бы мне пришлось выбирать свою любимую сказку № 1, я бы выбрал «Лебединое озеро».

Теперь, если ваша первая реакция на это: «Это не сказка! Это балет». Хорошо, что ты это знаешь! Но у этой истории действительно сказочные корни, причем красивые.

Мое знакомство с Лебединым озером

С гордостью могу сказать, что моим первым введением в «Лебединое озеро» была музыка русского композитора Петра Ильича Чайковского. Оба моих родителя — любители классической музыки, так что эта партитура была в моей жизни, сколько я себя помню.Если вы никогда не слышали это раньше, пожалуйста, найдите минутку, чтобы оценить, насколько это захватывает дух:

Я был очень маленьким ребенком, когда впервые узнал историю этой навязчивой музыки. На самом деле, моим первым знакомством было японское аниме-версия «Лебединое озеро » (1981). (Есть два разных английских дубляжа его фильма, и я непреклонен в версии Нэнси Линк. Не упоминайте Пэм Доубер в моем присутствии.) Эта адаптация восхитительно дрянная, но это также фантастическое исполнение «Лебединого озера». .Он учитывает большинство оригинальных сюжетных моментов, а также заполняет пробелы беззаботным, подходящим для детей действием. И, конечно же, используется оригинальная партитура Чайковского.

Я также являюсь поклонником Царевна-Лебедь (1994), который намного дальше отходит от балета, чем аниме-версия. Но обе адаптации несут в себе основные сюжетные элементы оригинальной сказки.

Лебединое озеро в двух словах

Однажды молодому принцу Зигфриду исполняется 21 год, и королева-мать решает устроить бал, на котором он должен выбрать невесту.Встревоженный этими ожиданиями, Зигфрид берет свою лошадь на охоту у озера. Он встречает в воде стаю лебедей, самый красивый из которых носит корону.

Закулисные адаптации не всегда включают придворных дам Одетты, которые также обречены каждый день превращаться в лебедей вместе со своей принцессой.

Когда восходит луна, лебеди превращаются в юных девушек, а лебедь в короне превращается в принцессу по имени Одетта. Зигфрида и Одетту мгновенно тянет друг к другу, и он узнает, что она находится под властью злого колдуна, барона фон Ротбарта.Она проклята превращаться в лебедя днем ​​и возвращаться в человеческий облик только ночью. Причина этого очарования не объясняется в балете, но в большинстве адаптаций предполагается, что Ротбарт похитил Одетту, чтобы заставить ее выйти за него замуж, а ее проклятие — уловка, чтобы помешать ей встречаться с другими мужчинами.

Одетта — одна из самых желанных и требовательных ролей во всем балете, и для нее требуется чрезвычайно талантливая прима-балерина.

Независимо от того, почему заклинание наложено, проклятие Одетты может быть разрушено только в том случае, если мужчина, который никогда раньше не любил, пообещает ей чистую и пожизненную любовь.Зигфрид сразу же уверяет Одетту, что любит ее, и приглашает ее завтра вечером на бал. Там он выберет ее своей невестой и разрушит чары, убив двух зайцев одним выстрелом (простите за каламбур). Одетт взволнована и соглашается приехать, но без ведома молодой пары Ротбарт все слышал и уже замышляет их уничтожение.

Способность Ротбарта превращать людей в птиц позволяет ему превращаться в сову. Эта способность почти всегда встроена в его костюм.

На бал приходит женщина, очень похожая на Одетту, одетая во все черное. Эта самозванка — не кто иная, как дочь Ротбарта, Одиллия, «черный лебедь». Она была волшебно зачарована, чтобы во всем походить на любовь Зигфрида, и они танцуют всю ночь напролет, пока Зигфрид не объявляет об их помолвке и не признается в любви. Конечно, Ротбарт слишком поздно сообщает Зигфриду, что он только что поклялся не той девушке. Принц бежит к Лебединому озеру просить прощения у Одетты.

Выберите свою любимую концовку

В адаптации, которую я видел в детстве, Зигфрид галантно убивает Ротбарта с помощью боя или силы любви, освобождая Одетту от ее проклятия.Но оригинальная история имеет гораздо более мрачный конец.

В балете трагическая путаница принца не так легко примиряется. Теперь, когда он поклялся Одиллии, Одетта обречена быть проклятой навеки. Итак, в конце концов, Зигфрид и Одетта тонут в озере, решив умереть вместе, а не жить порознь. Довольно мрачно.

Трагическое двойное самоубийство после роковой ошибки Зигфрида сильно напоминает Ромео и Джульетту.

Для справки: первая аудитория «Лебединого озера» в 1877 году ненавидела трагический финал.Вот почему финал был изменен в возрождении «Лебединого озера» 1895 года. Пара все еще тонет, но в этой версии двойное самоубийство освобождает других дев-лебедей от их проклятия. Также души Зигфрида и Одетты возносятся на небеса, где они соединяются в своей любви. Множество современных версий балета имеют счастливый конец, когда Ротбарт умирает, а Зигфрид уезжает с Одеттой на закат.

Так кто же написал эту историю?

Никто точно не знает, кто написал оригинальное либретто «Лебединого озера».Широко распространено мнение, что Чайковский внес львиную долю творческого вклада в историю вместе с другими создателями балета, но откуда взялось их вдохновение?

Некоторые источники утверждают, что Чайковский создал «Лебединое озеро» и «Принц Зигфрид» на основе жизни короля Баварии Людвига II, также известного как «Король-лебедь». Король Людвиг тоже утонул в озере, но эта трагедия произошла почти через десять лет после премьеры «Лебединого озера» в России. Так что эта теория была довольно тщательно развенчана как совпадение.

Более популярная теория состоит в том, что Лебединое озеро происходит из двух разных сказок.

Красивые женщины в образе белых птиц

Первый — немецкий рассказ Иоганна Карла Августа Мусауса «Украденная вуаль». Эта история о молодом солдате по имени Фридберт, который обнаруживает стаю заколдованных лебедей. Каждую ночь лебеди становятся девушками, когда снимают короны и вуали, чтобы искупаться в озере. Фридберт крадет одну из вуалей, чтобы помешать самой молодой девушке вернуться в свою лебединую форму, и превращает ее в свою невесту.Эта история очень похожа на шведскую сказку «Девушка-лебедь», хотя у этой сказки более счастливый конец.

Другим предполагаемым источником Лебединого озера является русская сказка «Белая уточка». В этой сказке коварная ведьма превращает королеву в белую утку и меняет свой внешний вид, чтобы занять место королевы рядом с мужем. Белая утка, особенно с ее русским происхождением, кажется, откуда взялся ложный образ невесты Лебединого озера.

Лебеди были символом души и чистоты еще с Древней Греции.

Если вы не знаете, девушки-лебеди широко распространены в фольклоре всего мира. Во многих сказках лебеди символизируют высшую женскую красоту и девственную чистоту. Трансформации в королевских животных также довольно распространены в сказках (кто-нибудь о принце-лягушке?), но мне особенно нравятся образы птиц в «Лебедином озере».

Фальшивая невеста также является довольно распространенной темой. Мужчин в сказках постоянно обманывают, заставляя жениться не на той женщине. И я даже не могу вам сказать, у скольких сказочных героинь счастливый конец сбит с толку или отложен другой женщиной.Сказка, которая больше всего отражает «Лебединое озеро», — это, вероятно, Русалочка Ганса Христиана Андерсона, которая превращается в морскую пену, потому что ее мужчина говорит «Да» кому-то другому. Истории любви обеих этих женщин принимают трагический оборот, который заставляет их умирать в водоеме, откуда они пришли. Видите параллели?

Но моя любимая тема — сила слов

Есть много сказок, в которых ответная любовь достаточно сильна, чтобы разрушить проклятие. Лебединое озеро не исключение.Тот факт, что Зигфрид признается в любви не той женщине, может сделать эту поучительную историю о том, как вы влюбились в кого-то, кого вы на самом деле не знаете, но я думаю, что это нечто большее.

Для меня это история о силе слов и о том, что даже добрые намерения не могут спасти человека от невыполненного обещания. Сила клятвы всегда казалась мне глубоко пронзительной и весьма романтичной концепцией. Мы живем в мире, который не воспринимает обязательства или слова любви особенно серьезно.Поэтому для меня этот волшебный мир, где все ваши надежды и мечты зависят от слов того, кого вы любите, кажется одновременно величественным и интригующим.

Лебединое озеро, несомненно, темное, но его волшебство и романтика захватывают воображение уже более века.

Я люблю «Лебединое озеро» во всех его проявлениях, как в трагической, так и в счастливой версии. «Лебединое озеро» — одна из самых неземных и романтических историй, когда-либо рассказанных, и в моем списке желаний увидеть балет вживую.А пока я надеюсь, что творческие умы будут продолжать пересказывать эту историю снова и снова, чтобы сохранить творчество Чайковского живым. ❧

Еще одна трагическая история любви — «Русалочка: любовь с первого взгляда или безумие»?

Откуда взялась история Лебединого озера? — дебейскленар

 

Повторное посещение «Лебединого озера» от Елены Малец

На прошлой неделе я пошел посмотреть постановку «Лебединое озеро ». Это один из моих любимых балетов, который обычно считается классикой.Музыку к балету « Лебединое озеро » Петр Чайковский написал в 1875–1876 годах, но откуда взялась эта история? Он, конечно, содержит элементы сказки, но основан ли он на какой-либо реальной сказке?

Основная сюжетная линия Лебединое озеро повествует об Одетте, принцессе, превращенной в лебедя злым колдуном фон Ротбартом. Ночью Одетта и другие девушки, превратившиеся в лебедей, могут вновь принимать человеческий облик, но днем ​​они снова становятся лебедями.Одетта освободится от этого проклятия только в том случае, если чистый сердцем мужчина поклянется ей в своей любви. Принц Зигфрид обнаруживает Одетту во время охоты, но прежде чем он успевает поклясться в своей любви, фон Ротбарт разлучает их. Мать принца Зигфрида бросает ему мяч, требуя, чтобы он выбрал жену. Фон Ротбарт прибывает со своей дочерью Одиллией, замаскированной под Одетту. Принц Зигфрид считает, что это Одетта, и признается ей в любви. Затем фон Ротбарт раскрывает истинную личность Одиллии. Принц Зигфрид мчится к озеру, чтобы найти Одетту, которая прощает ему его ошибку.Здесь есть некоторые вариации того, как заканчивается история, но в оригинальном финале и Одетта, и принц Зигфрид утонули в озере. С тех пор это было изменено во многих балетах, чтобы принц Зигфрид и Одетта восходили вместе как духи.

По словам племянника и племянницы Чайковского, Чайковский написал балет под названием Лебединое озеро для своей семьи в 1871 году и считается основой для Лебединое озеро . Другие источники указывают как на «Украденное покрывало » Иоганна Карла Августа Мусауса, так и на русскую народную сказку «Белая утка » как на возможные источники сюжетной линии «Лебединое озеро ».Но может ли кто-нибудь сказать наверняка?

Девы-лебеди были обычным сюжетом в сказках по всей Европе. Братья Гримм даже писали о том, что люди становятся лебедями, хотя лебеди в сказке братьев Гримм «Шесть лебедей » — это шесть братьев, а не девушки-лебеди. Несмотря на эту сказку, женщины-девы-лебеди встречаются чаще. Три лебедя сказка родом из Германии; есть шведская сказка под названием Дева-лебедь , и Джозеф Джейкобс реконструировал различные европейские источники сказок о девушке-лебеде для Девы-лебеди .Девы, принимающие форму лебедей или других птиц, также можно найти в сказках других культур.

Однако, возвращаясь к исходному вопросу, откуда взялась история Лебединое озеро ? С одной стороны, это не прямой пересказ какой-то одной конкретной сказки. С другой стороны, оно тоже не появилось из ниоткуда. Существует множество сказок, повествующих о девушках-лебедях.

Я хочу сказать, что искусство не существует в вакууме. Хотя точная сюжетная линия Лебединое озеро , скорее всего, была разработана Чайковским, у него было несколько источников, из которых он мог взять материал и преобразовать его в свое собственное прекрасное творение.

Нравится:

Нравится Загрузка…

Родственные

История Лебединого озера – Рассказы на ночь

Это История Лебединого озера . Жил-был прекрасный принц. Его звали Зигфрид. Однажды он отправился в лес на охоту и наткнулся на красивое озеро. Он увидел много белых лебедей, играющих в воде. Когда наступила ночь, лебеди сошли на берег и один за другим превратились в прекрасных девушек.

Одна из девушек была намного красивее остальных. Принц не мог не подойти к ней и сказать: «Я принц Зигфрид. Если у вас возникнут какие-либо проблемы, я хочу быть вам полезным». «Я принцесса Одетта. Мои служанки и я были наложены проклятием колдуном Ротбартом. Вот почему мы стали лебедями». Также читайте «Дикие лебеди».

история лебединого озера

Image Source-> http://www.oczone.cn. Когда принц взглянул на принцессу Одетту, его сердце сжалось от жалости к ней.”Будьте уверены. Пойду поищу этого колдуна Ротбарта и попробую разрушить чары. Я отомщу за тебя!» Принц был полон решимости. Внезапно из темного леса вылетела сова и начала атаковать принца. Это колдун Ротбарт превратился в сову. На лице принца не было и намека на страх. После нескольких раундов с совой он прогнал его. Одетта очень его ценила.

«Прекрасная принцесса, как я могу снять проклятие?» он спросил. «Только если ты публично попросишь моей руки замуж, колдовское проклятие будет снято, и я смогу вернуться к нормальной жизни», — застенчиво сказала Принцесса.Принц схватил принцессу за руку и сказал: «Это легко. Завтра вечером мама устраивает банкет, чтобы я выбрал себе невесту. Я буду просить твоей руки на глазах у всех».

На следующий день во дворце состоялся бал. На балу присутствовало много хорошеньких девушек, но принц не считал ни одной, кроме принцессы Одетты. Когда бал подходил к концу, во дворец с улицы вбежала благородная и прекрасная принцесса. Принц взволнованно схватил ее за руку и объявил перед всеми: «Принцесса Одетта — девушка моей мечты.Я решил жениться на ней». Вы также можете прочитать «Историю вороны и павлина».

«Принц, эта девушка — дочь Ротбарта. Я настоящая принцесса Одетта!» — сказала девушка у входа во дворец. Принц обернулся и посмотрел: «Да, вы принцесса Одетта. Как я мог забыть твое самое прекрасное, но печальное лицо». Фальшивая Одетта полностью превратилась в свою злую сущность. «Ха-ха! Слишком поздно! Ты уже попросил меня выйти за тебя замуж. Проклятие моего отца никогда не будет снято.

Внезапно появился колдун Ротбарт. Разъяренный принц выхватил меч. В мгновение ока он бросился на колдуна и одним ударом пронзил его горло. Колдун упал замертво в лужу крови. «Теперь я никогда не смогу вернуться к нормальной жизни!» Принцесса Одетта, охваченная отчаянием, бросилась к скале. Она прыгнула головой вперед в Лебединое озеро. Когда принц увидел, как его возлюбленная падает со скалы, его сердце разбилось, и он бросился за ней.

Вскоре выглянуло солнце, и наступил дневной свет.Странно, но девушки-служанки не превратились в лебедей. Слезы текли из их глаз, когда они говорили: «Принц и принцесса пожертвовали своими жизнями в обмен на нашу свободу». Внезапно произошло чудо. Принц и принцесса Одетта вышли из воды. Любовь принца к принцессе глубоко тронула бога. Таким образом бог не только снял проклятие , но и спас их от воды.

Принцесса вернула принцессу в замок, и они жили долго и счастливо.

Вот визуальное изображение  «История Лебединого озера» .Смотрите видео историю ниже,

Видео История Лебединого Озера


Лебединое озеро – Storynory

искать 00.00.00 00.00.00 loading

Мы представляем Волшебную и Музыкальную Историю к Рождеству (или к любому другому времени года, когда вам хочется музыки и романтики).

Сюжет основан на балете Чайковского. У нас есть музыка из балета, но изюминкой является песня «Лебединое озеро», специально написанная и записанная для этого спектакля. Все это и две потрясающие оригинальные фотографии.У нас на несколько кредитов больше, чем обычно:

Песня в исполнении и аранжировке Габриэллы Бёрнел.
Песня записана и спродюсирована Auburn Jam
Оригинальные изображения Софи Грин
Оркестровая музыка от Partners in Rhyme

Рассказ прочитана Элизабет Доннелли
Рассказ и слова Берти.
Вычитка Клэр Дикин.

Если вам нравится эта история, вам также могут понравиться «Рождественский Щелкунчик» и «Разбитое сердце Сэди» — последняя довольно вольно основана на «Лебедином озере».

Голос воскликнул: «А, вот и он!»

Королева, приветствовавшая гостей на террасе дворца, взглянула с некоторым облегчением и увидела своего сына, прибывшего верхом, опоздавшего на празднование собственного дня рождения.У ворот сада он спешился с высокомерной ловкостью, прежде чем взбежать по ступенькам на своих длинных ногах.

Многие гости собрались на лужайках перед дворцом. Королевские и дворянские семьи всей Европы были хорошо представлены. А хорошеньких принцесс на выданье было особенно много.

Теперь пришло сообщение: «Он здесь, он прибыл».

Все взгляды были прикованы к террасе, где королева вручала своему сыну подарок на день рождения.Это был арбалет с серебряной рукоятью, на которой были замысловато выгравированы изображения диких птиц, зайцев, оленей и другой дичи. Раздались вежливые аплодисменты, когда принц Зигфрид повесил охотничье ружье через плечо на кожаном ремне. Он все еще носил подарок, пока исполнял свой долг и общался с гостями.

Принцу пришлось найти несколько вежливых слов для каждого гостя. В лучшие времена он находил несколько попыткой вести придворную светскую беседу, и каждый раз, когда ему представляли краснеющую принцессу, он не мог не чувствовать раздражения.Он прекрасно знал, чего все, особенно его мать, ожидали от него. Он должен был выбрать себе в жены принцессу.

В тот вечер его приветствовали зубастые и ухмыляющиеся рты, другие нежные и скромные, а третьи сочные и красные. Он мог выбрать глаза кошачьего зеленого, шоколадно-коричневого, небесно-голубого или совино-серого цвета. Конечно, недостатка в принцессах всех форм, размеров и комплекции не было, но вся ситуация казалась ему совершенно невыносимой.Даже принца нельзя заставить влюбиться прямо по сигналу. Когда стемнело, он выскользнул из толпы и подобрал свою лошадь. К тому времени, как фейерверк на его день рождения осветил небо, он достиг опушки леса.

Очень мало света от звезд и луны проникало сквозь кроны деревьев, но он и его лошадь хорошо знали дорогу. Они шли осторожно, но он, возможно, повернул не так, как обычно, потому что вскоре наткнулся на незнакомую поляну в лесу, которая, как он вскоре обнаружил, выходила к озеру.Князь сел на пенек недалеко от кромки воды и прислушался к нежному плеску волн. Его большой палец погладил серебряную рукоятку арбалета. Когда группа лебедей скользила по залитой лунным светом воде, он вспомнил, что, как говорят, лебеди спариваются на всю жизнь. Он думал, что это потому, что их любовь естественна и искренна. Никто не говорит лебедю, когда он или она должны жениться.

Один из лебедей поднялся из воды на берег, вытянул длинную шею и захлопал крыльями.Принц Зигфрид поднял арбалет и прицелился. Его палец нащупал спусковой крючок, но, хотя охота была одним из самых острых удовольствий его золотой жизни, он не мог заставить себя выстрелить в такое мирное и красивое существо. Он опустил оружие и положил его на замшелую землю рядом с собой. Когда он это сделал, его глаза немного затуманились.

«Блин. Не слезы», — подумал он. Его палец стер соленую каплю с уголка глаза. Теперь он увидел, что звезда сияет прямо на лебедя.Но она уже не была совсем лебедем. Ее перья потускнели, и она претерпела какое-то волшебное превращение при лунном свете. Он встал и пошел к удивительному видению. К тому времени, когда он достиг того места, где она стояла, она была больше женщиной, чем лебедем, а затем мягко упала в его объятия.

Песня

Ночь
Падает на тайное озеро
Я просыпаюсь
Больше женщина, чем лебедь

Я
Танцую на моих острых пальцах ног
Я позирую
Больше женщина, чем лебедь подбородок
Видит, как я расправляю крылья
Знает надежды, за которые я цепляюсь

Эти тонкие камыши
Смотри, как я кружусь
Смотри, как я глажу землю
Смотри, как я летаю на свободе

Ты
Случай на моем одиноком озере
Ты берешь
Стрелу из мое сердце

Мы
Танцуем на залитом лунным светом ручье
Мы кажемся
Совершенно предназначенными для этой части

Этот рассвет надежды
Видит, как мы образуем пару
Видим, как мы путешествуем по воздуху
Видим, что мы обязаны разделить

Эти огненные небеса
Смотри, как ты поднимаешь меня высоко
Смотри, как мы парим и летаем

Смотри, как мы превращаемся в одно целое
На свету я ухожу
Обратно к лебедю
Женщина, которой больше нет

Состояние мага зачарованное
Только любовь, которая есть лоя Я могу согласиться

Романтик совершенно безумный Я вздыхаю
Ибо внезапная любовь может лгать;

Может лгать, может вздыхать, может умереть.

Свет
Водопад на тайном озере

Меньше
Женщина, чем
Женщина, чем
Лебедь потому что теперь он знал, что значит быть влюбленным в таинственное и волшебное существо, известное как женщина, но эта женщина была еще более неуловимой, чем большинство других. С первыми лучами солнца она снова превратилась в лебедя, и он погладил ее пернатую шею, прежде чем она вернулась в холодные воды озера.

Естественно, он считал их любовь тайной. Он и не подозревал, что один из гостей, принц фон Ротбарт, последовал за ним к озеру и следил за его связью с Принцессой-Лебедем. Фон Ротбарт был мастером темных искусств колдовства. Именно его магия побудила принца Зигфрида нацелить свой арбалет на грудь лебедя, но в этом случае сила красоты победила злые чары прежде, чем был нанесен какой-либо вред. Теперь фон Ротбарт был зол, и он боялся, что принцесса Одетта — ибо именно таковым на самом деле был лебедь — нашла свою настоящую любовь.Любовь разрушит заклинание, которое он наложил на Одетту, когда заточил ее в лебединых перьях. Скоро она может быть свободна… Снова женщина.

На следующий вечер шампанское лилось рекой, а оркестр заливал музыку для гостей замка. Грандиозный бал, кульминация празднования дня рождения, должен был стать великолепным зрелищным развлечением для старшего поколения. Все взгляды были устремлены на принца Зигфрида, чтобы увидеть, кого он пригласит танцевать с ним и какая пара хорошеньких ножек будет лучше всего идти в ногу с его собственными.Эти гости с дочерьми были не просто мимолетно заинтересованы в исходе – но не более, чем принц фон Ротбарт, поскольку он планировал, что Зигфрид должен жениться не на ком ином, как на его собственной дочери, принцессе Одиллии. Он не считал возможным оставлять столь важное дело на волю случая, не говоря уже о неуверенности сердца. Перед началом бала он наложил на Одиллию заклинание, чтобы сделать ее внешне настолько похожей на принцессу Одетту, насколько это было возможно с помощью его магии.

Одилии не пришлось долго ждать ее приглашения на танец, не один раз, а два, а потом и три… потом четыре, пять, шесть раз.Зрители не сомневались, что принц сделал свой выбор в пользу девушки с совершенно овальным лицом, изящно уравновешенным на длинной шее, которая так прекрасно держала себя, чьи руки были так выразительны и так легко танцевала на цыпочках.

Фон Ротбарт поздравил себя. Его связь браком с королевской семьей была почти в мешке. На самом деле единственным человеком в бальном зале, который питал какие-либо сомнения, был сам принц Зигфрид. Он видел свою принцессу только однажды, и то при лунном свете.Конечно, то, как Одиль выглядела и двигалась, было совершенством, но он больше не мог чувствовать магический поток энергии между ними. Каждый раз, приглашая ее на танец, он надеялся заново открыть для себя очарование, которое испытал накануне вечером. Была ли она другой? Или себя? Он задумался. Возможно, дело было в ситуации с толпой зевак?

Только после того, как он протанцевал с ней пять раз, он начал понимать, что его приверженность росла слишком публично. В довольных глазах матери он был почти занят.Если бы я отступил сейчас, это вызвало бы разговоры, а может быть, и небольшой скандал. Королева была бы далеко не довольна, и поэтому он попросил Одиллию станцевать в шестой раз. Теперь, наконец, он узнал выражение ее глаз. Он знал это слишком хорошо — это было удовлетворением охотника, который подстрелил и поймал добычу. В этот момент он поднял глаза и увидел, что на балконе стоит принцесса Одетта. Музыка играла. Он не мог остановить танец. Каждый удар, казалось, длился мучительную вечность. Каждый шаг отягощался железным шаром, прикованным к его лодыжке — по крайней мере, он так чувствовал.И все же ради приличия он должен танцевать до последнего такта. Как только он освободился из рук принцессы Одиллии, он поклонился и попятился к двери. Он выбежал из замка и услышал шум крыльев лебедя, летящего по ночному небу к лесу. Он вскочил на лошадь и погнался за ней до озера. Там он увидел, как она приземлилась на воду, скользя перед ней на ногах. «Одетта, Одетта!» Он позвал. Лебедь повернула к нему голову и уплыла в тень.Принц вошел в воду и поплыл за ней. Когда он достиг ее, они оба были на другой стороне жизни, где теперь они вместе, на всю вечность.

Слова и слова Хью Фрейзера, также известного как Берти 2010

Swan Maidens

Swan Maidens

Сказки типа 400

под редакцией

Д. Л. Эшлиман
© 1998-2008

Миф о Деве-Лебеде — один из самый распространенный и в то же время один из самых красивых истории, когда-либо возникшие в сознании человека.– Эдвин Сидни Хартленд


  1. Девы-лебеди (реконструкция из разных Европейские источники Джозефа Джейкобса).
  2. Дева-лебедь (Швеция, Герман Хофберг).
  3. Три лебедя (Германия, Эрнст Мейер).
  4. История девы-лебедя и короля (Румыния, М. Гастер).
  5. Золотая яблоня и девять пав (Сербия, Чедомиль Миятовиес).
  6. The Feathery Robe (Япония, Дэвид Браунс).
  7. Принц Байрам и сказочная невеста (Пакистан, Чарльз Суиннертон).
  8. Ссылки на соответствующие сайты.

Вернуться к фольклорным текстам Д. Л. Эшлимана , библиотеке сказок, фольклора, сказки и мифология.

Джозеф Джейкобс

Жил-был охотник, который часто ночевал выслеживание оленей или установка ловушек для дичи. Теперь это случилось однажды ночью что он высматривал в зарослях кустов у озера какую-то дикую уток, которых он хотел поймать. Вдруг он услышал высоко в воздухе: шелест крыльев и мысль о приближении уток; и он натянул свой лук и приготовил свои стрелы.

Но вместо уток появилось семь девиц, одетых в одежды из перьев, и они сели на берег озера, и взяв сняли свои одежды, погрузились в воду, купались и резвились в озеро. Все они были красивы, но из них все самые молодые и маленькие больше всего понравился глаз охотника, и он прокрался вперед из кустов и схватил ее платье из оперения и унес с собой в кусты.

После того, как девы-лебеди искупались и порезвились в свое удовольствие, они вернулись на берег, желая снова надеть перьевые халаты; и шестеро старших нашли свою, а младшая не смогла найти свою.Они искали и искали, пока наконец не начал появляться рассвет, и шесть сестер крикнули ей: «Мы должны уйти, сейчас рассвет, ты встретить свою судьбу, какой бы она ни была.” И с этим они надели свои одежды и улетел, и прочь, и прочь.

Когда охотник увидел, что они улетают, он вышел вперед с перьевой мантией. в его руке; и девица-лебедь просила и просила, чтобы он дал ей верни ей халат. Он дал ей свой плащ, но не дал ей платье, ощущение, что она улетит.И он взял с нее обещание выйти за него замуж, и взяла ее домой и спрятала ее перьевую одежду, где она не могла ее найти. Так они поженились и жили счастливо вместе, и у них было двое прекрасных детей, мальчик и девочка, выросшие сильными и красивыми; и их мать любила им всем сердцем.

Однажды ее маленькая дочь играла с ней в прятки брата, и она пошла за обшивку, чтобы спрятаться, и нашла там платье, все из перьев, и отнесла его своей матери. Как только она увидела его, она надела его и сказала дочери: «Скажи отцу, что если он хочет увидеть меня снова, он должен найти меня в Стране к востоку от Солнца и К западу от Луны», и с этими словами она улетела.

Когда на следующее утро охотник вернулся домой, его маленькая дочка сказала ему что случилось и что сказала ее мать. Поэтому он отправился на поиски своей жены в Стране к востоку от Солнца и к западу от Луны. И он скитался по многим дней, пока не наткнулся на старика, упавшего на землю, и поднял его, помог сесть и ухаживал за ним, пока он не почувствовал лучше.

Тогда старик спросил его, что он делает и куда идет. И он рассказал ему все о девушках-лебедях и его жене, и он спросил старик, если бы он слышал о Стране к востоку от Солнца и к западу от Луны.

И старик сказал: “Нет, но я могу спросить”.

Потом он пронзительно свистнул и вскоре вся равнина перед их наполнили все звери мира, ибо старец был не меньше, чем Царь зверей.

И он воззвал к ним: «Кто здесь есть, кто знает, где Земля к востоку от Солнца и к западу от Луны?» Но никто из зверей не знал.

Тогда старик сказал охотнику: “Ты должен пойти искать моего брата, который Король Птиц», и рассказал ему, как найти его брата.

И через некоторое время он нашел Короля Птиц и рассказал ему, что он в розыске. Итак, Король Птиц свистнул громко и пронзительно, и вскоре помрачилось небо от всех птиц небесных, которые слетались вокруг него. потом — спросил он. — Кто из вас знает, где Земля на востоке от Солнца и на западе? о Луне?»

И никто не ответил, и Царь Птиц сказал: “Тогда ты должен посоветуйтесь с моим братом, царем рыб», и он рассказал ему, как найти ему.

И пошел охотник, и пошел, и пошел, пока не пришел царю рыб, и он сказал ему, что он хотел.И король Рыбы подошли к берегу моря и созвали всех рыб море. И когда они подошли к нему, он крикнул: «Кто из вас знает где Земля к востоку от Солнца и к западу от Луны?»

И никто из них не ответил, пока наконец не появился опоздавший дельфин. воскликнул: «Я слышал, что на вершине Хрустальной горы лежит Земля к востоку от Солнца и к западу от Луны; но как туда попасть я не знаю за исключением того, что он находится недалеко от Дикого леса».

Итак, охотник поблагодарил Короля рыб и ушел в дикую природу Лес.И когда он приблизился туда, он нашел двух мужчин, ссорящихся, и когда он приблизились, они подошли к нему и попросили его разрешить их спор.

“Что это?” — сказал охотник.

“Наш отец только что умер, и он оставил только две вещи, эту кепку которые, когда бы вы их ни надели, вас никто не увидит, и эти туфли, которые перенесет вас по воздуху в любое место, куда вы пожелаете. Теперь я старший претендует на право выбора, какой из этих двух будет у меня; и он заявляет, что, как младший, имеет право на обувь.Что ты думаю правильно?”

Так думал охотник, думал и наконец сказал: “Это трудно решить, но лучшее, что я могу придумать, это чтобы вы участвовали в гонках отсюда к тому дереву, и тот, кто вернется ко мне первым, я подай ему либо туфли, либо кепку, как он пожелает».

Итак, он взял туфли в одну руку и кепку в другую и стал ждать пока они не побежали к дереву. И как только они начал бежать к дереву, он надел обувь быстроты и надел на голову шапку-невидимку и пожелал себе попасть на восток о Солнце и на западе о Луне.И он полетел, и он полетел, и он полетел, через семь излучин, семь долин и семь горных болот, пока, наконец, он пришел к Хрустальной горе. И вдобавок ко всему, как дельфин сказал, что есть Земля к востоку от Солнца и к западу от Луны.

Теперь, когда он добрался туда, он снял шапку-невидимку и туфли из стремительность и спросил, кто правит Землей; и ему сказали, что там был король, у которого было семь дочерей, одетых в лебединые перья и летающих где хотели.

Тогда охотник понял, что пришел на Землю своей жены. И он пошел смело к королю и сказал: «Здравствуй, о царь, я пришел искать моего жена.”

И сказал король: “Кто она?”

И охотник сказал: “Твоя младшая дочь”. Потом он рассказал ему, как он выиграл ее.

Тогда король сказал: “Если вы можете отличить ее от ее сестер, то я знаю то, что вы говорите, верно.” И он призвал к себе семь дочерей своих, и там все они были одеты в свои одежды из перьев и смотрели каждый как все остальные.

Итак, охотник сказал: «Если я возьму каждого из них за руку, я конечно, знаю мою жену», потому что, когда она жила с ним, она сшила сорочки и платья ее детей, и указательный палец ее правой на руке были следы от иглы.

И когда он взял за руку каждую из девушек-лебедей, он вскоре нашел, которая была его женой, и объявил ее своей. Тогда король дал великие дары и отправил их верным путем вниз с Хрустальной горы.

И через некоторое время они добрались до дома и жили вместе долго и счастливо после.




Швеция

Молодой крестьянин из прихода Меллби [в Блекинге], который часто развлекался охотой, увидел однажды летящих к нему трех лебедей, которые расположился на берегу звука неподалеку. Подойдя к месту, он был поражен, увидев, как три лебедя избавились от своих пернатые одежды, которые они бросили в траву, и три девицы Ослепительная красота шагает вперед и прыгает в воду. После занятий спортом в волны через некоторое время вернулись на сушу, где возобновили свою прежнее одеяние и облик и улетели в том же направлении, откуда пришел.

Одна из них, самая младшая и самая прекрасная, тем временем была так поражена юный охотник, что ни ночью, ни днем ​​не мог он разорвать свои мысли от яркого образа. Его мать, заметив, что с ее сына, и что погоня, которая раньше была его любимым наслаждение, утратившее свою привлекательность, спросила его, наконец, о причине его меланхолии, после чего он рассказал ей, что он видел, и объявил что для него уже не было счастья в этой жизни, если бы он мог не обладать прекрасной девой-лебедем.

“Нет ничего проще”, сказала мать. «Иди на закате в следующий четверг вечером к тому месту, где вы видели ее в последний раз. Когда придут три лебедя, обратите внимание, куда ваш избранник кладет свой пернатый наряд, возьмите его, и поспеши прочь».

Юноша послушался наставлений матери и, приняв себя, в следующий четверг вечером, в удобное убежище рядом с звук, он ждал, с нетерпением, пришествия лебедей. Солнце как раз тонул за деревьями, когда уши молодого человека приветствовали со свистом в воздухе, и три лебедя уселись на берег, как во время их предыдущего визита.

Как только они сняли свой лебединый наряд, они снова превратились в прекраснейших девушек и, выскочив на белый песок, вскоре они развлекались в воде. От его место, где молодой охотник тщательно заметил, где находится его волшебница положила свои лебединые перья. Мягко прокравшись вперед, он взял их и вернулся к своему укрытию в окружающей листве.

Вскоре после этого было слышно, как два лебедя улетели, а третий, в поисках ее одежды обнаружил молодого человека, перед которым, веря ответственность за их исчезновение, она упала на колени и молилась, чтобы ей вернули ее лебединое одеяние.Охотник был, однако, не желая уступать прекрасного приза, и, бросив плащ на плечах, нес ее домой.

Вскоре велись приготовления к пышной свадьбе, которая состоялась в должной форме, и молодая пара жила в любви и довольстве вместе.

Однажды вечером в четверг, семь лет спустя, охотник рассказал ей, как он искал и завоевал свою жену. Он принес и показал ей, также, белые лебединые перья ее прежних дней. Не успели они в нее поместиться руки, чем она еще раз превратилась в лебедя, и мгновенно взял полет через открытое окно.В изумлении, затаив дыхание, мужчина уставился дико после его быстро исчезающей жены, и до того, как год и день прошел, его положили с его тоской и скорбью на отведенное ему место на деревенском кладбище.




Германия

Жил-был охотник. Он был очень подавлен, потому что его жена умерла. Он часто бродил по лесу совсем один, думая о том, найдет ли он когда-нибудь вторую жену, которую он мог любить так же сильно, как любил первого.

Однажды он забрел еще глубже в лес, с ружьем наготове. стороны и не зная, куда он хотел пойти. Наконец он пришел к соломинке хижина. Войдя внутрь, он обнаружил там старика с лежащим распятием. перед ним. Он поздоровался с мужчиной, который принял его дружелюбно и спросил его, что привело его в эту лесную хижину.

Охотник рассказал ему о своих горестях: что он потерял жену, что он теперь жил один, и что он не знал, будет ли когда-нибудь счастлив опять таки.

Старик сказал ему: “Есть помощь. Три лебедя придут сюда скоро. Посмотрите на них внимательно! После того, как они прилетели к пруду, вы должны тайно пойти туда, не позволяя им увидеть вас. Возьми одно из их платьев и немедленно возвращайся сюда с ним».

Как только старик заговорил, три белоснежных лебедя полетели навстречу хижина. После того, как их увидел охотник, они улетели дальше, к ближайшему водоему.

Охотник подкрался и тайно взял платье, которое было у одного из лебедей сняли и положили на берег.Потом вернулся с ним к старику. хижина.

Когда лебеди снова захотели одеться, у одного из них было только сдвиг. Красивой девицей она пришла к охотнику, у которого было ее платье, и переехала в его дом, и стала его дорогой женой.

Прежде чем охотник ушел от старика, тот сказал ему: “Ты должен тщательно спрячьте платье-лебедь от жены, чтобы она не нашла его опять таки.”

Охотник сделал это, и он прожил со своей второй женой пятнадцать годы.Она родила ему несколько детей, и супружеская пара была очень счастливы вместе.

Затем случилось так, что однажды утром мужчина ушел, сказав своей жене: «Я вернется в полдень, чтобы поесть».

После того, как он ушел, женщина наблюдала за ним, пока он не исчез в лес. Потом она пошла на чердак, который на этот раз мужчина не запер, открыл сундук с лебединым платьем, надел его и, как лебедь, далеко-далеко.

Когда мужчина пришел домой поесть, его жена исчезла.Даже не дети могли сказать, где она была, потому что они не видели ее.

Затем охотник вернулся к старику в лесу и рассказал ему о его несчастье: что он снова потерял жену и что он не знать, куда она ушла.

Старик сказал: “Ты невнимательно убрала платье. Она нашла его и улетел с ним».

— О, — грустно сказал охотник, — неужели я не могу найти ее опять таки?”

“Возможно, – сказал старик, – но теперь это опасно, и это может стоить вам жизни.”

Охотник хотел сделать все для своей жены, и поэтому старик сказал ему: “Сначала ты должен попытаться попасть в замок, где твой жена сейчас живет. Лучше всего это произойдет следующим образом: у нее есть ослы, которые каждый день таскать муку от мельника. Подойдите к мельнику и попросите его спрятаться. ты в мешке с мукой. Остальное ты узнаешь от своей жены».

С этими словами охотник нашел мельника и уговорил его на спрятать его в мешок. Осёл унес его на большое расстояние до великолепного замок.

Приехав туда, он сразу нашел свою жену, и никто не мог были счастливее, чем она, и она благодарила своего мужа от в глубине ее сердца за то, что пришел, чтобы искупить ее.

Но потом она сказала ему: «Прежде чем мы сможем быть счастливы и жить вместе, вы должны сразиться с тремя драконами, которые находятся здесь. Они придут к вам на три дня и в разных формах. Они будут мучить и мучить вас за один час каждый день, и если ты выдержишь это, не издав ни звука, то они больше не смогут причинить тебе вреда, и я буду свободен.Но если вы говорите на одним словом, они убьют тебя».

Тогда охотник пообещал, что обязательно выкупит ее.

В первый день пришли три большие змеи и обвились вокруг ноги охотника до тех пор, пока он не мог двигаться, и они мучили его целую целый час. Поскольку он терпел это молча, они ушли без нанесение ему вреда.

На следующий день появились драконы в образе черепах и стреляли огненными шарами в охотник, пока он уже не выдержал, но выдержал тем не менее, и он не издал ни звука, поэтому через час они оставили его.

На третий день они снова явились в виде гигантских змей и схватили охотника целиком в пасть. Он смертельно боялся и думал, что надо вскрикнуть, и что он уже не в силах будет выдержать этого, но из любви к жене он все же выдержал.

Когда прошло три часа, вдруг предстал перед ним — вместо трех змей — три дворянки. Это были три заколдованных лебедей, которых он теперь искупил. И они остались с ним и с женой в замке, и все они жили вместе в мире и счастья, а если не умерли, то должны быть еще живы.




Румыния

Однажды король вышел на охоту, и после того, как он поохотился в лесу долго ничего не находя, он очутился вдруг на открытой равнине, в которой было огромное озеро, а в посреди озера он увидел там плавающую птицу, похожую на которую он никогда раньше не видел. Это был лебедь.

Натянув лук, он хотел выстрелить. К его удивлению, он заговорил с ним человеческим голосом и сказал: «Не убивай меня.”

Он изо всех сил старался поймать его, и ему это удалось. Доволен поймав птицу, он живой принес ее домой и отдал повару, чтобы убить его, чтобы приготовить для него еду. Повар был цыган. Она разожгла свой нож и подошла к птице, чтобы перерезать ей горло, когда ей удивления, птица сделала три кувырка и остановилась перед она самая красивая девушка, более красивая, чем она когда-либо видела. Поэтому она побежала к королю и рассказала ему, что случилось.

Король, который сначала подумал, что повар пытается сыграть какую-то обманом с ним, не слушал ее, но когда она упорствовала в своем рассказа, король, движимый любопытством, пошел на кухню и там увидел девушку, более красивую, чем любая, которую он когда-либо видел.

Он спросил ее, кто она такая, и она сказала, что она лебедь, который был купание в озере, что она самовольно ушла от матери, которая жила в стране фей, и что у нее остались две сестры позади. Итак, король взял ее во дворец и женился на ней. цыган, красивая девка, думала, что король женится на ней, и когда она увидела, что произошло, она очень разозлилась. Но ей удалось скрывать свой гнев и старалась быть доброй к новой королеве, выжидая все время.

Король и королева некоторое время жили в полном счастье, и спустя время у нее родился ребенок.

Случилось так, что королю пришлось отправиться в дальнее путешествие, оставив жена и ребенок на попечении цыгана. Однажды к нам пришла цыганка. королева, и сказал ей: “Почему ты всегда сидишь во дворце? Пойдем, давайте прогуляться немного по саду, послушать пение птиц и увидеть красивые цветы.”

Королева, ничего не подозревавшая, послушалась цыганки и пошла с ней на прогулку в сад.Посреди сада стоял глубокий колодец, и цыганка хитро сказала молодой царице: над колодцем, и посмотри в воду внизу, и посмотри, неужели лицо твое осталась такой же прекрасной, как и в первый день, когда ты превратилась в девица из лебедя».

Королева склонилась над колодцем, чтобы заглянуть в глубины, и это было чего ждала цыганка, ибо не успела королева склониться над ну, а потом, схватив ее за ноги, она опрокинула голову в колодец и утопил ее.

Когда король пришел домой и не нашел королеву, он спросил, что случилось случилось и где она была. Цыган, который тем временем взял на себя ответственность за ребенка и очень внимательно за ним ухаживал, сказал королю, что юная королева, тоскующая по своему старому дому, снова превратилась в лебедя и улетел.

Король был глубоко опечален, когда он услышал это, но поверив тому, что Цыган сказал ему, он думал, что ничего не поделаешь, и подал в отставку. себя к потере жены.

Цыганка с большой заботой ухаживала за ребенком, надеясь тем самым что она может завоевать любовь короля, и что он женится на ней. Месяц, прошел год, а о жене ничего не было слышно. И царь, увидев явная привязанность цыганки к ребенку, решившая, наконец, жениться ее и назначил день свадьбы.

Из фонтана, в который была брошена королева, вырос ива с тремя ветвями, одним стволом посередине и двумя ответвлениями выходит направо и налево.Недалеко от сада жил человек, у которого большое стадо овец. Однажды он послал своего мальчика отвести овец к поле. По пути мальчик миновал царский сад с колодцем в середина этого.

Поскольку мальчик оставил свою флейту дома, когда он увидел иву, он думал, что он срежет одну из веток и сделает флейту. Входя в саду, он срезал средний стебель и сделал из него флейту. Когда он положил его на губами, флейта сама собой заиграла так: «О, мальчик, не удар слишком сильно, потому что мое сердце болит за моего маленького ребенка, которого я оставил сзади в колыбели и сосать черную грудь цыганки.”

Когда мальчик услышал, что играет флейта, не понимая, что это означало, что он очень удивился и побежал домой, чтобы рассказать отцу, что случилось с флейтой. Отец, сердитый, что он оставил овец один, отругал его и отобрал флейту. Затем он попытался выяснить, мальчик сказал правду. Как только он поднес ко рту флейту начал играть ту же мелодию, что и тогда, когда мальчик пытался ее сыграть. отец ничего не сказал и, удивляясь значению слов, спрятал флейта в шкафу.

Когда день свадьбы короля приблизился, все музыканты королевства были приглашены прийти и сыграть на банкете. Некоторые из них прошли старый мужского дома и узнав от них, что они собираются играть в королевского пира, он вспомнил чудесную флейту и спросил, не не мог также пойти, так как он так замечательно играл на флейте.

Его сын — мальчик — тем временем ушел в сад в надежда получить еще одну флейту, так как у ивы было три ветви.Так он вырезал одну из ветвей и сделал из нее флейту. Теперь эта флейта не играла на все.

Когда старик пришел во дворец, было много радости и пение. Наконец пришла его очередь играть. Как только он положил флейту на губы, флейта запела: “О человек, не дуй так сильно, ибо мое сердце болит мой малыш, оставленный в колыбели, чтобы его вскормила черная цыганка».

Цыганка, которая была невестой царя и сидела во главе стола, сразу поняла поговорку флейты, хотя и не знала, что флейта имела отношение к королеве, которую она убила.

Король, который очень восхищался флейтой и мелодией, которую она пел, взял золотую монету и отдал человеку для флейты, а когда он начал дуть в нее, флейта запела: «Мой дорогой муж, не дуй так сильно, мое сердце болит за нашу малышку, которую я оставил в колыбель, которую будет сосать черная цыганка. Быстро, быстро, покончить с этой жестокой цыганке, иначе ты потеряешь свою жену».

Присутствовавшие гости дивились песне, и никто не понял его значение.Однако цыган, прекрасно понявший, что это значит, повернувшись к королю, сказал: «Сиятельный король, не играй на этой флейте и выставляй себя смешным перед твоими гостями. Бросай в огонь».

Но царь, обидевшись на слова цыганки, заставил ее возьми флейту и подуй. С большим трудом она подчинилась приказа короля, и она вполне оправданно отказалась его исполнять, ибо не успела она поднести флейту к губам, как она запела: «Ты враг моя, не дуй сильно, а то сердце мое болит за мою малютку, оставленную в колыбель, которую ты вскармливаешь, злобная цыганка.ты бросил меня в колодец, и там положил конец моей жизни, но Бог помиловал меня, и он сохранил меня, чтобы снова быть истинной женой этого прославленного король.”

В ярости от этих слов цыганка швырнула флейту с таким количеством силой, которая, как она думала, разобьется на тысячи осколков. Но это было не так, как она думала, потому что именно этим броском флейта была изменена в красивую женщину, более красивую, чем кто-либо когда-либо видел до. Это была та самая царица, которую цыган бросил в колодец.

Когда король увидел ее, он обнял ее и поцеловал ее, и спросил ее где она была так долго. Она сказала ему, что спала в дно колодца, в который ее бросил цыган, который надеялась стать королевой, и это случилось бы, если бы не был для мальчика, вырезающего флейту из ствола ивы. “А также теперь накажи цыганку как она того заслуживает, иначе твоя жена должна уйти ты.”

Когда король услышал эти слова, он позвал мальчика и спросил его не вырезал ли он себе флейту из ствола ивы, вырос из колодца в саду.

“Это так, о прославленный король,” сказал мальчик, “и да будет я прощен за дерзость зайти в царский сад. Я пошел и вырезал для себе флейту из ствола ивы, и когда я начал дуть он, он играл: «Не дуй так сильно, о мальчик, потому что мое сердце болит внутри меня» и т. д.» Затем он сказал ему, что вернулся к отцу, который вместо похвалив его за чудесную флейту, хорошенько встряхнул его. У него тогда было второй раз пошел в сад и отрезал одну из веток, чтобы сделать флейту, но это не играло как первая.Король дал мальчику очень богатый подарок, и он приказал убить цыгана.

Через некоторое время королева пришла к королю и попросила разрешения уйти своей матери, чтобы рассказать ей все, что с ней случилось, и сказать прощай навсегда, ибо отныне она будет жить среди людей. Король неохотно уступил. Затем она сделала три сальто, и снова стала лебедем, какой она была, когда король нашел ее в первый раз на водах озера.

Расправив крылья, она улетела далеко, пока не достигла дома ее мать, которая была совсем одна.Двух ее сестер там не было. Они имели покинули ее некоторое время назад, и никто не знал, куда они делись. Молодой Королева не вошла в дом. Вероятно, она боялась, как бы ее мать не отпустил бы ее обратно, так что она устроилась на крыше, и там она пела: «Оставайся в здравии, добрая матушка моя, ибо радость больше не даруется чтобы я был с тобой в твоем доме, потому что ты увидишь меня снова, только когда Я теряю свое королевство, милая матушка моя, не раньше и не раньше».

И, не дожидаясь ответа матери, вернулась обратно снова к мужу.Сидя на подоконнике, она снова запела: «Вставай, встань, муж, отвори двери, разбуди слуг и пусть они будут свидетельство моей верности тебе, ибо с тех пор, как я женился на тебе, я ушла от матери, и сестры мои ушли от меня, и от лебедя я стали настоящей женой, чтобы жить в счастье с тобой. Отныне я буду не будь больше лебедем, но ты должен позаботиться обо мне, чтобы я не ушел отсюда от тебя. Я не знаю, станет ли моя судьба лучше, если я буду королева в этом мире.О сладкая вода, как я хочу искупаться в тебе! И мой белые перья, они будут принадлежать моим сестрам. Так как я должен оставить их навсегда, и с ними мать моя, Господи, что я сделал? Должен ли я быть могу ли я жить на земле, и смогу ли я сохранить царство? Ты, Господи, о милостивый, услышь меня и даруй, чтобы это царство не было напрасным». И, перевернувшись опять вверх ногами, стала, как прежде, женщиною, и входя во дворец, она жила там со своим мужем — королем — и если с тех пор они не умерли, они все еще живы.


  • Источник: М. Гастер, Rumanian Bird and Beast Stories (Лондон: Фольклорное общество, 1915), вып. 83, стр. 249-254.
  • Эта замечательная история сочетает в себе тип 400 (Девушка-лебедь) с типом 780 (Поющая кость).
  • Ссылка на дополнительный тип 780 сказок: Поющие кости.
  • Вернуться к содержанию.


Сербия

Жил-был король, у которого было трое сыновей. Теперь, перед королевском дворце выросла золотая яблоня, которая в одну и ту же ночь расцвела, принесла плоды и потеряла все свои плоды, хотя никто не мог сказать, кто взял яблоки.Однажды король, обращаясь к своему старшему сыну, сказал: “Я хотел бы знать, кто берет плоды с нашей яблони!”

И сказал сын: “Сегодня вечером я буду караулить и посмотрю, кто соберет яблоки.”

Итак, когда наступил вечер, он пошел и лег под яблоком дерево, на земле, чтобы смотреть. Но как только яблоки созрели, он заснул, а когда проснулся утром, не было ни одного оставил на дереве. После чего он пошел и рассказал своему отцу, что случилось.

Тогда второй сын предложил дежурить у дерева, но у него не было успешнее, чем его старший брат.

Вот и пришла очередь младшему сыну короля нести караул. он сделал свой приготовлений, занес свою постель под дерево и сразу отправился в спать. Перед полуночью он проснулся и посмотрел на дерево, и увидел, как созрели яблоки, и как весь дворец озарился их сиянием.

В эту минуту к дереву полетели девять пав, и восемь из них сел на его ветки, но девятый приземлился рядом с ним и повернулся моментально превратилась в красивую девушку, такую ​​красивую, что все королевство не могло произвести никого, кто мог бы хоть в чем-то сравниться с ней.

Она оставалась, мило беседуя с ним, до полуночи, затем поблагодарив его за золотые яблоки, она собралась уходить. Но, как он умоляла оставить ему одну, она дала ему две, одну себе и одну для короля своего отца. Тогда девушка снова превратилась в паву, и улетел с остальными восемью. На следующее утро сын короля взял двоих яблок своему отцу, и царь был очень доволен и хвалил своего сына.

Когда наступил вечер, младший сын короля снова занял его место под яблоней, чтобы охранять ее.Он снова заговорил, как прежде. сделал накануне вечером с красивой девушкой и привел к отцу, на следующее утро два яблока, как прежде.

Но после того, как он так преуспел несколько ночей, двое его старших братья стали завидовать, потому что он смог сделать то, что они не могли. Наконец они нашли старуху, которая пообещала выяснить, как младшему брату удалось спасти два яблока. Таким образом, как наступил вечер, старуха тихонько прокралась под кровать, которая стояла под яблоню и спряталась.А через некоторое время пришли и царские сына и, как обычно, лег спать. Когда было около полуночи Девять пав взлетели по-прежнему, а восемь из них сели на ветвей, а девятая стояла у его кровати и превратилась в прекраснейшую девочка.

Тогда старуха медленно взяла один из локонов девушки и отрезала выключил его, и девушка тут же встала, снова превратилась в паву и улетели, а другие павы последовали за ней, и так все они исчезнувший.

Тогда сын царя вскочил и закричал: “Что это?” а также, заглянув под кровать, он увидел старуху и вытащил ее.Следующий утром он приказал привязать ее к лошадиному хвосту и так разорвать на куски. Но павы так и не вернулись, так что королевич долго грустил. время и оплакивал его потерю.

Наконец он решил пойти и позаботиться о своей паве; решение никогда вернуться снова, если он не должен найти ее. Когда он сказал королю о своем отца своего намерения, король умолял его не уходить и сказал ему что он найдет ему другую красивую девушку, и что он может выбрать из всего королевства.

Но все уговоры короля были бесполезны, поэтому его сын ушел в мире, взяв себе на службу только одного слугу, искать повсюду его пава.

После долгих странствий он однажды пришел к озеру. Теперь у озера стоял большой и красивый дворец. Во дворце жила старуха королева, и с королевой жила девушка, ее дочь. Он сказал старухе: «Для бога ради, бабушка, ты знаешь что-нибудь о девяти золотых павы?”

И старуха ответила: “О, сын мой, я знаю о них все.Они приходить каждый полдень купаться в озере. Но что вы хотите от них? Пусть будут. Ничего не думай о них. Вот моя дочь. Такой красотка! И такая наследница! Все мое богатство останется тебе, если ты женишься на ней».

Но он, горя желанием увидеть пав, не стал слушать что старуха говорила о своей дочери.

На следующее утро, когда рассвело, князь приготовился спускаться в озеро, чтобы дождаться пав. Тогда старая королева подкупила слугу и дал ему пару мехов и сказал: «Видишь эти меха? Когда вы придете к озеру, вы должны тайком подуть ими за его спиной. шеи, и тогда он уснет и не сможет говорить с павы.”

Озорной слуга сделал так, как велела ему старуха. Когда он пошел со своим хозяином вниз к озеру, он воспользовался случаем, чтобы подуть рычал за шею, и бедный князь так и уснул, как будто были мертвы.

Вскоре после этого девять пав прилетели, и восемь из них приземлились озером, но девятый полетел к нему, когда он сидел верхом, и ласкала его и пыталась разбудить. «Проснись, мой милый! Проснись, мое сердце! Пробуди мою душу!”

Но при всем этом он ничего не знал, как если бы он был мертв.

После купания все павы улетели вместе, а после они ушли, князь проснулся и сказал своему слуге: «Что случилось? Они не пришли?”

Слуга сказал ему, что они были там, и что восемь из них были купался, а девятый сидел рядом с ним на коне и ласкал и старался разбудить его. Тогда царевич так разозлился, что чуть не убил себя в ярости.

На следующее утро он снова спустился на берег, чтобы дождаться пав, и долго скакал, пока слуга снова не нашел случая подул мехами за шею, так что он опять заснул, как хоть и мертвый.Едва он заснул, как пришли девять пав. летели, и восемь из них сели на воду, а девятый рядом с его лошадью и ласкала его, и кричала, чтобы разбудить ему: «Восстань, мой милый! Встань, сердце мое! Встань, душа моя!»

Но это было бесполезно. Принц спал, как мертвый. Потом она сказал слуге: «Скажи своему господину, что завтра он может снова увидеть нас здесь, но никогда».

С этими словами павы улетели. Сразу после этого король сын проснулся и спросил своего слугу: «Разве они не были здесь?»

И человек ответил: “Да, они были, и говорят, что вы можете видеть их снова завтра, на этом месте, но после этого они не вернутся опять таки.”

Когда несчастный принц услышал это, он не знал, что делать с самого себя, и в великой беде и нищете рвал на голове волосы.

На третий день он снова спустился на берег, но, боясь упасть заснул, вместо того чтобы ехать медленно, поскакал вдоль берега. Его слуга, однако нашел возможность подуть мехами за шею, и опять князь заснул.

Через мгновение появились девять пав, и восемь сели на озеро и девятый рядом с ним на его коне, и пытался разбудить его, лаская его.«Вставай, мой милый! Вставай, мое сердце! Вставай, моя душа!»

Но это было бесполезно. Он спал, как мертвый. Тогда пава сказала слуге: “Когда твой господин проснется, скажи ему, что он должен вычеркнуть шляпка гвоздя из нижней части, и тогда он найдет меня».

Тогда все павы разбежались. Сразу же проснулся сын короля и сказал своему слуге: «Они были здесь?»

И слуга ответил: “Они были, и тот, который спустился на твоем коне, приказал мне сказать тебе отбить шляпку гвоздя из нижней части, и тогда вы найдете ее.”

Услышав это, принц выхватил меч и отсек своему слуге голова.

После этого он один путешествовал по свету, и после долгого странствуя, пришел на гору и остался там на всю ночь с отшельником, которого он спросил, знает ли он что-нибудь о девяти золотых павах.

Отшельник сказал: “Э! Сын мой, тебе повезло. Бог привел тебя в правильный путь. От этого места всего полдня ходьбы. Но вы должны идите прямо, затем вы придете к большим воротам, которые вы должны пройти через.И после этого ты должен всегда держаться правой руки, и так ты придешь в город пав и найдешь там их дворец».

Итак, на следующее утро царский сын встал и приготовился идти. Он поблагодарил отшельник, и пошел, как он сказал ему. Через некоторое время он пришел в большие ворота и, миновав их, повернули направо, так что в полдень он увидел город и, увидев, как он бел, очень обрадовался.

Когда он пришел в город, он нашел дворец, где жили девять золотые павы.Но у ворот его остановил охранник, который потребовал кем он был и откуда пришел. После того, как он ответил на эти вопросы, гвардейцы пошли объявить его королеве.

Когда королева услышала, кто он такой, она выбежала к воротам и взял его за руку, чтобы провести во дворец. Она была молодой и красивой девушкой, и поэтому было великое ликование, когда через несколько дней, он женился на ней и остался там с ней.

Однажды, через некоторое время после их свадьбы, королева вышла прогуляться, а царевич остался во дворце.Однако перед выходом королева дала ему ключи от двенадцати погребов, сказав ему: «Ты можешь спускаться во все подвалы, кроме двенадцатого, который ни в коем случае не должен открываться, иначе это будет стоить вам головы».

Затем она ушла. Королевский сын, оставаясь во дворце, начал поинтересоваться, что может быть в двенадцатом подвале, и вскоре начал открывая один подвал за другим.

Когда он пришел к двенадцатому, он сначала не открыл его, а снова стал очень удивляться, почему ему запрещено входить в нее.”Что может быть в этом подвале? – воскликнул он про себя.

Наконец он открыл его. Посреди погреба стояла большая бочка с открытая пробка, но крепко обвязанная тремя железными обручами. Вне раздался голос, говорящий: «Ради бога, брат мой, я умираю с жажда. Пожалуйста, дайте мне чашку воды!»

Тогда царевич взял чашу, наполнил ее водой и опорожнил в бочку. Как только он это сделал, один из обручей лопнул. на части

Снова раздался голос из бочки: «Ради бога, брат мой, я умирающий от жажды.Пожалуйста, дайте мне чашку воды!»

Королевский сын снова наполнил чашу, и взял ее, и вылил в ствол, и тотчас другой обруч разорвался на части.

В третий раз из бочки раздался голос: “Ради бога, мой брат, я умираю от жажды. Пожалуйста, дайте мне чашку воды!»

Королевский сын снова взял чашу и наполнил ее, и вылил воду в бочку, и третий обруч лопнул. Потом бочка развалилась, и дракон вылетел из подвала, и поймал королеву на дороге и унес ее.

Тогда слуга, который вышел с королевой, вернулся быстро, и рассказал сыну короля, что случилось, и бедный принц не знал, что делать с собой, так отчаянно он был, и полный себя упреков. В Однако он решил отправиться в путешествие по миру в поиск ее.

После долгого путешествия однажды он пришел к озеру, а возле него, в маленькую дырочку, он увидел прыгающую маленькую рыбку. Когда рыба увидела царского сына, она стала жалобно умолять: «Ради бога, будь мне братом, и брось меня в воду.Когда-нибудь я могу быть вам полезен, так что возьмите сейчас немного чешуи от меня, и когда я тебе понадоблюсь, осторожно сотри ее».

Тогда сын царя вынул рыбку из проруби и бросил ее в воду, после того как взял одну маленькую чешую, которую завернул аккуратно в платок.

Через некоторое время, путешествуя по миру, он наткнулся на лиса, попавшая в железную ловушку. Когда лиса увидела принца, она сказала: «В Имя Бога, будь мне братом и помоги мне выбраться из этой ловушки.Один день, когда я тебе понадоблюсь, так что возьми хотя бы один волосок из моего хвоста, и когда ты хочешь меня, нежно потри ее».

Тогда сын короля взял волос из хвоста лисы, и пусть бесплатно.

Снова, когда он пересек гору, он нашел волка, быстро застрявшего в капкане; а также когда волк увидел его, он сказал: «Будь мне братом. Во имя Бога, поставь освободи меня, и однажды я помогу тебе. Возьми только волос от меня, и когда ты нуждаешься во мне, потри это нежно “.

Так что он взял волос, и выпустил волка на волю.

После этого королевич путешествовал очень долго, пока однажды Однажды он встретил человека, которому сказал: «Ради Бога, брат, ты когда-нибудь кто-нибудь слышал, где находится дворец короля драконов?»

Человек дал ему очень конкретные указания, куда идти, и в за какой промежуток времени он мог добраться туда. Тогда сын короля поблагодарил его и продолжил свое путешествие, пока не пришел в город, где дракон жил.

Там он вошел во дворец и нашел там свою жену, и оба они были чрезвычайно рады встрече друг с другом и начали посоветуйтесь, как им сбежать.Они решили бежать и спешно готовился к путешествию. Когда все было готово, они сели на сели на коня и ускакали.

Как только они ушли, дракон вернулся домой, тоже верхом, и, войдя в его дворец, обнаружил, что королева ушла. Затем он сказал своему коню: “Что же нам теперь делать? Будем есть и пить, или сразу после них?”

Лошадь ответила: “Давайте сначала есть и пить. Мы все равно поймаем их. Не беспокойтесь».

После того, как дракон пообедал, он сел на коня и через несколько мгновений придумал беглецов.Затем он взял королеву у сына короля и сказал ему: «Иди теперь, во имя Бога! На этот раз я прощаю тебя, потому что ты дал мне воды в подвале. Но если тебе дорога твоя жизнь, не приходи возвращайся сюда больше!”

Несчастный юный принц пошел немного в путь, но не мог долго сопротивляться, поэтому он вернулся на следующий день во дворец дракона и нашел королева сидит одна и плачет.

Потом опять стали совещаться, как им уйти. И Принц сказал: «Когда придет дракон, спроси его, где он взял эту лошадь, и потом ты мне скажешь, чтобы я поискала такую ​​другую; возможно в таким образом мы можем сбежать.”

Затем он ушел, чтобы дракон не пришел и не нашел его с Королева.

Вскоре дракон вернулся домой, и королева начала гладить его, и ласково говорила с ним о многом, пока наконец не сказала: «Ах! хороший у тебя конь! Где ты взял такую ​​прекрасную лошадь?»

А он в ответ: “Э! Где я его взял, всем не достать! В таких а на такой горе живет старуха, у которой в ней двенадцать лошадей стабильны, и никто не может сказать, какой из них лучше, они все такие красивые.Но в одном углу конюшни стоит лошадь, похожая на прокаженный, но, по правде говоря, он самый лучший конь на свете. Он брат моего коня, и тот, кто его поймает, может подняться в небо. Но кто хочет получить лошадь от этой старухи, пусть служит ей три дня и три ночи. У нее есть кобыла с жеребенком, и кто во время три ночи охраняет и держит для нее эту кобылу и этого жеребенка, имеет право требовать лучшую лошадь из конюшни старухи. Но тот, кто занимается чтобы следить за кобылой и не делает, должен потерять голову!”

На следующий день, когда дракон вышел, пришел сын короля, и королева рассказала ему все, что узнала от дракона.Тогда сын короля пошел на гору и нашел старуху, и вошел в ее дом, приветствие: «Да поможет тебе Бог, сын мой! Чего ты желаешь?»

“Я хотел бы служить вам,” сказал сын короля. Тогда старуха сказал: «Ну, сын мой, если ты будешь охранять мою кобылу три дня и три ночи, я дам тебе лучшего коня, и ты сможешь выбрать его сам. Но если ты не будешь охранять кобылу, ты потеряешь голову».

Потом она повела его во двор, где кругом стояли колья. ранжированный.На каждом из них была голова человека, кроме одного столба, на котором без головы на нем, и кричал не переставая: “О, бабушка, дай мне голову!”

Старуха показала все это князю и сказала: “Посмотри сюда! Все это были головы тех, кто пытался удержать мою кобылу, и они потеряли свои головы за свои страдания!»

Но князь ни капли не испугался, поэтому остался служить старому женщина. Когда наступил вечер, он сел на кобылу и поехал на ней в поле, и жеребенок последовал за ним.Он неподвижно сидел ей на спине, помирившись. не спешиться, что он может быть уверен в ней. Но до полуночи он немного вздремнул, а проснувшись, обнаружил, что сидит на перилах и держа в руке уздечку.

Тогда он сильно встревожился и тут же пошел искать, чтобы найти кобылу, и, разыскивая ее, он подошел к водоему. Когда он увидел воду, вспомнил рыбку и взял весы с платок и немного потер его. Тогда сразу рыбка появился и сказал: «В чем дело, мой сводный брат?»

И он ответил: «Кобыла старухи убежала, пока я заряд, и теперь я не знаю, где она!»

И рыба ответила: “Вот она, превратилась в рыбу, а жеребенок в меньший.Но ударь однажды по воде уздечкой и закричи: ‘Привет! кобыла старухи!»

Принц сделал так, как ему было сказано, и тут же пришла кобыла с жеребенок, из воды на берег. Затем он надел на нее уздечку и оседлал и ускакал к дому старухи, а жеребенок последовал за ним. Когда он пришел туда, старуха дала ему завтрак. Однако она взяла кобылу в конюшню и бить ее кочергой, говоря: «Зачем ты не спускайся к рыбам, проклятая кобыла?”

И кобыла ответила: “Я была у рыб, но рыба его друзья, и они рассказали ему обо мне.”

Тогда старуха сказала: “Тогда иди к лисам!”

Когда наступил вечер, королевич сел на кобылу и поскакал к поле, и жеребенок последовал за кобылой. Снова он сел на спину кобылы почти до полуночи, когда он заснул, как и прежде. Когда он проснулся, он обнаружил, что едет по перилам и держит уздечку в руке.

Так он сильно испугался и пошел смотреть за кобылой. Когда он пошел, он вспомнил слова, сказанные старухой кобыле, и взял из платка лисьи волосы и немного потер их между своими пальцы.Вдруг лиса предстала перед ним и спросила: «Что такое неважно, сводный брат?”

А он сказал: «У старухи кобыла убежала, и я не знаю где она может быть».

Тогда лиса ответила: «Вот она с нами. Она превратилась в лису, и жеребенок в детеныша. Но ударь один раз уздой по земле и восклицать: «Эй! кобыла старухи!»

И ударил царский сын уздой о землю и закричал: «Эй! кобыла старухи!» И подошла кобыла и встала с жеребенком возле него.

Он надел уздечку, оседлал и поскакал домой, а жеребенок последовал за кобылой. Когда он пришел, старуха дала ему завтрак, но взял кобылу в конюшню и бил ее кочергой, крича: лисы, проклятые! К лисам!”

И кобыла ответила: “Я была с лисами, но они его друзья, и сказал ему, что я был там!”

Тогда старуха закричала: “Если это так, ты должен пойти в волки!”

Когда снова стемнело, сын короля сел на кобылу и выехал в поле, и жеребенок поскакал рядом с кобылой.Он снова сел оставался на спине кобылы примерно до полуночи, когда он стал очень сонным и заснул, как и в прежние вечера, а проснувшись, нашел сам едет по перилам, держа в руке уздечку, как до.

Потом, как и прежде, поспешил присмотреть за кобылой. Когда он пошел, он вспомнил слова, сказанные старухой кобыле, и взял волчью шерсть с платка и немного потер ее. Тогда волк подошел к нему и спросил: «В чем дело, сводный брат?»

А он ответил: «У старухи кобыла убежала, и я не могу сказать где она.”

Волк сказал: “Вот она с нами. Она превратилась в волк, а жеребенок в волчонка. Ударь один раз уздечкой по землю и воскликнуть: «Эй! кобыла старухи!»

И сын короля так и сделал, и тотчас же кобыла пришла снова и встала с жеребенком рядом с ним. Так он взнуздал ее и поскакал домой, и жеребенок последовал за ним. Когда он пришел, старуха дала ему завтрак, но она привела кобылу в конюшню и била ее кочергой, крича: волки, я сказал, несчастный!”

И ответила кобыла: “Я была у волков, но они его друзья, и рассказал ему все обо мне!”

Тут старуха вышла из конюшни, и королевич сказал: ей: «Эх! бабушка, я честно служила тебе.Теперь дай мне то, что ты обещал мне».

И старуха ответила: “Сын мой, то, что обещано, должно быть выполнено. Так что смотри сюда. Вот двенадцать лошадей. Выберите, что вы подобно!”

И князь сказал: “Почему я должен быть слишком разборчивым? Дайте мне только это прокаженная лошадь в углу! Прекрасные лошади мне не подходят!»

Но старуха уговаривала его выбрать другую лошадь, говоря: «Как вы можете быть настолько глупы, чтобы выбрать это прокаженное, в то время как здесь есть такие прекрасные лошади?»

Но он остался тверд в своем первом выборе и сказал старухе: «Вы должны дать мне то, что я выберу, потому что вы так обещали.”

Итак, когда старуха обнаружила, что не может заставить его передумать, она дала ему паршивую лошадь, и он простился с нею и ушел, ведя лошадь за повод.

Когда он пришел в лес, он вылизывал и тер лошадь, когда она сиял ярко, как золото. Затем он оседлал лошадь, и лошадь помчалась так быстро, как птицу, и через несколько секунд принесли его во дворец дракона.

Королевский сын вошел и сказал королеве: «Будь готов, как только возможно!” Вскоре она была готова, когда они оба сели на лошадь и начали их путешествие домой.Вскоре дракон вернулся домой и, увидев королева исчезла, сказал своему коню: «Что нам делать? и сначала выпьем, или сразу же преследовать их?»

Лошадь ответила: “Едим мы и пьем или нет, все равно. Мы никогда не дойдет до них».

Услышав это, дракон быстро сел на коня и поскакал после них. Когда они увидели дракона, следующего за ними, они пошли дальше. быстрее, но их конь сказал: «Не бойся! прочь.”

Через несколько мгновений дракон подошел к ним очень близко, и его лошадь сказал своей лошади: «Ради бога, брат мой, подожди минутку! убей себя, бегая за тобой!»

Их лошадь ответила: «Почему ты такой глупый, что таскаешь это чудовище? Поднимите свои каблуки и сбросьте его, и пойдемте со мной!”

Когда конь дракона услышал это, он сердито покачал головой и бросил его ноги высоко в воздухе, так что дракон упал и разбился на куски, и его конь подошел к ним.

Тогда королева оседлала его и вернулась с сыном короля счастливо ее королевство, где они правили вместе в великом процветании до дня их смерти.




Япония

На берегу Суруга, в Миво, жил когда-то рыбак у реки. имя Хакурио. Однажды, когда он отдыхал от свою работу на берегу в лучах солнца он увидел ярко блестящую белую халат, лежащий перед ним, тонкий и полупрозрачный и полностью сотканный из перьев.В том месте, где плечи подошли бы к чудная мантия там висела двумя крыльями.

Он жадно поднял его, желая отнести домой и бережно положить далеко, когда перед ним предстала красивая девушка. Она громко рыдала и требовала вернуть ей халат.

Хакурио сначала совсем не хотел отказываться от своей находки. Но потом девушка сказала, среди бесконечных рыданий и слез, что она небесной богиней, и что ей придется несчастно оставаться на земле, как пока у нее не было своего пернатого платья, что она снял во время купания и, таким образом, ошибочно попал в его Руки.

Движимый состраданием, рыбак сказал: «Хорошо, я отдам тебе халат обратно к вам, если в ответ вы будете танцевать небесный танец для меня, с которым вы, дочери небес, парите сквозь облака.”

Девушка ответила: «Да, дай мне мою одежду, и ты увидишь самый красивый танец, который я могу станцевать.”

Рыбак задумался на мгновение и сказал: “Нет, сначала танцуй, а потом тогда я дам тебе твою одежду.”

На это рассердилась небесная дева и сказала: «Позор тебе, что ты сомневаешься в словах богини! Быстро, дай мне мой халат, ибо без него я не могу танцевать.Вы не пожалеете. Это я тебе обещаю!”

После этого Хакурио протянул ей пернатую мантию. Она сразу поставила и поднялся в воздух. Верна своим словам, перед изумленными глазами рыбака она исполнила великолепнейшее танец, который только можно себе представить, одновременно напевая самые красивые, чувственные мелодии, пока Хакурио не узнал, что происходит с ним. Во все более красивых петлях она поднималась все выше и выше, но прошло много времени, прежде чем она исчезла взглядом зачарованного рыбака, взлетая в легкое облако, которое дрейфовало к вершине Фудзиямы, с последним звуки ее благочестивой песни звучат в его ушах.




Пакистан

Жил-был король великанов с гор Кох Каф пришел посетить королевства людей. Его звали Сейфейд. Как он блуждая по земле он вошел в лес и там увидел веселую компания охотников, преследующих оленей. Их предводителем был молодой принц имени Байрам, и красота этого юноши была так поразительна и так необычно то, что великан Сейфейд чувствовал, что любит его и что он никогда больше не узнать ни счастья, ни довольства, если только он не овладеет ему.Так он превратился в прекрасную лошадь, со шкурой, как снег, и ржали, как гром, и в таком виде неоднократно пересекали путь принца, чтобы привлечь его внимание.

Принц был очарован, увидев столь благородного коня, и отдал приказ что его надо поймать. Сейф был только рад позволить себе быть оседланный и взнузданный, и терпеть принца, в которого он был влюблен перевернуться на спину. Однако, как только он почувствовал, что сидит в безопасности, затем он ускакал прочь и не останавливался, пока не достиг своего собственного дворец в горах, опоясывающих землю.Там он навалился на него всеми милостями, осыпали его золотом и драгоценными камнями, дали ему великолепные коней и сотни слуг, одел его в богатейшие одежды и поселил его в роскошном дворце.

Через восемь дней великан Сафейд пришел к Байраму и сказал: «Я теперь оставит вас на восемь дней. Я должен пойти на свадьбу моего брата. Однако ты останешься здесь. Но возьми этот ключ, который впустит тебя во внутренний сад, в который до сих пор никто не входил, кроме меня. Когда ты уходишь, иди один, и не забудь снова запереть дверь, когда вернешься.”

Так что великан дал принцу ключ и тотчас отправился в Царство своего брата.

В тот же вечер Байрам отправился в сад, который превзошел все он когда-либо воображал. В нем стоял чудесный павильон яшма, инкрустированная драгоценными камнями. Фонтаны играли со всех сторон, и деревья вместо фруктов были усыпаны рубинами, изумрудами и сапфирами. Сидя, он смотрел, как фонтаны извергают золотые брызги и отражения, отражающиеся в красивых бассейнах.

В этот момент четыре молочно-белых голубя прилетели на дерево, а затем уселись в форма четырех фей у края резервуара с кристально чистой водой. Их красота, казалось, ослепляла его глаза.

Раздевшись, они вошли в воду и начали купаться. И как они купались, один из них сказал другим: «Мне приснился сон, и во сне я могу сказать, что один из нас будет разлучен с остальными».

Затем они один за другим вышли из воды и начали одеваться.Но самая красивая фея не могла найти свою одежду. Между тем, другие, переодевшись, снова превратились в молочно-белых голубей и улетела четвертая фея по имени Гулаб Бано, восклицая, прощаясь с ними: «Это мой кисмет. судьба ждет меня здесь, и мы больше никогда не встретимся».

Затем она посмотрела на ступеньки и увидела принца. Сразу ее сердце сбежал из ее тела, и она влюбилась в него.

Так вот, сам принц украл одежду феи и спрятал их, а так как знал, что если она их найдет, то изменит снова в молочно-белого голубя, он вынул теперь другую масть, и она оделась, а двое влюбленных остались в саду.

Когда прошло восемь дней, великан Сейф снова вернулся в свою жилой дом. И когда Байрам увидел огромные цепи, окружавшие его талию, он начал дрожать от страха, но великан успокоил его, сказав: «Бойся нет. Разве ты не хозяин всего, чем я владею?” И он приказал играть музыку и танцующих девушек, чтобы собраться во множестве, чтобы развлечь и развеселить его настроение, но все они были невидимы.

“Вы их видите?” — спросил великан.

“Нет,” ответил принц. «Я ничего не вижу, но слышу музыку и звон браслетов.”

“Я дам тебе немного сурьмы царя Соломона”, сказал великан. «Прикоснись ею к своим глазам».

И когда князь Байрам коснулся глазами царя Соломона сурьмы он увидел, что все место заполнено полчищами изысканных девиц, танцы под музыку виолы и барабана.

Прекрасная фея, которую принц поймал в саду, была одна из жен великана, и великан знал все, что произошло. Но его любовь к Байраму была так велика, что он сказал ему: «Возьми не только Гулаб Бано, но все, что у меня есть, ты тоже можешь взять.”

Однажды фея загрустила и сказала: “Позвольте мне навестить моего отца и мать и вернуться».

Итак, принц достал свою волшебную одежду, и она переоделась в молочно-белая голубка, и она полетела. Но ее родители, когда услышали новости, рассердились, что она вышла замуж за смертного, и они заключили ее в тюрьму в мрачный подземный город. Поэтому она не вернулась. И с течением времени а она все не приходила, князь Байрам начал чахнуть и поник от печали, да и ради него великан загрустил и загрустил.

Наконец принц воскликнул: “Я должен следовать за ней и никогда не возвращаться, пока Я нахожу ее».

“Вы полны решимости идти?” — спросил великан.

«Я не могу больше жить, — сказал он, — без нее».

Тогда великан дал ему три вещи: свою шапку-невидимку, немного Кинга сурьма Соломона и один из его собственных волос. Итак, князь отправился, и через много дней он пришел в подземный город. Но поскольку все это было в темноте, и он не мог видеть дорогу, он протер глаза сурьмы, которая сделала все ясно и ясно перед ним.

Затем он спросил и обнаружил, что фея Гулаб Бано была заключен в высокой башне из ста железных дверей. И когда он нашел себя перед башней, он надел свою волшебную шапку, которая делала его невидимый, и который также заставил все двери распахнуться настежь. Он затем вошел и, увидев волшебную принцессу, снял шапку и бросился в ее объятия, и с нею оставался он много дней.

Женщина не умеет хранить секреты. Это было незадолго до того, как Гулаб Бано начал шептаться с некоторыми из своих любимых служанок и рассказывать ей близких друзей удача, улыбнувшаяся ей в разгар ее изгнание.Затем новость распространилась, пока не достигла ее ушей. отец. Он собрал своих великанов воедино, и, подойдя к башне, они нашел принца с принцессой.

Они были в ужасе и кричали: “Ну, давайте убьем его!”

Тотчас проснулся принц и, видя опасность, надел волшебная шапка, которая делала его невидимым. Затем он взял волосы великана Сейфейда, и держал его в пламени лампы. И когда дым поднялся на тысячу тут же собрались отряды великанов. Произошла великая битва.Враг были разбиты, а разгневанный отец вынужден был отдать дочь Принц Байрам. После этого Сейфейд и принц и фея с триумфом вернулись в свой прекрасный дом.

Мало-помалу, по прошествии нескольких лет, князь начал тосковать для своего королевства; и тоска его стала так велика, что, наконец, он решил идти. Великан стал очень грустным, но из-за своей любви для него он позволил ему уйти.

Затем Гулаб Бано превратилась в огромную птицу и принц сел между ее крыльев, и через мгновение они приземлились рядом с в столицу.Там принц переоделся бедным факиром, а его жена стала молочно-белой голубкой. Затем он вошел в город и призвал его старая няня, которая сразу узнала его и сказала, что его визирь захватил королевство и правил вместо него.

“А где мои жены?” — спросил Байрам.

— Трех ваших жен, — ответила она, — он взял себе в жены, но четвертая бросила ему вызов, и из-за ее верности он заточил ее в яму. Там родился сын, и там еще остаются мать и младенец, и он кормит их остатками своих собак.”

Некоторое время принц жил со своей няней, фея возобновила собственной форме, но однажды, когда он отсутствовал, новость дошла до ложного царь, что женщина, превосходящая по красоте всех женщин земли, была видели в доме старухи.

Итак, ложный король бросился на место, схватил Гулаба Бано руку и крикнул: “Пойдем со мной!”

«О царь, — ответила она, — позволь мне сначала войти и переодеться».

Итак, она оставила его ждать у двери, но, войдя в ее комнату, она надела свой волшебный костюм и, тотчас превратившись в молочно-белую голубку, вылетел в окно и помчался далеко, но ложный король вернулся к дворец раздосадован и побежден.

Когда Байрам вернулся, первое, что он сказал, было: «Где моя жена?”

“Она ушла к визирю”, сказала старуха. «Он пришел и унесли ее».

Итак, принц вынул волосы великана и снова поднес их к огню, когда тотчас к нему на помощь бросились тысячи великанов с палицами и мечи, и город был взят, визирь и три лжежены были зарезан, а верная жена была спасена из ямы и снова восстановлена ​​​​во дворце как королева.

С ней некоторое время жил князь Байрам, всегда добрый и хорошо ей; но он вздохнул по сказочной принцессе, которая улетела обратно в дом ее отца и никогда не возвращался. Постепенно его меланхолия возрастал все больше и больше, пока, обезумев, не стал бродить по городу и дворец, и лес, тщетно ищущий свою потерянную любовь.

Тем временем великан Сейф тоже загрустил и, наконец, смог не терпит больше его печали. Поэтому он отправился в королевство своего друга Байрама, и, найдя его, унес и восстановил снова к своей королеве фей.

С ней он восстановил свое здоровье, и вся его загробная жизнь прошла в счастья и восторга, иногда с Гулабом Бано среди горы Ко Каф, а иногда и со своей верной женой в столица собственного королевства. Но в конце концов он оставил жену навсегда и больше никогда не возвращался.




Целевые сайты открываются в новых окнах.
  • Сабина Бэринг-Гулд, “Девицы-лебеди”, Любопытно Мифы Средневековья , новое издание (Лондон: Ривингтонс, 1873 г.), нет.21, стр. 561-78.
  • Эдвин Сидни Хартленд, “Девицы-лебеди”, Наука о сказках: исследование сказочной мифологии (Лондон: Вальтер Скотт, 1891), стр. 255-332.
  • “История Хасана из Басры”, Книга тысячи ночей и одна ночь , перевел с арабского капитан Сэр Р. Ф. Бертон, перепечатанный с оригинального издания и отредактированный Леонард С. Смитерс, том. 6 (Лондон: HS Nichols and Company, 1894 г.), стр. 166-296. Эпизод с девой-лебедем начинается на стр. 188.
  • Жена-русалка и другие легенды о Кристиансена тип 4080. Здесь, как и в рассказах «Лебедь», человек приобретает контроль над женщиной из другого царства, украв ее покров.
  • Следующие сказки содержат мотив принуждения женщины к брак путем кражи предмета ее одежды, что также обычно входит в сказки «Девушка-лебедь» и «Жена-русалка»:
    1. Мальчик-обезьяна (Индия).
    2. Обезьяна Муж (Индия).


  • Вернуться к содержанию.
  • Возврат к фольклорным текстам Д. Л. Эшлимана , библиотеке сказок, фольклора, сказки и мифология.

Пересмотрено 22 марта 2013 г.

Лебединое озеро (Timeless Fairy Tales, #7) К.М. Shea

3,5 звезды, округлено до 4

Причины округления:
– Это помогло мне выйти из писательского кризиса (кстати, для пересказа “Лебединого озера”)
– У него было много настроек для пересказа Двенадцати танцующих принцесс в этот сериал, который я теперь очень хочу прочитать (ЭЛЬФЫ!!!)

Что понравилось:
-Контрабандисты; Взгляд на Лебединое озеро, которого я не встречал до
– Злой колдун с проблемами (и у него даже есть своя небольшая глава с мотивами в конце!) полукомпетентен, потому что

3.5 звезд, округлено до 4

Причины для округления:
– Это вывело меня из писательского кризиса (кстати, для пересказа “Лебединого озера”)
– У него было много настроек для пересказа Двенадцати танцующих принцесс в этой серии , который я теперь очень хочу прочитать (ЭЛЬФЫ!!!)

Что понравилось:
-Контрабандисты; Взгляд на Лебединое озеро, которого я не встречал до
-Злой колдун с проблемами (и у него даже есть своя небольшая глава с мотивами в конце!) полукомпетентен потому, что никогда раньше не дрался) (скрыть спойлер)]
-Миша; всем нужен саркастичный/иглый заместитель командира, который не пытается вас убить
– Это отдельная игра! Я мог бы сказать, что это была часть большого мира, и несколько случаев, казалось, были намеками на другие истории в серии, но я не читал ни одной из других историй, и это очень хорошо стояло само по себе.
-Яков; несмотря на то, что он не обращает внимания, ему удалось спасти положение / помочь ведущим спасти положение несколько раз
– Разнообразие персонажей; хорошее сочетание саркастичного, доброго, смешного, решительного и многого другого! Если бы это была более длинная история, мне бы понравилось больше второстепенных моментов. Как бы то ни было, второстепенные персонажи описаны достаточно, чтобы получить представление о том, что из себя представляет большинство из них, не перегружая основной состав.Я имею в виду, это крутое прозвище, но Одетт ненавидит его до такой степени, что скрипит зубами всякий раз, когда к ней обращаются так. Ее группа якобы уважает ее… но если она сильно ненавидела это , , и они ее уважали, то зачем им это использовать? Групповая динамика больше похожа на братьев и сестер, чем на группу контрабандистов на черном рынке, но братья и сестры, как правило, набрасываются, если их раздражения / обиды не решаются. Я ждал, что Одетт накричит на них или побьет их ((спойлер просмотра)[особенно учитывая, что у нее репутация издеваться над сомнительными клиентами (скрыть спойлер)]), так как она, кажется, наполняет старшую сестру динамикой большую часть времени. время.Но нет; она просто скрипит зубами, думает о том, как сильно она это ненавидит, и ничего не делает уже четыре года. Как старший из шести, я могу засвидетельствовать тот факт, что мелкие неприятности, оставленные без внимания/проигнорированные, перерастают в гнев или насилие. Иногда это могут быть минуты, месяцы или годы, но в конечном итоге они превращаются в нечто большее. Так что… это беспокоило меня.
-Алексей. Он всего лишь достаточно активен и показывает всего лишь достаточно раздражения, чтобы не раздражать. Тем не менее, частота его улыбок / «мягких тигровых глаз» заставила меня хотеть дать ему пощечину.Всего один раз, чтобы увидеть, способно ли измениться выражение его лица. Я думаю, что он немного нахмурился, когда его старший брат пытался ухаживать за Одетт, и в другой раз, когда в игру вступила часть рассказа об «ошибочной идентификации», но в остальном я не припомню, чтобы он внешне выражал какие-либо другие эмоции. В чем, я полагаю, нуждалась/хотела Одетта…?
-Начало последней главы. Я имею в виду, что все началось с вступления «волшебный лес, я бы хотел, чтобы это был фильм», но кое-что в описании…читать как фанфик? Стиль отличался от тона/голоса почти всей книги. Я думаю, внезапный поток прилагательных, наряду с несколько высокопарной эльфийской речью, довел его до предела…
Несмотря на то, что это была относительно серьезная сделка, я хихикал/съеживался на протяжении всей этой сцены.

Не уверен, что взял бы его снова; Я должен быть в настроении для этого. Но в целом, это не та книга, о прочтении которой я сожалею, и я обязательно почитаю другие книги из этой серии.

Наследие Лебединого озера

Сегодняшняя сказочная развязка – та, которую вы, возможно, не ожидали. «Лебединое озеро» — балет, написанный Чайковским в 1875 году. Популярность балета в последние годы вдохновила на создание нескольких фильмов, в том числе «Царевна-лебедь», «Черный лебедь» и одного из первых фильмов о Барби. Возможно, именно запоминающаяся музыка Чайковского сделала эту историю такой неотразимой, а может быть, это были классические элементы принцессы, такие как волшебное превращение, как в «Золушке», или трагическое предательство настоящей любви, как в «Русалочке».”Что бы это ни было, балет стал фаворитом среди поклонников принцессы уже более века.
Мало что известно о происхождении этой истории. Двумя популярными теориями являются русская басня «Белая утка» и немецкая сказка «Украденное покрывало». Однако они лишь отдаленно напоминают сказку о принцессе Одетте. Если какая-либо птица, превращающаяся в принцессу, вдохновила «Лебединое озеро», вы можете так же легко утверждать, что аниме «Принцесса Туту» было вдохновлено ею, особенно учитывая влияние балерины.Тем не менее, «Лебединое озеро» рассказывает захватывающую историю о принцессе, наложенной проклятием злого колдуна Ротбарта, и только ее настоящая любовь может спасти ее. В балете дочь Ротбарта, Одиллия, превращается в двойника Одетты, чтобы обманом заставить принца дать клятву не той женщине, что приведет к ее падению. Психологическая травма от злого близнеца вдохновила режиссера Даррена Аронофски на создание психологического триллера «Черный лебедь» в 2010 году, в котором Натали Портман играет балерину, которая изо всех сил пытается уловить сущность Одетты и Одиллии.

Очевидные сказочные элементы истории делают ее естественным выбором для детского анимационного фильма. В 1994 году Ричард Рич выпустил «Принцессу-лебедь» под лейблом Nest Family Entertainment. До этого фильма Рич работал в компании только над анимационными детскими библейскими видео. Таким образом, фильм о принцессах без какого-либо религиозного послания был немного странным выбором, если только он не пытался извлечь выгоду из Диснея, теории, которую твердо придерживается Критик ностальгии в своем обзоре. Тем не менее, у фильма было свое очарование: несколько запоминающихся песен, забавные монтажи и глупые приятели.Жан-Боб, лягушачий друг Одетт, постоянно ссылался на другую сказку «Принц-лягушка», которую я буду изучать завтра. Несколько заметных изменений, внесенных Принцессой-лебедем в балет, включают запоминающуюся сцену, в которой Одетт и Дерек растут вместе и превращают персонаж Одиллии в безымянную старую ведьму, которая следовала за Ротбартом без всякой причины. По какой-то причине имена «Одетта» и «Ротбарт» остаются неизменными во всех версиях истории, но имя принца «Зигфрид» всегда менялось.Думаю, никому не нравится имя “Зигфрид”.

Хотя Царевна-Лебедь могла бы считаться достойной самостоятельной классической сказкой, Nest решила воспользоваться своим успехом и сделала то, что сделало «дешевые сказки» Диснея похожими на оскароносные шедевры. Они превратили The Swan Princess во франшизу второсортных дополнений для DVD. Не поймите меня неправильно — два нарисованных от руки продолжения, которые они выпустили в 90-х, «Побег с Замковой горы» и «Тайна зачарованного королевства », не были худшими сиквелами, когда-либо выходившими прямо на видео. .Если бы они остановились на этом и назвали бы это трилогией, их поступок предательства можно было бы простить. В конце концов, детские библейские видео не могут продаваться так много.

Нет, становится еще хуже. В 2012 году Ричард Рич решил разрушить все наше детство, выпустив едва смотрибельный CGI-фильм Принцесса-лебедь Рождество , в котором показана одна из худших анимаций, которые я когда-либо видел в своей жизни. Затем он начал сыпать соль на рану, продолжая выпускать один сиквел за другим каждый год, все дальше отклоняясь от прекрасной сказки «Лебединое озеро».«Самый последний из них вышел всего несколько месяцев назад, и хуже всего то, что, возможно, впереди еще много всего. Очевидно, жадность ослепила Рича. Теперь ему совершенно невозможно помочь. сохранить франшизу, но никто никогда не просил посмотреть, как Одетт и Дерек усыновят ребенка через двадцать лет после фильма, и смотреть, как она отправляется в скучные и не относящиеся к делу приключения.Ужасный позор, что либретто Чайковского было удешевлено таким образом, но я отвлекся

Другая адаптация была выпущена в 2003 году и метко названа Барби Лебединого озера.Он заимствует элементы из либретто 1877 года, давая Одетте (которую, конечно же, играет Барби) волшебную корону, которая защищает ее от чар Ротбарта. Версия для Барби также отдала гораздо больше внимания своему исходному материалу, показав оригинальную партитуру Чайковского и показав множество балетных сцен на протяжении всего фильма, я имею в виду тонны. Последовательности были настолько затянуты, что временами отвлекали от истории. Они также сделали Одетту крестьянкой из деревни вместо принцессы, но она все равно влюбилась в принца по имени Даниэль (не Зигфрид).Это сохранило характер Одиллии как дочери Ротбарта в такте, что имело более логичный смысл и лучше рассказывало историю, чем наличие случайной старой ведьмы все время. Также стоит упомянуть, что фильм о Барби 2013 года, Розовые туфельки , содержал альтернативную версию Одетт. Речь шла о волшебной паре балеток, которые оживили известные балеты, когда Барби танцевала в них, в том числе «Лебединое озеро» и «Жизель», в честь которой была названа героиня диснеевского мультфильма «Зачарованные » 2007 года.

“Лебединое озеро” ничем не отличается от любой другой сказки. История рассказывалась и пересказывалась много лет и в самых разных формах. Будь то на сцене, где многие другие принцессы нашли свой дом, или на экране, трансформация Одетт захватывает дух. Только, пожалуйста, ради всего доброго и волшебного в мире, прекратите делать эти ужасные сиквелы.

Похожие записи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.