История любви: Серж Генсбур и Джейн Биркин | Vogue Ukraine

2 апреля 1928 года в Париже родился легенда и гений Серж Генсбур. В день рождения композитора и певца, актера и режиссера – словом, одного из самых знаковых людей в культуре 20 века. Vogue.ua вспоминает, каким был роман Сержа Генсбура и Джейн Биркин.

Знакомство

“Я только что снялась во Франции в фильме «Слоган», главную роль в нем сыграл человек, которого я люблю. Его зовут Серж Генсбур. Он немного странный, но я его люблю. Он не похож ни на кого из моих прежних знакомых – довольно опустившийся, но в то же время чистый”.

На премьере фильма “Слоган”

Это строчки из “Дневников обезьянки” – мемуаров Джейн Биркин, которые актриса выпустила в 2018 году. Книга начинается в 1957 году, когда Биркин было 11 лет (тогда Джейн начала вести дневники, которые позже лягут в основу этой книги), и длится до 1982 года. Для тех, кто хочет узнать больше о жизни актрисы, ее отношениях с Генбсуром, и, что  важнее – о ее взгляде на жизнь, наивном и трогательном, “Дневники обезьянки” – бесценный документ.

В название вынесен отсыл к мягкой игрушке – обезьянке Манки, талисману актрисы, с которой она не расставалась и которую в 1991 году положила в гроб к Сержу.  “По дневникам обезьянки”, помимо всего прочего, легко составить хронологию отношений пары, как загоралась, а потом угасала их страсть; о чем ругались, как любили проводить время, что их раздражало в друг друге. Биркин и Генсбур познакомились на съемках фильма “Слоган” Пьера Грембла в Париже в 1968-м. Актрисе было 22, и она только пережила расставание с первым мужем, композитором Джоном Барри, Генсбуру – 41.

Серж Генсбур в 1960-м году

Джейн переехала в Париж, имея за плечами второстепенную роль в фильме Антонио “Фотоувеличение”; не знала языка и чувствовала себя на площадке не очень уверенно.  С Генсбуром на съемках сначала не ладила: француз относился к ней высокомерно и его раздражало ее незнание языка. И если Биркин была 20-летней дебютанткой, то Генсбур знал себе цену. Хотя и считал себя некрасивым мужчиной, он производил на людей магическое впечатление – к этому времени за его плечами было два развода и двое детей.

 Свое настоящее имя – Люсьен, а, как говорили близкие, Лулу, – он незадолго до этого сменил на Сергей в честь любимого композитора Сергея Рахманинова. К моменту знакомства с Биркин он записал два альбома и создал десяток композиций для популярных исполнителей, от Брижит Бардо до Фанни Ардан. С обеими ему приписывали романы.


 

“Я люблю тебя… я тебя тоже нет”

“… Guardian назвала «Я тебя люблю… Я тебя тоже нет» самой сексуальной песней в мире. Я ставила пластинку своим родителям, но каждый раз, когда доходило до моих вздохов, поднимала иглу проигрывателя. Слов они не понимали, а мелодия им понравилась. Но потом приехал мой брат и проиграл им пластинку целиком. Родители повели себя мужественно. Отец защищал меня перед своими друзьями из адмиралтейства, а мама продолжала утверждать, что это самая красивая в мире мелодия”.

Песню «Je t’aime… moi non plus», ставшую культовой, Генсбур написал еще до знакомства с Джейн Биркин, и впервые записал с Брижит Бардо, но дуэт не сложился. Уже позже, когда они с Биркин жили вместе в Париже, он услышал, как она поет в ванной, и предложил записать вместе песню. Актриса согласилась. Это был 1969 год: пара поехала в Лондон, записала там трек на студии – а потом они проснулись знаменитыми.

Песня «Я тебя люблю… Я тебя тоже нет» стала самой продаваемой во Франции и хитом в Европе. Ее обожали и ненавидели – из-за того, что между куплетами Биркин стонала и имитировала оргазм, песню запретил папа Римский, но Генсбур, как вспоминает в дневниках Биркин, смотрел на это прагматично и называл это “лучшим пиаром”. В интервью Генсбур нагнетал интригу и говорил, что звуки Джейн не имитировали – мол, они поставили микрофон прямо над кроватью. С «Я тебя люблю… Я тебя тоже нет» началась музыкальная карьера Биркин: следующие 12 лет гениальный композитор Генсбур напишет десятки песен для ее необычного, тонкого и срывающегося голоса.

Стиль жизни

“Он очень мягкий и нежный и в то же время очень сильный, он очень тонко все воспринимает, а в плане секса он просто чудо. Тем не менее я чувствую, что он – нечто большее, чем сексуально привлекательный мужчина. Он блистательно талантлив и уникален. Если я его потеряю, для меня это будет самая страшная потеря, потому что я еще никогда не была так счастлива”.

У самой красивой пары Франции были страстные отношения. В своих дневниках актриса вспоминает, что они ругались по мелочам – из-за вкуса соуса, кто будет готовить ужин или политических вопросов, в которых, как был уверен Генсбур, Джейн совершенно не разбиралась. В 1971 году у Джейн и Сержа родилась дочь Шарлотта. Пара продолжала работать вместе. В 1975-м Генсбур снял Биркин в  одном из самых авангардных своих фильмов – истории о нетрадиционном любовном треугольнике «Я тебя люблю… Я тоже нет». Представляя фильмы по всему миру, пара много путешествовала: Япония и родная для Биркин Великобритания, США, Европа, Мексика.

Свободное время проводили в Париже и Нормандии, много позировали фотографам, а самые трогательные портреты пары сделал брат Джейн Биркин, режиссер Эндрю Биркин. Эндрю документировал то, что оставалось за кадром для рядовых фотографов; в первую очередь, это  личные вещи – прогулки с детьми, встречи в маленьких кафе с самыми близкими друзьями, семейные каникулы пары. На этих фотогграфиях – счастливая семья: Серж, Джейн, ее дочь от первого брака Кейт, их общая дочь Шарлотта Генсбур и собака Нана.

Расставание

Формально Джейн Биркин и Серж Генсбур разошлись в начале 1980-х. У музыканта были проблемы с алкоголем, и именно им приписывают их разрыв. Джейн сошлась с режиссером Жаком Дуайном, а в 1982 году у них родилась дочь Лу. Биографы пары пишут, что это был классический французский l’amour à trois, роман втроем, и что Биркин и Генсбур всегда оставались близкими людьми. Так, когда родилась Лу Дуайон, Генсбур отправил ей подарки, а позже стал крестным отцом девочки. Позже он женился на модели Каролин фон Паулюкс, младшей его на 30 лет, которая родила ему сына Люсьена.

Серж и Джейн общались вплоть до самой смерти Генсбура от инфаркта в 1991 году, а в интервью Биркин не раз скажет: я виновата в его смерти; если бы мы не разошлись,  я бы заставила его бросить пить и он был бы жив.

Два года назад в интервью Vogue.ua Джейн Биркин рассказала о своим отношении к Генсбуру и сейчас, спустя 20 лет после его смерти. “Самые красивые песни Серж написал о разлуке. Одна из моих любимых – Baby Alone in Babylone 1983 года (ее Джейн спела во время показа Gucci для сезона весна-лето 2019, запросто поднявшись со своего места в зрительном зале – прим ред.). Зачем я выпустила такой ностальгический альбом? (речь об альбоме “Биркин/Генсбур: Симфонизм” 2018 года – прим.авт). Хотелось напомнить себе и миру, что Серж – мой самый большой друг”.

В статье использованы цитаты из книги “Дневник обезьянки”, издательство Sindbad publishers

История любви Сержа Генсбура и Джейн Биркин

Легендарному французскому поэту и композитору Сержу Генсбуру сегодня могло бы исполниться 93 года. Провокатор и скандалист известен не только ярким творчеством, но и романами с самыми роскошными женщинами своего времени. В день рождения автора Je T’Aime InStyle вспоминает историю его любви с Джейн Биркин

Когда Джейн Биркин и Серж Генсбур встретились на съемках фильма «Слоган» в 1968 году, актриса все еще страдала от горя, которое сопровождало развод с ее первым мужем Джоном Барри. Она приехала в Париж, не зная французского, с новорожденной дочерью Кейт на руках. Практически все кинопробы Джейн прорыдала. Поэтому совсем неудивительно, что она не сразу заметила очарование своего коллеги. Ее брат, Эндрю, вспоминал, как она называла Генсбура «тем ужасным человеком Сержем Бургиньоном». «Он должен быть моим любовником, но он такой высокомерный и такой сноб, и он меня презирает», — говорила она. Напряжение на съемочной площадке, конечно, не мог не заметить режиссер картины, Пьер Грембла. Чтобы примирить актеров, он предложил им вместе пойти в бар, а после деликатно оставил пару наедине.

Серж пригласил Джейн на танец, во время которого истоптал ей все ноги, — зато актриса наконец поняла: то, что она принимала за высокомерие, на самом деле было застенчивостью. Спустя еще десяток танцев разгоряченная пара вернулась в гостиничный номер Генсбура, где он тут же заснул. Биркин провела ночь, наблюдая, как он спит, и позже сказала: «Это был самый романтичный из вечеров».

Шарлотта навсегда: судьбы женщин семьи Генсбур Читать

Так начался эпичный совместный путь пары: отношения поэта и музы, тесно связанных крепкой дружбой. В 1969 году дуэт вместе работал над песней, написанной Генсбуром для его бывшей возлюбленной Брижит Бардо. Самопровозглашенный «ревнивый любовник» предложил Биркин исполнить партию, которую Бардо отвергла, опасаясь, что ее эротический характер может вызвать проблемы в ее новом браке. У песни под названием Je T’Aime был откровенно сексуальный текст, и сопровождалась она бэк-вокалом Биркин, состоящим из вздохов и стонов.

Трек был осужден Ватиканом и запрещен к трансляции на радио в Великобритании и некоторых других странах. Во Франции он играл в ресторанах, где часто ужинала пара, после 11 вечера, а пластинки с записью продавались в простых бумажных обертках, как порножурналы или порнофильмы. Возмущения только подогрели популярность песни, которая вскоре возглавила чарты в нескольких континентальных странах, включая Великобританию. Биркин вспоминала, как Генсбур говорил ей, что Папа был их величайшим пиарщиком. «Ему это нравилось!» — рассказывала актриса о любви Генсубра к эпатажу. Когда распространились слухи, что некоторые части песни были записаны с помощью микрофонов под их кроватью, Генсбур заметил с ухмылкой: «Слава богу, это не так, иначе это была бы слишком долгая пластинка». При этом музыкант искренне считал Je T’Aime «лучшей песней о любви». «После этого мы поехали в Венецию, и там я влюбилась в него по уши. Он избавил меня от боли после расставания с Джоном Барри, а я, думаю, помогла ему пережить разрыв с Брижит Бардо», — рассказала Биркин. Так интрижка на съемочной площадке превратилась в серьезный роман. В 1971 году у пары родилась дочь Шарлотта. Ее появление переполнило Сержа отцовскими чувствами. Джейн рассказывала, что «он был замечательным отцом и невероятно растрогался, когда родилась девочка». «Ее пришлось перевести в другую больницу, а меня не пустили с ней, потому что я подхватила какую-то болезнь. Серж уехал на такси, плача, а в корзине была маленькая Шарлотта», — вспоминала она. Как и в отношениях любой другой пары, у Джейн и Сержа случались конфликты. Правда, ссоры двух артистов были гораздо публичнее и драматичнее. Оказавшись в парижском баре Castle, Джейн бросила в Сержа пирог с заварным кремом, а затем погналась за ним по бульвару Сен-Жермен, громко выясняя отношения. Это привело Генсбура в ярость, и Биркин пришлось внезапно прыгнуть в Сену, чтобы остудить его гнев. «Затем я вылезла из воды, и мы весело пошли домой, держась за руки», — вспоминала она в интервью.

Как сейчас выглядит и чем занимается Джейн Биркин Читать

Их роман оборвался в 1980 году из-за непрекращающегося алкоголизма и насилия Генсбура. Но крепкая связь пары пережила их отношения. Когда у Биркин родилась третья дочь от возлюбленного Жака Дуайона, Генсбур прислал ей коробку детской одежды с открыткой с надписью «Papa Deux» («Дважды папа»), а позже он стал ее крестным отцом. Он продолжал писать песни для Джейн до самой смерти. Не только Биркин, но и ее брат, и три дочери обожали Генсбура. Эндрю Биркин, который никогда не был женат, часто проводил каникулы с парой, во время которых сделал множество очаровательных снимков влюбленных. «Я влюбилась в Сержа, Эндрю влюбился в Сержа, Серж влюбился в Эндрю, мы были трио», — рассказывала Джейн об их отношениях. После смерти Генсбура в 1991 году семья Биркин не могла справиться с горем. Джейн провела трое суток с телом покойного, отказываясь его отпускать. В конце концов, болезненная привязанность стоила ей отношений с Дуайоном, который больше не мог делить ее с покойным бывшим возлюбленным. Биркин еще не раз давала интервью, в которых ностальгировала по отношениям с Генсбуром. «Наша дружба продолжалась до самой его смерти, — рассказала она о последних днях музыканта. — Он позвонил мне в Лондон и сказал, что купил для меня большой бриллиант, потому что я потеряла тот, который он мне подарил. А я ответила ему: «Серж, хватит пить».

Источник фотографий: Getty

4 истории из жизни Джейн Биркин и Сержа Генсбура

Серж Генсбур и Джейн Биркин стали синонимами богемной жизни Парижа 70-х — они любили, курили, дрались, были завсегдатаями вечеринок, а их роман, продолжавшийся более 10 лет, — один из самых запоминающихся творческих союзов музыканта и его музы. Рассказываем четыре наши любимые истории об этой скандальной паре.

1. Это не была любовь с первого взгляда

Джейн Биркин переживала разрыв со своим первым мужем Джоном Барри, когда прибыла в Париж. Она не знала ни слова по-французски, а на руках у нее была маленькая дочь. Несмотря на это, ей предложили роль в фильме «Слоган» режиссера Пьера Гримбла. Джейн и Серж впервые увидели друг друга на совместных пробах. Генсбур постоянно доводил своим пренебрежительным отношением молодую Джейн, подкалывал ее и всячески издевался. Ее старший брат вспоминает, как она рассказала ему об «ужасном французе Серже Бургиньоне», который раздражал ее. «Этот высокомерный и пафосный сноб просто презирает меня», — говорила Джейн.

2. Если они ссорились, то об этом узнавал весь Париж

Биркин и Генсбур обладали взрывным темпераментом — их скандалы были публичными и громкими. Однажды в парижском баре «Кастель» в процессе выяснения отношений Генсбур запустил в возлюбленную корзиной с грязными полотенцами, та в ответ кинула в него пирожное с заварным кремом. После непродолжительной погони по бульвару Сен-Жермен Биркин развернулась и прыгнула в Сену. Закончилась эта ссора полным примирением — Джейн со смехом выбралась из реки и пара весело отправилась домой.

3. «Я тебя люблю… Я тебя тоже нет»

Je t’aime… Moi Non Plus была написана Генсбуром задолго до знакомства с Биркин. Песня предназначалась для Брижит Бардо, но та, посчитав музыкальное творение слишком вызывающим, попросила Сержа не выпускать её.

Тем не менее именно эта откровенная песня дала старт музыкальной карьере Биркин. Для пущего эффекта влюбленные сами пустили слух, что все стоны записывали вживую, разместив микрофон у себя дома под кроватью. В итоге многие радиостанции объявили бойкот этой композиции.

4. Их любовь длилась всю жизнь

Отношения скандальной пары закончились спустя десять с лишним лет. Джейн больше не могла переносить пьянство и агрессию Сержа. Поначалу она решила пожить отдельно, а потом встретила режиссера Жака Дуайона.

Даже после расставания их связь все равно оставалась крепкой: когда Генсбур узнал, что Джейн беременна от другого мужчины, то отправил в подарок коробку детской одежды и карточку с надписью — papa deux (второй папа), а затем стал крестным отцом ее третьей дочери Лу. Они оставались лучшими друзьями до конца его жизни, постоянно созванивались и общались и, конечно, продолжали писать песни.

` }

барышня и хулиган » Литературно-художественный журнал “ЭТАЖИ”

Они были одной из самых красивых, стильных, скандальных и богемных пар в 70-80-е годы двадцатого века.

Он — с большим горбатым носом, торчащими ушами (но из тех некрасавцев, что способны соблазнить любую), одетый с иголочки, редко трезвый и с неизменной сигаретой «Житан» в руке.

Она — юная красотка модельного типа, намного моложе его, с обворожительной улыбкой, соломенной корзинкой в руке (над которой все поначалу смеялись, а потом один престижный французский дом моды в честь ее владелицы создал свою знаменитую модель сумки).

«Я люблю тебя», — пела она слова из песни, которую он вообще-то сочинил для своей предыдущей возлюбленной. «Я тебя тоже нет», — отвечал он ей с сарказмом. Хотя, на самом деле, она была любовью всей его жизни, он любил ее до последнего дня, даже после того, как она ушла от него и счастливо зажила с другим.

Серж Генсбур и Джейн Биркин — две знаковые фигуры французской культуры, хотя не все знают, что Джейн — англичанка, а Серж родился в семье выходцев из России и Украины.

 

Мальчик, боящийся зеркал

 

Люсьен Гинзбург (Сержем Генсбуром он станет гораздо позже) родился 2 апреля 1928 года в Париже. Его родители, Ольга и Иосиф Гинзбурги в 1919 году бежали во Францию от кровавой русской революции. Оба закончили Санкт-Петербургскую консерваторию, Иосиф был прекрасным пианистом и композитором, а Ольга — камерной певицей. У Люсьена была сестра-близнец Лилиан и старшая сестра Жаклин. Музыкой были пропитаны все годы жизни в родительском доме: отец заставлял детей играть по часу на фортепиано, сам постоянно музицировал, младшие дети пели в хоре. Иосиф был универсальным пианистом, и это передалось сыну: он умел играть все, от классики до латиноамериканских мелодий. Другой страстью мальчика была живопись — первоначально он мечтал стать художником, учился в Академии живописи на Монмартре и подавал совсем не плохие надежды. Одним из его педагогов был сам Фернан Леже. Но однажды, решив, что великого художника из него не выйдет, да и денег много на этом ему не заработать, он вознамерился стать музыкантом и певцом. Люсьен сжег все свои картины, и лишь одну из них его сестра Лилиан все же сумела сохранить.

Мальчик с детства не любил зеркала и боялся в них смотреть — оттуда на него глядела, как сам он называл свое лицо, рожа. Он считал себя некрасивым и стеснялся этого. Он вообще был очень застенчив, и, как многие робкие люди, часто надевал на себя маску, сотканную из цинизма, сарказма и нахальства. И лишь близкие знали его настоящую, очень ранимую, неуверенную в себе, тщеславную, творческую душу. Говорят, что два обстоятельства особенно повлияли на его характер. Однажды в детстве он узнал, что мать, после смерти одного из детей (сына Марселя) не хотела рожать его с Лилиан, пришла на аборт, но в самый последний момент струсила и убежала. А еще он не мог забыть годы, проведенные в оккупированной нацистами Франции: маленький еврейский мальчик с большой желтой звездой Давида на школьном пиджаке, он жил в постоянном страхе и играл со смертью в прятки. Его семье удалось скрыться подальше от Парижа, в маленьком городке на юге страны, где сестер взяли в женский монастырь, а ему приходилось притворяться сыном местных крестьян, и нередко скрываться в лесу, когда облавы были слишком жестокими.

После несостоявшейся карьеры живописца отец решает, что Люсьен должен зарабатывать деньги, играя вместе с ним по ресторанам и клубам. Это было, по словам самого Люсьена — лучшей школой для него, там он закрепил свой широкий репертуар, и именно тогда впервые решился сочинять и исполнять собственные песни. Правда, выступая, он все время пытался делать так, чтобы его лица никто не видел, то надевал маску, то отворачивался и прятался за инструментом и дымом сигарет.

В конце 1950-х Люсьен Гинзбург меняет свое имя и становится Сержем Генсбуром — он всегда гордился своим русским происхождением, имя Люсьен считал подходящим лишь парикмахерам, Сергей Рахманинов был одним из его любимых композиторов, ну а Генсбур звучало привычнее для французского уха.

Сольная карьера тех лет не была особо удачной. Публика не могла свыкнуться с его непрезентабельной внешностью, да и манера исполнения была слишком оригинальной, а темы песен — провокационные, полные цинизма и женоненавистничества. Тогда Серж решает сочинять для других исполнителей. И вот в 1965 году юная певица Франс Галль побеждает на Евровидении с песней, написанной Сержем Генсбуром. Вот теперь-то к нему пришли слава, богатство, кроме музыкальной, началась кинокарьера, ну и конечно, бесчисленные похождения и романы. А еще он понял, что скандал плюс провокация — составляющие успеха. Говорят, 18-летняя наивная бедняжка Франс, для которой мастер эпатажа Серж написал новую песенку «Леденцы» вовсе не подозревала, что за эротический смысл скрывался в этой простенькой песенке. Потом несколько лет она просто не выходила на сцену, но скандал принес еще большую славу Сержу.

Генсбур писал не привычные для французского шансона песни о романтической любви, но тексты о самой реальной страсти, не всегда такой красивой и возвышенной. Про интрижку с женой друга или про запретное влечение к нимфеткам.

Долгое время он продолжал жить с родителями, а своих многочисленных любовниц приводил в отель, где у него был закрепленный за ним номер, а все портье знали его. Будучи некрасив по общепринятым стандартам, он обладал сексуальной притягательностью и харизмой, а иначе как было объяснить, что самые красивые, роскошные женщины Франции крутили с ним романы? Особенно известной была его недолгая, но очень страстная история любви с замужней Бриджит Бардо. В порыве страсти она кровью написала ему «Люблю тебя», попросила сочинить для нее самую красивую песню о страсти, и он за ночь написал две: «Bonnie and Clyde» и «Je t’aime moi non plus» («Бонни и Клайд» и «Я тебя люблю. Я тебя тоже нет»). Вот только последнюю, которую они спели дуэтом, где она сексуально стонет, то ли имитируя, то ли, как они сами говорили, взаправду испытывая восторги любви прямо в студии звукозаписи, Бриджит не разрешила выпустить на публику. Будучи замужем, она не хотела таких очевидных доказательств своей неверности. В конце концов, Бардо бросила своего музыканта, он впал в глубокую печаль, и потому что любил ее и потому что ведь теперь вся Франция знала, что его отвергла божественная Бриджит. Но он по-своему отомстит этой красотке, а та потом пожалеет себя за нерешительность. Он подарит эту песню другой своей пассии, и спев ее вместе, они станут знаменитыми, а песня до сих пор — одна из самых известных песен о любви.

 

Барышня и хулиган

 

Джейн Мэллори Биркин родилась 14 декабря 1946 года в Лондоне в семье военного Дэвида Биркин и актрисы Джуди Кэмпбелл. В 17 лет она начала карьеру актрисы, сначала в театре, в постановке Грэма Грина, затем в мюзикле, на пробах к которому познакомилась с композитором Джоном Барри, уже известным к тому времени автором музыки к фильмам про Джеймса Бонда. Ей было всего девятнадцать, когда она, по большой любви, выскочила замуж за этого человека старше себя. У Джейн стала складываться удачная кинокарьера. Ее пригласил в свой, ставший потом культовым, фильм «Фотоувеличение», сам Микеланджело Антониони. Поначалу Джейн смущало, что ей придется играть сцены совершенно обнаженной, да и муж скептически заметил, что она даже в спальне всегда выключает свет, прежде, чем они занимаются любовью. Но это лишь подстегнуло ее. Фильм стал лауреатом Каннского фестиваля, а Джейн — известной. Но личная жизнь не была такой радостной. В семье родилась дочь Кэйт, но ни юность и красота жены, ни маленький ребенок не удержали Джона от измен. В конечном итоге, он бросил семью и уехал в Америку. Джейн переехала к родителям, совершенно опустошенная и уверенная, что ее жизнь закончилась. Она согласилась поехать на кинопробы во Францию, взяв с собой малютку Кэйт, но совсем не надеялась на удачу, она вообще не знала французский и просто уехала подальше от Англии, чтобы немного забыться.

Фильм «Слоган» снимал режиссер Пьер Грембла, а в главной роли там играл Серж Генсбур. Серж только что расстался с Бриджитт Бардо, по сценарию героиня Джейн должна была быть его возлюбленной, но увидев Джейн впервые, Серж не мог скрыть циничной усмешки: эта тощая, глазастая простушка после роскошной Бардо была «просто каким-то несчастьем», по его словам. Джейн тоже не впечатлилась много возомнившим о себе Сержем, в письмах к брату она жаловалась на его грубость и снобизм. Хотя на пробах он проникся к ней жалостью и, подсказывая в одно ухо слова, в другое шептал, что невозможно приходить на съемки неподготовленной. Она плакала, и от своей беспомощности, и от еще свежего предательства мужа, а Серж говорил, что реветь у этой англичанки получается хорошо, хотя он и не приемлет, когда личные проблемы переносятся в профессию.

Чтобы как-то наладить отношения с Сержем на съемочной площадке, Джейн предложила режиссеру сходить им всем троим на ужин, но Грембла хитро и дальновидно решил оставить парочку наедине. Джейн до сих пор любит вспоминать, что весь снобизм и эпатаж Сержа в ее глазах улетучился, а лед тронулся, когда она пригласила его на танец, и «Мистер Казанова» так отдавил ей ноги, так неуклюже двигался, что она поняла, что за маской надменного ловеласа скрывается робкий и даже милый мужчина. В тот вечер Серж показал ей свой Париж: он возил ее из одного ресторана в другой, и всюду его знали и радостно встречали, и владельцы, и постоянные посетители. В русском «Распутине» Серж попросил музыкантов выйти на улицу и в честь Джейн сыграть самый красивый и печальный вальс, а сам щедро одаривал всех музыкантов чаевыми, засовывая купюры им в футляры. В конце вечера он галантно поинтересовался, отвезти ее домой или… и она выбрала «чашечку кофе» в отеле, куда он водил своих подружек. Ее смутило, когда портье спросил у ее спутника: «Вам как обычно, мсье Генсбур? Тот же номер?» Поднявшись наверх, она побежала в ванную, все еще сомневаясь — девочка из хорошей английской семьи боролась в ней со спонтанной и страстной женщиной. Однако, войдя к Сержу в спальню, она застала знаменитого любовника мирно посапывающим, тогда в соседнем магазинчике она купила диск с любовными песенками и поставила его в ноги Сержу, а сама, улыбаясь, поехала в свой отель, к дочке и няне. Не трудно догадаться, что после той, хоть и невинной ночи, любовную историю их героев в фильме им не надо было больше играть, притворяясь.

После съемок в «Слогане» Джейн думала вернуться обратно в Англию, она не хотела становиться просто девочкой при известном Генсбуре, такой она себя уже успела ощутить с первым мужем. Но внезапно ее пригласили сниматься в фильме «Бассейн» с Аленом Делоном и Роми Шнайдер. Серж сходил с ума, он собрал вещи и поехал с Джейн на съемки, испугавшись, что красавчик Делон соблазнит его любимую. Серж шутил, что Ален Делон состарится и станет страшным, а ему уже терять нечего, хуже он не станет. Сержу было сорок, Джейн двадцать два. Эта милая, юная девочка внесла в его жизнь искренние эмоции, радость и смех, а он залечил ее душевную рану: после того, как первый муж бросил ее, Джейн во всем винила себя, считая неумелой любовницей и неинтересным человеком. «Ты похожа на каникулы», — говорил герой Генсбура в фильме «Слоган», но это как-будто сам Серж обращался к Джейн.

 

Они прожили вместе тринадцать лет, хотя официально женаты не были. До Джейн у Сержа было две жены и росло двое детей от последнего брака. Серж и Джейн — не только красивая и грустная история любви, но и удачный творческий союз музы и музыканта, принесший обоим славу и интересные проекты.

Роман Биркин и Генсбура часто сопровождался скандалами. Любитель провокаций и эпатажа Серж, нашел в Джейн свою Бонни — вместе они не боялись рисковать и делать слишком откровенные фотосессии, эротические клипы и сниматься в скандальных фильмах.

Их первый совместный сингл «Je t’aime moi non plus »(«Я тебя люблю. Я тебя тоже нет»), тот самый, который Бриджит Бардо записала еще раньше, но побоялась отдать на публику, стал сенсацией и скандалом номер один. В финале песни Джейн стонала, имитировала оргазм (снова ходили слухи, что парочка, действительно, записала песню, занимаясь любовью, на что Серж съязвил, что тогда она была бы намного длиннее). В первые же недели продаж песня разошлась миллионным тиражом, Би-Би-Си отказалось транслировать ее по радио, а сам Папа Римский наложил на нее проклятие, за что Серж назвал его своим лучшим пиарщиком.

Женщинам было легко влюбиться в Генсбура. Он был типичным «плохишом», но в то же время, галантным и нежным. Циник и романтик, нахал и скромный влюбленный, к тому же, он сочинял стихи и песни, играл на фортепиано и снимался в кино. «Его лицо было намного интереснее любого другого лица, которое я когда-либо видела. С необыкновенно грустными глазами и красивым ртом. Он читал мне свои стихи, и это всегда была игра слов. Такая необычная черта — быть одновременно романтичным и смешным», — говорит Джейн.  

Серж и Джейн часто ссорились на публике. Однажды в кафе, после того, как Серж рылся в ее сумочке, пытаясь найти доказательства измены, она запустила в его лицо пирожным. Тот пришел в ярость и погнался за убегающей Джейн по бульвару Сен-Жермен. Тогда она, не долго думая, бросилась в Сену. Пожарники помогли ей выбраться, промокшая, но хохочущая, она вышла из реки, и они с Сержем, кто любил такие выходки, пошли под руку домой — эти двое вели себя, как герои-любовники из какого-нибудь французского фильма.

По ночам ходили по клубам и ресторанам, возвращались к пробуждению детей, теперь они растили уже двух девочек (Джейн родила от Сержа дочь Шарлотту), ложились спать, пока те были в школе и спали до их прихода. Потом Джейн гуляла с ними в парке, играла и приводила домой на ужин к няням, а сама с Сержем шла на очередные вечеринки. Серж безумно любил и первую дочь Джейн от брака с Барри, и свою Шарлотту, он посвящал ей песни и снял в своем фильме. Начав жить с Джейн, Серж купил особняк, но каждое воскресенье, как примерный еврейский сын, он с Джейн навещал своих родителей. Мать готовила любимому сыну борщ, пирожки и вареники.

 

С Джейн Серж, казалось, был действительно счастлив, он писал для нее песни, они вместе много снимались, и в совместных проектах, и отдельно. И он даже, кажется, полюбил себя, стал охотно фотографироваться, ему очень шел новый имидж, который родился не без участия Джейн: с трехдневной щетиной, небрежно-шикарно одетый, в белых мокасинах Repetto без носков. Джейн однажды выбрала ему эту обувь, и он потом до конца жизни продолжал покупать туфли того же бренда. А носки она не любила на мужчинах: «Ну представьте, раздевается он, чтобы заняться любовью, стоит нагой и в носках — смешно и нелепо», — шутила она. Любовь и эротизм их отношений был виден невооруженным глазом, без слов, и этой любовной магией, этой химией они наполнили свои песни, клипы и фильмы.

Джейн никогда не обладала выдающимися вокальными данными, как, впрочем, и Серж, но все вместе: ее красота и стиль, его музыка и лирика, их роман, эпатаж, образ, который они создали, сделали из них известную и любимую пару Франции. Французы даже простили Джейн то, что она была англичанкой и говорила на языке с акцентом.

«Серж нашел во мне ребенка, двенадцатилетнюю красотку, он нашел во мне напряженность, томление, готовое разрешиться взрывом. Вот эту меня он нашел и вытащил на поверхность. На это ушли три фильма и все годы, что мы прожили вместе». Образ юной Лолиты всегда волновал его больше классической женственности. Гораздо позже он даже снимет свою дочь Шарлотту возраста нимфетки в неоднозначном фильме «Шарлотта навсегда» и в странном клипе на свою песню, где они сыграют влюбленную пару, и это вызовет скандал и разговоры об инцесте.

 

Стиль Джейн Биркин до сих пор является культовым и узнаваемым. Ей каким-то образом удавалось, совершенно не прилагая усилий, а естественно, выглядеть одновременно и модно, и уникально. Можно смело брать любой ее образ тех лет, и он будет актуальным сейчас. Она носила ультра короткие платья, шорты и юбки, но не выглядела вульгарно, могла надеть просто белую майку и джинсы и выглядеть стильно. Они оба были образцами того самого французского шика, хотя в их жилах не текла французская кровь.

«Мне всегда нравились мужчины-меланхолики, — говорит Джейн, — которые много пьют, не в ладу с собой и так далее. Вот именно такой, небритый, который сидит в баре, прямо в плаще, со стаканом виски и что-то пишет в блокноте, а не все эти гламурные красавцы в дизайнерской одежде с лейблами наружу».

Однако, жить с постоянно пьющим Сержем, у которого часто были депрессии, и он становился агрессивным, вести такой ночной образ жизни, когда девочки уже подросли, ей становилось все труднее. А Серж, хотя у него было все, чтобы быть счастливым, казалось, просто не умел, не знал или не хотел быть в этом состоянии. «Я не пригоден для счастья», — говорил он. Возможно, он считал, что творческому человеку нельзя быть сытым от жизни и специально надевал на себя маску страдания и недовольства, возможно, на то были его, внутренние причины. Но все, знавшие его, говорили, что ему свойственно саморазрушение и суицидальность.

 

Серж минус Джейн

 

Когда она уже больше не могла терпеть, а тут еще интересный французский режиссер Жак Дуайон обратил на нее внимание и предложил сняться в фильме, Джейн собрала вещи, взяла дочек и ушла от Сержа. Он поначалу не воспринял это всерьез. Они продолжали общаться, дружить, он так и писал для нее песни и словно думал, что ее уход временный. Только когда на его предложение купить ей новую машину, она тихо ответила, что это будет несколько странно, потому что она уже беременная от Дуайона, Серж вроде бы вернулся из грез. Но свою любовь к ней он похоронить не смог никогда, в его теперь одиноком и пустом доме все оставалось, как было при ней, это был словно музей Джейн, все ее вещи, даже маленькие заколки, так и лежали там, где она их оставила, он не позволял другим женщинам бывать в их спальне.

Когда Джейн родила третью дочь от нового мужа, Генсбур прислал ей коробку с детской одеждой и открытку с подписью «второй папа», а позже он и стал крестным малышки Лу. Они с Джейн продолжали оставаться лучшими друзьями, свои самые грустные, красивые песни о любви он написал для нее именно после их разрыва — теперь, кажется, он, действительно, стал несчастен, у него были на то настоящие причины. «Он был мой товарищ, мой лучший друг. Он мог заявиться ко мне в любое время дня и ночи, и для него у нас всегда была комната. Я готовила ему ужин или приносила чашку чая — и сидела с ним и болтала. Мне повезло: на самом деле, я никогда не теряла Сержа», — говорит Джейн. А он потерял все: умерла мама, любимая собака, и Джейн обрела новую жизнь. Свое горе он выплескивал в стихи, посвященные ей.

 

«Помни, — надо меня забыть.

Я не забуду.

Поклянись, что не будешь память хранить.

Я не буду.

Узелок на беспамятство завяжи.

Я завязала.

Или…лучше его развяжи.

Я развязала.

Обещай, что больше не будет слез.

Меньше не будет.

Это дым от твоих папирос.

Больше не будет.

Помни, надо меня забыть,

В черную яму

Воспоминания надо свалить.

Я телеграмму

В срок тебе вышлю: ты знаешь, о том,

Что встречи не будет.

Только ты помни, ты знаешь, о чем.

Только ты помни…»

(перевод Тамми Ф.В.)

 

Джейн вспоминает, как было невыносимо грустно и странно ей петь его песни, в словах которых была его боль. Она записывала их в студии, а он стоял за стеклом и плакал. Позже он женится в последний раз, на девушке, младше его на тридцать один год. Каролин фон Паулюс, (Бамбу, как он звал ее), модель, певица и актриса была наполовину азиаткой и внучкой генерала-фельдмаршала Фридриха Паулюса. Серж купил ей отдельную квартиру, несмотря на то, что у них позже родился сын Лулу, маленький Люсьен Генсбур, и никогда не давал ключи от своей. Она его очень любила, а он… наверное, продолжал жить в воспоминаниях об их счастье с Джейн.

Долгое время Серж писал песни для других, их исполняли все самые знаменитые актрисы и певицы Франции, сам он редко пел, но после разрыва с Джейн снова стал выступать с сольными концертами. Хотя популярность к нему пришла после простеньких, незамысловатых мелодий, он был довольно серьезным и талантливым композитором и аранжировщиком, который даже повлиял на некоторые современные жанры. Начав с шансона, он обращался ко всем стилям, от рок-н-ролла, джаза до классики, рэпа и новой волны. Он часто использовал в своих мелодиях классические сочинения Брамса, Шопена, первым во Франции стал играть рэгги, гостил у самого Боба Марли, играл с его ансамблем, переложил Марсельезу на мотив рэгги, чем вызвал огромный скандал и даже был побит патриотами. Впервые во Франции он начал выпускать концептуальные альбомы. Хотя сам он не считал себя серьезным поэтом, в его песнях есть изысканные рифмы, каламбуры, он избавил французский шансон он старомодных канонов.

 

Оставшись без Джейн, он стал кутить еще больше, его эпатаж тоже не знал предела. Ему всегда был свойственен какой-то русский размах: он любил пение цыган, застолья, был щедрым, всегда раздавая большие чаевые официантам и музыкантам, любил русскую музыку, особенно грустную, и сам был по-русски меланхоличен и любил предаться печали, правда, чаще под стакан виски, нежели водки. Весь Париж знал про его выходки: он мог завалиться в полицейский участок и требовать, чтобы его арестовали, а потом везли домой непременно под звуки сирен. Увидев, как пожарники спасают пострадавших, он мог всю команду пригласить в дорогой бар и напоить шампанским. Однажды на телешоу он демонстративно сжег 500-франковую купюру в знак протеста против высоких налогов. А юной Уитни Хьюстон он прямо во время совместного интервью заявил, что хотел бы заняться с ней любовью. «Провокация — мой кислород», — так говорил Генсбур.

Сержа нельзя представить без сигареты в руке — кажется, он не курил лишь во время сна, но и спал он недолго. Он не выпускал любимый «Житан» из рук — курил на сцене, когда пел или давал интервью, курил, когда сочинял, курил постоянно. «Если я брошу пить и курить, то ведь могу долго прожить. А это скучно», — то ли всерьез, то ли с сарказмом говорил он.

В 1973 году у него случился первый инфаркт, а 2 марта 1991 года, не выдержав пятого, Серж умер в своей квартире, будучи там один, прямо за рабочим столом, во сне. Джейн в то время была в Англии, возле больного отца, но сразу же примчалась в Париж. Она, ее дочки и Бамбу четыре дня не могли заставить себя отойти от умершего Сержа. За день до смерти он звонил Джейн и сказал, что купил ей большой бриллиант взамен того, что он подарил ей когда-то, а она его потеряла. «О, Серж! Прекращай пить!»— ответила она, уверенная, что это его пьяный эпатаж. Он также оставил ей завещание на получение процентов с его альбомов. «Он всегда был моим ангелом, он им и остался! » — сказала Джейн.

На его похоронах, вместе с самыми известными творческими людьми, были таксисты, официанты, музыканты из ресторанов, простые парижане — он был всенародным любимцем. Президент Франсуа Миттеран в надгробной речи сказал: «Он был нашим Бодлером, нашим Аполлинером. Он возвел песню в ранг искусства». Катрин Денев прочитала над его могилой написанное им стихотворение «Бежать от счастья». А Джейн положила в его гроб свою самую любимую игрушку, войлочную обезьянку, с которой спала и не расставалась с шести лет. Дом, где он жил, и его могила на кладбище Монпарнас — до сих пор наиболее часто посещаемые, там всегда лежат игрушки, цветы, фотографии, стоят свечи и его любимые «Житан». Сам про себя Серж говорил: «Во всем я достиг успеха, кроме собственной жизни». После смерти Сержа Джейн упрекала себя. Иногда ей казалось, что она могла бы спасти его от алкоголизма, если бы осталась рядом. Сержу было всего 62 года.

 

Жизнь без Сержа

 

Через три дня после смерти Сержа умер отец Джейн, которого она боготворила. Джейн впала в черную тоску, а муж стал изменять, не в силах выносить ее постоянной скорби и причитаний, что все любимые ею люди покинули этот мир. Закончилось тем, что они развелись — Жаку было нестерпимо делить Джейн с призраком, кажется, умерший Серж вызывал у него большую ревность, чем живой. И осталась Джейн с тремя дочками. Все они позже в жизни нашли себя в творчестве. Старшая Кейт стала известным фотографом знаменитостей, Шарлотта — актрисой и певицей, а Лу — певицей, актрисой и моделью.

За всю жизнь Джейн снялась во многих фильмах, но, пожалуй, до знакомства со своим третьим мужем, режиссером Жаком Дуайеном, ей доставались роли милашек и простушек, не обремененных интеллектом, да и язык она знала тогда далеко не в совершенстве. Муж-режиссер увидел в ней драматическую актрису, он заявил, что застегнет ее платье на все пуговицы, имея ввиду, что не будет спекулировать на ее сексапильности, и выжмет из нее настоящую игру. Впоследствии, она снялась в интересных и значимых фильмах режиссеров Ж. Л. Годара, А. Варды, Б.Тавернье, А.Рене.

Еще в в восьмидесятые, на одном из рейсов, она разговорилась с попутчиком, который оказался представителем дома Hermes, и посетовала, что не может найти сумку, в которую бы все помещалось, но которая была бы меньше, чем чемодан, и больше, чем их популярная модель Kelly. Так, в 1984 году в модный мир явилась сумка, названная в честь Джейн — Birkin. Сейчас Джейн распродала все свои именитые сумки, они слишком тяжелы для нее, да и позволить она себе их уже не может. В 2015 году она требовала, чтобы сумку перестали называть ее именем из-за жестокого обращения с крокодилами на ферме поставщиков, но Hermes смог доказать, что не имеет к этому отношения, и конфликт был исчерпан, сумка так и носит ее имя.

Джейн продолжала петь песни Сержа и после его смерти, хотя иногда ей казалось, что надо прекратить, и она брала перерывы. Она снималась в фильмах, сама выступила в роли режиссера в автобиографическом фильме «Коробки», пробует себя в сочинительстве песен и очень много времени отдает благотворительности.

В 2004 году из рук Королевы Великобритании она получила «Национальный орден за заслуги».

Последние годы были тяжелыми для Джейн. В 2013 году, в возрасте 46 лет, ее старшая дочь покончила с собой, выбросившись из окна своей парижской квартиры. Следующие два года Джейн вообще не могла выходить на люди, не бралась за проекты, но постепенно вернулась к жизни. А недавно стало известно, что уже после этого несчастья она боролась с раком и уверена, что искусство помогло ей выжить. Врачи говорили, чтобы она смотрела кино, посещала театры, общалась с другими, чтобы не оставаться наедине с собой.

Серж никогда не воспринимал свой успех как данность. Его всегда удивляло и приводило в восторг, что зрители ходят на его концерты, любят его песни и музыку. Полный зал на его концерте, со светящимися зажигалками в темноте в его честь, мог растрогать его до слез. Вряд ли он когда-нибудь думал, что знаменитый нью-йоркский Карнеги Холл через двадцать семь лет после его смерти будет набит до отказа на концерте Джейн Биркин, исполняющей его песни. О любви. Его любви. Их любви. Написанной им для нее.

Джейн пела в сопровождении симфонического оркестра Wordless Music Orchestra песни со своего нового альбома Le Symphonique с песнями Сержа, написанными для нее. Сам Генсбур очень любил классическую музыку, часто использовал элементы из знаменитых произведений в своих мелодиях, потому его песни под симфоническое исполнение звучат органично.

«Что я могу сделать для него сейчас, когда уже поздно? Я хотя бы могу носить частичку его, брать его с собой, произносить его слова», — сказала Джейн. И какое-то незримое, потустороннее присутствие Сержа Генсбура ощущалось в атмосфере зала. Возможно, потому, что Джейн, хотя и пела для зрителей, мысленно обращалась к своему любимому. Да и разве мог он не поддержать ее, где бы он ни был.

Песни некрасивого, неуверенного когда-то в себе мальчика, боящегося зеркал, слушал Карнеги Холл: кто-то пускал слезу, кто-то подпевал, другие слушали, затаив дыхание. Его любимая Джейн все еще помнит и любит его, а его песни пережили его самого. Только самую первую песню, скандальную «Я тебя люблю. Я тебя тоже нет» Джейн не исполнила. То ли потому, что без Сержа она не имеет смысла, то ли потому что изначально она была написана не для нее.

«Я бы хотела снова испытать любовь,— говорит Джейн, чтобы петь о настоящих чувствах, а не о воспоминаниях».

Но их любовь уже не повторится. И это так красиво, и печально — совсем в духе неисправимого циника и романтика Сержа Генсбура.

 

Текст Ольги Смагаринской, специально для журнала “Этажи”

 

Ольга Смагаринская. Окончила факультет журналистики МГУ. В годы студенчества сотрудничала с различными (на тот момент еще советскими) изданиями. Жила в Чикаго, Лондоне, Сингапуре, в настоящее время обосновалась в Нью-Йорке с мужем и двумя детьми. Публикуется в Elle Russia, Elegant New York, Ballet Insider, RUNYweb. com, Этажи, Музыкальные сезоны. Лауреат премии литературно-художественного журнала “Этажи” в номинации “Лучшее интервью 2017 года”. 

Приложения: Последние новости России и мира – Коммерсантъ Стиль (131818)

С первого появления Шарлотты Генсбур перед камерой в картине «Слова и музыка», а также в скандальном клипе ее отца Сержа Генсбура «Лимонный инцест» прошло 38 лет. С тех пор ажиотаж вокруг нее не утихает. Шарлотту всегда увлекала музыка, и она собиралась пойти по стопам отца. Но когда роли предлагают режиссеры Вим Вендерс, Аньес Варда, Алехандро Гонсалес Иньярриту и Ларс фон Триер, отказываться не принято. Так Шарлотта стала актрисой по примеру своей матери, британской актрисы Джейн Биркин. В этом году на 74-м Международном Каннском кинофестивале Генсбур представила свою первую режиссерскую работу «Джейн глазами Шарлотты», которую, как подсказывает название, она посвятила Джейн Биркин. В начале 2022 года фильм выйдет в прокат в России.

У Шарлотты много работы и за пределами съемочной площадки: она записывает альбомы, сотрудничает с модными брендами. Недавно Генсбур выпустила коллекцию одежды совместно с Zara: джинсы, рубашки из денима, пальто прямого покроя, топы из тянущегося джерси — всё, что носит сама. О непринужденном, но потрясающем стиле Шарлотты Генсбур журналисты глянцевых изданий пишут научные работы, так что появление коллекции, с которой она выступила как дизайнер, было делом времени. На ковровых дорожках Генсбур очень отличается от коллег в коктейльных платьях и со сложными укладками, предпочитая ультракороткие платья с высокими сапогами, объемные смокинги, комбинезоны из денима в сочетании с «казаками», короткие юбки и белые рубашки с небрежно расстегнутыми верхними пуговицами — все Saint Laurent. Актриса дружит с креативным директором модного дома Энтони Ваккарелло, не раз участвовала в рекламных съемках для Saint Laurent.

В разговоре с корреспондентом «Коммерсантъ. Стиль» Шарлотта поделилась мыслями о скандальной славе, сложных отношениях с матерью и рассказала о любви к винтажным вещам.


«Мы сами решаем, на что готовы»

—Вас редко увидишь в вечернем. Предпочитаете повседневный стиль?

—Люблю носить спортивную одежду, особенно если она на несколько размеров больше. Растянутые свитера или мужские рубашки, но главное — джинсы. Не любые джинсы. Я очень требовательна к их выбору и могу потратить много времени на поиски нужного фасона и цвета. Я всегда была равнодушна к модным тенденциям, мне нравятся винтажные и поношенные вещи, те, что дарили отец или мать со своего плеча. Мне кажется, что в этих вещах больше стиля, индивидуальности, ауры. Такая одежда меня успокаивает, в ней я чувствую себя более защищенной.

—От чего вы ищете защиты?

—Хороший вопрос. Мои родители были знаменитыми, и с раннего возраста я находилась в центре скандалов, часто раздутых СМИ. Когда мои родители снялись в фильме «Я тебя люблю… я тебя тоже нет», о них начали писать ужасные вещи. Это сегодня они считаются легендами и их работы — культовыми, а в те времена мою мать называли женщиной легкого поведения, а отца — алкоголиком. В школе, особенно после того как я сама начала сниматься, мне приходилось нелегко. Поэтому мне нужны были собственные секреты и не хотелось, чтобы обо мне всё знали.

—Однако роли в кино вы выбираете сами. Например, согласились сниматься у Ларса фон Триера в его довольно скандальных картинах. Почему вы это сделали?

—Я не планирую участия в скандалах. Такие ситуации происходят в моей жизни случайно. С Ларсом получилось так, что другая актриса отказалась от роли и срочно позвонили мне. Идя на прослушивание, я не знала, о чем будет фильм, и у меня не было особых ожиданий. Режиссер тоже ничего в тот день не рассказывал. Он просто интересовался моим детством. Например, спрашивал, когда я испытываю страх и какие у меня на то имеются причины. Он признался мне, что я его заинтересовала, когда он посмотрел наши видео с отцом. Меня же заинтриговала наша беседа. Я сразу почувствовала потенциал режиссера, ведь с таким, как он, можно зайти очень далеко и обнаружить в себе такие стороны, которые едва ли проявятся, выбери я обыкновенную роль. Я всегда считала, что творчество доставляет особое удовольствие, когда перестаешь себя контролировать, идешь незнакомыми путями и выбираешь испытания. Если проект помогает мне преодолеть себя и свое смущение, это меня очень мотивирует.

—В картинах вы часто появляетесь обнаженной. Как вы относитесь к наготе?

—Сцены с обнажением в картинах Ларса действительно были очень пугающими, до этого я не делала ничего подобного. Хотя нет, пожалуй, однажды мне пришлось обнажиться в картине дяди (Эндрю Биркина.— «Коммерсантъ. Стиль») «Цементный сад». Но это была очень короткая сцена в самом конце. Мне очень стыдно раздеваться перед камерой, во время съемок у Ларса мне казалось, что раздеваюсь не я, а моя героиня, которая не имеет ничего общего со мной. Кроме того, я терпеть не могу лицемерия. Если режиссер снимает фильм про секс, он должен как можно правдоподобнее показать сексуальные сцены. Именно так и создаются шедевры. Они всегда правдивы. Однако у меня ответный вопрос: почему в таких фильмах, как «Нимфоманка» и «Антихрист», все обращают внимание на секс или говорят о мизогинии? На мой взгляд, в «Нимфоманке» режиссер создал многослойный портрет женщины. И пусть там много секса, суть фильма в изменениях, происходящих с героиней, в результате которых она лучше начинает понимать себя. «Антихрист» — дуэль между женщиной и мужчиной, но фильм также о конфликте женщины с самой собой.

—Как вы считаете, будут ли эти фильмы сегодня смотреться по-другому? Изменилось ли отношение к наготе?

—Рассуждая об этом как о социальном феномене, думаю, следует не упускать из виду региональные особенности. Например, на севере Европы отношение к наготе всегда было более свободным, а на юге — более консервативным. Сегодня из-за массовой визуализации, СМИ и социальных сетей усилилось давление, появилась некая стандартизация. В фильмах 1970-х и 1980-х женщины были стройные, но им позволялось иметь небольшой живот. Сегодня актрисам приходится часами потеть с спортзале. Но в целом мы сами решаем, на что готовы. Во время съемок фильма «Джейн глазами Шарлотты» я обсуждала с матерью различия между поколениями и в этом вопросе — и серьезных мы не нашли.

—Почему у вас возникло желание снять фильм «Джейн глазами Шарлотты»? Известно, что вам даже пришлось прервать съемки из-за напряжения, возникшего между вами и Джейн.

—Мне хотелось побыть с матерью. Как бы это объяснить… Я всегда была папиной дочкой, отец был моим богом и кумиром. Мать я часто избегала. Может быть, потому, что у папы я была единственным ребенком, а у мамы были и другие дети. Мать часто говорила мне, что я была для нее незнакомкой. В глубине души я хотела близости, но мне это не очень удавалось. Наши отношения стали еще более зыбкими после гибели Кейт (Кейт Барри, дочь Джейн Биркин и композитора Джона Барри, в 2013 году покончила жизнь самоубийством.— «Коммерсантъ. Стиль»). Вместо того чтобы стать ее утешением, я сбежала в Нью-Йорк, оставив мать с ее переживаниями. Я была неправа. Думаю, мой фильм был попыткой к сближению, официальным разрешением себе провести время с матерью. Как это ни парадоксально, близость между нами началась во время прошлогоднего карантина. В тот момент я сбежала из Нью-Йорка в Париж.

—От кого или чего вы бежите? Что было на этот раз?

—Я люблю Нью-Йорк, этот необыкновенно динамичный и живой город, и я чувствовала себя там свободной. Люди признавали во мне профессионала, личность, а не дочь знаменитых родителей. Но вот наступил 2020 год, начало эпидемии и карантина. Мы с дочерью были в Нью-Йорке, а Иван с сыном в Париже. И мне вдруг показалось, что мы так далеко друг от друга и что расстояние еще больше увеличилось из-за ограничений и правил. Да и сама ситуация в Америке стала для меня невыносимой. По радио и телевидению выступал Трамп, с утра до вечера приходилось слышать его голос. Потом произошел случай с Джорджем Флойдом, начались массовые протесты. Так что в июне 2020-го я вернулась в Париж. Но город показался мне призраком: улицы вымерли, музеи закрыты. У меня началась депрессия. И на помощь пришла мать. Есть у нее такая черта: когда ее детям хорошо, она не знает, чем с ними заняться, но когда им плохо, у нее моментально включается материнский инстинкт. Думаю, она могла бы стать прекрасной медсестрой. И вот она приехала в Париж и увезла меня в свой дом в Бретани. Там в самый разгар эпидемии состоялось наше примирение и мы смогли задать друг другу самые интимные вопросы.

—Было что-то такое, что дочь и мать узнали друг о друге, но мы не видим этого на экране?

—Я никогда не показывала матери, что она была мне нужна. Это случилось впервые. Мой интерес удивил и тронул ее. Но открылась она не сразу. Многое мы не обсуждаем на экране. Иногда молчание может сказать больше, чем оживленный диалог. Я задавала ей вопросы, которые дочь обычно задает матери. Например, мы говорили о старении. Пусть мы женщины разных поколений, у нас совершенно одинаковые чувства. Ей не нравится стареть, она предпочитает не смотреть на себя в зеркало. Я тоже паникую при одной мысли об этом. Возможно, не будь я публичной персоной, мне было бы все равно. Но не хочется стареть на глазах у всех, когда посторонние люди обсуждают твою внешность. Однако и прятать свои морщины я не собираюсь. Терпеть не могу, когда фоторедакторы пытаются отретушировать мои фотографии. Мне всегда хочется им сказать: «Послушайте, я хочу выглядеть человеком, а не маской, искусственно улыбающейся с обложки журнала!»

Беседовала Татьяна Розенштайн

Биография Сержа Генсбура – РИА Новости, 02.04.2013

На одном из его концертов в 1958 году побывал Борис Виан (Boris Vian), который опубликовал восторженный отзыв, высоко оценив не только исполнительское мастерство, но и характерный образ Генсбура. Комплименты Виана и успех его песен в исполнении других артистов помогли ему подписать первый контракт, и уже через несколько месяцев он выпустил дебютную пластинку Du chant a la une! (1958). Несмотря на строгие критические статьи, пластинка получила в 1959 году престижную музыкальную награду Гран-При Академии Шарля Кро. Затем последовали альбомы: No. 2 (1959), L’Etonnant Serge Gainsbourg (1961), No. 4 (1962).

В начале 1960-х годов Генсбур записывает альбомы Confidentiel (1963) и Gainsbourg percussions (1964).

В 1971 году Генсбур выпускает диск Histoire de Melody Nelson – первый “альбом-повествование”, песни которого составляют единое целое. В 1975 году выходит Rock around the Bunker, в 1976 году Гейнсбур выпустил второй “альбом-повествование” — L’homme a tete de chou.

Большая популярность пришла к Генсбуру, когда он познакомился с актрисой Бриджит Бардо. Серж и Бриджит записали цикл хитовых дуэтов: Bonnie and Clyde, Harley Davidson, Comic Strip, Contact.

В конце 1979 году Серж Генсбур отправился на Ямайку, где начал сотрудничать с музыкантами из групп Питера Тоша и Боба Марли, вместе они выпустили два регги-альбома.

В 1979 году после многолетнего перерыва Генсбур вернулся на сцену Еще в течение почти десяти лет он активно занимался концертной деятельностью.

В 1980-е годы он записал два альбома — Love on the Beat (1984) и You’re under Arrest (1987).

Генсбур-композитор пользовался успехом. С первых шагов на сцене его песни перекочевали в репертуар десятков, а со временем и сотен певцов. Его песни исполняли Катрин Денёв, Изабель Аджани, Жюльетт Греко, Ванесса Паради, Далида. Он сочинил не менее 40 саундтреков к фильмам. Еще одна его песня вдохновила на создание фильма – “Элиза”.

Как режиссер снял фильмы “Я тебя люблю…я тоже нет” (1976), “Экватор” (1983), “Шарлотта навсегда” (1986) и “Стэн-эксгибиционист” (1990).

В течение 80-х годов Серж Генсбур снял много рекламных роликов.

История любви: Серж Генсбур и Джейн Биркин

Они медленно растворялись друг в друге под звуки элегически нежной светлой мелодии, пронизанной дыханием интимных откровений. «Я тебя люблю…» — почти шептала тоненьким голоском Джейн. «…Я тебя тоже нет», — отвечал Серж.

Газетчики утверждали, что Серж Генсбур и Джейн Биркин записали песню «Je T’aime… Moi Non Plus», положив магнитофон под кровать, на которой занимались любовью. Скорее всего это правда. На протяжении двенадцати лет эти двое были без ума друг от друга, что прекрасно сказалось на искусстве.

До встречи с ней

Очевидно, Генсбур родился с уязвленным самолюбием. Однажды мать совершила глупость, рассказав Сержу о том, что он появился на свет благодаря ее страху перед хирургическим прерыванием беременности. Впечатлительный Серж, по его признанию, всю жизнь чувствовал себя до некоторой степени рожденным случайно, лишенным счастья быть желанным. Даже имя Люсьен, данное родителями, казалось ему пошлым, и по достижении 15 лет он стал Сержем, а заодно подправил орфографию фамилии — с еврейской Гинзбург на Генсбур, чтобы французы произносили ее не коверкая. Детская невротическая потребность в любви переросла в тщеславие, Серж собирался покорить Францию любыми способами, искал и находил в себе таланты художника, поэта, певца, композитора, актера и режиссера, пока, наконец, не решил, что станет мелодией этой страны.

Генсбур был аффективным гением, его внутренняя планка свободы была намного выше, чем у окружающих, поэтому он позволял себе петь о маленьких одалисках в белых носочках, об уругвайских нацистах, о Гитлере в окружении травести, о гомосексуалистах, копрофагии, о том, как человек читает предсмертную записку своей любовницы и исправляет в ней грамматические ошибки. Паясничал, эпатировал, измывался так, что публика часто не могла переварить его текстов, но музыка, которую он сочинял, была прекрасна, она легко переходила в репертуар таких исполнителей, как Петула Кларк, Жюльет Греко, Дионн Уорвик и Далида. Небрежный мачо с нелепо большими ушами и выдающимся носом принципиально не носил нижнего белья и надевал пижонские ботинки на босу ногу вместе с тряпьем неизвестного происхождения. Женщины обожали этого циничного хулигана, божественная Брижит Бардо делила с ним не только съемочную площадку, постель, но и популярность. Во время романа с ней Серж Генсбур стал знаменитым настолько, что режиссеры перед съемками фильмов просили получше гримировать его примелькавшуюся физиономию. Журналисты знали мельчайшие подробности его интимной жизни в двух браках, романов с актрисами, певичками, массажистками, парикмахершами, проститутками, которых он водил в свои холостяцкие апартаменты — номер 314 в отеле «Паризьен». Он хвастался количеством женщин, но ему все сходило с рук. Даже капризная ББ снисходительно говорила: «У него очень ранимая, очень нежная душа. И ему, бедняжке, кажется, что цинизм делает его неуязвимым».

До встречи с ним

Жизнь Джейн Биркин была образцом целомудренности. Ее отец — капитан Королевского флота Великобритании и мать — знаменитая театральная актриса — души не чаяли в своей худенькой дочери с огромными зелеными глазами и озорной улыбкой. В 18 лет Джейн вышла замуж за композитора Джона Барри и родила дочь Кейт. Она стала образцовой женой, однако Барри после двух лет совместной жизни решил расстаться. Джейн тяжело переживала развод, поэтому родители, взяв на себя заботы о внучке, отправили ее развеяться за границу. Она быстро восстановила душевные силы и уже через пару месяцев снималась у Микеланджело Антониони в фильме «Фотоувеличение».

Встреча длиной в 12 лет

Рандеву Джейн Биркин и Сержа Генсбура устроил режиссер Пьер Гримбла, пригласивший их в 1968 году сниматься в одной картине. На репетициях они играли бездарно, отношения не складывались, и Гримбла позвал их в ресторан под предлогом «обсудить сценарий», а сам, естественно, не явился, рассчитывая на то, что неформальная обстановка сблизит надменного Генсбура с маленькой англичанкой, и, чем черт не шутит, быть может, между ними завяжется интрижка. Однако эти двое влюбились друг в друга настолько серьезно, что вскоре обзавелись собственным жильем. Они так и не поженились, хотя собирались в 1972 году устроить гигантский свадебный бал на Лионском вокзале.
Никто не верил в потенциал этого романа: своими выходками Генсбур скомпрометировал себя перед всей Францией, был вдвое старше нее и вдобавок откровенно некрасив, а она с трудом понимала его изысканный французский и напоминала подростка в периоде пубертата. Его мужскому самолюбию, конечно, льстили ее молодость и сексуальность. В первые годы совместной жизни они не могли оторваться друг от друга, дурачились, веселились, наслаждаясь своим счастьем. Однажды они поехали в Дубровник и купили там игрушечный поезд. В номере отеля нагрузили его бутылочками водки из бара, и Серж запускал его, чтобы он проезжал под кроватью. Джейн визжала от восторга! Он вел ее в какой-нибудь шикарный бутик, к Иву Сен-Лорану, например, чтобы купить ей вечернее платье просто для выхода в ресторан вдвоем. Они часто появлялись на публике. Генсбур забросил карьеру, ходил аккуратно одетым, в круглых очках интеллигента, которые купила ему Джейн. Ей казалось, что в своем стремлении к показной небрежности он зашел слишком далеко. Но Серж вредничал: «То, что я в 40 лет связался с маленькой дурочкой и строю с ней семью, уже само по себе смешно. Но то, что она пытается из старого облезлого волка сделать хорошенького котенка, навязав ему на шею дурацких бантиков, — совсем уж нелепо».

Однако Генсбуру явно нравилась его новая ипостась. В 1971 году Биркин родила ему дочь — Шарлотту. Он даже стал меньше пить. Если ранее Генсбур стимулировал вдохновение анисовой водкой, то теперь его музой стала Джейн. В одном из интервью она вспоминала: «Он мог ни с того ни с сего подарить мне бриллиант, мог купить «Роллс-ройс», а потом использовать его как пепельницу, потому что у него не было водительских прав; мог завалить комнату цветами, если был в чем-то виноват, а мог сидеть на подоконнике и рыдать…». Он писал песни только для нее, даже снял в своем первом фильме «Я люблю тебя, я тебя тоже нет», где Джейн сыграла женщину-андрогина. По выходе в марте 1976 года фильм вызвал ужасный скандал — впервые в кино был показан гомосексуализм. Угрюмый эротизм ленты оценил только Франсуа Трюффо, но и это не помогло — картину быстро сняли с экрана. Песня «Je T’aime… Moi Non Plus», прозвучавшая в этом фильме, была запрещена в большинстве европейских стран, начиная с Ватикана и заканчивая Англией. Но Серж продолжал в своем духе. Он спел пародию на «Марсельезу» (гимн Французской Республики) в стиле реггей, и французские военнослужащие шипели от ярости; выпустил антисемитский альбом в силе наци-рок, и евреи негодовали; выдал диск «Баллада о Мелоди Нельсон» и стал кумиром сексменьшинств, написал песенку «Лимонный инцест», посвященную своей обожаемой дочери Шарлотте. Немного позже Шарлотта по папиному сценарию снялась в фильме «Шарлот навсегда», где красной нитью проходила тема нездоровой любви отца к своей дочери.

Он взялся за старое, снова начал пить, стал вызывающе груб с окружающими. Однажды демонстративно погасил сигарету о галстук ведущего телепрограммы. Несмотря на его первый инфаркт в 1973 году, Серж и Джейн каждый вечер ходили в бар, он пил и играл на рояле до утра, а Джейн засыпала прямо на скамейке. Однажды они возвращались рано утром, Серж шатался, не мог попасть ключом в замочную скважину. Он склонился над резной дверью с острыми выступами, и Джейн, вместо того чтобы ему помочь, внезапно толкнула его изо всей силы так, что он разбил бровь о выступ. Ее терпение лопнуло, она уже была сыта по горло его выходками. Маленькая Джейн выросла и однажды ночью в 1980 году ушла из общего с Сержем дома, забрав девочек.

Комната Джейн в доме Генсбура осталась нетронутой после ее ухода, словно она вышла на полчаса за сигаретами. Зубная щетка, косметика, брюки, колготки, нижнее белье, книги, игрушки — все это было разбросано там и нетронуто, пока Серж был жив. До самой смерти в 1991 году Серж писал для Джейн песни, которые она теперь поет соло. Так она благодарит его за самую пронзительную любовь в ее жизни. Как-то раз Джейн Биркин сказала: «Во Франции Генсбур уже давно француз номер один, все поняли, что это был поэт уровня Апполинера. Англии понадобилось тридцать лет, чтобы это осознать, но все-таки его Melody Nelson недавно назвали в числе 20 главных песен столетия. И если я хоть немного, хоть чуть-чуть в этом помогла, то мне большего и не надо».

Автор: Кристина Фадина

Джейн Биркин и Серж Генсбур: фотографии, запечатлевшие 50-летний роман между английской розой и ее галльской горгульей | The Independent

Солнечным весенним днем ​​в Музее изящных искусств в Кале Джейн Биркин рассказывает о великой любви своей юности, великом французском певце и авторе песен Серже Генсбуре. По стенам разбросаны фотографии счастливой парочки: Джейн и Серж целуются на заднем сиденье автомобиля дождливым парижским днем; Джейн и Серж сияют в камеру в ленивый летний день после долгого томного обеда.Джейн выглядит прекрасно, английская роза, воплощение беззаботной эпохи, когда все казалось возможным. Серж выглядит непокорным, как горгулья или гоблин. Недаром французская пресса называла его l’homme à tête de chou (человек с кочаном капусты).

С 1968 по 1980 год Биркин и Генсбур были самой гламурной творческой парой Европы. Вряд ли они могли быть менее похожи. Она была молода и прекрасна, олицетворяла здоровье и невинность. Он был потрепанным и взлохмаченным, но все же излучал галльский пыл.Они вместе появлялись в кино и на модных фотосессиях, но знаменитостью их сделала совместная песня «Je T’Aime… Moi Non Plus» («Я люблю тебя… и я тоже»).

Газенбур написал «Je T’Aime» для Бриджит Бардо, с которой у него был короткий роман в 1967 году. В 1969 году он выпустил песню со своей новой любовью, Джейн Биркин. Это был Succès de Scandale благодаря вкладу Биркин, в котором она имитировала звуки женского возбуждения (20 лет до , когда Гарри встретил Салли — quelle horreur!).Если вы никогда не слышали это, это звучит ужасно, но, что примечательно, это был шедевр. Разговор двух страстных влюбленных-нигилистов, в нем были и поэтические перлы вроде «Ты волна — я остров», и тяжелое дыхание Биркина, конечно.

Проезжая через Оксфордшир, по дороге к дворцу Бленхейм в 1969 году

(Эндрю Биркин)

Песня “Je T’Aime” была осуждена Ватиканом и запрещена к использованию на радио в Великобритании и некоторых континентальных странах. Франция была немного более просвещенной.Песню крутили по радио, но только после 23:00, и чтобы купить пластинку, нужно было быть старше 21 года. Даже тогда он продавался в простой обертке, как порножурнал или кинофильм. Естественно, этот фурор был прекрасным разоблачением. Запрет на трансляцию — это фантастика для продаж, придающая популярному синглу бунтарский стиль, которого не может добиться никакая реклама. Все эти годы спустя «Je T’Aime» по-прежнему гордо стоит в пантеоне блестящих пластинок, запрещенных BBC, от «Боже, храни королеву» Sex Pistols до «Relax» Фрэнки едет в Голливуд.

Рекорд стал номером один в Великобритании и на всем континенте. Серж сказал Джейн, что Папа Римский был их величайшим пиарщиком. «Он любил это!» — говорит она, вспоминая реакцию Генсбура на полемику. У него была ужасная тяга к шалостям, и он знал, что отсутствие рекламы — плохая реклама.

Джейн и Серж: Семейный альбом Эндрю Биркина

Показать все 9

1/9Джейн и Серж: Семейный альбом Эндрю Биркина

Джейн и Серж: Семейный альбом Эндрю Биркина

Джейн и Серж целуются на заднем сиденье автомобиля в дождливый день в Париже

Эндрю Биркин

Джейн и Серж: Семейный альбом Эндрю Биркина

1969 – Эндрю Биркин : «Серж, похоже, знал скрытую изнанку фотосессии и, явно лучше меня, читателей Jours de France: «ничего сверхтонкого».Мы искали автобусный парк Оксфорда, который был пуст в выходные, и подкупили смотрителя, чтобы он закрыл глаза, пока Серж сидел на месте водителя в ярко-красном двухэтажном автобусе, а Джейн была рядом с ним. Покупка ему хот-дога была не слишком тонкой, но достаточной наградой перед тем, как отправиться в Оксфорд, настоящее место обучения. Выдержки из книги «Джейн и Серж, семейный альбом Эндрю Биркина», Ташен, Кёльн, 2013

Эндрю Биркина

Джейн и Серж: Семейный альбом Эндрю Биркина

1974 — Эндрю Биркин: «Серж получил хорошие новости от своего агент… и плохие новости в воскресной газете, которая цитировала его слова: «Ты не моя жена, дорогая… Я слишком люблю свою свободу!». «Черный всегда был моим любимым цветом: когда я учился в школе, я покрасил стены своей спальни в черный цвет и думал о том, чтобы сделать то же самое в этом отвратительном доме, который я купил в Лондоне. дом на улице Верней в черном от пола до потолка Выдержки из книги Джейн и Серж, семейный альбом Эндрю Биркина, Ташен, Кельн, 2013

Эндрю Биркин

Джейн и Серж: Семейный альбом Эндрю Биркина

По дороге в дворец Бленхейм

Эндрю Биркин

Джейн и Серж: Семейный альбом Эндрю Биркина

Серж развлекает Джейн и Реджин во время ланча в 1969 году

Фотография Эндрю Биркина

Джейн и Серж: Семейный альбом Эндрю Биркин

Джейн в 1969 году

Эндрю Биркин

Джейн и Серж: Семейный альбом Эндрю Биркина

Две модели – 1964

Эндрю Биркин

Джейн и Серж: Семейный альбом Ана Дрю Биркин

1977 – Эндрю Биркин: “Джейн купила старый пресвитерий в Нормандии, где-то она могла навязать свой собственный вкус, а не всегда одобрять стиль Сержа. Любовь Сержа к деревне была недолгой, и уже через несколько дней у него чесалась мысль вернуться в Париж… Или, по крайней мере, мысль оживить себя коктейлем «Марсель Пруст» в баре Гранд-отеля. Отель в Кабуре. Выдержки из книги «Джейн и Серж, семейный альбом Эндрю Биркина», Ташен, Кёльн, 2013 г. почти 50 лет назад, но воспоминания о той гедонистической эпохе все еще ярко горят, и теперь Биркин пересматривает ту пьянящую эпоху в новом шоу под названием «Джейн и Серж» здесь, в Кале.Это выставка фотографий пары, сделанных ее братом Эндрю Биркиным в период с конца шестидесятых до конца семидесятых. Эндрю — выдающийся кинорежиссер (его самым большим успехом стал захватывающий фильм по роману Иэна Макьюэна « Цементный сад »), и у него есть режиссерское чутье на драму. Эндрю всегда был близок с Джейн и сблизился с Генсбуром. Следовательно, эти фотографии невероятно интимны. Каждый кадр хранит особое настроение, неповторимую атмосферу. Они отражают не только суть своих отношений, но и дух своего времени.

Эндрю тоже здесь, на открытии выставки, и он нашел время, чтобы показать мне и еще нескольким хакам. «Он был провокатором, — говорит он о Серже. «Он всегда был включен». Это не критика, а просто констатация факта. Спустя двадцать семь лет после смерти Генсбура от сердечного приступа в возрасте всего 62 лет глубокая привязанность Эндрю к легендарному певцу сохраняется. «Эта полоса меланхолии была одной из его самых привлекательных сторон».

Полвека спустя Джейн Биркин по-прежнему поразительна – те же прекрасные черты, наполовину спрятанные под каскадом взлохмаченных каштановых волос.Морщинки смеха вокруг ее миндалевидных глаз лишь добавляют ей очарования, а ее богатый голос полон жизнерадостности. Хотя она ушла от Генсбура в 1980 году из-за его растущего алкоголизма, с тех пор они остались друзьями, объединенными общим ребенком, актрисой и певицей Шарлоттой Генсбур, и она говорит о нем с нежностью и восхищением.

Джейн на территории дворца Бленхейм в 1969 году – архетипическая английская роза

(Эндрю Биркин)

«Эндрю был рядом на всех наших каникулах – и во всех моих довольно плохих фильмах!» — вспоминает она, глядя на фотографии себя в молодости, которые окружают ее, превращая ее в бледную копию изображения на стене. «Это немного странно. Вы чувствуете себя так, как будто вы мертвы». Все смеются, но это не так уж и смешно. Ее юношеская слава затмила ее, оставив ее публичную личность в затруднительном положении в давно минувшее время.

Она по-прежнему проводит большую часть своего времени во Франции, и сегодня она кажется больше француженкой, чем англичанкой. Наблюдая за тем, как французские репортеры берут у нее интервью, она бегло говорит по-французски, она кажется более естественной, более непринужденной. Издалека это кажется замечательной жизнью, но у нее была своя доля печали. Кейт Бэрри, ее старшая дочь от первого брака с композитором Джоном Бэрри, погибла в Париже в 2013 году, выпав из квартиры на четвертом этаже.

Джейн ушла от Сержа к французскому режиссеру Жаку Дуайону, от которого у нее родилась еще одна дочь, актриса и певица Лу Дуайон. Она до сих пор поет, а в прошлом году выпустила альбом песен, написанных для нее Сержем — он написал о ней одни из своих лучших песен после того, как они расстались. «Как по мне, самые красивые», — говорит она. «Все на Baby Alone in Babylone , пожалуй, лучшая запись, которую я когда-либо делал».

Это было через два года после того, как они расстались, и она уже родила Лу, но аура их романа жила в песнях Сержа.«Мне больше нравились те, что после того, как я ушел, возможно, потому что они действительно были о том, что он чувствовал, и я чувствовал, что это было глубже». Это было эмоционально, петь их перед ним после расставания, причинившего им обоим такую ​​боль.

Что сделало его таким значительным артистом, спрашиваю я ее. «Он действительно заново открыл для себя французский язык, — говорит она мне. «Вот почему я думаю, что каждый писатель в наши дни обязан упоминать его имя». Она сравнивает его с Пикассо, прошедшим столько стилей. «Он никогда не повторялся.

Джейн и Серж в 1977 году, в старом пресвитерии, который она купила в Нормандии

(Эндрю Биркин)

Как истинный поэт, он любил двусмысленность. «Всегда было два значения, а иногда и третье». И все же он предпочитал просто называть себя автором песен. «Он не хотел говорить, что он поэт. Он думал, что это для Бодлера и Аполлинера. Люди, которых он действительно ценил, были классическими музыкантами». Он сказал, что написание песен было второстепенным занятием. Она находила такую ​​скромность освежающей.

Время вышло. Джейн назначена на другую встречу. Французская телевизионная группа ждет. Возвращаюсь к Андрею и его фотографиям. «Проблема с фотографией в том, что она начинает перезаписывать ваши воспоминания о том, чего вы не фотографировали, — говорит он. Кажется, я знаю, что он имеет в виду. Чем больше смотришь на эти фотографии его сестры, тем нереальнее становится реальный человек.

Однако Эндрю очень хорошо помнит свою последнюю встречу с Сержем Генсбуром примерно за шесть месяцев до его смерти. «Я купил ему бутылку абсента 1910 года на Sotheby’s.Эндрю поехал к нему домой в Париж, и они вместе посмотрели фильм. «Он заснул через пять минут после того, как поставил видео, поэтому я встал, выполз из черного дома на черную улицу, и это был последний раз, когда я его видел».

В конце концов, это была та же старая, грустная старая история. «Главная проблема с Сержем как раз в том, что он стал алкоголиком и не особо хотел останавливаться». Так какая же была связь между его сестрой и певцом? Я спросил его.«Секс», — говорит он, и все смеются, но затем он останавливается и думает об этом. «В каком-то смысле это было притяжение противоположностей».

Джейн и Серж находятся в Музее изящных искусств в Кале (calais.fr) до 4 ноября.

Репродукция в рамке с изображением Джейн Биркин и Сержа Генсбура с семьей, Кейт Барри (от Джейн

Джейн Биркин и Серж Генсбур с семьей, Кейт Барри (от первого брака Джейн) и Шарлотта Люси Генсбур, на фото вместе дома в Париже, Франция, воскресенье, 7 мая 1972 года

Мы рады предложить этот отпечаток от Mirrorpix в сотрудничестве с Memory Lane Prints

© Миррорпикс

Идентификатор носителя 21842044

1970-е годы 1972 г. 20 век Актриса Ребенок Дети Композитор Развлечение Семья Музыка

Современная рамка 14 x 12 дюймов (38 x 32 см)

Наши современные репродукции в рамке профессионально изготовлены и готовы повесить на стену

проверить

Гарантия Pixel Perfect

чек

Изготовлен из высококачественных материалов

проверить

Необрезанное изображение 24. 4 х 16,7 см (оценка)

чек

Отделка профессионального качества

чек

Размер продукта 37,6 x 32,5 см (ориентировочно)

Наши водяные знаки не появляются на готовой продукции

Рамка под дерево, на карточке, фотопечать архивного качества 10×8. Габаритные внешние размеры 14×12 дюймов (38×32 см). Экологически чистый и безопасный для озона молдинг Polycore® размером 40 мм x 15 мм выглядит как настоящая древесина, он прочный, легкий и легко подвешивается. Биоразлагаемый и изготовленный из нехлорированных газов (без токсичных паров), он эффективен; производство 100 тонн полистирола может спасти 300 тонн деревьев! Отпечатки глазированы легким, небьющимся акрилом с оптической прозрачностью (обеспечивающим такую ​​же общую защиту от окружающей среды, как и стекло).Задняя часть сшита из ДВП с прикрепленной пилообразной вешалкой. Примечание. Чтобы свести к минимуму обрезку оригинального изображения, обеспечить оптимальную компоновку и обеспечить безопасность печати, видимый отпечаток может быть немного меньше

Код продукта dmcs_21842044_80876_736

Фотопечать Поздравительные открытки Печать в рамке Печать плакатов Пазл Фото Кружка Антикварные рамы Установленное фото Открытки Сумка Печать на холсте Стеклянная подставка Премиум обрамление Коврик для мыши Художественная печать Стеклянная рамка Металлическая печать Подушка акриловый блок Стеклянные коврики

Полный диапазон художественной печати

Наши стандартные фотоотпечатки (идеально подходят для оформления) отправляются в тот же или на следующий рабочий день, а большинство других товаров отправляются через несколько дней.

Фотопечать (8,50–182,43 долл. США)
Наши фотоотпечатки печатаются на прочной бумаге архивного качества для яркого воспроизведения и идеально подходят для оформления.

Поздравительные открытки (7,26–14,58 долл. США)
Поздравительные открытки, подходящие для дней рождения, свадеб, юбилеев, выпускных, благодарностей и многого другого

Принт в рамке (54,72–279,73 долл. США)
Наши современные репродукции в рамке профессионально изготовлены и готовы повесить на стену

Печать плакатов (13 долларов США.37 – 72,97 доллара США)
Бумага для плакатов архивного качества, идеальна для печати больших изображений

Пазл (34,04–46,21 долл. США)
Пазлы – идеальный подарок на любой случай

Фотокружка ($12,15)
Наслаждайтесь любимым напитком из кружки, украшенной любимым изображением. Сентиментальные и практичные персонализированные кружки с фотографиями станут идеальным подарком для близких, друзей или коллег по работе

Старинные рамы (54,72–304,05 долл. США)
Наш оригинальный ассортимент британских репродукций в рамке со скошенным краем

Установленная фотография (15 долларов США.80 — 158,10 долларов США)
Отпечатанные фотографии поставляются в специальном футляре для карточек, готовые к рамке

Открытки (14,58 долларов США)
Открытки

Большая сумка (36,43 долл. США)
Наши большие сумки изготовлены из мягкой прочной ткани и снабжены ремнем для удобной переноски.

Печать на холсте (36,48–304,05 долл. США)
Профессионально сделанные, готовые к развешиванию картины на холсте — отличный способ добавить цвет, глубину и текстуру в любое пространство.

Стеклянная подставка ($9.72)
Индивидуальная стеклянная подставка. Также доступны элегантные полированные безопасные закаленные стекла и термостойкие коврики под тарелки

.

Каркас премиум-класса (109,45–352,70 долл. США)
Наши превосходные репродукции в рамке премиум-класса профессионально изготовлены и готовы повесить на стену

Коврик для мыши (17,02 долл. США)
Фотографический отпечаток архивного качества на прочном коврике для мыши с нескользящей подложкой. Работает со всеми компьютерными мышами.

Художественная печать (36 долларов США.48 — 486,49 долларов США)
Наши репродукции произведений изобразительного искусства с мягкой текстурированной натуральной поверхностью – это еще одно преимущество после обладания оригинальными произведениями искусства, которые соответствуют стандартам самых требовательных музейных хранителей.

Стеклянная рамка (27,96–83,93 долл. США) Крепления из закаленного стекла
идеально подходят для настенного дисплея, кроме того, мониторы меньшего размера можно использовать отдельно на встроенной подставке.

Металлический принт (71,76–485,28 долл. США)
Изготовленные из прочного металла и с использованием роскошных технологий печати, металлические принты оживляют изображения и придают современный вид любому пространству

Подушка (30 долл. США.39 — 54,72 доллара США)
Украсьте свое пространство декоративными мягкими подушками

Acrylic Blox (36,48–60,80 долл. США)
Обтекаемый, односторонний современный и привлекательный принт на столешнице

Стеклянные салфетки (60,80 долл. США)
Набор из 4 стеклянных салфеток. Элегантное полированное безопасное стекло и термостойкое. Соответствующие подставки также могут быть доступны

Интервью: Джейн Биркин о жизни, любви, стиле, взрослении и Серже Генсбуре

ФРАНЦИЯ ПРИМЕРНО 1970: Джейн Биркин во Франции, около 1970.(Фото Джанкарло БОТТИ/Gamma-Rapho через Getty Images) Джанкарло БОТТИ

Джейн Биркин приехал во Францию ​​в то время, когда Англия электризовала мир своей культурной революцией и своими иконами, такими как Beatles , Rolling Stones , Мэри Куант , Дэвид Бейли , Твигги , Дэвид Хеммингс и Теренс Стэмп , и это лишь некоторые из них. С ее андрогинной фигурой, изумленными и большими ланиными глазами, сверхчувствительной наивностью и неотразимым акцентом невинная куколка в мгновение ока превратилась бы в Сержа Генсбура , бунтарскую малышку.Их яркая свобода, классическое щегольство и очень эротические хиты, шепчащие так многозначительно, от Je t’aime… moi non plus до La Décadanse или Sea, Sex and Sun , сделали бы их легендарной парой шоу-бизнеса. 1970-е годы. Хотя Серж Генсбур навсегда оставил свой след в жизни Джейн Биркин , она, тем не менее, нашла свой личный путь, за микрофоном или на большом экране под доброжелательными и очарованными глазами Дуайон , Риветт , Годар , Варнье и Шеро .Ее шепчущий, но напряженный голос, необузданная непосредственность и несколько популярных комедийных фильмов, в которых она блистает (например, Счастливчик Пьер и Погоня за диким гусем ) сделали ее национальным достоянием Франции. В свои 72 года актриса и певица, которая продолжает пользоваться значительной популярностью, остается легендарной (ее фото, непреходящие объекты вдохновения, захватили Instagram) и продолжает приносить на сцену трогательную музыку своего покойного наставника. Vogue Hommes встретил французскую икону за чаепитием в ее фирменных джинсах и босиком в ее уютном доме в 5-м округе Парижа.На заднем плане мы могли слышать менее чем музыкальный храп ее бульдога Долли .

ФРАНЦИЯ – 31 МАРТА: Серж Генсбур и Бамбу на телеэкране в Париже, Франция, 31 марта 1982 года. (Фото Даниэля Симона/Gamma-Rapho через Getty Images) Даниэль Симон

Стиль Генсбура

«Это все обо мне , он много слушал меня. Начнем с того, что ему потребовалось некоторое время, прежде чем он отрастил бороду; он выглядел моложе, чем был, и это вызывало у него комплексы. Я подумал, что он очень красивый с восьмидневной бородой, поэтому он купил себе триммер и держал его в таком виде.Он выглядел как естественный макияж, создавал тени и скульптурировал лицо. Вы хотите ухаживать за мужчинами с бородой, потому что у вас есть ощущение, что они крепко спали. И все же я обнаружил, что отсутствие волос на его груди или руках выглядело очень благородно. Я купила ему браслеты в стиле вдовствующей герцогини, которые он носил на запястье, и бриллиант на шее. Его украли в канун Нового года на Пигаль, и я заменил его сапфиром. У меня аллергия на носки. Вы сразу представляете голого парня в одних носках, что ужасно.Однажды я была в магазине Repetto и в корзине, полной товаров со скидками, нашла пару мужских туфель-лодочек из мягкой белой кожи для перчаток. Я купил их для Сержа. У него было плоскостопие, и обувь причиняла ему боль. Он всю жизнь носил эти белые туфли без носков. То же самое касается нижнего белья. Я считаю гораздо более эротичным быть голым под джинсами. И я сказал ему об этом».

Матч, заключенный в противоречивом раю

Шансы были сложены против «Je T’Aime… Moi Non Plus», песни, которая открыла альбом Джейн Биркин/Серж Генсбур и которая до сих пор определяет карьеру Генсбура.Первоначально записанный с Бриджит Бардо в 1967 году в ответ на ее просьбу, чтобы Серж Генсбур написал самую красивую в мире песню о любви, он был отложен, когда Бардо стала опасаться, что ее услышит ее муж. Ведь по Парижу ходили слухи, что затаивший дыхание вокал не совсем результат актерского мастерства Бардо…

Когда Бардо разорвал отношения с Сержем, его опустошение было таким же сильным, как и роман. Кроме того, его шедевр был отложен. Сыграв главную роль в сатирической романтической драме « Слоган », Серж наделил своего персонажа всем горьким цинизмом, на который был способен, обращаясь со своей коллегой по фильму Джейн Биркин так, будто она была источником всех его бед.Тем не менее, Биркин выстоял, взяв Сержа на ночную прогулку по городу, во время которой легендарно пьяный Генсбур понял, что его поведение, должно быть, маскировало более глубокие чувства, чем он признавал.

Слушайте Джейн Биркин/Сержа Генсбура в Apple Music и Spotify.

В течение года пара была неразлучной любимицей СМИ, быстро становясь иконами поколений. Генсбур приказал Биркин перезаписать «Je T’Aime…», получая извращенное удовольствие от того, что поместила песню за пределы своего диапазона, так что, когда она растягивалась, чтобы дотянуться до нот, ее голос звучал по-детски, даже почти по-мальчишески.

После пробного прогона в ресторане Hôtel D’Alsace песня заставила посетителей замолчать – и произвела такое же впечатление на главу Philips во Франции, который, как гласит легенда, в конце концов пришел к выводу, что готов попасть в тюрьму за выпуск пластинки, но она должна быть длинной в альбом. Хорошие новости для Сержа, чье увлечение Биркиным быстро росло. Были должным образом записаны еще 10 песен, в том числе «Jane B», в которой Биркин рассказывает свои подробности, как будто читает отчет Джейн Доу.В другом месте есть заразительная «L’Anamour» (хвастливая аранжировка Артура Гринслейда, которая маскирует унылую лирику), великолепные и солнечные «Sous Le Soleil Exactement», «69 Année Érotique» и «Manon», возможно, самая прекрасное музыкальное произведение в творчестве Генсбура.

Если монолитный Histoire De Melody Nelson 1971 года ознаменовал момент, когда одержимость Генсбура Биркин стала всепоглощающей, Джейн Биркин/Серж Генсбур ведет дневник его раннего увлечения.Однако после его выпуска мир услышал только «J’Taime… Moi Non Plus» — то есть когда им было позволено его услышать. Запрещенная на радиостанциях Великобритании, большей части Европы и даже Бразилии, относительно нетронутая в США и даже запрещенная к трансляции до 23:00 на родине Генсбура, песня все же произвела сейсмическое воздействие. Несмотря на бойкот радио, Фонтана выпустил его в Великобритании, но поспешно отозвал сингл, когда он поднялся на 2-е место в чартах. Тем не менее Генсбур, всегда бесстрашный, представил эту песню Major Minor, чье последующее переиздание возглавило чарты 27 октября 1969 года, одновременно сделав «Je T’Aime…» и первым запрещенным, и первым синглом на иностранном языке, занявшим первое место в чартах.1 в Великобритании.

Джейн Биркин/Серж Генсбур можно купить здесь.

Серж Генсбур и Джейн Биркин, Лондон, 1969 год

Чтобы узнать о ценах и доступности печати, позвоните в наши галереи:
SoHo, NYC: 212 941-8770
Sunset Marquis: 310-881-6025
Maui: 808-573-6425

© Терри ОНил, 1969 

Серж Генсбур и Джейн Биркин были авангардной парой 1970-х годов.Эта фотография была сделана в преддверии выхода «Je t’aime… mois non plus» в 1969 году для Sunday Times.

Для получения дополнительной информации о покупке, пожалуйста, свяжитесь с нашей галереей.
Отдел продаж в Лос-Анджелесе +1 310-881-6025
Отдел продаж в Нью-Йорке +1 212 941 8770
Мауи + 1 808-669-6425

Серж Генсбур и Джейн Биркин, Лондон, 1969 год, автор Terry ONeill

Цвет: черный и белый Тип: Серебряный желатин Тираж: ограниченный выпуск из 50 экземпляров каждого размера. Подписано: Запрос

Репродукции галереи отеля Morrison

Печать обычно изготавливается на заказ, и доставка обычно занимает от 4 до 6 недель.
Все рамы изготовлены из высококачественного дерева. ПОСМОТРЕТЬ ОБРАЗЕЦ
Для получения информации о технических характеристиках наших фотоотпечатков свяжитесь с продавцом в любой из наших галерей.
Консультации по ПОКУПКЕ ФОТООТПЕЧАТОК. Обратите внимание: если вы находитесь за пределами США, вы будете нести ответственность за уплату любых пошлин и/или налогов, взимаемых в вашей стране, до того, как фотографии будут доставлены.

Налог с продаж

При получении или отправке в Нью-Йорк взимается налог с продаж в размере 8.875%. При получении в Лос-Анджелесе, Калифорния, взимается налог с продаж в размере 10,25%. При получении или отправке в Калифорнию взимается налог с продаж в размере 10,25%. В противном случае налога с продаж нет. Обратите внимание: если вы находитесь за пределами США, вы будете нести ответственность за уплату любых пошлин и/или налогов, взимаемых в вашей стране, до того, как фотографии будут доставлены.

Арт-принт Джейн Биркин и Сержа Генсбура от Mirrorpix

Только что получил свои отпечатки в рамке Лоури (через 3 дня после заказа). О боже, я на седьмом небе от счастья, цвет такой яркий, что они выглядят настоящими.Я заказал идеальные серые оправы, очень серые, почти черные. Качество изготовления идеальное. Фантастическая компания, я бы порекомендовал всем. Я не мог быть более впечатлен.

Мы приобрели 2 картины Кристины Федык в рамке. Абсолютно потрясающий и отличный сервис от King & McGraw как онлайн, так и по телефону.

Недавно мы купили 3 картины у King & McGaw для нашей прихожей, гардеробной и ванной.Мы были очень довольны всем обслуживанием, но особенно высоким качеством всех трех фотографий. Планирую купить еще 3 фотографии этой компании для нашей гостиной/закусочной.

Отличная печать и сервис, буду обращаться еще.

Отличный принт и рамка. Отличный сервис.

Очень пожалуйста отличная картинка.

Очень впечатлен качеством купленного изображения.Он прибыл вовремя и был очень хорошо упакован. Я уже положил глаз на другую картину!

Превосходное качество. Красиво упакованное и неожиданное добавление настенных креплений. Обязательно вернемся!

Фантастическое обслуживание, быстрая отправка и доставка, очень рекомендуется.

Отличный сервис, я получил свой отпечаток в рамке сегодня, и я в восторге!

Спасибо за очередной качественный снимок и оперативный сервис.

Качественный и оперативный сервис.

Отличный сервис. Отличные продукты.

Это красивый принт с яркими цветами, а обрамление выглядит очень роскошно. Такое хорошее соотношение цены и качества. Обязательно куплю еще штук.

Отличный сайт, прекрасный выбор качественных принтов по доступным ценам. Доставка за границу прошла безболезненно и довольно быстро.Вернусь.

Отличный сервис, отличное качество продукции и оперативная доставка, спасибо.

Понравился принт, быстрая доставка. Очень доволен и рекомендую.

Отличный продукт, отличная доставка и легко повесить с помощью прилагаемых приспособлений

Очень впечатлен отличными фотографиями, очень хорошо оформленными, я бы порекомендовал их на 100% и вернусь еще

Это второй раз, когда я купил печать, и оба раза я получил отличный сервис.Качество принтов и рамок на высоком уровне. Обязательно воспользуюсь им снова.

Серж Генсбур и Джейн Биркин на фотографиях в экспозиции музея Кале

На снимке, источающем шик шестидесятых, женщина, смотрящая вдаль, цепляется за своего возлюбленного, а он смотрит в камеру, золотое ожерелье свисает с его обнаженной груди. его рубашка значительно расстегнута.

Супружеская пара Джейн Биркин – английская роза, актриса и певица – и ее партнер, французский певец и автор песен Серж Генсбур, на 20 лет старше ее.

В 1969 году они вместе записали печально известную песню Je T’aime… Moi Non Plus. Это был трек с таким рейтингом X, что Ватикан осудил его и запретил транслировать в Великобритании. И это было в том же году, когда этот снимок был сделан в Оксфордшире.

Эта фотография является одной из 60 интимных фотографий пары, представленных в настоящее время на выставке под названием «Джейн и Серж» в Музее изящных искусств Кале.

Английская актриса и певица Джейн Биркин со своим французским любовником Сержем Генсбуром в Оксфордшире в 1969 году.Это одна из 60 интимных фотографий пары, представленных в настоящее время на выставке под названием «Джейн и Серж» в Музее изящных искусств Кале

Еще одна фотография с выставки запечатлела страстный момент между парой. Человек за объективом представленных изображений был не кем иным, как братом Джейн, Эндрю Биркином

Эта фотография Джейн была сделана в 1969 году — в том же году, когда она и Серж записали печально известную песню Je T’aime… Moi Non Плюс. Это был трек с таким рейтингом X, что Ватикан осудил его и запретил транслировать в Великобритании. дешевая камера в подростковом возрасте

Первое свидание пары состояло из обхода ночных клубов Парижа и закончилось в баре для трансвеститов.Вверху: Джейн в парке Баттерси, март 1964 года.

Брат Джейн задокументировал загородные экскурсии пары в 1969 году, когда они путешествовали по Котсуолдсу, прогуливаясь по величественной территории дворца Бленхейм (где Джейн изображена выше 8 августа)

Джейн имела 13-летний роман со своим французом, и, несмотря на их длительные отношения, они так и не поженились. Вверху, при запуске их песни La Decadanse в январе 1972 года

Однако на самом большом изображении изображена не пара, а огромное изображение Сержа, баюкающего их собаку Нану.

Для Джейн это напоминание о том, что, несмотря на все ее последующие достижения — плодотворную карьеру в британском и французском кино, в том числе главную роль в фильме Агаты Кристи «Смерть на Ниле» в 1978 году — это ее хриплое, стонущее выступление в Je T. «Эйме, за которую ее навсегда запомнят.

‘Вот что бывает, когда ты с великим мужчиной. Он был прекрасным человеком. Я была просто хорошенькой», — рассказала The Guardian Джейн, которой сейчас 71 год.

Человек за объективом был никем иным, как братом Джейн, Эндрю Биркином, режиссером и сценаристом, который фотографировал свою сестру с того дня, как подростком купил дешевый фотоаппарат.

«Я влюбилась в Сержа, Андрей влюбился в Сержа, Серж влюбился в Андрея, мы были втроем», — добавила она.

Пара изображена примерно в 1970 году. В 1971 году у них родилась дочь Шарлотта. Фильм Нила в 1978 году – это ее хриплое, стонущее выступление в Je T’Aime, благодаря которому ее навсегда запомнят

Пара в Париже, декабрь 1973 года.Среди изображений на выставке есть семейные снимки и другие снимки из журнальной фотосессии, сделанные с 1964 по 1979 год, в том числе некоторые, которые Эндрю никогда не видел в напечатанном виде до

Джейн и Серж познакомились на съемках фильма Слоган (на фото ) в 1968 году, где они вместе записали мелодию La Chanson De Slogan

Не имея в то время партнера или детей, Эндрю часто присоединялся к паре на отдыхе, ведя визуальную хронику, утром, днем ​​и ночью.

Среди фотографий на выставке есть семейные снимки и другие снимки из журнальной фотосессии, сделанные в период с 1964 по 1979 год, в том числе те, которые Эндрю никогда раньше не видел напечатанными.

Джейн, которой тогда было 22 года, и Серж познакомились на съемках фильма «Слоган» в 1968 году, где они также вместе записали мелодию «Шансон де слоган».

Их первое свидание состояло из ползания по ночным клубам Парижа и закончилось в баре трансвеститов.

Когда Серж больше не мог терпеть выпивку, он отвез Джейн обратно в отель «Хилтон» и тут же потерял сознание.

Свидание имело оглушительный успех, и они быстро влюбились друг в друга. В 1971 году у них родилась дочь Шарлотта.

У Джейн был 13-летний роман со своим французом, и, несмотря на их долгие отношения, они так и не поженились. Частично из-за того, что он пил, она бросила его в 1980 году.

Однако Серж так и не избавился от своей любви к Джейн, вплоть до того дня, когда он умер от сердечного приступа 2 марта 1991 года.

Выставка «Джейн и Серж» работает в Музее изящных искусств Кале до 4 ноября. Посетите сайт www.proud.co.uk, чтобы ознакомиться с полной коллекцией изображений.

Пара с детьми Кейт Барри (дочь Джейн от композитора Джона Барри, с которым она развелась в 1968 году) и Шарлотта Генсбур (17 месяцев) в декабре 1972 года

На гала-вечере Союза художников в Париже в апреле 1969 года.

Похожие записи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.