Новая волна критики модного редактора Vogue. Пользователи соцсетей – подкаблучники Мелании Трамп

Пользователи российского сектора facebook активизировали старый антагонизм между двумя известными женщинами. На своих страницах они снова стали размещать скрины, в которых сравнивают первую леди США и модного редактора Vogue Линн Ягер.

Действительно, редактор модного журнала не выглядит элегантно, но в своем стиле она великолепна. Однако, речь не об этом. Линн Ягер – журналист, и имеет право критиковать стиль любой медиа-персоны, даже если сама выглядит как… хочет. Пользователи соцсетей не особо заморачиваются насчет того, что именно обозревателя не устраивает в Мелании Трамп, полагая, что журналист цепляется к ее внешности (есть даже версия, что из зависти). На самом деле Линн зрит в корень и критикует не столько стиль, сколько чувство стиля, то есть насколько одежда соответствует контексту.

Например, два года назад редактор и обозреватель модного журнала разместила заметку с критикой первой леди США за неуместность каблуков в контексте благотворительного визита в зону стихийного бедствия. В Хьюстоне случилось сильное наводнение из-за урагана Харви. Супруга президента выглядела так:

Линн Ягер посчитала каблуки Мелании лишними:
“Пока внимание всего народа приковано к тысячам жителей Техаса, которые выбираются вброд из города с вещами, собаками, детьми по грудь в воде и ищут спасения, пока официальные лица рекомендуют тем, кто ищет убежища, писать на запястье номер социального страхования и имя, Меланья Трамп отправляется навестить их в обуви, в которой даже ходить по твёрдой земле — уже испытание”.

Ну разве она не права? А вы продолжайте считать, что красоток могут критиковать только красотки. Конечно могут, при условии, что у них есть мозги Линн Ягер.

PS некоторые пользователи ошибочно называют Линн Ягер главным редактором американского “Вог”. Поясним: главный редактор – Анна Винтур. А Линн Ягер – редактор и обозреватель отдела моды сайта Vogue.com Именно Ягер активно критикует чувство стиля Мелании Трамп.

Вероника Плеханова, фото fotobank

Главный редактор Vogue Диана Вриланд об эпохе Сергея Дягилева и Коко Шанель

— Vreeland — через V, — поясняю я всякий раз, когда приходится называть свое имя по телефону. — V как victory! V как violent!

Помню, как одна телефонистка сказала мне во времена, когда я еще жила в Англии:

— Нет, мадам, V как violet.

Реклама на Forbes

Мне понравилось, как она меня осадила. Вернула меня туда, где было мое место.

— Да, — ответила я. — Вы уловили суть.

Мне нравился лиловый оттенок.

У моей сестры Александры лиловые глаза. Она на четыре с половиной года моложе меня, поэтому была еще малышкой, когда в 1914 году вся семья переехала из Парижа в Нью-Йорк. Помню, ее называли Самым Красивым Ребенком в Центральном парке. В те времена мир казался очень маленьким и полнился всевозможными мини-титулами наподобие этого. Она сидела в своей коляске — как вы понимаете, ужасно разодетая, — и люди останавливались просто посмотреть на нее. Заметив, что прохожие разглядывают ее, я подбегала к коляске, потому что очень гордилась сестрой.

— О, что за прелестное дитя! — восклицали они.

— Да, — неизменно отвечала я, — и у нее лиловые глаза. .. Однажды между мной и моей матерью случилась отвратительная сцена. Она сказала мне:

— Плохо, что у тебя такая красивая сестра, а ты столь уродлива и безнадежно завидуешь ей. В этом, конечно, и кроется причина, почему ты не можешь ладить с ней.

Меня ее слова не задели так уж сильно. Я просто вышла из комнаты. Я никогда не трудилась объяснять, что люблю сестру, что горжусь ею больше всего на свете, что совершенно ее обожаю… Родители, как вам известно, могут быть невыносимыми.

Мы с матерью не испытывали друг к другу нежных чувств. Как и многие матери и дочери. Она была чрезвычайно привлекательной. Я скажу вам, кто мы для американцев: Хоффман и Кей из Балтимора. Фрэнсис Скотт Кей — мой двоюродный прадед. Мама — урожденная Эмили Кей Хоффман. Ее отца звали Джорджем Хоффманом. Я ничего не знаю о Балтиморе. Ничего не знаю о своих корнях. Но знаю одну историю: моя прабабушка и ее сестра судились из-за обеденного стола и так допекли судью — дело происходило в Балтиморе, — что он попросил плотника распилить стол надвое и сказал: «Женщины, отправляйтесь восвояси и держитесь отсюда подальше, каждая со своим куском!»

Мои родители познакомились в Париже. Семья матери, несмотря на американское происхождение, постоянно находилась в Париже. Моя девичья фамилия — Dalziel, которая произносится как Диэл. Однажды ее даже упомянул журнал Reader’s Digest как одну из трех наиболее труднопроизносимых фамилий в мире. Еще одна — Cholmondeley (произносится как Чамли). Третью не помню, но уверена, что она английская. Невероятно трудный язык. Dalziel восходит к 834 году и Кеннету Первому, королю Шотландии. На древнем гэльском слово означает «бросаю вызов». Это обо мне.

Мой отец, Фредерик Диэл, был англичанином абсолютно европейского склада. С Нью-Йорком он имел не больше общего, чем я — с Персией или Сибирью. Моя мать была жгучей брюнеткой. Как и я когда-то. Но, конечно, она-то слыла красавицей. Я нисколько на нее не походила. Она считалась одной из представительниц La Belle Epoque в Париже, тут не может быть никаких сомнений.

Мне невероятно повезло — не считайте меня неблагодарной, — родители очень любили нас. Породистые, богемные, обожающие удовольствия привлекательные парижане, они жили в переходный период между эдвардианской эпохой и современным миром.

Деньги, казалось, не имели для них никакого значения, и родители блестяще справлялись с тем, чтобы окружить нас — не ради нас самих, а потому что сами вели такую жизнь — удивительными людьми и событиями. В нашем доме бывали потрясающие личности. Ирен и Вернон Кастл. Нижинский приходил вместе с Дягилевым. Не скажу, что он произвел на меня впечатление, но я видела его — и получила о нем представление. Зато Дягилев был выразителен. С прядью седых волос среди черной гривы, он надевал шляпу совершенно изумительным образом. Я помню его весьма отчетливо. А молодой Нижинский напоминал домашнего грифона. Он обычно молчал. Но, разумеется, мы понимали, что видим самого выдающегося танцора в мире. Мы просто знали это — детей не обманешь.

Между тем няня у меня была чудовищная. Конечно, няни часто бывают недовольными. Они, возможно, и любят детей, но это не их дети, и наступает время, когда они уходят навсегда. Я не выносила свою няню. Она была худшей из всех.

Но должна признать: есть один ужасно привлекательный факт, связанный с ней, которого мне не забыть. Ее звали Пинк. Я всегда считала это имя невероятно стильным.

В Париже Пинк ежедневно — кроме среды, своего выходного, — выходила с нами из дома, и мы шли по Авеню дю Буа, ныне Авеню Фош, к Булонскому лесу, где могли поиграть. По средам же моя бабушка поручала нас своей помощнице, мисс Нефф, отвратительной, всеми брошенной, сломленной, старой — старой! — приятельнице-американке, которая всегда носила одно и то же древнее платье из черного кружева. Мисс Нефф водила нас в Лувр смотреть «Мону Лизу». Вечное черное кружевное платье, Лувр, «Мона Лиза»…

Реклама на Forbes

Однажды настал день, когда мы пришли к «Моне Лизе» в сто десятый раз. Мы должны были встать тут, затем там, после здесь, здесь и здесь, потому что, как мисс Нефф неизменно объясняла нам, «она всегда смотрит на тебя…».

Мы с сестрой послушно исполняли то, что нам говорили, поэтому знали «Мону Лизу» прилично. В ту среду мы рассмотрели ее со стольких ракурсов, что охраннику пришлось подойти к нам и попросить покинуть музей, поскольку мы оказались последними посетителями Лувра.

Я помню, как звучали наши глухие маленькие шаги, пока мы проходили по опустевшим мраморным залам, стремясь наружу. На следующее утро во всех газетах сообщили, что минувшей ночью «Мону Лизу» украли.

Кажется, бедную старушку нашли в сырой ванной нищего художника вырезанную из рамы, свернутую в рулон и засунутую в мусорное ведро. Ее не разворачивали два года. Не забывайте, что это была самая знаменитая картина в мире, и не забывайте также, сколь мал был этот мир тогда. Ее пропажа стала подлинной трагедией. Подобно похищению ребенка, которого вы любите больше всего на свете.

Возвращение картины наделало много шума, но еще больше шума произвела ее кража. Мы с сестрой оказались последними, кто видел ее до исчезновения. За один день мы превратились в самых знаменитых детей, игравших в Булонском лесу. В следующую среду, когда мисс Нефф планировала вести нас в Лувр смотреть «Мону Лизу», той там уже не было. Полагаете, в том возрасте мы сильно переживали? Нет, мы испытали колоссальное облегчение. Вместо этого нас отвели в лес, что понравилось мне гораздо больше.

Вообще-то, все мои мечты связаны с Булонским лесом. Я воспитывалась в мире «великих красавиц», в мире, где кокотки, женщины полусвета, считались важными персонами в Париже. Они были замечательными хозяйками, замечательными домоправительницами, замечательными женщинами в роскошных платьях. Они жили в собственном полумире, и этот полумир имел огромное значение. А Булонский лес — место, где они прогуливались ранним утром. В этом и состоял секрет красоты представительниц полусвета. Они дышали утренним воздухом. Дамы приходили туда в половине девятого утра. Затем возвращались домой отдохнуть, сделать массаж и подготовить меню для вечернего приема своих мужчин-покровителей. В те времена они ложились в постель значительно раньше. Полуночные трапезы, к которым мы привыкли в последние несколько лет, были для них немыслимы. Так что эти женщины отличались необыкновенной красотой.

Реклама на Forbes

Разумеется, я всегда сходила с ума по одежде. У рожденного в Париже нет шанса забыть об одежде хоть на минуту. А какие наряды я видела в Булонском лесу! Теперь я понимаю, что наблюдала там зарождение нашего века. Все было внове.

Конечно, ощущалось сильное влияние Дягилева. Колорит, экстравагантность, характер, волнение, страсть, стук, звук, треск… Этот мужчина расщепил атом! Его влияние на Париж оказалось всеобъемлющим. Предыдущая эдвардианская эпоха обладала твердостью стали. Ей предстояло длиться, пока не грянет нечто. Что ж, это нечто грянуло и смело на своем пути все, включая моду, потому что мода — часть общества и часть жизни.

Цвета! Прежде красный не был красным, а лиловый — лиловым. Они всегда оставались слегка… сероватыми. Но одежда женщин в Булонском лесу поражала цветами, острыми как нож: красный красный, неистовый лиловый, оранжевый — когда я говорю «оранжевый», я имею в виду красный оранжевый, а не желтый оранжевый, — нефритовый зеленый, кобальтовый синий. И ткани — шелк, атлас, парча, расшитые мелким жемчугом, подернутые серебром и золотом, отороченные мехом и кружевом, — воплощение великолепия Востока.

Никогда больше мир не видел такой роскоши. Эти женщины выглядели богато.

Их силуэты смотрелись совершенно по-новому. Почти в одночасье скрученные, изогнутые, затянутые в корсеты фигуры викторианских леди исчезли. Пуаре (Поль Пуаре (1879–1944) — парижский модельер, оказавший огромное влияние на моду в первой четверти XX века. — Прим. ред.) стал дизайнером, ответственным за перемены в моде — за уход от Прекрасной эпохи и ее красивых эдвардианских женщин с огромными глазами и тугими корсетами. У дам тех времен были талии и сиськи. Полагаю, у них также имелся живот и все остальное. Но Пуаре ничего не оставил. Корсеты пропали. Вместо изгибов появились прямые линии. Казалось, каждый устремлялся к земле. Естественность женского тела — вот что было в новинку. Но часто юбки оказывались так узки, что женщины едва могли шагать. Я помню, как они пытались удержать равновесие, неся на голове огромную шляпу, украшенную райскими птицами, кокардами или перьями, и семеня через Булонский лес микроскопическими шажками. ..

Их туфли были так красивы! Дети, само собой, имеют особое представление о том, что связано с ногами. Они к ним ближе. Я помню обувные пряжки из искусственных камней, какие носили в восемнадцатом веке, — ограненные намного изящнее алмазов и выглядящие очень дорого. Люблю, когда ноги украшены. И по сей день именно так я отношусь к обуви.

Реклама на Forbes

А лошади! Автомобили были в новинку, но те женщины держали лошадей, которых всегда запрягали парой либо цугом. В моих детских глазах красота лошадей и красота женщин, которым они принадлежали, были неразделимы.

Представьте себе Елисейские Поля — они все те же… Хотя теперь там меньше деревьев и растут они уже не так буйно, как прежде. Улица все еще остается усладой для глаз — прямая и протяженная… Я помню скачки на Елисейских Полях, призванные определить, кто из соревнующихся — пара серых или пара гнедых — доберется до последнего холма рысью без остановки. Это было целое событие! Момент торжества этих женщин — а также мужчин, их содержавших.

Кто, как вы думаете, знал все о тех необыкновенных женщинах? Известен ли вам ресторан Maxim’s? Заходя в него с улицы, вы, само собой, встречаете швейцара. Дальше — старшего лакея. По крайней мере, так было раньше. Лакей выполнял обязанности посыльного. Это его вы просили сбегать на улицу и купить три экземпляра газеты Paris-Soir или что угодно другое — в те времена этим занимались посыльные, — и нужная вещь оказывалась у вас на столе.

Спустя несколько лет после Второй мировой войны один видный посыльный из Maxim’s, почтенного возраста мужчина, предложил журналу Harper’s Bazaar свою cahier — маленькую записную книжку с фактами о представительницах полусвета Прекрасной эпохи. Не спрашивайте,как такое везение могло свалиться на нас. Но в те дни имя Harper’s Bazaar гремело в Париже. И главный редактор журнала, Кармел Сноу, тоже была в Париже знаменитостью. Каждый знал эту сумасшедшую блистательную ирландку. Все ее обожали — пьяную или трезвую. Она всегда одевалась умопомрачительно. И часто бывала пьяной — именно пьяной, а не слегка навеселе. Ей удавалось великолепно говорить, но встать и пойти она при этом не могла.

Однако суть не в этом. Суть в записной книжке, которую Кармел передала мне. Я перевела и опубликовала ее в Harper’s Bazaar. И, вообразите, ни один человек в издательстве и ни один читатель не заикнулся о том, насколько это уникальный, общественно значимый документ.

Реклама на Forbes

Крохотный потертый блокнотик. Французы весьма рачительно относятся к бумаге. Мы с вами обычно оставляем первую страницу блокнота пустой и начинаем писать на его правой стороне. Но этот посыльный был истинным французом: он начал заполнять записную книжку слева, с самого верха — так, что над первой строчкой не осталось и толики пустого места. Блокнот содержал полный перечень всех известных женщин Парижа с обстоятельным описанием всех деталей — например, «родинка на левом бедре», pas tout à fait de premier ordre )Не высшего класса (фр.). — Прим. ред.) «родилась в Шайо», «баронесса не догадывается» и так далее. Этот старичок… вы только подумайте, он единственный человек в мире, знавший, что существует девушка с родинкой на левом бедре; девушка, которую некогда вожделел Герцог Какой-то Там и которая после его смерти не осталась, видимо, assez connue(Довольно известной (фр.).— Прим. ред.) и потому была обязана заплатить высокую цену. На мой взгляд, это нечто невообразимое. Такое невозможно придумать, поскольку, как известно, правда всегда оказывается удивительнее вымысла.

Особенно выделялись англичанки. Они были неподражаемы. И пользовались огромной популярностью. Женщины полусвета могли иметь сколько угодно любовников до тех пор, пока об этом никто не знал. Они читали собственные газеты, их обслуживали собственные парикмахеры и собственные портные. Вы наверняка смотрели «Жижи» (французский музыкальный фильм 1958 года о девушке, которую готовили к роли кокотки. — Прим. ред). Они разбирались в сигарах, бренди и вине, могли нанять первоклассного повара. Многие мужчины не жили в Париже, но содержали там великолепные дома. Моя приятельница, изумительная женщина, которая работала на Кристиана Диора, однажды сказала мне:

— И не забывайте, мадам Вриланд, что мы часто служили прикрытием для английских мужчин, которые приезжали исключительно за мальчиками. Девушки были просто фасадом. Мы занимались домом, который для видимости нам покупался. Мы принимали розовый жемчуг из рук эрцгерцога и серый жемчуг из рук великого герцога, и каждое украшение соревновалось с другим в роскоши и изяществе. Джентльменам приходилось выглядеть безукоризненно в глазах их друзей, устраивая спектакли с новыми соболиными шубами, новой парой лошадей серой масти, красивой повозкой и прочим в этом духе. — Она рассказывала мне много всего, потому что сама находилась на шикарном содержании.

В 1909 году в дом моих родителей на улице дю Буа Дягилев привел Иду Рубинштейн. Он считал, что у моей матери отменный вкус. И эта встреча была для него очень важна. Если бы мама одобрила, Ида Рубинштейн — невообразимая красавица и совершенно неизвестная танцовщица, которую отстаивали Фокин и Бакст, — сыграла бы заглавную роль в «Клеопатре», а лорд Гиннесс помог бы оплатить целый сезон «Русского балета» в Шатле. ́ Тогда лорд Гиннесс был одним

из выдающихся покровителей парижских женщин. Возможно, он также любил мальчиков. И Иде Рубинштейн предстояло выступить своего рода прикрытием — чтобы, так сказать, защитить его репутацию.

Реклама на Forbes

Мы с сестрой не пропускали ничего. Как, впрочем, и все дети — если только вы не держите их в изоляторе. Я пряталась за ширмой. И вот вошла Ида Рубинштейн…

Одетая во все черное — прямое черное пальто в пол. В те дни при входе в помещение оставались в верхней одежде, потому что нельзя было предугадать температуру внутри. Подол ее пальто украшала широкая полоса черного лисьего меха. Такой же мех — на воротнике и манжетах. И из него же — огромная муфта, почти заменявшая рукава, в которой она держала руки, когда вошла в дверь. На ногах у нее были высокие замшевые сапоги. А волосы напоминали волосы Медузы: роскошные крупные черные локоны под черной вуалеткой, которая немного их усмиряла и едва прикрывала глаза. О, эти глаза за вуалью. .. Я никогда раньше не видела тени для век. Если вы прежде не видели теней, такой момент — самый подходящий, чтобы их увидеть! Длинные несуетливые глаза — черные, черные, черные, — и двигалась Ида подобно змее. Однако не несла опасности. Высокая, гибкая, чувственная, пластичная — само воплощение линии, линии, линии. Она не была профессиональной танцовщицей, но хотела танцевать в балете. Если не ошибаюсь, происходила она из богатой петербуржской семьи. Сексуальная еврейская девушка с достатком.

Мою мать Ида пленила. И она дала Дягилеву свое одобрение. Помню, как мать говорила ему:

— Она, быть может, и не профессиональная танцовщица, но, если уж на то пошло, ей и делать не нужно ничего, кроме как возлежать на сцене с выражением томной неги на лице.

Как вам, возможно, известно, в этом спектакле на сцену ее внесли на своих спинах четыре нубийца, одетые в костюмы, сплошь расшитые мелким жемчугом. На ней же одежды почти не было. Зато на большом пальце ноги — крупное кольцо с бирюзой. .. Так прелестно. Спектакль представлял собой ужасающую вакханалию, во время которой все поглощали друг друга… Ей же и правда не пришлось ничего делать.

Реклама на Forbes

Дягилев был более чем доволен, потому что знал: лорд Гиннесс будет поддерживать его в течение всего театрального сезона в Шатле. Лорд Гиннесс также был безмерно доволен, поскольку получил свое прикрытие. Там это и произошло, а 1909-й — год, когда это произошло, и говорят, что произошло все именно так. 

Анна Фрост, главный редактор Vogue.ru — Look At Me

 

Плащ A.F. Vandevorst

Покупала его с мыслями о том, что нужен тренч. Мозг включился только дома: тренч из пудрового шёлка, который боится воды, пыли, воздуха, да и вообще всего. Надевала его два раза на два часа. 

 




 

 

Туфли Maison Martin Margiela

Почти все вещи Martin Margiela, что у меня есть, старше шести лет. После того как из марки ушел сам Маржела, я потеряла к ней интерес. Купила эти туфли в James, он тогда закрывался. Сначала мне было в них очень больно ходить — надевала редко и чуть не плакала. Зато сейчас они для меня как тапочки. 

 




 

 

Пиджак Limi Feu

Куплен в припадке истерического шопинга с Наташей Гостевой. Я хотела взять бледно-голубой пиджак Stella McCartney, но в итоге ушла с этим. Пиджаку уже года два, в последний раз он надевался на корпоратив «Газпрома». Больше вещей марки Limi Feu у меня нет: если честно, на мне они сидят так себе. 

 




 

 

Кожаная куртка, £70 

Cамая правильная английская косуха с Брик-лейн. Мы её даже поджигали. У неё чудесная подкладка, и сейчас я мечтаю о точно такой же красного цвета. Ещё в ней приятно спать в самолёте: она очень мягкая.

 




 

 

Туфли Jil Sander

Подарок Серёжи, моего друга, — я тогда сделала что-то хорошее, связанное не с саморазрушением. Я надела их в тот же вечер на вечеринку Clevermoto. Несмотря на высокий каблук, оказались одними из самых удобных моих туфель. 

 




 

 

Пиджак Undercover

Как-то на ланче Маша Попова сказала: «У меня есть пиджак Undercover, он мне мал, у него есть зубки и глазки». После этого я не давала ей спать недели две. Была близка к тому, чтобы караулить её у подъезда. Маша долго не хотела мне пиджак отдавать, в итоге я выменяла его на пакет косметики La Mer. Очень люблю эти глазки и зубки, созданные под вдохновением от фильма Шванкмайера «Полено», собственно, как и сам фильм. Ржавчина на пиджаке настоящая. 

 




 

 

Платье A.F. Vandevorst

Подарок Серёжи. В тот день всё не складывалось: болела голова, нужные магазины были закрыты, а мне очень нужны были туфли и платье. Мы заехали в Mood Swings, я померила все вещи A.F. Vandevorst, которые у них были. Мне понравился только один тренч, который оказался мне велик. Моё настроение было в таком большом минусе, что это платье я мерила уже без особого энтузиазма. Так ни с чем мы и уехали. А уже дома Серёжа протягивает мне пакет и говорит: «Я купил тебе платье». Был Хеллоуин — я тут же надела его с украшениями в виде летучих мышей. Прошлая осень — одна из самых удачных коллекций A.F. Vandevorst. 

 




 

 

Пальто Bitte Kai Rand

Нежно мною любимое пальто подарили Роза, Лёша и Юля из Cara&Co. Оно мягкое, расслабленное, поэтому надеваю его часто. 

 




 

 

Юбка Ann Demeulemeester

Юбка из древней коллекции, ей уже года три. C прошлого лета я перестала покупать вещи Ann Demeulemeester: у них упало качество, а сами вещи стали словно топорными копиями старых коллекций. Юбку купила себе сама, поспорив со всеми, что буду носить её чуть ли не каждый день. Разумеется, этого не случилось. Феерично падала в ней весь Новый год. 

 




 

 

Кардиган Ann Demeulemeester

У меня есть к нему такая же юбка, которую я покупала на eBay. Правда, с юбкой у меня отношения не сложились. А вот кардиган надеваю достаточно часто. Была в нем на Пикнике «Афиши». 

 




 

 

Пиджак Boudicca

Я очень люблю марку Boudicca. Мои любимые духи Wode, оставляющие синие разводы, как раз Boudicca. Пиджак потрясающе сидит, но я его надевала лишь один раз в Париже.  

 




 

 

Сиреневый пиджак Ann Demeulemeester

Пиджак из коллекции, из которой у меня больше всего вещей, — осень-зима 2008. Одна из самых красивых коллекций марки. Сам пиджак прекрасный — махровый, мягкий, очень приятный. У Демельмейстер невероятное чувство цвета и текстуры. Великолепно скроен и очень красиво сидит, даже если его не завязывать.  

 




 

 

Юбка Ann Demeulemeester

Нашла в «Подиуме», она лежала там очень давно и стоила каких-то символических денег. Юбку сложно надеть правильно, у меня ловко получилось в примерочной, а дома пришлось помучиться: много внутренних верёвочек. У Анн хорошо с пространственной геометрией, а у меня не очень. У Серёжи, к счастью, лучше.  

 



 

 

Шляпа Number (N)ine

Учитывая, что марки Number (N)ine уже не существует, эта шляпа мне особенно дорога. Подарок Серёжи. У меня также есть несколько шляп Ann Demeulemeester. К сожалению, в России нет культуры ношения шляп, поэтому приходится ловить косые взгляды. 

 




 

 

Ботинки с железными каблуками Kei Kagami

\

На данный момент Кей — любимый обувщик. Я написала про него колонку для первого номера журнала Style Zeitgeist. Дизайнер — прекрасный, одарённый, но склонный к перепадам настроения японец. Половина его писем заканчиваются фразой: «…and then I got depressed». У него есть вещи мрачные, а есть, наоборот, полные жизни, как юбка, на которой растёт трава. Я с трудом купила эти туфли, искала их по всему Лондону, пыталась связаться с самим Кагами, оставляла его девушке, которая работает в магазине Rick Owens, записки с пометкой: «I want to buy your shoes», но тогда всё было безрезультатно: его совершенно не волнуют деньги.  

 




 

 

Туфли Azzedine Alaia

Почти всю обувь Azzedine Alaia я покупала в Москве. Я её собираю давно, и сейчас у меня порядка 15 пар. Во многих из них очень больно ходить, но это того стоит. 

 




 

 

Обувь Camilla Skovgaard

Начала покупать обувь этой марки только с прошлого года. После покупки радостная пошла к друзьям в паб. «Они же прекрасные?» — cпросила я их. «Нет», — получила единогласный ответ. Бахрома на серых была слишком длинная и постоянно отрывалась, пришлось её вручную стричь.

 




 

 

Ботильоны Maison Martin Margiela

У меня есть ещё такие же из чёрной замши, которые я надеваю значительно реже: у них маленький каблук kitten heel. Эти tabi куплены в Dad, не смогла пройти мимо небесно-голубого цвета и круглого каблука. 

 




 

 

Кольца

Все мои кольца — из серебра, я их надеваю по 6–7 сразу. Покупаю везде: на Портобелло, в нескольких любимых точках в Кэмдене, в Browns, редко в Москве. 

 




 

 

Украшения 

 

На мне всегда кулон в форме клыка Pyrrha, кулон с Иисусом, к ногам которого подвешен футболист, браслет с цепочкой Demeulemeester, много колец, длинные серьги (любимые — Pamela Love, серьги-кресты и серьги в форме змей). Люблю украшения в виде жестоко убитых зверей Momocreatura — зайчика с проткнутым сердцем, медведя в кандалах и мышки в удавке. 

 

Фотографии: Егор Васильев

Главный редактор журнала вог в америке. Стиль анны винтур. Личная жизнь Анны Винтур


В десять лет она написала в школьной анкете, что обязательно станет главным . Спустя многие годы ей довелось брать интервью у главного редактора американского Vogue Грейс Мирабеллы. Но это интервью продлилось не долго, а вернее закончилась очень быстро, словами Анны про то, что она хотела бы получить работу Грейс.

Она родилась 3 ноября 1949 года в Лондоне. Её отец Чарльз Винтур был редактором газеты «The Evening Standard». С матерью Анны Элеонорой Бейкер, дочерью профессора права Гарвардского университета, он вскоре развёлся. И женился на Одри Слейтер, редакторе и журналисте, основательнице нескольких молодёжных журналов. У Анны трое братьев и сестёр. В школе она часто бунтовала против строгой школьной формы, а дома с удовольствием давала советы отцу по рубрикам в газете, которые создавались им для молодёжи.

В 14 лет Анна сделает стрижку «каре», которая станет её визитной карточкой на долгие годы. В 15 лет устроится продавцом в магазин BIBA. А в 16 примет решение не поступать в колледж, а заняться модной журналистикой. Впрочем, родители явно были в шоке, и по их настоянию Анна проходит подготовительный курс в универмаге «Harrods». Но вскоре она абсолютно отказывается от идеи учиться, заявив что «Вы либо знаете моду, либо нет.».

После того, как Анна оставила учёбу она некоторое время работала в журнале своего бойфренда Ричарда Невилла. Затем в издание Harpers&Queen. Она была в 1970 году принята на должность ассистента в отдел моды, и именно с этого начинается карьера Анны Винтур в сфере модной журналистики.

Анна Винтур – Дьявол носит Prada
Вы догадались о ком речь? Кто такая Анна Винтур? Да-да, это та самая Анна «ядерная зима» (игра слов по созвучию: Wintour (Винтур) – winter (зима)). Именно такое прозвище дадут ей её подчинённые за жёсткий и строгий стиль руководства. Именно с неё, с Анны Винтур, был написан образ главной героини романа «Дьявол носит Prada». Этот роман написала её бывшая личная помощница Лорен Вайсбергер в 2003 году на основе личного опыта работы с Анной. Да-да, это та самая Анна Винтур – главный редактор американского журнала Vogue уже более 20 лет, с 1988 года. Это та самая Анна, которой лишь стоит заметить какого-то дизайнера, фотографа или и они вполне могут вскоре проснуться знаменитыми.

Но тогда, в 1970-е, до Vogue было ещё далеко. В 1973 году Анну назначают заместителем главного редактора Harpers&Queen, главным редактором которого вскоре становится Мин Хогг. Между Мин и Анной начинаются противоречия, борьба за кресло главного редактора. И в итоге Анна уходит из журнала Harpers&Queen и со своим парнем, независимым журналистом, Джоном Бредшоу переезжает в Нью-Йорк. Где в 1975 году становится младшим редактором моды в «Harper’s Bazaar». Анна Винтур оставалась собой, она была упряма, отстаивала свои идеи и не проработала в этом журнале и 10 месяцев. Но вскоре с помощью Джона Бредшоу она получила должность главного редактора журнала Viva. Журнала, который позиционировался, как журнал для взрослых женщин. Именно в журнале Viva у Анны появился её первый личный ассистент, и она тут же заслужила славу требовательного руководителя.

В 1978 году журнал Viva был закрыт как весьма убыточный проект. И Анна на два года выпадает из модной индустрии. В это время она встречается с французским продюсером Мишелем Эстебаном. Живёт то в Нью-Йорке, то в Париже. К слову годами раньше ей приписывали роман с Бобом Марли. Анна никогда не была обделена вниманием мужчин.

Но вскоре она возвращается к работе, заняв должность главного редактора журнала Savvy. Именно здесь Анна начнёт реализацию концепции журнала не для домохозяек, а для самостоятельных женщин, женщин у которых есть деньги и которые делают карьеру. Эту концепцию она позже применит и в Vogue. Затем Анна работала редактором моды в журнале New York, редактор которого Эдвард Коснер смягчил для неё многие строгие правила этого , позволив ей воплощать в жизнь именно её, Анны, идеи. И не прогадал. Работа Анны Винтур в журнале New York была весьма успешной.

А в 1983 году Анне предлагают должность креативного директора американского Vogue. Она, конечно же, соглашается, но при условии удвоения её зарплаты и полной свободы действий. И её требования были приняты. Но вот с Грейс Мирабеллой, главным редактором американского Vogue, своенравная Винтур так и не смогла найти общий язык. В итоге, не желая отказываться от проработавшей редактором 17 лет Грейс Мирабеллы, Анну назначают главным редактором Vogue Британии. Анна уезжает в Лондон.

Однажды в ходе интервью в рамках программы «60 минут» на американском телеканале журналист Морлей Сафер вдруг неожиданно спросил Анну Винтур: «Вы сука?». Надо ли говорить, что интервью вошло в анналы журналистики? Однако, такими вопросами главного редактора американского «Vogue» в тупик не поставить: как и многие люди из мира моды, Анна прекрасно знает, что она из себя представляет.

Ее ответ был тонким: «Многие люди работают со мной вот уже 15-20 лет. Если я, действительно, такая уж сука, они тогда, должно быть, мазохисты».

Конечно, трудно назвать «сукой» женщину, если ее коллеги остаются преданными ей столько времени. С другой стороны, несмотря на все ужасы мира моды, мало кто откажется от карьеры в американском «Vogue». Здесь стажеры бегают на 7-сантиметровых каблуках, как спринтеры на стадионе. Во всем офисе только одно кресло имеет мягкую обивку – это кресло Анны Винтур. А для посетителей стулья из металла наподобие тех, что мы часто видим в уличных кафе.

Анна Винтур никогда не расстается с темными очками, заказывает отдельный вход, требует, чтобы ее лимузин был припаркован там, где больше никто не сможет к нему подойти. Ее всегда сопровождают два огромных охранника, конечно, в мире моды, где в основном живут одни богатые женщины, этот жест Анны Винутр воспринимают с усмешкой. Но мало кто знает, что Анна Винутр, любительница шуб, наняла своих громил после того, как активисты движения в защиту животных Peta однажды бросили ей на стол мертвого енота в тот момент, когда она мирно завтракала на Манхэттене в отеле Four Seasons.

За высокомерие и строгость главного редактора самого влиятельного модного журнала мира одно время даже называли «Атомная Анна», теперь все чаще ее зовут «Королева Анна» или «Мария-Антуанетта моды».

Анна Винтур родилась 3 ноября 1949 года, ее отец, Чарльз Винтур был главным редактором британской газеты Evening Standard (в настоящий момент газета принадлежит российскому бизнесмену Е. Лебедеву, – прим. RFI ), ее мать Элеанор Бейкер была дочерью богатого адвоката из Филадельфии. Именно благодаря семейному состоянию Анна Винтур могла оставаться независимой в ключевые моменты карьеры.

От своего отца Анна унаследовала острый глаз, безжалостный характер и, самое главное, много амбиций. Что, однако, не помешало ей потом применить к себе прогрессивные взгляды на жизнь ее матери – оказание поддержки темнокожим и азиатским манекенщицам и дизайнерам. Анна Винтур была первой, кто опубликовал темнокожую модель на обложке главного модного журнала. А совсем недавно Анна Винтур собирала средства на предвыборную кампанию Барака Обамы.

{{ scope.counterText }}

{{ scope.legend }} {{ scope.credits }}

{{ scope.counterText }}

i

{{ scope.legend }}

{{ scope.credits }}

Анна Винтур всегда уверена, что права, и когда мир имеет свое мнения, Анна прислушивается только к себе. Так, например, во время скандальной истории с Джоном Гальяно, Анна Винтур намеренно сажала его рядом с собой на больших обедах и ужинах и говорила только с ним.

Американский «Vogue» – Библия моды – тиражом 1,3 миллиона экземпляров. Журнал Анны Винтур в десять раз влиятельнее французского «Vogue» и в двадцать раз влиятельней, чем «Vogue» Италия. Неудивительно, что страница рекламы в американском издании стоит больше 90 000 долларов. Личный рекорд Анны Винтур – 727-страничный выпуск в сентябре 2007 года. Легко посчитать, что если в год у журнала набирается около 3000 страниц от рекламодателей, то американский «Vogue» только с продажи рекламных площадей приносит 300 миллионов долларов в год.

Карьера Анны Винтур продолжает идти в гору. В марте прошлого года она стала артистическим директором всей группы Conde Nast – медиа-империи, в которую входят Vanity Fair, AD, GQ, The New Yorker, Glamour и т. д.

Несмотря на то, что Анна Винтур сама по себе очень амбициозна, рядом с ней всегда был либо влиятельный друг, либо влиятельный любовник. Анне приписывают роман с издателем Ричардом Невиллом, светским обозревателем Найджелом Демпстером, легендой регги Бобом Марли. Анна Винтур была замужем только один раз – за педопсихиатром Дэвидом Шеффером. Вместе с Дэвидом у Анны двое детей: Чарльз и Би. Однако роман Анны Винтур и техасским финансистом Дж. Шелби Брайаном, который громко описали журналисты, положил конец браку с Шеффером.

Анна не изменяет своему стилю, вот уже много лет она носит одну и ту же прическу – строгое каре, она знает, как нужно улыбнуться, чтобы получить то, что хочешь.
Анна Винтур устраивает вечера в американском посольстве в Париже «Americans in Paris», чтобы поддержать талантливых американских дизайнеров из Нового Света.

Именно благодаря Анне Винтур существует ежегодный Costume Institute Ball в Metropolitan Museum of Art, который стал событием планетарного масштаба: взрывной коктейль из супер-моделей, дизайнеров, кинозвезд и, конечно, политиков. Все они позволяют собрать примерно 85 миллионов долларов для музея за одну ночь. Но этот вечер только для избранных.

Широкой публике Анна Винтур известна как прототип главной героини фильма «Дъявол носит Prada», которую играла Мэрил Стрип. Настоящей Анне Винтур все же ассистенты не шепчут в наушник-суфлер имена гостей, она всех знает без подсказок.

Мэрил Стрип в роли Анны Винтур в фильме “Дьявол носит Prada” screenshot RFI

Одно время много говорили о том, что Анну Винтур могут назначить послом США в Великобритании или во Франции. Она одна смогла собрать 40 миллионов долларов для избирательной кампании Барака Обамы.

Однако у Анны Винтур все же были промахи в политике. В 2011 году американский «Vogue» опубликовал большой материал об Асме Асад, супруге сирийского президента Башара Асада, именно в тот момент, когда на улицах Дамаска войска режима убивали манифестантов. Материале об Асме Асад тогда вышел под заголовком «Роза в пустыне», супругу сирийского диктатора там описали следующим образом: «самая свежая и самая обворожительная Первая Леди».

Если со вкусом в мире моды у Анны Винтур нет проблем, то в политике ей все же еще придется разбираться долго.

Мало кто из любительниц глянцевых журналов знает, что сотрудники редакции американского Vogue вынуждены строго соблюдать странные правила. Например, на работе нельзя есть. Младшим сотрудникам запрещено здороваться первыми со старшими. И не приведи Господь кому-то располнеть! Эти правила ввела женщина, которую называют «Стервой с большой буквы», «ядерной Винтур» и «великолепным гламурным насекомым». На «Женских страстях» – история жизни Анны Винтур.

Анна Винтур – самый влиятельный человек в мире моды, которого пока еще никто не смог свергнуть с пьедестала. В ноябре ей исполнится 58 лет.

Анна возглавляет американский Vogue с 1988 года. Именно о ней бывшая ассистентка Vogue Лорен Вайсбергер написала свой бестселлер «Дьявол носит Prada». Тем, кто знаком с данным произведением лишь по фильму с Мерил Стрип в главной роли, стоит прочитать книгу.

Лорен Вайсбергер

Автор нашумевшего романа – разоблачения злобного характера Винтур – Лорен Вайсбергер родилась в 1977 г., в Пенсильвании. И, в общем, героиня «Дьявол носит Prada» Андреа – это сама Лорен. Судите сами: после окончания университета Лорен отправилась в путешествие по Иордании, Тайланду, Индии, Непалу и другим странам.

По возвращению в Штаты ей крупно повезло – ее, девушку без какого-либо опыта работы, взяли на должность ассистента главного редактора Vogue Анны Винтур. Всё точно, как описано в книге. В Vogue Лорен проработала всего 10 месяцев, успев на своей шкуре почувствовать, как ей «повезло» работать в таком месте как Vogue, и с такой женщиной как Винтур.

После ухода из Vogue, где Лорен фактически приходилось работать «девочкой на побегушках», она начала писать обзоры для Departures Magazine. Одновременно с работой в издании Лорен начала посещать курсы писательского мастерства. В эссе, написанных в ходе занятий, она рассказывала о своей работе в Vogue.

Вскоре стало понятно, что эти рассказы великолепно вписываются в единую концепцию большой книги. Так был создан роман «Дьявол носит Prada», тут же ставший мировым бестселлером. Он очень быстро был переведен на десятки языков и, наконец, по нему сняли фильм, в котором главного редактора журнала Runway (по-русски «Подиум») согласилась играть только Мэрил Стрип.

Мэрил Стрип

В романе образ Миранды Пристли (читай «Анны Винтур») лишен каких-либо человеческих черт: это холодный, стервозный, безжалостный робот, который каким-то чудом заставил весь бомонд с его большими деньгами вращаться вокруг себя. Да чего там говорить: мировые показы мод просто не начинаются, пока она не приедет. Кто же эта Анна Винтур – человек, киборг или инопланетная гостья?

Анна родилась 3 ноября 1949 года в Лондоне. Её отец Чарльз был редактором британской газеты The Evening Standard и уже в подростковом возрасте Анна, рано заинтересовавшаяся модой, консультировала папу на тему того, как сделать газету более интересной для британской молодежи 60-х.

В возрасте 18-ти лет Анна решила, что с образованием пора завязывать, и устроилась ассистентом в отдел Моды журнала Harpers & Queen в Лондоне. Через 6 лет работы она переехала в Нью-Йорк, где работала редактором Моды американского Harper”s Bazaar. Затем последовал пост главного редактора журнала New York, пока, наконец, в 1983 году Винтур не стала креативным директором американского Vogue.

Винтур имеет свой собственный уникальный стиль: её всегда можно узнать по изысканной дорогой одежде, большим темным очкам от Chanel (в своей книге Вайсбергер заменила этот фетиш Винтур на платки от Hermes) и прическе боб.

Поговаривали даже что Винтур – воплощение Сатаны. У нее красные глазные яблоки и поэтому она вынуждена прятать их за темными стеклами. Однако скептики утверждают, что Анна носит очки из-за проблем со зрением (заболевание, унаследованное от отца).

Анна Винтур с дочерью

Винтур живет на Манхеттэне и соблюдает строгий распорядок дня, от которого не отступала годами. Каждое утро Анна встает в 5:45, идёт играть в теннис, затем профессионалы работают над ее прической и макияжем, после чего персональный водитель доставляет Анну в редакцию Vogue.

Винтур известна своими высококлассными вечеринками, но сама она никогда не проводит на мероприятии более первых десяти минут. Ровно в 22:15 Анна ложится спать. Такой строгий режим и собранность во всем позволяют ей оставаться женщиной номер один в мире Моды по сей день.

У Винтур двое детей от первого мужа – Дэвида Шэффера, известного детского врача, с которым Анна прожила более 15-ти лет. Но однажды видимость безупречности и пристойности снежной королевы Моды была разрушена… ей самой. У Анны был роман с женатым мужчиной – техасским телефонным магнатом Шелби Брайаном.

О случившемся голосили все таблойды – эта интрижка разрушила оба брака, и сейчас Шелби и Винтур вместе. Ее приближенные утверждали, что Винтур была крайне недовольна статусом «разведенки» и очень опасалась, что развод негативно отразится на детях.

А человек, которому однажды довелось провести отпуск вместе с Винтур и ее бывшим мужем Шэффером, утверждал, что пара могла просидеть часов 7 на пляже, не обменявшись ни единым словом. И молчание здесь вовсе не было признаком духовного родства.

Им просто было грустно и скучно друг с другом. Говорят, после сближения Винтур с Шелби Брайаном, окружающие стали замечать улыбку (такую редкую прежде) на ее лице.

В Анну Винтур бросили торт

Анна Винтур – враг номер один для защитников животных, поскольку она не только провоцирует читателей Vogue покупать меховые изделия, но и является автором редакционных статей, призывающих носить мех, а также инициатором кулинарных рецептов, где советовалось готовить картофель-фри на лошадином жире.

Винтур даже отказывала защитникам животных в публикации платной рекламы. Зелёные прозвали Винтур Cruella (от англ. “cruel” – жестокий. Именно так звали злобную героиню из «101 далматинца», которая, кстати, внешне поразительно похожа на Мерил Стрип в «Дьявол носит Prada»). Наиболее активные защитники прав животных неоднократно совершали нападения на Винтур. Так, в 2005 г., во время показа мод в Париже, в Винтур запустили кремовым тортом.

Да, Анна Винтур жёсткий, требовательный, дотошный и принципиальный человек. И очень влиятельный. Именно она способствовала популярности Джона Гальяно в США, а также стремительному росту карьеры Майкла Корса и Марка Джейкобса.

А в 1999г. она отказалась поместить на обложку Дженнифер Лопес, так как та, по мнение Винтур, слишком вульгарна для Vogue. За эти качества характера Анну многие не любят, а некоторые даже ненавидят. В этом году состоялся суд над Питером Бронштейном, работавшим на портале посвященном индустрии моды.

Журналиста судили за сексуальные домогательства к коллеге (переодевшись пожарником, Бронштейн проник в дом сослуживицы, чтобы изнасиловать ее). В ходе следствия был найден личный дневник обвиняемого, в котором содержались записи о планировавшемся убийстве Анны Винтур.

В дневнике Бронштейн называл Винтур «эгоистичной уродкой», никогда не отвечавшей на его звонки. Там же было написано следующее: «Хотите знать, почему я хочу убить Анну Винтур? Да просто потому, что мне так хочется!». Видимо чувства, которые испытывала ассистентка Андреа (героиня «Дьявол носит Prada») к своей начальнице отражают реальное отношение к Винтур многих работников Vogue, а также людей, которые сталкивались с Анной по профессиональной линии.

Анна Винтур

Очень многие видели фильм “Дьявол носит Прада”, но, может быть, не все зрители знают, что прототипом главной героини стала Анна Винтур, главный редактор журнала мод Vogue.
Правит миром моды именно она. Именно Анна Винтур первой рассказывает состоятельным ньюйоркцам, а затем и состоятельным гражданам всего мира, как надо жить и во что одеваться.

Анна родилась в 1949 году в Лондоне в семье общественной активистки и редактора газеты The Evening Standard.
Отец, к которому девочка была очень привязана, все чаще замечает в дочери черты собственного характера, жесткого и волевого. Он подталкивает десятилетнюю Анну к выбору профессии, посоветовав написать в школьной анкете, что в будущем она хочет стать редактором журнала Vogue.
Маленькая Анна унаследовала характер не светской львицы – мамы, а стального зубра-папы, к вящему удовольствию последнего.

Анна Винтур всегда считала себя высшим существом, которому априори позволено больше, нежели другим. Например, не носить школьную форму – учителя высшей школы северного Лондона так и не прониклись нужным осознанием, чем только усугубили конфликт с подопечной Винтур. В конце концов, Анна сняла ненавистную униформу и покинула школу, записавшись на курсы мод.
Кстати, в четырнадцать Винтур кардинально остригла волосы в строгое каре с густой челкой, и больше прическу не меняла. Именно с этого возраста началось планомерное выстраивание образа “иконы стиля”.

В 21 год Анна Винтур устроилась ассистентом в отдел моды британского журнала Harpers & Queen, а через пять лет променяла это издание на его американскую версию – Harper”s Bazaar, в позиции редактора моды. Затем последовал пост главного редактора журнала New York. А в 1983 году Анна вернулась в Лондон, чтобы занять сразу две должности: креативного директора британского Vogue и главреда журнала House & Garden. Последний она с ходу переименовала в H&G и резко перекроила концепцию. Волна читательского возмущения заставила компанию выделить отдельную телефонную линию для ругательных звонков и… дополнительную сумму для печати возросшего тиража!
Все это было прекрасно, но Анна хотела Vogue-первоисточник – американский Vogue.
Vogue – это респектабельное издание с вековой историей (первый номер увидел свет в 1892 году). Он был провозглашен “Библией моды”и, конечно, был наиболее подходящим местом для осуществления амбиций Анны Винтур.

В 1988 году цель была достигнута – Анна Винтур заняла кабинет главного редактора этого издания. Там она здравствует и правит по сию пору.

С приходом Анны Vogue преобразился. Солидный, но консервативный, он перестал провозглашать культ смазливых блондинок – их лица на обложках сместили фигуры иных, разнообразных по типажу, женщин. Дебютный выпуск Vogue украсила модель-израильтянка в дешевых джинсах и топе, инкрустированном драгоценными камнями.

Первый номер журнала Vogue под редакцией Анны Винтур

Винтур провозгласила модой смешение дизайнерского шика и вещичек из масс-маркетов. Также именно Анна Винтур ввела в обычай помещать на обложки глянцевых изданий звезд шоу-бизнеса.

Рисковая и даже дерзкая в модном бизнесе, в остальном Анна Винтур придерживается железного расписания.
День у правительницы Vogue начинается в 5:45 с чашки кофе и партии в теннис. В семь дом Винтур наполняется визажистами, косметологами, стилистами – вся эта братия колдует над Анной два часа. И – за работу. В офисе Vogue все бросаются врассыпную, заслышав четкий ритм винтуровских шпилек. Не дай бог с ней поздороваться или помочь подняться, если она вдруг споткнется и растянется в коридоре – а такое бывало. И сотрудник, мучительно сохранявший равнодушие, пока проходил мимо лежащей Винтур, получил… пару похвальных замечаний: мол, абсолютно верно поступил!
Вечером – посещение мероприятий. Известная как устроитель шикарных вечеринок, сама Винтур не задерживается ни на одном из приемов дольше 20 минут. Ни капли алкоголя. Ходит без сумок, при себе -только телефон, ежедневник и чековая книжка. Темные очки Chanel на пол-лица, безупречно отглаженный вид, сдержанная мимика – “женщина-робот”, “кухонные ножницы”. Отбой ровно в 10:00.

Броня Винтур крепка настолько, что есть все основания предполагать, что эта женщина, железная снаружи, – титановая внутри!

Анна любит носить меха. “Зелёные”, обвиняющие Винтур в порочной страсти к мехам, пытались воззвать к её человечности. Как-то, покидая показ Chanel, Анна получила от защитников животных заряд торта в лицо. “Носите больше меха!” – раздался ее возглас из-под слоя сливок.

Анна Винтур с дочерью

С дочерью

Ей не посмели возразить организаторы Недели Моды в Париже, когда Винтур заявила, что мероприятие должно быть сокращено на два дня – дела у нее, понимаете, она их не намерена откладывать. И ведь сократили! Хотя расписание показов составляется за полгода до Недели. Дефиле начинались в 8 утра и заканчивались заполночь – притом, что, пока властительница моды не займет своего место, показ вообще не открывался! А Винтур могла слегка и припоздать…

Ее жесткий каркас пытались задрапировать в романтичный ореол все мировые СМИ, когда открылась интрижка замужней Винтур с техасским магнатом Шелби Брайаном. Женатым, между прочим. Но Анна, ничего не комментируя и не поддаваясь ничьим ожиданиям, ушла от мужа и соединилась с Брайаном. Сработала просто и четко, не меняя выражения лица.

Анна Винтур и Карл Лагерфельд

В сентябре 2004 года Анна Винтур представила 832-страничный номер Vogue, который стал крупнейшим номером в истории. Помимо этого она настояла на запуске трех новых изданий: Teen Vogue, Vogue Living и Men’s Vogue. Первый выпуск Teen Vogue буквально сразу стал самым популярным журналом среди молодых девушек, опередив конкурентов – ELLE Girl и Cosmo Girl.

В 2006 году Анна Винтур становится прототипом главной героини книги Л. Вайсбергер и фильма «Дьявол носит Prada» (на экране ее сыграла актриса Мерил Стрип (Meryl Streep).
Она предстает массовому читателю в книге «Дьявол носит Prada» (2003). Автор книги – Лорен Вайсбергер, одна из бывших ассистенток Анны Винтур, взяла за основу образ своей начальницы. В 2008 году на экраны выходит фильм с Мэрил Стрип, передавшей образ холодного и бессердечного манипулятора, способного вызвать творческий порыв или разрушить целый бренд или дизайнера. Анна Винтур никогда не комментировала книгу, но ей хватило чувства юмора, чтобы не мешать выходу фильма на экраны. Совсем наоборот… Она приглашает всех своих ассистентов на частный просмотр и кладет на каждое сиденье… сумочку Prada!

Мерил Стрип в роли Миранды Пристли в фильме “Дьявол носит Prada”

Фильм “Дьявол носит Prada” добавил Винтур популярности. Главная героиня Миранда Пристли – безжалостный редактор модного журнала – под копирку списана с нее: “Легендарнейшая из стерв мира haute couture, то ли продавшая за успех душу дьяволу, то ли (по слухам) изгнанная из ада за невозможный характер!”

На месте Анны Винтур кто угодно бы обиделся. А она пришла на премьерный показ с головы до ног укутанная в Prada.

В 2009 году вышел документальный фильм Р.Ж. Катлера (R.J.Cutler) “Сентябрьский номер”. Кино рассказывает историю о главном редакторе самого популярного в мире журнала американского Vogue Анне Винтур и о том, как она вместе с командой создает сентябрьский номер журнала.

В 2008 году Королева Англии Елизавета II лично вручила Императрице моды Анне Винтур почетный Орден Британской Империи. И пожелала всяческих дальнейших достижений.

На данный момент Анна Винтур возглавляет кампанию против нездоровой худобы моделей в США. Держитесь, девушки, скоро в моде будут новые стандарты. Какие – решит Анна Винтур.

По материалам Интернета

Филипп Власов – новый главный редактор VOGUE UA

Филипп Власов – новый главный редактор VOGUE UA

Филипп Власов возглавит редакцию VOGUE UA.

В период старта бренда в Украине Филипп создал и возглавлял в течение двух лет отдел моды журнала Vogue UA, а в последнее время работал креативным директором украинского фэшн-ритейлера Asthik Group. 

Карина Добротворская, президент и редакционный директор Brand Development Condé Nast International:

«Украинский Vogue – один из самых инновационных, интересных и креативных проектов в международной семье Vogue. Здесь собрана команда профессионалов, которые отличаются собственным видением и страстным отношением к делу. Филипп Власов с самого начала был частью этой команды, помогал украинскому Vogue обрести свой неповторимый голос. У него огромный опыт работы с разными медиа-брендами – от GQ до Tatler, от Elle до Vogue. Он совмещает в себе блестящие менеджерские и творческие способности, что большая редкость. Филипп сможет не только поддержать высокую репутацию украинского Vogue, но и вывести его на новый уровень».

Елена Чернова, издатель VOGUE UA:

«Я рада, что Филипп возвращается в Vogue UA в новом статусе главного редактора. Его профессионализм и опыт очень помогли нам на старте проекта, и я уверена, что он вместе с нашей командой сможет реализовать много новых ярких проектов и творческих идей. Филипп приступит к работе в январе 2019 года после выполнения всех необходимых юридических формальностей».

Филипп Власов, главный редактор VOGUE UA:

«Большая честь – вернуться в проект в новом качестве и продолжить работать с командой, действительно сверхспособных людей, с таким изяществом ломающих модные стереотипы и добивающихся, казалось бы, невозможного. Украинский Vogue с первого номера не перестает удивлять как своих читателей, так и самых искушенных профессионалов глобальной модной индустрии. В условиях быстро меняющегося мира этим мы и продолжим заниматься – придавая новый смысл печатной версии журнала, экспериментируя с цифровыми технологиями, а главное – всегда вдохновляя свою аудиторию».

Бренд Vogue в Украине был запущен в июне 2012 года и стал 21-м изданием Vogue. Журнал также выходит в США, Великобритании, Франции, Италии, Германии, Испании, России, Японии, Китае, Тайване, Мексике и Латинской Америке, Корее, Бразилии, Австралии, Португалии, Индии, Турции, Нидерландах, Таиланде, ОАЭ, Польше, Чехии и Словакии.

Condé NastInternational (CNI) – глобальная медиакомпания, выпускающая журналы, сайты и диджитал-контент высочайшего класса. Ее аудитория составляет более 270 млн потребителей в Европе, Среднем Востоке, Азии и Латинской Америке.

Штаб-квартира CNI расположена в Лондоне. Компания работает на территориях Китая, Японии, Тайваня, Индии, России, Италии, Украины, Испании, Германии, Великобритании и Мексики.

В дополнение к 30 печатным брендам CNI запустила лицензирование и сеть ресторанов с локальными партнерами на 17 рынках, международные Luxury конференции Condé Nast и несколько образовательных компаний.

Стремясь к самообновлению, компания постоянно оценивает работу в разных странах и брендах,как развиваются ее продукты, для того, чтобы  расширить свое мировое лидерство в сфере моды, luxury и стиля жизни.

ООО «Медиа Группа Украина» – медиа-холдинг, который объединяет национальный телеканал «Украина», телеканалы «НЛО TV» и «Индиго TV», тематические каналы «Футбол 1»/«Футбол 2», «Региональную Медиа Группу» (каналы «Донбасс», «34 канал», «Сигма»), сейлз-хаус «Медиапартнерство», компанию «Диджитал Скринз», продакшн-компанию «Теле Про» и холдинг «Сегодня Мультимедиа». Медиахолдинг ООО «Медиа Группа Украина» входит в SCM.

Мария Федорова ушла из Vogue: подробности

Мария Федорова ушла из компании Condé Nast после почти 20 лет работы. Свое решение она объяснила усталостью. Место главного редактора российского Vogue теперь займет Ксения Соловьева. Ранее она возглавляла издание Tatler.

Российский Vogue сообщил о смене главного редактора журнала. С 2018 года его возглавляла Мария Федорова. Однако она решила уйти со своего поста, потому что устала. По крайней мере так она объяснила решение в своем Instagram.

«Я устала. И ушла. Это было интересное время. 20 лет в одной компании. Три журнала. Довольно. Game over. Начинается жизнь», — заявила Федорова в посте.

Если Vogue Мария возглавила лишь в 2018 году, то в саму компанию Condé Nast она пришла намного раньше. Путь ее начался с GQ, где она сначала была фешен-редактором, а затем главой отдела моды. После этого Федорова ушла в Glamour, где заняла позицию директора отдела моды, а спустя семь лет стала главным редактором журнала. После чего наконец возглавила российский Vogue.

До Condé Nast Мария Федорова еще шесть лет работала в Playboy, где сначала помогала в фотосессиях, а потом стала редактором появившегося там отдела моды.

Президент и генеральный директор «Condé Nast Россия» Анита Гиговская поблагодарила Федорову за столько лет плодотворной работы.

«Хочу от всей души поблагодарить Машу за почти двадцать лет работы в Condé Nast. Маша очень много сделала для нас, ее вклад в развитие GQ, затем Glamour и Vogue, в воспитание многих редакционных талантов невозможно переоценить. Желаю Маше успехов в ее новых проектах», — сказала она.

Теперь новым главным редактором российского Vogue станет Ксения Соловьева. Она вступит в должность с 4 февраля. Ее с Condé Nast связывает почти 15 лет работы. Соловьева начала свой карьерный путь в компании в 2007 году с должности директора отдела красоты журнала Tatler. После чего она стала заместителем главного редактора, пока в 2010 году не возглавила журнал. До назначения в Vogue Соловьева продолжала работать главредом Tatler.

Tatler под ее главенством стал одним из самых популярных глянцевых журналов в России, заработав более трех миллионов читателей.

«Ксения Соловьева — олицетворение идеально-типического редактора Condé Nast, профессионала с безупречной репутацией, у нее одинаково хорошо развиты талант и дисциплина», — заявила Гиговская.

По словам президента «Condé Nast Россия», Соловьева была одним из первых редакторов глянцевых журналов, погрузившимся в цифровые медиа. Она стала развивать Instagram-аккаунт Tatler, успешно перезапустила сайт издания, сделав его влиятельным онлайн-журналом, и запустила канал «Татлер-батлер» в Telegram. Среди заслуг нового главреда Vogue еще и Бал дебютанток Tatler, традиционное сентябрьское приложение «Tatler Школы» и многое другое.

«Благодаря ее видению и журналистскому чутью Tatler — одно из самых цитируемых глянцевых изданий в России. Уверена, Ксения привнесет в русское издание Vogue много новых смыслов, и я искренне рада такому важному новому этапу в ее карьере», — подчеркнула Анита Гиговская.

7 редакторов Vogue, которых надо знать в лицо

Куллавит Лаосуксри (Vogue, Таиланд)

За всю его 120-летнюю историю главные посты в Vogue занимали женщины. Исключение издательский дом Condé Nast International сделал лишь для Мишеля де Брюнхоффа (руководил французской редакцией на протяжении 30 лет) и Куллавита Лаосуксри, которому в прошлом году поручили запуск журнала в Таиланде. 46-летний Лаосуксри понимал весь груз ответственности, поэтому постарался сделать выход первого номера тайского Vogue запоминающимся. Для съемки обложки он заказал у дизайнера Филиппа Трейси золотую корону чада (традиционный головной убор в этой стране). Первый же номер журнала смели с витрин газетных киосков за считаные дни.

Анна Винтур (Vogue, США)

Анна – самый авторитетный среди всех редакторов Vogue. Дизайнеры не выпускают коллекции без ее одобрения, известные бренды обращаются к ней за советом в поисках нового дизайнера (именно она посоветовала Гальяно на пост креативного директора Dior), а модные универмаги прислушиваются к ее мнению, составляя план закупок. За свою работу в журнале она приняла немало революционных решений. Винтур первой разместила на обложке фотографию темнокожей модели. А на ее дебютной обложке модель позировала в джинсах (невиданная до этого смелость!). «На самом деле мы планировали снимать модель в кутюрном костюме Christian Lacroix. Но девушка до этого побывала в отпуске и немного поправилась, поэтому юбка выглядела на ней ужасно. Так и родилась идея смешать высокую моду с тем, что носят обычные девушки каждый день», – вспоминает Винтур.

Виктория Давыдова (Vogue, Россия)

«Когда я стала главным редактором Vogue, сразу решила, что мы будем делать больше русских съемок», – написала Виктория Давыдова в своем первом письме редактора. И слово свое она сдержала. Одежду российских модельеров стилисты ее журнала используют наравне с нарядами таких всемирно известных Домов, как Chanel и Valentino. А известные фотографы по приглашению русского Vogue снимают моделей в русских интерьерах (например, в первом номере Vogue под руководством Виктории вышла фотосессия, снятая в Михайловском театре).

Франка Соццани (Vogue, Италия)

Франка – главный борец с засильем моделей с болезненной худобой в журналах и на подиумах. «Прошло время супермоделей, которые выглядели взрослыми, здоровыми и красивыми. Сейчас их место заняли неразвитые подростки без намека на грудь и бедра. Почему это теперь считается красивым?» – возмущается главный редактор итальянского Vogue. Активную пропаганду манекенщиц с формами Соццани начала со страниц собственного издания. На обложку июньского номера 2011 года она поместила трех девушек с немодельными параметрами: Тару Линн, Кэндис Хаффин и Робин Лоули.

Эмануэль Альт (Vogue, Франция)

На Эмануэль Альт в должности главного редактора французского Vogue возлагались большие надежды. С каждым номером, выходившим под руководством Карин Ройтфельд, издание больше походило не на журнал о моде, а на каталог арт-инсталляций (бывший главред больше увлекалась тайным смыслом фотосессий, нежели актуальными трендами). «Альт более коммерческая, чем Карин. И это хороший знак для журнала, – заметил как-то бывший креативный директор Vogue Paris Фабиэн Барон. – Она более «земная» и менее оторвана от жизни обычных людей, чем Карин». Надежды, судя по всему, оправдались. Взять хотя бы тот факт, что Эмануэль наконец удалось уладить разногласия, возникшие между французским Vogue и Домом Balenciaga. На протяжении нескольких сезонов редакторы и стилисты журнала были персонами нон грата на показах этого Дома, а журнал не снимал моделей в одежде марки. Но в февральском номере Альт посвятила несколько полос новому креативному директору Дома Александру Вэнгу.

Александра Шульман (Vogue, Великобритания)

В 2009 году Александра Шульман, возглавляющая британский Vogue, объявила войну модным домам, пропагандирующим анорексию (среди них были Prada, Versace, Yves Saint Laurent), пообещав использовать как можно меньше одежды этих марок в фотосессиях. В своем письме к дизайнерам она выразила недовольство тем, что ее команде приходится приглашать на фотосессии слишком худых моделей. «Девочки испытывают огромное давление со стороны индустрии. Дизайнеры, пытаясь сэкономить и выставить свои работы в лучшем свете, шьют одежду для показов маленьких размеров. Моделям просто некуда деваться: либо ты худеешь и влезаешь в это платье, либо прощайся с карьерой», – возмутилась тогда Шульман.

Мария Цуканова (Vogue, Украина)

В этом году собственный Vogue выйдет на Украине. «Для такого масштабного и ответственного проекта мы должны были собрать беспрецедентно талантливую и квалифицированную редакцию. Поэтому мы пригласили лучших украинских профессионалов и усилили команду зарубежными специалистами», – объявил Борис Ложкин, президент компании UMH group, подписавшей соглашение с издательским домом Condé Nast International. Возглавлять украинский Vogue поручили Марии Цукановой, ранее проработавшей шесть лет в «Коммерсантъ-Weekend» на должности редактора. «Наша задача – поднять fashion-индустрию Украины на новый уровень и показать лучшее из того, что уже есть в нашей стране, всему миру», – пообещала Мария. Кстати, помогать ей в этом будет бывший директор отдела моды русского Vogue Екатерина Мухина (ей предложили должность международного fashion-директора). На Украине подобная новость произвела эффект разорвавшейся бомбы.

Маргарет Чжан — новый главный редактор Vogue China

Маргарет Чжан, родившаяся в Австралии китайская фэшн-звезда, стала новым главным редактором Vogue China. В свои 27 лет она самая молодая EIC в Vogue .

Анна Винтур, главный редактор Vogue , глобальный редакционный директор и глобальный директор по контенту Condé Nast, говорит: «Я так рада, что Маргарет стала нашим новым главным редактором Vogue China. Ее международный опыт, исключительный многоплатформенный цифровой опыт и широкий круг интересов — идеальное сочетание, чтобы привести Vogue China в будущее.

Ли Ли, управляющий директор Condé Nast China, добавляет: «Маргарет понимает новые тенденции нового поколения китайцев и обладает деловой хваткой, необходимой для использования наших данных и идей на новых цифровых платформах. Мы приветствуем ее творческий подход и новаторство в определении подходов к новым медиа и надеемся, что она принесет глобальную моду в Китай, а также распространит китайскую культуру по всему миру».

Чжан безошибочно присутствует в первом ряду модных показов и является фаворитом фотографов уличного стиля, с ярко окрашенными волосами (в настоящее время они имеют яркий оттенок синего), минималистичным, но эклектичным чувством стиля и массивной 1.1 миллион аудитории в Instagram. В ее биографии она указана как кинорежиссер — она написала сценарий под названием Number 65 о китайской динамике матери и дочери, над созданием которого она работает, — но она также работала креативным директором, фотографом, стилистом, писателем и иногда моделью.

В 2016 году она подготовила две цифровые обложки для запуска выпуска Vogue Me China, появившись на обеих из них. Кроме того, Чжан является соучредителем Background, глобальной консалтинговой компании, которая работала с компаниями от Airbnb до YouTube и модными лейблами Moncler и Mulberry, где она специализируется на сближении западной и китайской культур.

Она заменяет Анжелику Чунг, главного редактора-основателя Vogue China, 16-летнее пребывание которой в журнале совпало с ростом моды на роскошь в стране. Назначение Чжана знаменует смену поколений и имеет стратегическое значение. Запустив свой блог в 16 лет в 2009 году, она стала цифровым аборигеном, мало чем отличаясь от молодых людей, которых ей предстоит превратить в подписчиков Vogue .

« Vogue имеет такое наследие, более 125 лет — по крайней мере, в Штатах — значительной культурной значимости», — говорит Чжан.«Эта новая роль — невероятная возможность объединить мой опыт, мои навыки и мои интересы».

Грейс Мирабелла, бывший главный редактор Vogue, скончалась в возрасте 92 лет

Грейс Мирабелла, главный редактор журнала American Vogue на протяжении 1970-х и большей части 1980-х, скончалась сегодня утром в возрасте 92 лет лет. Мирабелла, которая работала помощницей Дианы Вриланд в Vogue в 1960-х годах, сменила Вриланд на посту главного редактора в 1971 году и оставалась на этой должности до 1988 года.

Мирабелла выросла в пригороде Мейплвуда, штат Нью-Джерси, в семье итальянского происхождения, и, как она позже сказала, ничто в ее происхождении не подготовило ее к карьере в Vogue . Она окончила Скидмор-колледж по специальности экономика и получила место на курсах подготовки руководителей Macy’s. Вскоре она перешла в отдел рекламы Saks Fifth Avenue.

В 1951 году Мирабелла впервые присоединилась к Vogue в качестве помощника в отделе мерчандайзинга, а три года спустя перешла в его редакцию.После непродолжительной работы главой отдела рекламы римского кутюрье Симонетты она вернулась в США и в Vogue , где быстро поднялась по служебной лестнице в 1960-х годах, в конечном итоге заняв должность помощника главного редактора при Дайане Вриланд. . «Работать на нее было очень трудно, — признавалась позже Мирабелла. «Но вы можете поладить с кем-то, кто труден, если вы восхищаетесь им. И я восхищался Дианой Вриланд — всем ее стилем и ноу-хау, которыми она была».

Признавая гениальность Вриланд как модного редактора, пристрастия Мирабеллы к моде были более утилитарными.Для богемной светской львицы Вриланд 1960-е были психоделическими, но для Мирабеллы они представляли собой политические перемены. Она была частью нового поколения работающих женщин, которые хотели поставить свою карьеру на первое место, и с раннего возраста ее мать учила ее, что женщина должна быть финансово независимой, убеждение, которое повлияло на ее работу редактором в Vogue . .

В роли посланника Вриланд она сблизилась с Александром Либерманом, редакционным директором Condé Nast. Когда Вриланд уехал в 1971 году, он поставил Мирабеллу на ее место.Красно-леопардовый офис Вриланд был окрашен в бежевый цвет к приезду Мирабеллы, что означало переход от авангарда к тому, что редактор модного журнала Vogue Джейд Хобсон позже назвала «подходом, очень ориентированным на читателя». Мирабелла считала, что на работу приходит целая армия женщин, которым нужна одежда, помогающая им продвигаться по карьерной лестнице. По ее словам, для этих женщин мода не всегда была на первом месте. «Грейс — настоящая деловая женщина, — сказала однажды ее подруга Дон Мелло, президент Bergdorf Goodman.«Она не эфирная. Она всегда думает о читателе».

Condé Nast назначает Анну Винтур ответственной за журналы по всему миру

На этой неделе Анна Винтур уже была одним из самых влиятельных людей в мире журналов. Она была главным редактором американского издания Vogue с 1988 года, художественным руководителем Condé Nast, материнской компании Vogue, с 2013 года и глобальным консультантом компании по контенту с 2019 года. Об этом сообщил Condé Nast.У Винтур будет два новых титула — директор по глобальному контенту и глобальный редакционный директор Vogue — которые дадут ей последнее слово в публикациях более чем на 30 рынках по всему миру.

В дополнение к повышению своего главного редактора, Condé Nast объявил, что Эми Эстли, доверенное лицо г-жи Винтур, станет глобальным редакционным директором AD, ранее известного как Architectural Digest; Уилл Уэлч станет глобальным редакционным директором GQ; и Дивия Тани получит ту же роль в Condé Nast Traveller.

Эдвард Эннинфул, самый влиятельный темнокожий редактор Condé Nast, был назначен главой выпусков Vogue в Великобритании, Франции, Италии, Германии и Испании. Симоне Маркетти станет европейским редакционным директором Vanity Fair, возглавив его выпуски во Франции, Италии и Испании. Американская и британская версии Vanity Fair останутся под контролем Радхики Джонс.

Из шести вновь созданных руководящих должностей в редакционном отделе две получили цветные люди.Condé Nast сообщил, что в начале следующего года в честь других его изданий будут названы мировые редакционные директора.

До сих пор международные издания многих изданий Condé Nast управлялись в основном главными редакторами в странах, где они базируются. Благодаря встряске руководство в Нью-Йорке получит больше контроля в рамках того, что компания описала в пресс-релизе как «глобальное объединение редакционных групп брендов».

Дальнейшее продвижение по службе 71-летней г-жи Винтур произошло после того, как она подверглась критике со стороны своих собственных сотрудников за то, что она способствовала созданию рабочего места, которое оттеснило цветных женщин на второй план.Этот шаг также стал ответом на многолетние слухи в колонках светской хроники и на вечеринках модной индустрии о том, что она покинет Vogue.

Роджер Линч, исполнительный директор Condé Nast, заявил во вторник о своей поддержке. «Назначение Анны представляет собой поворотный момент для Condé Nast, поскольку ее способность оставаться впереди в общении с новой аудиторией, а также развивать и наставлять некоторые из самых ярких сегодняшних талантов в отрасли, сделала ее одним из самых выдающихся руководителей СМИ», — сказал он.

The New Yorker — одно из изданий Condé Nast, не входящее в компетенцию г-жи Винтур. Дэвид Ремник, редактор журнала с 1998 года, продолжит подчиняться непосредственно г-ну Линчу, как и г-жа Винтур. The New Yorker начал затмевать Vogue в Соединенных Штатах, превзойдя модный глянец, став к концу года крупнейшим источником прибыли Condé Nast в США.

Незадолго до корпоративной реструктуризации и продвижения г-жи Винтур из компании ушли три влиятельных редактора ведущих международных изданий Vogue.

Анжелика Чунг, возглавлявшая Vogue China почти два десятилетия, ушла в отставку в прошлый вторник. Vogue China — одно из самых успешных изданий Condé Nast, один из немногих американских медиабрендов, получивший большое количество поклонников в Китае.

Вскоре после ухода г-жи Чунг, Кристиан Арп, глава Vogue Germany, объявила о своем уходе. Также в этом месяце глава испанского Vogue Эухения де ла Торриенте заявила, что покидает компанию.

Изменения происходят по мере того, как компания борется со снижением продаж рекламы и волнениями сотрудников по поводу проблем разнообразия и инклюзивности.Компании также пришлось столкнуться с сокращением числа читателей печатных изданий, что привело к увольнениям и сокращению заработной платы.

Teen Vogue выбирает Вершу Шарму в качестве нового главного редактора

Актриса освещает преступления против американцев азиатского происхождения

Актриса Оливия Манн высказывается об увеличении числа преступлений против американцев азиатского происхождения по всей стране во время пандемии. (19 февраля)

AP

После получившей широкую огласку отставки Алекси Маккаммонд в марте у Teen Vogue появился новый главный редактор.

Верша Шарма, которая работала управляющим редактором NowThis, станет новым главным редактором издания, сообщила Condé Nast в пресс-релизе в понедельник.

«Верша — прирожденный лидер с глобальным видением и глубоким пониманием местных тенденций и проблем — от политики и активности до культуры и моды — и их важности для нашей аудитории», — сказала Анна Винтур, глобальный редакционный директор Vogue и руководитель Condé Nast. контент-менеджер, в релизе. «Она мастерски рассказывает истории и может с легкостью переходить с одной платформы на другую, и я в восторге от ее оптимистичного и обширного видения Teen Vogue.

В пресс-релизе Шарма выразила надежду, что “Teen Vogue сможет и дальше быть силой добра, уделяя особое внимание эмпатии, ответственности, оптимизму и влиянию”.

«Для меня большая честь присоединиться к этой команде и возглавить титул в будущем», — сказала она.

Оригинальная история: Алекси Маккаммонд, Teen Vogue «расстались» после негативной реакции на прошлый расистский твит редактора.

«Мои прошлые твиты затмили работу, которую я проделала, чтобы привлечь внимание к людям и проблемам, которые меня волнуют — проблемам, над которыми Teen Vogue неустанно работал, чтобы поделиться с миром, — и поэтому Condé Nast и я решили расстаться, 18 марта Маккаммонд написала в Твиттере. грядущие годы и как человек, и как профессионал.

Более 20 сотрудников Teen Vogue осудили «прошлые расистские и гомофобные твиты» Маккаммонд в публичном заявлении в социальных сетях, утверждая, что ее прием на работу не соответствует «инклюзивной среде» издания на фоне растущего антиазиатского фанатизма и насилия.

Актриса Оливия Манн также высказалась, отметив, что МакКомманд изначально не признала ее прошлые действия «расистскими». Манн сказал NBC News в интервью в то время.«Было бы неплохо, если бы она прямо сказала, что это такое. Назовите это, как есть. … Это было глупое расистское замечание».

«Я горжусь тем, что я азиатка»: Сандра О неожиданно появляется на акции протеста «Остановить ненависть к азиатам» Распорядок дня Винтур

В 2017 году Forbes назвал главного редактора Vogue и художественного руководителя издательской компании Condé Nast Анну Винтур самой влиятельной женщиной в сфере СМИ и развлечений, обогнав даже Бейонсе, занявшую четвертое место.

69-летняя Винтур руководит модным журналом более 30 лет после того, как получила эту должность в 1988 году в возрасте 39 лет. интервью СМИ.

Она также печально известна тем, что, как сообщается, вдохновила главного героя книги 2003 года «Дьявол носит Prada», написанной бывшим ассистентом Vogue. В книге, а позже и в фильме, изображен модный редактор (которого в фильме играет Мерил Стрип), ледяной и необоснованно требовательный босс.

«Я знаю, что многим людям интересно узнать, кто я и как я подхожу к своей работе», — рассказывает Винтур Masterclass.com в серии из 12 частей, обучающих ее методам управления.

В видео Винтур говорит, что она приписывает свой карьерный успех сильному видению, окружает себя хорошей и разнообразной командой и поддерживает распорядок дня, который помогает ей не сбиться с пути.

«У меня довольно последовательная структура дня, которой я следую и которая, как мне кажется, очень хорошо работает для меня», — говорит Винтур.

Вот распорядок дня Винтур, согласно Masterclass.com.

с 4:00 до 5:30

Винтур говорит, что обычно она просыпается между 4:00 и 5:30 утра в рабочие дни, и первое, что она делает, это читает как британские (она родом из Лондона), так и американские газеты в Интернете. чтобы убедиться, что она точно знает, что происходит в мире.

Потом она часто ходит играть в теннис и завтракать, который состоит в основном из “Старбакс”, говорит она.

с 8:00 до 9:30

После посещения Starbucks она направляется в офисы Vogue в центре Манхэттена, обычно прибывая между 8:00 и 8:30 утра.

Около 9:30 утра она начинает свои встречи с модным журналом Vogue или представляет редакторов или цифровую команду Conde Nast.

«Я также могла бы просматривать фотографии, которые пришли с недавних съемок, или просматривать одежду, которую нужно сфотографировать для предстоящей обложки», — говорит Винтур.

Винтур (которая, как известно, носит солнцезащитные очки в офисе) описывает свой стиль управления как невмешательство; она говорит, что не верит в микроуправление и любит проводить неформальные встречи с участием одного или двух человек.

«Я твердо убеждена, что важно расширять возможности тех, кто работает с вами», — говорит она. «Они будут работать намного эффективнее, если смогут самостоятельно принимать лидерские решения».

Но в то же время она «большой сторонник» проведения одной большой встречи в неделю со всем персоналом, «чтобы каждый чувствовал себя вовлеченным и частью разговора».

14:30

Примерно в 14:30 Винтур иногда назначает выездные встречи, чтобы либо встретиться с дизайнерами за обедом, либо отправиться в музей Метрополитен (где она устраивает Met Gala каждый год в мае), чтобы спланировать мероприятия или посетить презентацию на улице. .После того, как ее встречи закончились, она возвращается в офис.

17:00

В 17:00 Винтур выходит из офиса, чтобы отправиться домой с сумкой, которую она называет своей «волшебной коробкой трюков».

Сумка полна домашней работы Винтур на ночь, которая может включать в себя резюме, идеи, копии и другие публикации для просмотра.

Он также содержит то, что называется «макетом», или образцами страниц из любого номера журнала, над которым ведется работа в данный момент.

«Для меня очень важно делать все ночью, чтобы я могла продолжать работу и никто не ждал моего отзыва», — говорит Винтур.

Тем не менее, она говорит, что самое главное, чему она научилась за три десятилетия работы главным редактором крупного модного журнала, это научиться «любить сюрпризы».

«Сколько бы вы ни говорили с редактором о том, чем может быть съемка или статья, когда она приходит, это может быть что-то совершенно другое. И иногда это совершенно нормально», — говорит она.

Понравилась эта история? Нравится CNBC Сделать это на Facebook .

Не пропустите: Крис Дженнер делится своим утренним распорядком и тем, что она рассказала бы себе в молодости

предупреждения врачей)

Анна Винтур: редкое интервью с главным редактором Vogue

Главный международный ведущий CNN Кристиан Аманпур взяла интервью у Анны Винтур в Нью-Йорке в пятницу, 5 апреля 2019 года.

Вездесущий статус Анны Винтур, созданный на протяжении трех десятилетий у руля Vogue, не имеет себе равных в индустрии моды. Ее репутация превзошла репутацию журнала, который она редактирует, ее образ — безукоризненно уложенная стрижка, солнцезащитные очки — теперь мгновенно узнаваем в силуэте или линейном наброске.

Анна Винтур на показе Оскара Де Ла Ренты 2018 года в Нью-Йорке. Предоставлено: Майк Коппола/Getty Images North America/Getty Images для NYFW: The Shows

Если покойный Карл Лагерфельд был главнокомандующим моды, то Винтур является ее главой государства, таинственным образом руководящей вопросами стиля и культуры намного выше голова среднего читателя Vogue.Она выступает в качестве законодателя вкусов и стратегического советника для генеральных директоров компаний, производящих предметы роскоши, использует свою платформу для благотворительных целей (в частности, для исследования СПИДа) и превратила Met Gala — ежегодное благотворительное мероприятие для Института костюма при Метрополитен-музее. ночь волнения красной ковровой дорожки уровня Оскара и серьезного сбора средств.

В 2015 году газета New York Times сообщила, что гала-концерт собрал более 145 миллионов долларов во время правления Винтур, и эта цифра, вероятно, превысит 200 миллионов долларов после мероприятия в следующем месяце.

Анна Винтур на гала-концерте Института костюма «Небесные тела: мода и католическое воображение» в Метрополитен-музее, 7 мая 2018 года, Нью-Йорк. Предоставлено: Джейсон Кемпин/Getty Images North America/Getty Images

В этом году Винтур исполнится 70 лет, и, если верить утверждению Vogue о том, что она останется, возможно, ее ждут самые трудные годы в ее карьере.

Как и многие традиционные медиакомпании, Vogue и его материнская компания Condé Nast переживают момент расплаты.Издательство недавно закрыло ряд изданий в своем портфолио, в том числе печатные издания Glamour, Teen Vogue и журнала Self. Тем не менее, офисы Condé Nast в Лондоне, которые часто позиционируются как «цифровой центр» для многих своих изданий, включая Vogue, за последние 18 месяцев резко выросли в размерах и масштабах. Также были запущены новые издания только в цифровом формате, в том числе Vogue Business.

Тем не менее, точно так же, как управление кораблем полностью отличается от управления скоростным катером, медиа-гигант Vogue не может адаптироваться так же быстро, как некоторые из его более молодых, меньших конкурентов, использующих цифровые технологии.

1/10

Ноябрь 1988: Микаэла Берку, фотограф Питер Линдберг

Первая обложка Винтур считается самой новаторской. В образе модели Микаэлы Берку он представил кутюрную куртку Christian Lacroix с расшитым бисером крестом в сочетании с потертыми джинсами Guess. Микс, созданный Карлин Серф де Дудзиле, никогда не появлялся на обложке Vogue, и типографии журнала задавались вопросом, не было ли это ошибкой. Фото:

VogueВ эксклюзивном интервью корреспонденту CNN Кристиан Аманпур в Нью-Йорке Винтур выразила оптимизм по поводу меняющегося медиаландшафта, в котором она сейчас оказалась.«Я думаю, что сегодня нам так повезло, что у нас так много разных каналов, по которым мы можем говорить с нашей аудиторией», — сказала она.

«Если вы вернетесь к тому времени, когда я была маленькой девочкой, выросшей в Великобритании, и (когда) я устроилась на свою первую работу, считалось великим, если мы достигали аудитории в 90 000 человек с ежемесячным журналом. Теперь мы у нас, по-моему, 22 миллиона подписчиков только в Instagram в Vogue US. Так что мы общаемся с мужчинами и женщинами по всему миру … таким множеством разных способов (и) таким способом, который мы даже не могли себе представить. 10 лет назад, 15 лет назад.

Анна Винтур в своем наряде для Met Gala 2019

Винтур выступала на следующий день после того, как Condé Nast назначил Роджера Линча, бывшего генерального директора музыкального потокового сервиса Pandora, своим первым глобальным исполнительным директором. Эта новость появилась менее чем через шесть месяцев после того, как издатель объявила о слиянии Condé Nast International (штаб-квартира в Лондоне) с Condé Nast (американское подразделение), в результате реструктуризации ушел в отставку генеральный директор компании Боб Зауэрберг. они снова закрутились прошлым летом.Виляющие языки снова заставили замолчать настойчивость Зауэрберга в том, что главный редактор Vogue останется «на неопределенный срок».

1/34

Анна Винтур на 72-й ежегодной церемонии вручения премии «Тони» в Нью-Йорке в июне 2018 года. Фото: Уолтер Макбрайд/WireImage/Getty Images

«Анна Винтур — невероятно талантливый и творческий лидер, чье влияние безмерно». Заявление Зауэрберга гласило. «Она является неотъемлемой частью будущего преобразования нашей компании и согласилась работать со мной на неопределенный срок в качестве главного редактора Vogue и художественного директора Condé Nast.”

Все обеспокоены климатическим кризисом

Индустрия моды во всех ее частях в настоящее время сталкивается с рядом серьезных проблем: ее вклад в климатический кризис, дебаты о мехах и проблемы разнообразия и интеграции.

Несмотря на серьезность коллективные действия по борьбе с изменением климата и внедрению устойчивой моды в этом секторе происходят медленно (исторически пропаганда была оставлена ​​горстке откровенных деятелей, таких как Стелла Маккартни), похоже, что наиболее влиятельные лица ощущают настоятельную необходимость игроки на рынках предметов роскоши и высокой уличной моды сегодня.«Буквально вчера в моем офисе был генеральный директор крупной европейской компании, чтобы обсудить (окружающую среду)», — отметила Винтур. «Все обеспокоены климатическим кризисом и тем, что нужно сделать, чтобы помочь. И, очевидно, мы прекрасно осознаем, как и другие отрасли, что мы виноваты, и что мы можем сделать за относительно короткий промежуток времени, который у нас есть. курс правильный.”

Интересно, что, несмотря на то, что ряд люксовых брендов объявили, что больше не будут использовать мех в своих коллекциях (Burberry, Chanel, Gucci), Винтур не отказывается от его использования полностью.В контексте устойчивого развития она заявила, что «искусственный мех, очевидно, больше загрязняет окружающую среду, чем настоящий мех», добавив, что дома должны работать над тем, чтобы убедиться, что они следуют передовым методам и «соблюдают этику в своем обращении».

Анна Винтур о мехе и климатическом кризисе

Вопросы, привлекающие сегодня наибольшее внимание, пожалуй, связаны с расовой и культурной нечувствительностью. В последние месяцы в секторе роскошной моды был допущен ряд очень неудобных и разоблачающих ошибок: Gucci, Prada, Dolce и Gabbana принесли извинения за сомнительные в расовом и культурном отношении решения.

Волна шуток началась в конце прошлого года, когда D&G создала серию видеороликов для продвижения «Великого шоу», «дани уважения Китаю» модного дома. 40-секундные ролики, которые были размещены в Instagram, Facebook и Twitter бренда, изображали модель Цзо Е, пытающуюся есть пиццу, пасту и канноли палочками для еды под звуки стереотипной китайской музыки.

В последующие месяцы Gucci и Prada были обвинены в выпуске предметов одежды и аксессуаров, которые напоминали «блэкфейс».”

Vogue усердно сообщал о правонарушениях брендов. Но его суждения также иногда оказывались недостаточными.

Американское издание журнала было вынуждено извиниться перед журналисткой и активисткой Нур Тагури после того, как оно ошибочно идентифицировало ее как другую мусульманку в подписи к фотографии. А в феврале директор по стилю Vogue Brazil Доната Мейреллес была вынуждена уйти в отставку после того, как на фотографиях с вечеринки по случаю ее дня рождения были показаны чернокожие женщины в традиционных одеждах, приветствующие гостей и позирующие рядом с троном — сцены, раскритикованные за призывы к рабству.

Подобные инциденты заставили отрасль задуматься о том отношении, которое она формирует и продвигает. Сегодняшние читатели и потребители требуют большего от компаний, с которыми они взаимодействуют, и ожидается, что бренды заявят о своих ценностях и будут готовы публично отчитаться за свои действия.

Вы должны отстаивать то, во что вы верите, и вы должны отстаивать свою точку зрения

С этой целью Vogue предпринял значительные усилия по диверсификации. В 2017 году Эдвард Эннинфул сменил Александру Шульман на посту главного редактора британского Vogue, став первым небелым (и первым мужчиной) редактором, сыгравшим эту роль в истории журнала.Затем, в августе прошлого года, Тайлер Митчелл стал первым чернокожим фотографом, снявшим обложку журнала Vogue, а его изображение Бейонсе украсило обложку американского издания. На последней обложке Vogue Arabia были изображены три модели в черных хиджабах.

«Эдвард — блестящий редактор», — сказала Винтур. «И я думаю, что он действительно, в своем бесстрашном стиле редактирования, привнес совершенно другую точку зрения в британский Vogue — без неуважения к редактору, который был там за много лет до Эдварда.

“Я думаю, что он очень увлечен расой. Он очень увлечен политикой… Он занимает определенную позицию и не пытается угодить всем, потому что в наше время это невозможно.”

Мишель Обама на фото Энни Лейбовиц Фото: Vogue

Бейонсе на фото Тайлера Митчелла для Vogue. Предоставлено: Тайлер Митчелл

Винтур несколько раз возвращалась к идее «занять позицию» на протяжении всего интервью. Ее участие в политике США, в первую очередь ее поддержка Хиллари Клинтон во время последних президентских выборов, хорошо задокументированы.Она трижды помещала Мишель Обаму на обложку Vogue, а недавно журнал опубликовал портреты сенатора Камалы Харрис и члена палаты представителей Александрии Окасио-Кортес.

На вопрос, что она пыталась сказать через набеги Vogue на политику, Винтур ответила: «Я не думаю, что сейчас подходящий момент, чтобы не отстаивать свою позицию … Я думаю, как и те из нас, кто работает в Condé Nast, считают , что вы должны отстаивать то, во что вы верите, и вы должны придерживаться точки зрения».

Она также упомянула тот факт, что многие политические деятели, о которых идет речь, являются демократами: «Я думаю, очень важно иметь свою точку зрения, и мы представляем женщин в журнале, в который мы верим… После поражения госсекретаря Клинтон в 2016 году (в частности), мы считаем, что женщины должны занимать руководящие должности, и мы намерены поддерживать их».

Бывший госсекретарь Хиллари Клинтон и Анна Винтур на церемонии открытия США Штамп почтовой службы «Оскар де ла Рента навсегда» на Центральном вокзале Нью-Йорка, 16 февраля 2017 г. Фото: Дрю Ангерер/Getty Images North America/Getty Images

Говоря о Мишель Обаме, Винтур похвалила бывшую первую леди за ее заслуги. бесстрашия и за перевоплощение роли.«Она так вдохновляла очень многих женщин. И, очевидно, из очень эгоистичных побуждений, выступая в качестве главного редактора Vogue, она творила чудеса для моды. Она любила моду.

«У нас всегда была В Vogue есть традиция фотографировать первых леди, когда они впервые приходят в офис, — каких-то необыкновенных, замечательных женщин, и фотографировать их было честью. Но они всегда очень осторожно относились к тому, что хотели надеть, и к образу, который хотели создать: почти всегда пиджак, может быть, немного жемчуга, если вы были миссис Уайт.Куст. Но с г-жой Обамой она была бесстрашной, и это была такая радость для всех нас, кто работает в сфере моды». Крайстчерч — еще одна женщина-политик, фигурировавшая в журнале: «Я думаю, что она исключительно прямой и красноречивый человек, — сказала Винтур об Ардерн.

“Она действительно объединила страну таким замечательным образом, которого я не видел ни у одного другого лидера.И она была так трогательна, и когда она сказала: «Мы все — одна страна», это было посланием, на котором многие другие лидеры могли бы поучиться». что, возможно, не могло быть (использовано против) мужчины в аналогичном положении

Явно поддерживая сильных женщин-лидеров и образцы для подражания, Винтур также благодарила своего отца за то, что он вдохновил ее в раннем возрасте и направил ее к журналистике. Редактор лондонской газеты Evening Standard на протяжении почти 20 лет, «Холодный Чарли», как его прозвали, возможно, повлиял на Винтур не только этим.Но вместо его заведомо непостижимой личности она назвала его «решительность» и «страсть» чертами, которые стираются.

Анна Винтур о своем отце Чарльзе Винтуре

На протяжении всей карьеры Винтур ее образ был постоянным источником интриг и мифов. Верят ли люди, что она просто немного морозна или способна на уровень тирании «Дьявол носит Prada», развязанный Мирандой Пристли (персонаж, который, как говорят, был смоделирован с Винтур) над своим персоналом, именно ее острота привела в восторг средства массовой информации и миры моды. .

«Иногда в мой адрес поступала определенная степень личной критики, которая, возможно, не была (использована) против человека в подобном положении», — сказала она.

Ее внешний вид, например, был постоянным источником обсуждения. Подняв свой вес, Винтур сказала, что ее часто критикуют за то, что она слишком худая. Тем не менее, она не чувствует, что ее сильно ущемляют из-за того, что она женщина. «Я очень сосредоточена», — сказала она. «Итак, я, может быть, из-за своей ясности и сосредоточенности, не позволил этому проникнуть внутрь.

Анна Винтур в своих легендарных солнцезащитных очках

Не имея личного присутствия в социальных сетях, Винтур удалось сохранить свою личную жизнь в тайне, заставляя спекулянтов СМИ полагаться на намеки, слухи и выводы из ее появления в документальных фильмах, таких как «Сентябрьский выпуск». и “Первый понедельник мая”.

Солнцезащитные очки – это, пожалуй, самый очевидный способ, которым она защищает себя от попыток деконструировать ее. Ее очки, которые она носила на протяжении всего интервью, по ее словам, “невероятно полезны, потому что вы избегаете, чтобы люди знали, что вы думаешь о.”

“Они помогают мне, когда я чувствую себя немного уставшей или сонливой,” добавила она. “И, может быть, они просто стали опорой для меня. Но сегодня они мне действительно были нужны.”

Предоставив редкий фрагмент личной информации, она призналась, что плохо себя чувствует: “Буду предельно откровенна: всю неделю я была невероятно больна. И, кроме того, у меня только что была операция на глазах, так что это настоящие причины, по которым я ношу их сегодня».

Анна Винтур делится советами по прохождению собеседования и проповедует о честности после того, как ее обвинили в травле и расизме Мода.

Главный редактор журнала, 72 года, недавно провела мастер-класс по успеху в деловом мире, во время которого она рассказала о ключевых вещах, на которые она обращает внимание при приеме на работу нового сотрудника, включая честность, готовность, своевременность, и подлинность.

Хотя совет может показаться простым и понятным, Анна настаивает на важности подлинности и честности после нескольких трудных лет для главного редактора Vogue, в течение которых ее обвиняли в действиях, которые не являются искренними. .

В 2020 году Анна призналась в «оскорбительном и нетерпимом» поведении по отношению к сотрудникам во время ее 34-летнего правления в модном журнале после того, как бывшие сотрудники обвинили ее в расизме. Группа чернокожих бывших сотрудников обвинила ее в создании «беспризорной среды» и в том, что она отдает предпочтение худощавым, белым и принадлежащим к элите сотрудникам.

Затем, всего несколько месяцев спустя, бывший коллега и друг модного босса Андре Леон Тэлли в своей книге разразился яростной тирадой против Анны, обвинив ее в том, что она положила конец их многолетней дружбе, потому что считала его «слишком старым, слишком толстым». и слишком некруто».

Анна Винтур проповедовала о честности и подлинности, делясь советами для успешного прохождения собеседования после того, как ее обвинили в издевательствах над коллегами и пропаганде расизма в Vogue

Главный редактор Vogue (на фото в 2015 г.), 72 года, недавно сел провести мастер-класс по успеху в деловом мире, и она поделилась тем, что она ищет при приеме на работу

Тэлли также утверждала, что Анна никогда не говорила ничего «человечного и искреннего» за многие годы их совместной работы в компании, и утверждала, что их отношения оставили у него «эмоциональные и психологические шрамы».

Советы Анны Винтур по успешному прохождению собеседования Она сказала, что важно быть «честным» в своих ответах и ​​никогда не «притворяться, что ты тот, кем ты не являешься».

  • Будьте готовы: Анна ищет сотрудников, которые готовы и вовремя. Она порекомендовала заранее изучить вакансию, на которую вы претендуете, и человека, с которым вы проводите собеседование, а также поставить перед собой цели на собеседование.
  • Будьте увлечены: При найме новых сотрудников Анна объяснила, что ищет людей, с которыми она видит долгосрочную карьеру. Она объяснила: «Важно найти кого-то, кто будет сдержанным, лояльным и позитивным, но в то же время откровенным, но при этом увлеченным миром, в который они собираются войти, а не тем, кто может просто видеть его как ступенькой к чему-то другому».
  • Но, похоже, Анна, чье печально известное холодное поведение принесло ей прозвище «Ядерная Винтур», стремится оставить позади любые карьерные разногласия и вместо этого сосредоточиться на своих профессиональных успехах, начав с советов массам о том, как добиться успеха в интервью.

    В недавнем семинаре из 12 частей, снятом для MasterClass — онлайн-платформы для обучения по подписке, которая предоставляет уроки, записанные экспертами в различных областях, — редактор журнала Vogue сосредоточился на теме «Креативность и лидерство».

    В течение двух с половиной часов сеанса Анна подробно говорила о том, как важно, чтобы люди говорили правду, и критиковала тех, кто притворяется тем, кем они не являются, несмотря на многочисленные негативные обвинения в ее адрес. сама сталкивалась со старыми сотрудниками на протяжении многих лет.

    «Когда вы проходите собеседование при приеме на работу, прежде всего, всегда говорите правду», — начала Анна во время урока.

    ‘Не говорите: “Я люблю театр”, потому что вы случайно знаете, что тот, кто берет у вас интервью, любит театр, если вы действительно этого не делаете и не можете привести пример.

    ‘Я не могу вам передать, сколько людей говорили мне, что любят теннис, и они, очевидно, никогда в жизни не были на теннисном матче’.

    Несмотря на то, что Анна ведет один из самых популярных журналов о моде в мире, Анна, которая также является страстной поклонницей тенниса, призналась, что не обращает внимания на то, что на человеке одето во время интервью.

    «Меня гораздо больше интересует, что они читали, какие фильмы им интересны, почему они хотят быть в Vogue или в другом издании внутри компании», — объяснила она.

    Будь собой: Анна (на фото в 2014 году) подробно говорила о важности того, чтобы люди говорили правду, и критиковала тех, кто притворяется кем-то, кем они не являются сказал что-нибудь «человеческое и искреннее» за годы совместной работы в компании.Они изображены в 2006 году

    «Я гораздо больше заинтересован в том, чтобы глубже узнать, кто они, чем в том, что они надели этим утром».

    Она добавила: «Я думаю, когда вы приходите на собеседование с кем бы то ни было, гораздо важнее быть ясными в своих ответах, быть честными в своих ответах, не притворяться, что вы тот, кем вы являетесь. нет.

    Несмотря на то, что Анна ведет один из самых известных модных журналов в мире, Анна (на фото в 2021 году) призналась, что не обращает внимания на то, что на человеке одето на собеседовании

    Бизнес-магнат сказала, что ценит людей, которые готовы, вовремя, и сами без извинений.

    «Если есть что-то, что, я надеюсь, вы вынесете из этого класса, так это то, что вы должны владеть своими решениями и сознавать, кто вы есть, но без извинений», — сказала она.

    ‘Важно найти кого-то, кто будет сдержанным, лояльным и позитивным, но в то же время откровенным и увлеченным миром, в который они собираются войти, а не тем, кто может просто рассматривать его как ступенькой к чему-то другому.

    «Я всегда думаю: «Может ли этот человек сделать карьеру? Если не в Vogue, то может ли он сделать карьеру в [материнской компании Vogue] Condé Nast или в индустрии?»

    ‘Потому что они, конечно, вкладывают в нас, но мы также вкладываем в них много времени.

    В июне 2020 года, после смерти Джорджа Флойда, Анна выпустила меморандум для всей компании, в котором признала, что сделала недостаточно для защиты чернокожих сотрудников и дизайнеров.

    «Я хочу начать с признания ваших чувств и выражения сочувствия к тому, через что проходят многие из вас: к печали, боли и гневу», — написала она тогда.

    Не судите о книге по ее обложке: Она сказала, что «гораздо больше заинтересована» в том, чтобы «более глубоко узнать, кто они, чем во всем, что они надели этим утром».Анна на фото в 2014 году

    Бизнес-магнат (на фото в 2014 году) сказала, что ценит людей, которые готовы, вовремя и не извиняются

    «Я хочу сказать это особенно чернокожим членам нашей команды – Я могу только представить, какими были эти дни.

    Анна Винтур признает, что допускает «оскорбительное и нетерпимое» поведение в общекорпоративном заявлении

    «Я хочу начать с признания ваших чувств и выражения сочувствия к тому, через что проходят многие из вас: к печали, боли и гневу». .

    ‘Я хочу сказать это особенно чернокожим членам нашей команды — я могу только представить, какими были эти дни. Но я также знаю, что боль, насилие и несправедливость, которые мы видим и о которых говорим, существуют уже давно. Признать это и что-то с этим сделать уже давно пора.

    «Я хочу прямо сказать, что знаю, что Vogue не нашел достаточно способов возвысить и дать место чернокожим редакторам, писателям, фотографам, дизайнерам и другим творцам. Мы тоже совершали ошибки, публикуя изображения или истории, которые были оскорбительными или нетерпимыми.

    ‘Я несу полную ответственность за эти ошибки. Нелегко быть чернокожим сотрудником Vogue, а вас слишком мало. Я знаю, что недостаточно сказать, что мы будем работать лучше, но мы это сделаем — и, пожалуйста, знайте, что я ценю ваши голоса и ответы по мере нашего продвижения вперед. Я слушаю и хотел бы услышать ваши отзывы и ваши советы, если вы хотите поделиться.

    ‘Я горжусь контентом, который мы опубликовали на нашем сайте за последние несколько дней, но я также знаю, что предстоит еще много работы.Пожалуйста, не стесняйтесь обращаться ко мне напрямую. Я готовлюсь к тому, чтобы мы могли откровенно обсудить эти вопросы вместе, но тем временем я приветствую ваши мысли или реакции.

    ‘Это исторический и душераздирающий момент для нашей страны, и это должно стать временем выслушивания, размышлений и смирения для тех из нас, кто занимает привилегированное и авторитетное положение. Это также должно быть время действий и обязательств. На корпоративном уровне ведется работа по реальной поддержке организаций.Об этих действиях будет сообщено как можно скорее».

    ‘Но я также знаю, что боль, насилие и несправедливость, которые мы видим и о которых говорим, существуют уже давно. Признать это и что-то с этим сделать уже давно пора.

    «Я хочу прямо сказать, что знаю, что Vogue не нашел достаточно способов возвысить и дать место чернокожим редакторам, писателям, фотографам, дизайнерам и другим творцам.

    ‘Мы тоже совершали ошибки, публикуя изображения или истории, которые были оскорбительными или нетерпимыми.Я беру на себя полную ответственность за эти ошибки».

    Несколько месяцев спустя группа из 18 чернокожих журналистов, работавших с Анной на протяжении многих лет, обвинила ее в том, что она отдает предпочтение «худым, богатым и белым» сотрудникам в статье, опубликованной в New York Times.

    Одиннадцать из них призвали к ее отставке после оскорбительных инцидентов, связанных с использованием ею слова «пиканинни», и других споров о культурном присвоении, включая возмущение съемкой Vogue 2017 года, на которой Кендалл Дженнер была изображена с искусственными золотыми зубами, и еще одна, на которой была изображена Карли Клосс. позирует в наряде гейши, с бледным макияжем на лице и выкрашенными в черный цвет волосами.

    «Мода — это стерва», — сказал один из бывших сотрудников, чье имя было опущено из соображений конфиденциальности.

    ‘Это тяжело. Так и должно быть. Но в Vogue, когда мы оценивали фотосессию или образ, мы говорили: «Это Vogue» или «Это не Vogue», и на самом деле это означало «худая, богатая и белая». Как вы работаете в такой среде?

    Однако Анна не подала в отставку — фактически, она была назначена генеральным директором Condé Nast в декабре 2020 года.

    Андре, который был главным редактором журнала Vogue с 1998 по 2013 год, ранее обвинял Анну в том, что плохо себя чувствует из-за того, что набирает вес в своих мемуарах Шифоновые окопы.

    «Я набрал вес в Дареме и привез с собой в Нью-Йорк свои привычки переедания, — поделился он.

    «Моя примерка одежды ясно дала мне понять, насколько я располнела, и обеспокоенные взгляды Анны Винтур не остались незамеченными».

    ‘Если бы Анна Винтур хотела, чтобы я пошел в спортзал, я бы пошел в спортзал. К тому же она предложила заплатить за это, так что мне пришлось отнестись к этому серьезно».

    В какой-то момент Андре заявил, что Анна заставила его отправиться в реабилитационный центр в Северной Каролине после того, как она сказала, что его вес «вышел из-под контроля».

    «Мне объяснили, что мой вес вышел из-под контроля, и меня отправили на реабилитацию в Центр диеты и фитнеса Duke в моем родном городе Дарем, Северная Каролина, — продолжил он.

    ‘Билет на самолет первого класса на тот же день уже был куплен. Я не знал, что сказать.

    ‘Я молча слушал, как Анна и Оскар [де ла Рента] объясняли свои опасения. Было довольно ясно, что большая часть беспокойства исходила от Анны, а остальные были втянуты в это.

    В 2020 году Анна призналась, что сделала недостаточно для поддержки чернокожих сотрудников и дизайнеров. Она изображена с главным редактором британского Vogue Эдвардом Эннифулом в 2021 году

    Несколько месяцев спустя группа из 18 чернокожих журналистов, работавших с Анной (на фото в 2021 году) на протяжении многих лет, обвинила ее в том, что она отдает предпочтение худощавым, белым, и из элиты

    В своей книге модельер также утверждал, что его отношения с Анной оставили у него «огромные эмоциональные и психологические шрамы.’

    ‘Анна не способна на простую человеческую доброту. Я бы хотел, чтобы она сказала что-то человечное и искреннее», — сказал он.

    «У меня огромные эмоциональные и психологические шрамы от отношений с этой высокой и влиятельной женщиной, которая может сидеть рядом с королевой Англии в первом ряду модного показа в своей униформе с темными очками и идеальной стрижкой Луизы Брукс. обрамляя ее таинственное лицо Моны Лизы».

    Андре скончался 18 января 2022 года в возрасте 73 лет, после чего Анна опубликовала заявление через Vogue.

    Похожие записи

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.